3. Понятие уголовно-процессуального закона. Действие уголовно-процессуального закона во времени, пространстве и по лицам.

При производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий соответственно во время дознания, предварительного следствия либо рассмотрения дела судом (ст. 1 УПК). Если в уголовном праве как общее правило применяется закон времени совершения преступлений, то в уголовном процессе — закон, действующий в момент производства по делу. Уголовно-процессуальный закон, отменяющий или ограничивающий прямо или косвенно право участников процесса, обратной силы не имеет. Он не распространяется на производство, начатое до его издания.

Независимо от места совершения преступления, производство по уголовным делам на территории РФ во всех случаях ведется в соответствии с УПК. Производство по уголовным делам о преступлениях, совершенных вне пределов РФ гражданами РФ, а также лицами без гражданства и иностранцами, ведется в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством РФ, если международными договорами не установлено иное.

Производство по уголовным делам о преступлениях, совершенных на воздушном, морском или речном судне (корабле), находящемся вне пределов РФ под флагом или с опознавательным знаком РФ, осуществляется в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством РФ, к порту которой приписано судно (корабль), если иное не предусмотрено международным договором.

Конкретные условия производства следственных действий в отношении лиц, обладающих дипломатическим иммунитетом и привилегиями, а также в помещениях и на территориях частных и служебных резиденций регулируются международными договорами.

В отношении лиц, обладающих правом дипломатической неприкосновенности, процессуальные действия, предусмотренные УПК, производятся лишь по их просьбе или с их согласия. Согласие на производство этих действий запрашивается через Министерство иностранных дел РФ.

Помимо этого исключения о запрете осуществлять процессуальные действия, имеется и ряд других, например, в отношении Российских граждан, о которых имеются специальные оговорки в действующем законодательстве. Круг таких лиц сравнительно широк и имеет тенденцию, вопреки ст. 19 Конституции РФ, провозглашающей равенство всех перед законом и судом, к дальнейшему расширению. К ним относятся: Президент РФ, кандидаты в Президенты РФ, члены избирательных комиссий с правом решающего голоса, члены комиссий по проведению референдума с правом решающего голоса, члены Совета Федерации и депутаты Государственной Думы, зарегистрированные кандидаты в депутаты, судьи всех судов, прокуроры и следователи, сотрудники органов Федеральной службы безопасности при исполнении ими служебных обязанностей, депутаты, члены выборных органов местного самоуправления, председатель, заместитель председателя, аудиторы и инспектора Счетной палаты.           

Заслуживает внимания вопрос о возможности применения уголовно-процессуальных норм по аналогии к процессуальным ситуациям, отношениям, не предусмотренным этими нормами. В уголовно-процессуальном законодательстве он не нашел своего разрешения. В теории уголовного процесса проблема аналогии спорна. Исходя из признания неустранимой пробельности любой отрасли права, многие ученые считают, что обойтись без аналогии в сфере уголовно-процессуального регулирования невозможно¹. Интересно заметить, что неизбежной признается аналогия закона при определенных условиях и в уголовном праве.                                       

В статьях Уголовно-процессуального кодекса не установлено, в какое время суток допускается допрос свидетеля. Для ответа на этот вопрос следует обратиться к другим нормам закона. Известно, например, что допрос обвиняемого запрещен в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства (ст. 150 УПК). Ночное время длится с 22 до 6 часов по местному времени (п. 15 ст. 34 УПК). Таким образом, обратившись к аналогии закона, мы получаем ответ на интересующий вопрос. Еще один пример. Статья 23 УПК устанавливает основания отвода судьи и прокурора от участия в деле, если они прямо или косвенно заинтересованы в его исходе. Между тем ст. 377 УПК не содержит указания на то, что в суде надзорной инстанции председатель, открывая судебное заседание, выясняет, имеются ли заявления об отводе судьи и прокурора, в чем следует видеть наличие пробела. Преодоление его в надзорной инстанции осуществляется путем обращения по аналогии со ст. 23 УПК.

Таким образом, применение в уголовном процессе закона по аналогии может способствовать достижению задач уголовного судопроизводства. Однако в интересах законности ее применение следует ограничить тремя условиями, на которые правильно было указано М.С. Строговичем: 1) предусмотренный процессуальным законом случай должен быть однороден с тем, к которому закон применяется по аналогии; 2) применение процессуального закона по аналогии ни в какой мере не может вести к ограничению процессуальных прав участвующих в процессе лиц или к возложению на них не предусмотренных законом обязанностей; 3) применение процессуального закона по аналогии не допускает совершения органами следствия, дознания, прокуратуры и судом процессуальных действий, не предусмотренных нормами процессуального закона.