31.Движение сопротивления на оккупированной территории и проблема коллаборационизма.

В годы Великой Отечественной войны вся полнота власти в СССР сосредоточилась в руках Государственного комитета обороны (ГКО).23 июня 1941 года в Москве была образована Ставка Верховного главнокомандования. С 8 августа её возглавил И.В. Сталин. Через Ставку ГКО он осуществлял стратегическое руководство вооружённой борьбой. Деятельность Ставки заключалась в оценке военно-политической и стратегической обстановки, организации деятельности тыловых и фронтовых структур, сил. Сопротивления на оккупированной территории. Непосредственно стратегическое руководство борьбой в тылу врага осуществлял Центральный штаб партизанского движения при Ставке, созданный 30 мая 1942 года. Ему были подчинены в оперативном отношении республиканские и областные штабы партизанского движения. До лета 1942 года все эти функции относились непосредственно к Ставке ВГК.В ходе войны партизанское движение прошло три стадии развития, которые хронологически, в основном, совпадают с тремя периодами Великой Отечественной войны. Эта взаимосвязь и обусловленность определялась тем, что деятельность партизанских формирований с самого начала была подчинена интересам Красной армии как главному фактору в разгроме агрессора, а потому изменения на советско-германском фронте самым непосредственным образом влияли на организацию, размах и целенаправленность партизанских ударов.В самом начале Отечественной войны во все оккупированные районы были направлены руководящие партийные и советские работники, которые провели организацию партизанских отрядов, диверсионных групп, подпольных ячеек и истребительных батальонов, перешедших затем с оккупацией районов на положение партизанских отрядов. Одновременно в районах были созданы скрытые базы оружия, боеприпасов, продовольствия и обмундирования.

Сотрудничество граждан СССР с оккупантами развивалось в различных формах: военной, политической, хозяйственной, административной. Причины, толкнувшие их на этот шаг, имели сложный и неоднозначный характер, были порождены разными обстоятельствами бытового, психологического, мировоззренческого, иногда религиозного порядка. Бесспорно, что среди этих людей имелась значительная прослойка антисоветски настроенных граждан, которые добросовестно и преданно служили оккупантам. Жесткий тоталитарный сталинский режим, коллективизация, сталинские репрессии, утрата национальной независимости прибалтийскими государствами привели к тому, что многие воспринимали немецких оккупантов как освободителей.В то же время, как свидетельствуют многочисленные источники, комплектование коллаборационистских формирований немцами часто производилось примерно по такой схеме. В лагерь военнопленных прибывали вербовщики из представителей немецкого командования, белоэмигрантов, власовских эмиссаров и приступали к выявлению лиц, по различным причинам согласившимся вступить на службу в германскую армию. Из них создавалось ядро будущего подразделения. По количеству добровольцев оно, как правило, значительно не дотягивало до установленной штатной численности. Недостающих новобранцев отбирали уже по принципу физической годности к несению строевой службы. Они оказывались перед ограниченным выбором: либо принудительная служба в германской армии, либо голодная смерть. От безысходности многие соглашались надеть немецкий мундир, надеясь при удачном случае с оружием в руках перейти на сторону партизан или Красной Армии.Среди исследователей этой проблемы нет единого мнения относительно численности советских граждан, поступивших на службу врагу. По данным генерала армии М. А. Гареева, в различных охранных, карательных частях, в РОА и других националистических формированиях находилось около 200 тыс. человек, из них в боевых вооруженных формированиях более 100 тыс. По подсчетам Л. Репина, проведенным по документам военного архива в Потсдаме (Германия), служить в немецкую армию пошли не более 180 тыс. советских граждан, из них примерно половина — военнослужащие, а остальные — из числа гражданского населения. По немецким источникам, в конце войны в немецком плену находились свыше 2 млн советских военнопленных. Из них 940 тыс. — в концентрационных лагерях, а свыше миллиона были задействованы на всевозможных работах. Вместе с ними к сотрудничеству было привлечено многомиллионное гражданское население на оккупированных территориях. Лишь количество вывезенных в Германию людей превышало 2 млн.