3.Ингаляционная анестезия

До появления анестезии врач, помимо совершенство­вания своих профессиональ­ных навыков, был вынужден постоянно тренироваться и в скорости проведения опе­рации. Это было обусловлено в том числе и экономически­ми факторами, так как пациен­ты старались выбирать самого быстрого хирурга. И медики достигли в этой области по­разительных результатов: так, в 1824 году известный бри­танский хирург и основатель клинической школы Эстли Ку­пер мог ампутировать ногу в области тазобедренного сус­тава за 20 минут, а другой, не менее известный коллега Джеймс Сайм, смог проделать ту же операцию всего за 90 секунд.

Однако всё равно описания опе­раций тех времён для современ­ного человека напоминают скорее филь­мы ужасов. Это произош­ло в 1810 го­ду, когда зна­менитый во­енный врач армии Напо­леона Доми­ник Жан Ларре провёл удаление молочной же­лезы популярной английской писательнице Фанни Берн. И вот что позднее вспомина­ла писательница: «Г-н Дюбуа положил меня на матрас и на­крыл лицо батистовым плат­ком, но сквозь него мне было видно, как 7 мужчин и сидел­ка моментально окружили моё ложе. Я не захотела, что­бы меня держали, но когда че­рез батист ясно увидела блеск полированной стали, я закры­ла глаза... Когда отвратительная сталь вонзилась в грудь, разрезая вены, артерии, плоть, нервы - я не сдержала крика. Я начала кричать и кричала, не переста­вая, в течение всего процесса разрезания - странно, что этот крик не стоит в моих ушах до сих пор. Когда разрез был сделан, а инструменты вынуты, боль не ослабела, потому что воздух, который вдруг ворвался в незащищенные части моего тела, казал­ся массой мелких, но острых лезвий, вонза­ющихся в края раны, как кинжа­лы. Когда инструмент опять извлекли, я решила, что операция окончена. Но нет! Тут же ужас­ное кромсание возобновилось, и ещё больнее прежнего: хи­рург отделял нижнюю часть, основание мерзкой железы от того, к чему она была прикреп­лена... и опять, это ещё не был конец...»*

Более привычные для современного человека способы анестезии были разработаны лишь в середине XIX века. В 1820-е годы английский хирург Генри Хикман проводил опыты на животных, а именно пробовал ампутировать у них конечности, используя в качестве наркоза углекислый газ.

Однако значительно более подходящим для наркоза оказалась открытая в 1799 году закись азота, также известная как «веселящий газ». Дело в том, что в XIX веке в моду вошло коллективное вды­хание «веселящего газа» - закиси азота.

Ими дышали и на вечеринках, и даже во время лекций. Газ служил для забав до тех пор, пока надышавший­ся им учёный сэр Хэмфри Дейви не заметил, что зубная боль, терзавшая его с утра, приутих­ла, а вскоре исчезла совсем. Это стало отправной точкой в исто­рии ингаляционной анестезии.

Долгое время люди не догадывались о том, что закись азота можно использовать для анестезии. Первым это свойство обнаружил американский фокусник Гарднер Колтон, который, выступая в бродячем цирке, использовал «веселящий газ» во время своих шоу. 10 декабря 1844 года во время одного из представлений в маленьком городке Хартфорде Колтон вызвал на сцену добровольца, чтобы на нем продемонстрировать эффект необычного газа. Человек из зала, надышавшись им, смеялся так, что упал и серьезно повредил себе ногу. Однако Колтон заметил, что доброволец совсем не почувствовал боли – он находился под действием анестезии.

На это необычное свойство закиси азота обратил внимание не только сам фокусник, но и его зрители. Среди них был местный дантист Хорас Уэллс, быстро сообразивший, какую пользу в его работе может оказать волшебный газ. После представления он подошел к Колтону, попросил еще раз продемонстрировать свойства газа, а затем договорился о его покупке. Начав использовать «веселящий газ» в своей практике, Уэллс оценил его эффективность, но не стал патентовать свое открытие, решив, что новое универсальное обезболивающее должно быть доступно, «как воздух».

В 1845 году Хорас Уэллс решил продемонстрировать свое открытие широкой общественности. В одной из больниц Бостона он пообещал в присутствии зрителей вырвать пациенту больной зуб, используя в качестве анестезии закись азота. Добровольцем был сильный взрослый мужчина, который, как казалось, мог бы перенести удаление и без анестезии. Однако, когда началась операция, пациент начал истошно кричать. Присутствовавшие в зале студенты-медики начали издеваться над Уэллсом и с криками «Шарлатан, шарлатан!» покинули зал. Впоследствии Уэллс выяснил, что больной во время операции не чувствовал боли, а кричал от страха, однако ситуацию изменить было нельзя, его репутация уже была погублена.

Бросив лечение зубов, Уэллс несколько лет зарабатывал на жизнь в качестве бродячего торговца, затем всё же вернулся к экспериментам в области анестезии. Однако до добра они его не довели, бывший дантист пристрастился нюхать хлороформ и однажды в состоянии сильной интоксикации плеснул на одежду двух уличных проституток серную кислоту. За этот поступок он был арестован; протрезвев и осознав ужас содеянного, Хорас Уэллс покончил жизнь самоубийством. Перед тем, как перерезать себе вены, он подышал хлороформом для анестезии.

Среди тех, кто в 1845 году присутствовал на неудачной демонстрации Хораса Уэллса, был его бывший ученик и коллега Уильям Мортон*. Именно ему-то и досталась слава главного изобретателя анестезии. После неудачи, постигшей его учителя, Мортон продолжил его эксперименты и выяснил, что для анестезии можно использовать медицинский эфир.

30 сентября 1846 года он провел операцию по удалению зуба у пациента, используя эфир в качестве наркоза. Однако в историю вошла его более поздняя операция, 16 октября 1846 года в той же самой бостонской больнице, где был осмеян его учитель, Уильям Мортон публично удалил опухоль на шее пациента, в тот момент, когда тот находился под действием паров эфира. Операция прошла успешно, больной не почувствовал боли.

Уильям Мортон не был альтруистом, он хотел не только славы, но и денег. По этой причине он во время операции не признался, что использовал для анестезии обыкновенный медицинский эфир, а стал утверждать, что это изобретенный им газ «летеон» (от слова «Лета», река забвения). Мортон получил на свое изобретение патент, но это ему не помогло. Довольно быстро выяснилось, что главный компонент «летеона» – это эфир, а он под патент не попадал. По обе стороны океана врачи начали использовать медицинский эфир для анестезии, Мортон пытался отстаивать свои права в суде, но денег так и не получил. Зато ему досталась слава, именно его обычно называют создателем анестезии.

Однако на самом деле впервые эфир в качестве анестезии применил американский хирург Кроуфорд Лонг* 30 марта 1842 года (на четыре года раньше Мортона) он провел ту же самую операцию – удалил опухоль с шеи пациента под общим наркозом. В дальнейшем он много раз использовал в своей практике эфир, однако не приглашал на эти операции зрителей, а научную статью о своих экспериментах опубликовал лишь шесть лет спустя — в 1848 году. В итоге ему не досталось ни денег, ни славы. Зато доктор Кроуфорд Лонг прожил долгую счастливую жизнь.

Использование в анестезии хлороформа началось в 1847 году и стремительно завоевало популярность. В 1853 году английский врач Джон Сноу использовал хлороформ в качестве общего наркоза во время родов у королевы Виктории. Впрочем, довольно быстро выяснилось, что из-за токсичности этого вещества у пациентов часто бывают осложнения, поэтому в настоящее время хлороформ для анестезии больше не используется.

Первыми общими анестетиками были ингаляционные препараты: эфир, закись азота и хлороформ. Эфир (а именно диэтиловый эфир) был впервые получен Валериусом Кордусом в 1540 г., но он не использовался в медицине как анестетик до 1842 г., когда Кроуфорд В. Лонг и Уильям Э. Кларк независимо друг от друга применили эфир при работе с больными.

Четырьмя годами позже, 16 октября 1846 г., в Бостоне Уильям T. Дж. Мортон провел первую публичную демонстрацию общей анестезии посредством эфира. Закись азота впервые получил Джозеф Пристли в 1772 г., но аналгетические свойства препарата были обнаружены только в 1800 г.

Хемфри Деви, Гарднеру Колтону и Горацию Уэллсу приписывают первенство в использовании закиси азота в качестве общего анестетика у человека (1844 г). Хлороформ был получен, независимо друг от друга, фон Лейбигом, Гатре и Собераном в 1831 г. Хотя в клинике в качестве общего анестетика хлороформ первым применил Холмс Кут в 1847 г., в широкую практику он был внедрен акушером Джеймсом Симпсоном, который использовал хлороформ для уменьшения боли при родах.

Закись азота была наименее популярным препаратом среди трех первых ингаляционных анестетиков вследствие относительно низкой мощности и тенденции вызывать асфиксию при моноанестезии. Интерес к закиси азота не возрождался до тех пор, пока Эдмунд Андрюс в 1868 г. не применил закись азота в смеси с кислородом (содержание кислорода в смеси составляло 20%). Однако популярность смеси закиси азота и кислорода не превзошла популярности эфира и хлороформа. По иронии судьбы, закись азота - это единственный препарат из трех вышеперечисленных анестетиков, широко применяющийся и по сей день. Хлороформ вначале вытеснил было эфир, но впоследствии сообщения о связанных с его применением аритмиях и поражениях печени явились причиной того, что многие практикующие врачи отказывались от хлороформа, отдавая предпочтение эфиру. Несмотря на внедрение в практику других ингаляционных анестетиков (этилхлорид, этилен, дивиниловый эфир, циклопропан, трихлорэтилен и флуроксен), эфир оставался наиболее распространенным ингаляционным анестетиком до начала 1960 гг. Циклопропан был единственным ингаляционным анестетиком, конкурировавшим с эфиром по безопасности и популярности. К сожалению, оба эти анестетика легко воспламеняются и поэтому постепенно были вытеснены невоспламеняющимися сильнодействующими фторсодержащими углеводородами.