Глава 2. Правовое регулирование отдельных видов административных наказаний

1. Правовое регулирование основных административных наказаний

В соответствии со ст. 3.4 КоАП РФ, предупреждение - мера административного наказания, выраженная в официальном порицании физического или юридического лица. Предупреждение выносится в письменной форме. ст. 26 КоАП РСФСР предусматривала, что в предусмотренных законодательством случаях предупреждение оформляется иным установленным способом, что в формулировке настоящего времени отсутствует. Письменное предупреждение необходимо отличать от устного замечания, которое не относится к видам административного наказания и объявляется судьей, органом, должностным лицом, рассмотревшими дело об административном правонарушении, в случаях, когда было принято решение (постановление) об освобождении от административной ответственности в силу малозначительности правонарушения.

 

Предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба. Выражается в официальном порицании физического или юридического лица. Иначе говоря, предупреждение представляет собой:

- официальную позицию государства. Применительно к конкретной ситуации эта позиция выражается в постановлении, которым назначается административное наказание;

- вполне конкретное осуждение лица за совершенное им правонарушение. С другой стороны, закон не случайно определяет предупреждение как меру административного наказания: тем самым подчеркивается, что степень общественной опасности как самого деяния, так и лица, его совершившего, не очень велика (во всяком случае, она позволяет не прибегать к более суровым видам административного наказания). Предупреждение действует в пределах одного года.¹

Административный штраф - административное наказание имущественного характера, имеющее денежную форму, которая выражается во взыскании с нарушителя в доход бюджета определенной суммы денежных средств в рублях. Размер административного штрафа не может быть менее ста рублей. 

 

Сумма административного штрафа подлежит зачислению в бюджет в полном объеме в соответствии с Бюджетным кодексом Российской Федерации от 31.07.1998 № 145-ФЗ.²

 

 

В соответствии со ст. 3.5 КоАП РФ административный штраф является денежным взысканием, выражается в рублях и устанавливается для граждан в размере, не превышающем пяти тысяч рублей, в случаях, предусмотренных ст. 14.1.2, ч. 2.1 ст. 14.16 КоАП РФ, - пятидесяти тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных статьями 5.38, 20.2, 20.2.2, 20.18, ч.4 ст.20.25, ч. 2 ст. 20.28 - трехсот тысяч рублей; для должностных лиц - пятидесяти тысяч рублей, в случаях, предусмотренных ст. 14.1.2 - ста тысяч рублей, в случаях, предусмотренных ч. 2.1 ст. 14.16 - шестисот тысяч рублей; для юридических лиц - одного миллиона рублей, а в случаях, предусмотренных ст. 6.19, 6.20, 14.40, 14.42, - пяти миллионов рублей.

Федеральным законом от 7.05.2013 № 96-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»¹ в ст. 3.5 КоАП РФ внесены изменения, которые вступят в силу по истечении 90 дней со дня официального опубликования, то есть в августе 2013 года на граждан, совершивших правонарушение, касающееся сохранения, использования и государственной охраны объектов культурного наследия, могут быть подвергнуты штрафу в размере до трехсот тысяч рублей, должностные лица – шестисот тысяч рублей, юридические лица - шестидесяти миллионов рублей.

Для многих изменения, внесенные в некоторые статьи КоАП ещё в 2012 году, касающиеся размеров штрафа, например, за правонарушения, связанные с нарушением установленного порядка и организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования стали очень актуальной темой для обсуждения. Например, «случай с Навальным» заинтересовал немалое количество граждан.

Гражданин Навальный А.А. обратился с жалобой в Конституционный суд² РФ, оспаривая конституционность положения части 1 статьи 3.5 КоАП Российской Федерации, согласно которому административный штраф устанавливается для граждан в размере, не превышающем пяти тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных статьями 5.38, 20.2, 20.2.2, 20.18, частью 4 статьи 20.25, частью 2 статьи 20.28 данного Кодекса, - трехсот тысяч рублей, и положения части 2 статьи 20.2 данного Кодекса, согласно которому организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, за исключением случаев, предусмотренных частью 7 данной статьи, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей или обязательные работы на срок до пятидесяти часов.

Навальный был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 20.2 КоАП Российской Федерации: мировой судья, установив на основании оценки собранных по делу доказательств, что заявитель провел публичное мероприятие (шествие) без подачи уведомления в соответствующий орган публичной власти, назначил ему в качестве административного наказания штраф в размере тридцати тысяч рублей. Доводы А.А. Навального о том, что его действия не могут быть квалифицированы как организация и проведение шествия, поскольку в действительности после завершения одиночного пикета он двигался к станции метро в сопровождении присоединившихся к нему по собственной инициативе журналистов и иных заинтересованных лиц, признаны несостоятельными.

По мнению заявителя, оспариваемые законоположения не соответствуют принципу соразмерности и противоречат статьям 19, 31, 54 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, поскольку допускают применение весьма строгого административного наказания за совершение таких действий, которые по своему характеру не способны создать реальную угрозу общественному порядку и общественной безопасности и не причиняют ущерб правам и свободам граждан (в том числе имущественным); кроме того, часть 2 статьи 20.2 КоАП Российской Федерации позволяет привлекать к административной ответственности при любом отклонении от требований Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», в то время как сам этот Федеральный закон предусматривает возможность применения к нарушителям и иных мер государственного принуждения - прекращения публичного мероприятия или удаления нарушителей с публичного мероприятия.

Конституционный Суд пояснил, что применение указанных мер наряду с привлечением правонарушителей к административной ответственности само по себе не может рассматриваться как несоразмерное вмешательство в реализацию права на свободу собраний и избыточное государственное принуждение, поскольку в отличие от мер административной ответственности, целями которых является предупреждение совершения новых правонарушений (часть 1 статьи 3.1 КоАП Российской Федерации), данные меры направлены на пресечение противоправного поведения и восстановление общественного порядка.

Как следует из части 2 статьи 20.2 КоАП Российской Федерации, вопрос о наличии в действиях лица соответствующего административного правонарушения связан, в частности, с установлением того, составляли ли действия данного лица одно из тех указанных в Федеральном законе «О собраниях, митингах, шествиях и пикетированиях» публичных мероприятий, для проведения которых данный Федеральный закон требует предварительное уведомление органов публичной власти, выполняло ли лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, организационно-распорядительные функции по организации или проведению публичного мероприятия, и в силу статей 24.1, 26.1, 26.11 и 29.10 того же Кодекса, конкретизирующих конституционные гарантии государственной, в том числе судебной, защиты прав и свобод человека и гражданина (статьи 45 и 46 Конституции Российской Федерации), подлежит разрешению на основе всестороннего, полного и объективного выяснения всех обстоятельств дела. Кроме того, в силу прямого указания, содержащегося в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2013 года № 4-П "По делу о проверке конституционности Федерального закона «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобой гражданина Э.В. Савенко»¹, суды должны избегать квалификации пикетирования, осуществляемого одним участником, в случае проявления к нему обычного внимания со стороны заинтересовавшихся его действиями лиц в качестве коллективного публичного мероприятия.

Проверка же законности и обоснованности судебных постановлений в части квалификации действий заявителя, оценки степени их общественной опасности и адекватности избранных мер правового реагирования не входит в полномочия Конституционного Суда Российской Федерации, как они определены статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации».

При этом Конституционный Суд Российской Федерации исходил из того, что максимальный размер административного штрафа (для граждан - до трехсот тысяч рублей, для должностных лиц - до шестисот тысяч рублей) установлен исключительно за административные правонарушения, предусмотренные частями 4, 6 и 7 статьи 20.2 и частью 2 статьи 20.2.2 КоАП РФ, которые по степени своей общественной опасности тяготеют к уголовно наказуемым деяниям и свидетельствуют об утрате публичным или иным массовым мероприятием мирного характера, являющегося непременным условием реализации права на свободу собраний, митингов и демонстраций, шествий и пикетирования.

Кроме того, введение повышенных размеров административных штрафов, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, не означает, что их максимальные размеры должны применяться в каждом случае; разрешая вопрос о размере административного штрафа за совершение правонарушений, предусмотренных частями 4, 6 и 7 статьи 20.2 и частью 2 статьи 20.2.2 КоАП Российской Федерации, суд в соответствии с указанием части 2 статьи 4.1 данного Кодекса должен учитывать форму публичного или иного массового мероприятия и количество его участников, значимость допущенных нарушений правил его организации и проведения, масштаб и характер причиненного ими вреда, а также иные обстоятельства и применять максимальный размер административного штрафа, только если наложение административного штрафа в меньшем размере не позволяет надлежащим образом обеспечить предупреждение совершения новых нарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Конституционный суд признал жалобу не подлежащей дальнейшему рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации, поскольку для разрешения поставленного заявителем вопроса не требуется вынесение предусмотренного статьей 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» итогового решения в виде постановления.

Таким образом, Конституционный Суд разъяснил «переживающим», что штрафы достаточного большого размера назначаются лишь за несколько составов административных правонарушений, граничащих с уголовными преступлениями и, соответственно, составляющих общественную опасность, что, на наш взгляд, совершенно справедливо.

В основном же, наказание в виде административного штрафа до пяти тысяч рублей в повседневной жизни применяется каждодневно, например, за нарушение Правил дорожного движения РФ¹.

Наказание в виде лишения специального права так же применяется чаще всего за совершение правонарушений в области дорожного движения. Например, нарушений правил ст. 12.8 «Управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, передача управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения»; ст. 12.10. «Нарушение правил движения через железнодорожные пути»; ст. 12.25. «Невыполнение требования о предоставлении транспортного средства или об остановке транспортного средства»; ст. 12.26. «Невыполнение водителем требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения» влечет лишение права управления транспортными средствами.

К примеру, гражданин З. подал жалобу в Санкт-Петербургский городской суд² на постановление мирового судьи по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ. Постановлением мирового судьи судебного участка № 120, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка N 121, Санкт-Петербурга от 18 февраля 2013 года З. признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

В жалобе З. просит постановление отменить, производство по делу прекратить. Заявитель указывает, что акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения является недопустимым доказательством, поскольку в нем, а также в других материалах дела отсутствует номер прибора, которым проводилось освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, при этом сведения о поверке прибора, о выдаче инспектору ДПС сертифицированного прибора, в ходе рассмотрения дела не истребованы.

Судья же пояснила, что из материалов дела усматривается, что протоколы, отражающие применение мер обеспечения производства по делу составлены в строгой последовательности, уполномоченным должностным лицом, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в протоколах отражены правильно.

Учитывая, что в протоколе об отстранении от управления транспортным средством и акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения есть запись о присутствии понятых, указаны данные личности, и имеются их подписи, нет оснований полагать, что они фактически не присутствовали. Кроме того, копии указанных документов З. получил, о чем в них имеются отметка и подпись последнего, однако замечаний по поводу внесенных сведений не высказал.

Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения З. проведено в соответствии с требованиями действующих нормативных документов в присутствии двух понятых. Ход освидетельствования подробно изложен в Акте, к которому приобщен бумажный носитель с результатами освидетельствования. Результаты освидетельствования, бесспорно, подтверждают, что З. находился в состоянии опьянения. То обстоятельство, что в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отсутствует номер прибора измерения, которым проводилось освидетельствование, не может повлечь отмену постановления, поскольку мировым судьей в ходе рассмотрения дела установлено, что на распечатке результатов освидетельствования, отражена полная информация о приборе, его калибровке, дате и времени забора воздуха, имя обследуемого, место обследования, номер машины, Ф.И.О. инспектора ДПС, проводившего освидетельствование и его знак. Оснований для переоценки установленных мировым судьей обстоятельств не имеется. Кроме того, в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указаны сведения о наименовании прибора и дате его последней поверки. Жалоба была оставлена без удовлетворения, постановление в отношении З. без изменения.

Лишение специального права в виде права управления транспортным средством не может применяться к лицу, которое пользуется транспортным средством в связи с инвалидностью, за исключением случаев совершения административных правонарушений, предусмотренных ч. 1 ст. 12.8 : управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, ч. 4 ст. 12.86 повторное совершение этого правонарушения,  ч. 1 ст. 12.26 Невыполнение водителем законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения , ч. 2 и 3 статьи 12.27.

 

 

Ст. 3.8 КоАП РФ закрепляет, что лишение физического лица, совершившего административное правонарушение, ранее предоставленного ему специального права устанавливается за грубое или систематическое нарушение порядка пользования этим правом в случаях, предусмотренных статьями Особенной части КоАП. Лишение физического лица ранее предоставленного ему специального права устанавливается также за уклонение от исполнения иного административного наказания, назначенного за нарушение порядка пользования этим правом, в случаях, предусмотренных статьями Особенной части настоящего Кодекса. Лишение специального права назначается судьей.

(см. текст в предыдущей редакции)

 

Срок лишения специального права не может быть менее одного месяца и более трех лет.

(см. текст в предыдущей редакции)

 

(см. текст в предыдущей редакции)

 

Лишение специального права в виде права осуществлять охоту не может применяться к лицам, для которых охота является основным законным источником средств к существованию.

В соответствии в ч. 1 ст. 8.37 КоАП за нарушение правил охоты предусмотрена санкция в виде лишения права осуществлять охоту на срок до двух лет. Например, гражданин К. обратился с жалобой во Владимирский окружной суд на решение судьи Кольчугинского городского суда Владимирской области от 30 декабря 2011 года и решение судьи Владимирского областного суда от 15 февраля 2012 года, вынесенные по результатам рассмотрения жалобы на постановление начальника государственной инспекции по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания администрации Владимирской области - главного государственного инспектора Владимирской области по охране природы от 28 сентября 2011 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении К.¹

Постановлением начальника государственной инспекции по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания администрации Владимирской области от 28 сентября 2011 года К. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 8.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут наказанию в виде административного штрафа в размере **** рублей.

В соответствии с п. 7 Правил добывания объектов животного мира при добывании объектов животного мира, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 10 января 2009 г. № 18², лица обязаны иметь при себе охотничий билет, путевку, а также лицензию в случае, установленном абзацем первым пункта 6 Правил.

Из материалов дела следует, что **** около **** часов **** минут К. находился в квартале N **** Ульяновского лесничества охотничьего хозяйства "Кольчугинское" с охотничьим оружием системы ****, калибра ****, не имея при себе охотничьего билета, без разрешения на добычу охотничьих ресурсов и без разрешения на ношение и хранение оружия.

Решением судьи Кольчугинского городского суда Владимирской области от 30 декабря 2011 года и решением судьи Владимирского областного суда от 15 февраля 2012 года указанное постановление оставлено без изменения.

В поданной во Владимирский областной суд в порядке надзора жалобе К. просит отметить постановление должностного лица и судебные акты, производство по делу прекратить.

В обоснование жалобы К. ссылается на то, что в лесу не охотился и находился там с целью прогулки без оружия. Однако данный довод нельзя признать состоятельным.

Факт нахождения заявителя в охотничьих угодьях с охотничьим оружием, что составляет объективную сторону вменяемого ему правонарушения, достоверно установлен начальником Госохотинспекции на основании показаний допрошенных при рассмотрении дела об административном правонарушении свидетелей - К., Кз., Кз., Б., являвшихся очевидцами совершенного правонарушения.

Рассматривая жалобу К. на решение судьи Кольчугинского городского суда, судья Владимирского областного суда в соответствии со ст. 30.6 Кодекса РФ об административных правонарушениях на основании имеющихся в деле материалов проверил законность вынесенного постановления и решения и пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Таким образом, законность и обоснованность постановления являлись предметом проверки и оценки судебных инстанций, в рамках которой доводы заявителя, аналогичные изложенным в надзорной жалобе, признаны несостоятельными. Жалоба осталась без удовлетворения. (см. текст в предыдущей редакции)

Административный арест - самая строгая мера административной ответственности для граждан в действующем российском административно-деликтном законодательстве. В Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях (КоАП РФ) это наказание единственное, предусматривающее временное (до пятнадцати суток, а в условиях чрезвычайных ситуаций - до тридцати суток) ограничение личной свободы физического лица, совершившего административное правонарушение.

 

В соответствии со ст. 3.9 КоАП административный арест заключается в содержании нарушителя в условиях изоляции от общества и устанавливается на срок до пятнадцати суток, а за нарушение требований режима чрезвычайного положения или правового режима контртеррористической операции до тридцати суток. Административный арест назначается судьей.

(см. текст в предыдущей редакции)

 

Административный арест устанавливается и назначается лишь в исключительных случаях за отдельные виды административных правонарушений и не может применяться к беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до четырнадцати лет, лицам, не достигшим возраста восемнадцати лет, инвалидам I и II групп, военнослужащим, гражданам, призванным на военные сборы, а также к имеющим специальные звания сотрудникам органов внутренних дел, органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органов.

(см. текст в предыдущей редакции)

 

Срок административного задержания включается в срок административного ареста.

До сих пор в нарушение положений европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года¹ и норм Конституции РФ (в частности, положений ее ст. 46 и 55) в КоАП РФ предусмотрена упрощенная процедура назначения административного ареста, а порядок исполнения («отбывания») этого уголовного по сути наказания, связанного с ограничением личной свободы граждан, установлен в Российской Федерации не федеральным законом, а подзаконными нормативными правовыми актами.¹

Таким образом, на примере административного ареста, традиционно граничащего с мерами уголовной ответственности по негативному воздействию на человеческую психику, а также причиняемым моральным и физическим страданиям, мы видим явную тенденцию "криминализации" административной ответственности за счет активно используемой и постоянно пополняющей нормы КоАП РФ «чрезвычайной» меры государственного принуждения. В сочетании же с расширяющимися с каждым годом примерами ужесточения других видов административных наказаний указанная тенденция не может не тревожить.

Главная опасность следования по этому пути состоит, на наш взгляд, в нивелировании и размывании границ между «правилом» и «исключением», что в законодательной и вообще в правовой сфере вдвойне опасно. Наконец, отмеченная карательная тенденция развития российского административно-деликтного законодательства явно вступает в противоречие с задачами «декриминализации» системы наказаний и механизма уголовной ответственности, реализуемыми в последние годы по инициативе Президента РФ.²

Подводя итог краткому анализу использования в отечественном праве административного ареста, нам представляется очевидным, что гуманизация уголовных наказаний не должна приводить к одновременному ужесточению мер административной ответственности и замещению одних другими. 

 

 

Дисквалификация заключается в лишении физического лица права замещать должности федеральной государственной гражданской службы, должности государственной гражданской службы субъекта Российской Федерации, должности муниципальной службы, занимать должности в исполнительном органе управления юридического лица, входить в совет директоров (наблюдательный совет), осуществлять предпринимательскую деятельность по управлению юридическим лицом, осуществлять управление юридическим лицом в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, либо осуществлять деятельность по предоставлению государственных и муниципальных услуг либо деятельность в сфере подготовки спортсменов (включая их медицинское обеспечение) и организации и проведения спортивных мероприятий. Административное наказание в виде дисквалификации назначается судьей.

(см. текст в предыдущей редакции)

 

Дисквалификация устанавливается на срок от шести месяцев до трех лет.

 

Федеральная налоговая служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим формирование и ведение реестра дисквалифицированных лиц в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 02.08.2005 № 483 «Об уполномоченном органе, осуществляющем формирование и ведение реестра дисквалифицированных лиц».¹

Я хотела обратиться к судебной практике, чтобы на наглядном примере разобрать, каким же образом применяется этот вид наказания, и обнаружила, что практически во всех случаях, когда за административное правонарушение может быть назначено наказание в виде дисквалификации, назначается административный штраф. Несмотря на солидный срок действия Кодекса, дисквалификация не получила своего широкого распространения, постановления о дисквалификации скорее являются исключением, чем правилом в отечественной судебной практике. Как показывают данные судебной статистики, ежегодно судьи общей юрисдикции дисквалифицируют в среднем около двух тысяч должностных лиц, а арбитражные суды - около 30 человек, что усматривается из соответствующих таблиц.

Таблица 1. Данные о количестве должностных лиц, подвергнутых административному наказанию в виде дисквалификации судами общей юрисдикции Российской Федерации в 2007 - I полугодии 2011 года²:

	2007	2008	2009	2010	I   полугодие 2011
Всего лиц, подвергнутых        административным    наказаниям в соответствующем     году	4520754	4383992	4581127	4419834	2198084
Подвергнуто административным наказаниям должностных лиц	324622	399450	424567	431544	226195
Должностные лица,   подвергнутые        дисквалификации     (%  от  всех   лиц, подвергнутых        административным    наказаниям;         %  от   должностных лиц,   подвергнутых административным    наказаниям)	1268   (0,028%; 0,39%)	1333   (0,03%; 0,33%)	2529    (0,055%; 0,6%)	2062    (0,047%; 0,48%)	1043    (0,047%; 0,46%)

Таблица 2. Данные о количестве должностных лиц, подвергнутых административному наказанию в виде дисквалификации арбитражными судами Российской Федерации в 2008 - I полугодии 2011 года

	2008	2009	2010	I полугодие  2011
Всего       удовлетворено требований о  привлечении к        административной ответственности	29948	29552	27109	16135
Должностные         лица, подвергнутые             дисквалификации	29	36	22	15

Проблемы существуют и в части исполнения постановления о дисквалификации в отношении указанных лиц. Согласно ст. 32.11 КоАП РФ оно производится путем прекращения договора (контракта) с дисквалифицированным лицом.

Если такая деятельность осуществляется на основе трудового договора, то это просто - ведь ТК РФ рассматривает дисквалификацию как административное наказание, исключающее возможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору, а значит, выступающее основанием для его прекращения по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон (п. 8 ч. 1 ст. 83 ТК РФ). Если же в основе взаимоотношений юридического лица и его руководителя лежат гражданско-правовые отношения, основанные на договоре, то реализовать ст. 32.11 КоАП практически невозможно, так как нет соответствующего исполнительного механизма.

Кроме того, по КоАП постановление о дисквалификации должно быть немедленно, после вступления его в законную силу, исполнено лицом, привлеченным к административной ответственности. То есть исполнение постановления возлагается на правонарушителя, но при этом, однако, не установлены ни сроки, ни порядок его действий для реализации положений КоАП РФ, а также нет ни слова о государственном контроле за исполнением постановления о дисквалификации. Особого порядка реализации требует дисквалификация при совпадении в одном лице учредителя и генерального директора юридического лица.¹

В механизме исполнения дисквалификации участвуют также и те лица, которые могут вступать в правоотношения с дисквалифицированным лицом в течение срока его дисквалификации. В абз. 2 ч. 2 ст. 32.11 КоАП говорится об обязанности лица, уполномоченного заключить договор (контракт), при заключении такого договора (контракта) запросить информацию о наличии дисквалификации физического лица в органе, ведущем реестр дисквалифицированных лиц. Тем самым вводится дополнительная процедура в порядок заключения трудового договора с лицами, которые могут быть подвергнуты дисквалификации, что не предусмотрено гл. 11 ТК «Заключение трудового договора». Исключение составляет только трудовой договор с руководителем организации (ч. 2 ст. 275 ТК): трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или учредительными документами организации могут быть установлены процедуры, предшествующие заключению трудового договора с руководителем организации (проведение конкурса, избрание или назначение на должность и другое). Но положения ст. 32.11 КоАП не могут быть причислены к нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права, это административно-правовое законодательство.¹

Таким образом, нормы КоАП РФ и нормы ТК РФ должны быть приведены в соответствие друг с другом.

 

Административное приостановление деятельности в соответствии со ст. 3.12, заключается во временном прекращении деятельности лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, юридических лиц, их филиалов, представительств, структурных подразделений, производственных участков, а также эксплуатации агрегатов, объектов, зданий или сооружений, осуществления отдельных видов деятельности (работ), оказания услуг.

К примеру, индивидуальный предприниматель Плющева подала кассационную жалобу в ФАС ПО на решение Арбитражного суда Самарской² области от 23.12.2010 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2011. Государственная инспекция строительного надзора Самарской области обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении муниципального предприятия городского округа Самара «Парки города Самара к административной ответственности по части 6 статьи 19.5 КоАП РФ назначении ему наказания в виде административного приостановления деятельности по строительству объекта капитального строительства, расположенного по адресу: г. Самара, Промышленный район, парк имени Юрия Гагарина.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель Плющева Е.А.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 23.12.2010 заявленные требования удовлетворены, МП «Парки города Самара» привлечено к административной ответственности предусмотренной частью статьи 9.5 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного приостановления деятельности по строительству объекта - аттракцион «Колесо обозрения 75-М» на срок до 60 суток.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2011 решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ИП Плющева Е.А.просит вышеуказанные судебные акты отменить, в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

В ходе проведенной 23.09.2010 инспекцией Госстройнадзора Самарской области в отношении ответчика проверки исполнения требований ранее выданного предписания от 30.08.2010 N 02-576/1 при строительстве объекта капитального строительства, административный орган установил: «на объекте выполнены работы по погружению свай 12-ти отдельно расположенных фундаментов, завершены работы по бетонированию 12-ти монолитных железобетонных ростверков вышеуказанных фундаментов, завершены работы по гидроизоляции монолитных ростверков. Осуществляется монтаж металлоконструкций надземной части сооружения (2/3 конструкций опор колеса обозрения)»; «на момент проведения проверки данного объекта капитального строительства установлено, что конструкции опор колеса обозрения смонтированы полностью и осуществлен монтаж оси (вала) колеса, а также установлены навесные площадки для оборудования и обслуживающего персонала».

Таким образом, требования пункта 1 предписания от 30.08.2010 № 02-576/1 ответчиком не выполнены, работы по строительству объекта не были приостановлены, что подтверждается изменившимся объемом выполненных работ.

Разрешение на строительство, а также положительное заключение государственной экспертизы проектной документации ответчиком не представлены (отсутствуют).

По результатам указанной проверки составлен акт от 23.09.2010 № 02-647, к которому также приложены соответствующие фотоматериалы. В данном акте указано, что проведенная проверка и оформление акта осуществлены уполномоченным должностным лицом - главным специалистом Самарского управления по надзору за строительством объектов гражданского и производственного назначения Щеголевым Д.А. в присутствии представителя МП «Парки города Самара» Львицына И.Г., действовавшего на основании доверенности от 01.09.2010 № б/н.

Акт проверки надлежащим образом вручен МП «Парки города Самара», что подтверждается отметкой о получении уполномоченным представителем заинтересованного лица с указанием даты и входящего номера.

По результатам проверки инспекцией Госстройнадзора Самарской области оформлено и выдано ответчику предписание об устранении нарушений при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объекта капитального строительства от 23.09.2010 № 02-647/1. Указанное предписание также вручено МП «Парки города Самара», что подтверждается отметкой о получении уполномоченным представителем предприятия с проставлением даты и входящего номера.

Указанным предписанием ответчику предписано: «с 23.09.2010 не продолжать строительство объекта капитального строительства собственными и привлеченными силами в нарушение статьи 49, части 1 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации (в отсутствие положительного заключения государственной экспертизы проектной документации, в отсутствие разрешения на строительство)»; «о выполнении настоящего предписания, в указанные в предписании сроки, уведомить государственную инспекцию строительного надзора Самарской области».

Проверкой инспекцией Госстройнадзора Самарской области установлено, что отраженные в указанном предписании нарушения в установленный срок ответчиком не устранены, а именно: «конструкции опор колеса обозрения смонтированы полностью и осуществлен монтаж оси (вала) колеса, установлены навесные площадки для оборудования и обслуживающего персонала, осуществлен монтаж части (35%) конструкций вращающегося колеса, начат монтаж электрооборудования и кабельных сетей».

Таким образом, требования пункта 1 предписания ответчиком не выполнены, что отражено в акте проверки при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объекта капитального строительства от 22.10.2010 № 02-757, к которому также приложены соответствующие, надлежащим образом оформленные, фотоматериалы.

В силу части 6 статьи 19.5 КоАП РФ невыполнение в установленный срок законного предписания уполномоченных на осуществление государственного строительного надзора федерального органа исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от 50 000 рублей до 100 000 рублей или административное приостановление их деятельности на срок до девяноста суток.

Кассационная инстанция посчитала, что суды первой и апелляционной инстанций обоснованно пришли к выводу о том, что административный орган представил надлежащие доказательства наличия события административного правонарушения, его совершения ответчиком, доказал вину лица, привлекаемого к административной ответственности, в совершении вменяемого ему административного правонарушения, наличие оснований для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа на составление протокола об административном правонарушении. При этом существенных нарушений процедуры привлечения заинтересованного лица к административной ответственности установлено не было.

Таким образом, ФАС ПО решение Арбитражного суда Самарской области от 23.12.2010 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2011 по делу № А55-23490/2010 оставил без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Плющевой Евгении Анатольевны - без удовлетворения.

(см. текст в предыдущей редакции)

 

(см. текст в предыдущей редакции)

 

 

Таким обра

(см. текст в предыдущей редакции)

 

 

 

В соответствии со ст. 3.13 обязательные работы заключаются в выполнении физическим лицом, совершившим административное правонарушение, в свободное от основной работы, службы или учебы время бесплатных общественно полезных работ. Обязательные работы назначаются судьей.

 

Обязательные работы устанавливаются на срок от двадцати до двухсот часов и отбываются не более четырех часов в день.

 

Обязательные работы не применяются к беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до трех лет, инвалидам I и II групп, военнослужащим, гражданам, призванным на военные сборы, а также к имеющим специальные звания сотрудникам органов внутренних дел, органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органов.

Федеральный закон от 08.06.2012 № 65-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях»¹ вызвал большой общественный резонанс еще на этапе разработки. Рассмотрим одну его новеллу: дополнение КоАП РФ новым административным наказанием - обязательными работами.

Закон № 65-ФЗ дополнил перечень административных наказаний, содержащийся в ст. 3.2 КоАП РФ. Так, в Кодекс была введена ст. 3.13, а ст. ст. 20.2 и 20.22 обязательные работы предусмотрены в качестве наказаний за нарушения установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования и за организацию массового одновременного пребывания и (или) передвижения граждан в общественных местах, повлекших нарушение общественного порядка. В пояснительной записке к законопроекту, представленной Комитетом Госдумы по конституционному законодательству и государственному строительству, указано, что обязательные работы предлагается использовать за совершение этих правонарушений в качестве мягкого вида наказаний и что такое наказание в отечественной юриспруденции имеет широкую историческую практику.

Идея о введении административного наказания в виде обязательных работ неоднократно высказывалась многими отечественными учеными,¹ однако реализована до сих пор не была. Дело в том, что обязательные работы, представляющие недобровольную трудовую деятельность административно наказанных лиц, подпадают под понятие принудительного труда, запрещенного в РФ: ч. 2 ст. 37 Конституции РФ². Согласно ст. 4 Трудового кодекса Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ³, принудительный труд - это выполнение работы под угрозой применения какого-либо наказания (насильственного воздействия). Правда, та же ст. 4 ТК РФ содержит перечень случаев, не являющихся принудительным трудом.

Обязательные работы как мера административного наказания не подпадают ни под одно из приведенных в данном перечне исключений. Ближе всего к ним - случай выполнения работы по приговору суда, однако приговор выносится только по уголовным делам, ст. 296 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ⁴, административные же наказания налагаются путем вынесения постановлений (ст. 29.10 КоАП РФ).

На данное обстоятельство обращалось внимание противниками Закона при его обсуждении в Госдуме. Так, депутат Г. Гудков отметил, что в соответствии с европейским законодательством принудительные работы запрещены. В ответ на это глава Комитета по конституционному законодательству и государственному строительству В. Плигин заявил, что ст. 2 Конвенции МОТ № 29 «Относительно принудительного или обязательного труда» свидетельствует о широкой распространенности такого рода наказаний.¹

Таким образом, введение обязательных работ не имеет легитимного макрооснования (на международном и конституционно-правовом уровнях). На несоответствие данного административного наказания Конституции РФ обратили внимание и члены рабочей группы по гражданским свободам и гражданскому участию Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека. Соответственно в действующей редакции КоАП РФ противоречит ч. 2 ст. 37 Конституции РФ. Исправить эту ситуацию путем внесения изменений в ТК РФ нельзя, поскольку, как указано выше, данные положения трудового законодательства полностью соответствуют принятым РФ международно-правовым обязательствам.²

Мы не являемся противниками существования в российском административном законодательстве обязательных работ в качестве меры административного наказания и согласны с тем, что сегодня такая мера (при правильной организации) может принести существенную пользу. Но это возможно лишь при соблюдении норм Конституции РФ. Для этого необходимо внести изменения в ст. 3.13 КоАП РФ (и в статьи Особенной части КоАП РФ), указав, что обязательные работы могут быть назначены в качестве альтернативы административному штрафу только с согласия лица, привлекаемого к административной ответственности. Тогда данное лицо сможет выбирать, подвергнуться ли ему этому наказанию или уплатить административный штраф. По нашему мнению, учитывая невысокий уровень доходов большей части населения РФ, найдется достаточно желающих заняться общественно полезным трудом вместо уплаты штрафов.

В большинстве стран мира, на опыт которых применительно к наличию наказаний в виде обязательных работ ссылались многие сторонники принятого закона, согласие на назначение такого наказания требуется даже по уголовным делам.¹ Правда, применительно к уголовным наказаниям некоторые эксперты отмечают, что такое согласие во многом является фикцией, ведь осужденному, по сути, предлагается дать согласие на участие в обязательных работах или подвергнуться наказанию в виде лишения свободы. Но, как справедливо отмечает И. Клепицкий: «Другие способы соблюсти запреты Конвенции и при этом использовать общественно полезные работы... европейским законодательствам и юридической практике неизвестны».² Кроме того, если выбор между обязательными работами и лишением свободы в большинстве случаев выглядит формальным, то альтернатива в виде обязательных работ и административного штрафа представляется более сбалансированной (при условии адекватного соотношения сроков обязательных работ и размеров административных штрафов).