Глава 5
Лучики солнца пробирались сквозь плотные шторы в спальне и играли на моем лице. Открыв глаза, я прищурилась и, повернувшись на спину, сладко потянулась в кровати. Рядом со мной лежал тот самый мишка. Я взлохматила его голову и слегка улыбнулась.
- С добрым утром, Мишань, - обратилась я к плюшевому мишке.
Поднявшись с кровати, я поправила платье и спустилась вниз. Дома никого не было. Странно.... Сколько я проспала?
Пройдясь по всем комнатам в доме, я окончательно убедилась, что в доме я нахожусь одна. Выйдя во двор, я ещё раз потянулась и устремила взгляд на чистое голубое небо.
- Смотри как надо! - послышался звонкий Ванн голос где-то в дали и через мгновение он показался сам на скейтборде со счастливой улыбкой на губах. За ним заливаясь звонким смехом, бежал Руслан.
Увидев меня, Ваня резко затормозил и, взяв скейтборд в руки, направился ко мне.
- Ты всегда так долго спишь, мелочь? - спросил он.
- А сколько я проспала? - сонным голосом спросила я.
Ваня посмотрел на часы, те самые, которые я ему подарила пару лет назад на день рождение. Меня не помнит, но мои вещи всё-таки хранит...
- Почти сутки,- пояснил он. - Сейчас 12 часов, в это время мы как раз и приехали вчера.
- Наверное, устала очень, а так я вообще очень мало сплю.
- А что так, Бессонница мучает?
- Да нет, в основном работа мучила...- проговорила тихо я, вспомнив прошлое, когда приходила домой за полночь и спала всего лишь 2-3 часа. - Раньше...- добавила я с горечью в голосе.
Мы прошли в дом, а Руслан остался во дворе гонять мяч. Ну весь в отца! - подумала я про себя.
- А как Руслан оказался у тебя?- спросила я, когда мы сидели за столом и пили кофе.
- Мигель привёз, - вполне спокойно ответил Ваня.
Мы просто сидели молча, и пили кофе, иногда поглядывая друг на друга. При одной мысли, что мне придётся скоро с ним расстаться, сердце разрывало на части. Моё решение помочь ему что-то вспомнить было глупое. И сейчас, как бы мне не было тяжело, я решила от неё отказаться. Раз так случилось, значит не судьба. Ведь когда то я была уже счастливой. Но ни смотря на всё это, я была твёрдо уверенна в одном, что Ваню я уже не забуду никогда, и ни какой Артём мне его не заменит.
Взяв чашку в руки, и отпив немного кофе, я с грустной улыбкой посмотрела на Ваню. Телефон лежащий на столе настойчиво завибрировал. Я взяла его в руки с полной уверенностью, что это очередное смс от Артёма. Но я ошибалась. Открыв сообщение, я взвизгнула. Чашка с грохотом упала на пол. Я упала на колени, а затем присела, прислонившись к кухонному гарнитуру.
'Ты уйдёшь вслед за ним', - крутилась фраза у меня в голове. И жуткая фотография моего брата с пробитой головой.
- Что-то случилось? - спросил Ваня, вскочив из-за стола и подбежав ко мне.
Я молчала. Надо валить отсюда пока не поздно. Уезжать. И больше никогда сюда не приезжать. Тут меня уже ничего не держит. Ни кто и ничего!
Усадив Нику на кресло, я налил ей стакан воды. Вот же, мелочь! Только вернулась, а уже где-то проблемы нашла на свою задницу. Ничего не изменилось. Нет, конечно, внешне она изменилась, и узнал то я её не сразу. Если честно, то и узнал то я её, только случайно....Если бы не этот случай, я бы и не вспомнил её наверное....
Уже через час после того как я её выгнал, я понял, что погорячился. Я стал ей названивать, но телефон был вне зоне доступа, что ещё больше меня взбесило. Я всегда просил её не ставить телефон на беззвучный режим, а тем более отключать.
В ту ночь, я ни как не мог уснуть. Впрочем так было всегда, когда она приходила за полночь. Под утро я все-таки задремал. Проснулся я от того, что на втором этаже, раздались детские крики. Я вскочил с дивана и побежал на второй этаж. Почему-то я был уверен, что Ника вернулась под утро, как раз в то время, когда я задремал.
Я очень удивился, когда увидел Мигеля с Викой на руках. Он укачивал малышку, но та ни как не могла успокоиться. Я немного растерялся. Плюхнувшись на кресло рядом с кроватью девочки, я потёр лицо руками, чтобы хоть как-то проснуться.
- Что ты тут делаешь? - спросил я спросонья. - Где эта...- мне так хотелось выругаться и назвать её шалавой, но я сдержался и ещё раз повторил. - Ника где?
Мигель молча положил Вику обратно в кроватку и тихо вышел из комнаты, позвав меня за собой. Подойдя к кровати дочери, я погладил её по волосам и улыбнулся, малышка в ответ одарила меня детской улыбкой и закрыла глаза.
Спустившись в гостиную, я сел на кресло. Миша сидел напротив и разливал виски по стаканам.
- Что это с тобой?- я усмехнулся. - Решил бухнуть с утра пораньше? Смотри, Машка же прибьёт!
- Сегодня не прибьёт,- произнёс он тихо и залпом выпил.
- Чё так?- спросил я, рассмеявшись. Я посмотрел на часы. - Твою мать, уже девятый час, где её носит?! Я набрал Никин номер, но телефон был выключен. Посмотрев на Мигеля, я увидел, что он смотрит на меня снисходительно и вновь набрал номер.
- Можешь не стараться, она всё равно не возьмёт, - Миша тяжело вздохнул.
- Почему? - я немного напрягся. Давно я не видел друга таким серьёзным. Лицо у Мишки было измученное, и тут я понял, что что-то произошло. - Что случилось?
- Вань, Ника.... - начал он тихо. - Она не возьмёт трубку....
- Это ещё почему?
- Её больше нет....
От этой фразы меня передёрнуло. Я выпил виски залпом и вскочил с кресла.
- Что ты несёшь?! - заорал я. - Что значит, нет!?
- Сегодня, в около четырёх утра....
- Что?!
- Они... Ника и Дима... Они разбились...
- Не смешная шутка,- я ухмыльнулся, но лицо Мигеля не изменилось, он был серьёзен. - Мы поругалась... ну да, я вспылил. Накричал, но это не повод, чтобы так шутить! - я был уверен, что друг шутит и разозлился не на шутку. - Пусть только вернётся, я ей устрою! - выпив залпом ещё один стакан, я начал набирать номер жены, но девушка - оператор повторяла одно и тоже 'Абонент временно не доступен'.
Миша молча подошёл ко мне и забрал у меня телефон.
- Вань, она не возьмёт,- повторил Миша спокойно.
- Я сказал, не шути так! - закричал я, и плюхнулся на кресло.
- Маркелов, - тихим спокойным голосом обратился он ко мне. - Такими вещами не шутят. И ты сам прекрасно знаешь свою жену, она не такая. Мысль так жестоко соврать тебе, чтобы проверить твои чувства, Ника бы так не смогла, - Миша вытащил из кармана пиджака кольцо моей жены и положил его на стол.
- Тело сильно обгорело, узнать её невозможно. Вот всё что осталось...- Мигель тяжело вздохнул.
- Пошёл вон! - процедил я сквозь зубы, сжимая кулаки.
- Я заберу детей к себе, на время...- ни сказав больше не слова, Миша поднялся на второй этаж и по очереди вынес детей на руках и уехал.
Выпив очередной стакан виски, я уставился в одну точку ничего не понимая. Как? Почему? И за что? За что бог забрал у меня самое дорогое в моей жизни. Мою маленькую девочку, которую я так люблю всем сердцем. Почему?! Почему?! Я почувствовал, как ком подкатывает к горлу, а по щекам стекают слёзы. За что?! Господи, за что?!
Впервые за несколько лет, я сейчас плакал, как ребёнок. Вот теперь, почувствовал настоящую боль... Невыносимую боль.... Теперь я понимал насколько это больно потерять родного, самого любимого человека в твоей жизни.
Это был удар... Сильный удар... Удар, которого я не забуду никогда! Эта боль навсегда останется со мной.
Взвыв, как одинокий волк, я одним махом разнёс журнальный столик к чёртовой матери и рухнул на колени. Стуча кулаками об деревянный пол. Осколки разбитого столика и бутылки испод виски вбивались мне в кожу, нанося мне раны, но эту боль я не чувствовал. Боль была лишь одна - в сердце.
Бросив взгляд на рамку, в которой была наша с Никой фотография, я увидел, как мелкие осколки испод рамы искажают немного наши лица. Выбросив рамку подальше, я провёл пальцами по её образу на фотографии.
- Моя девочка...- прошептал я еле слышно охрипшим голосом. - Я люблю тебя... Я люблю тебя, ты слышишь!? - закричал я во всё горло, задыхаясь от боли и слёз. - Я люблю тебя!
Моя девочка смотрела на меня своими счастливыми глазами и мило улыбалась.
До конца осознав всю суть происходящего, я встал на колени, крепло сжимая в одной руке обручальное кольцо, а в другой нашу совместную фотографию, я закричал, так, что меня, наверное, было слышно даже там...
- Неееет! Нет! Нет! - я продолжал бить кулаками по разбившемуся стеклу. - Неееет!
Укрыв меня тёплым пледом, Ваня всё расспрашивал меня о том, что же такого мне прислали, что теперь я нахожусь в таком состоянии. Но я ничего не могла ему сказать. Сейчас я сама мало чего соображала. Уставившись в одну точку, я слушала, как на стенке тикают часы. По не многу это начинало раздражать. Действовало на нервы, и я вновь психанула. Издав истошный крик, я закрыла уши руками. Кто же это мог быть? И за что этот человек меня ненавидит? Эти вопросы теперь крутились у меня в голове. Кому я сделала плохого, что бы пойти на крайности и поступить со мной так жестоко прислав мне ммс-кой фотографию моего брата с пробитой головой? Кому в голову вообще пришло разыгрывать меня так? Ведь мне и так было тяжело. Я считала себя виноватой. Вот, если бы я не позвонила Диме в ту ночь, а просто осталась бы сидеть на скамейке, ничего бы этого не было. И Дима сейчас был бы жив, а Ваня бы помнил меня, и не попал в эту чёртову аварию, в которой я тоже винила себя. Если бы я пришла домой, Ваня бы убедился, что я жива. И не пил бы, и не было бы ни какой аварии. Но нет же, я улетела в эту чёртову Америку! А зачем? Я собственными руками сломала все, и убила всех, кто мне был дорог. И с чем я осталась? С маленьким ребёнком на руках.... Я ненавидела себя за то, что теперь Руслан вырастит без отца, точно так же, как росла я. Я поломала жизнь всем, в том числе и самой себе.
Вероятность того, что Ваня меня вспомнит, была очень мала. Сейчас я уже не хотела ничего. Не бороться, не доказывать ничего ему. Сейчас мне хотелось уехать в эту чёртову Америку и жить спокойно. Я боялась, что одной угрозой эта тварь не обойдётся. Я боялась за Руслана. Что будет со мной, если я потеряю частичку Андрея, самого любимого, родного и желанного сына?
Быстро вскочив с дивана, я на ходу натянула туфли и, взяв сына в охапку, вызвала такси и уехала.
Всю дорогу до отеля, где в это время находились Артём и Юля, я ехала с оглядкой. Все машины с тонированными стёклами вызывали у меня дрожь. Я постоянно смотрела на таксиста и внимательно вглядывалась в черты его лица. Он, наверное, подумал, что я сумасшедшая. И он был прав, такое мнение обо мне сейчас было вполне оправданным. Мне только что, кто-то угрожал.
Мне не хотелось уходить от Вани, но пересилив себя, я все-таки ушла. Ушла, пообещав самой себе, никогда больше не возвращаться. Это было глупо с моей стороны пытаться начать всё заново. Значит, так угодно судьбе. И я не в силах сейчас, что-то сделать и изменить её. От всей души и всем сердцем, я желала Ване счастья с другой девушкой. Глупо? Возможно. Но ничего большего мне не оставалось....
В моей памяти навсегда запечалиться Маркелов Иван Сергеевич - милый, обонятельный, нежный, ласковый, немного сумасшедший, но заботливый муж и отец. Его зелёные глаза я не забуду никогда, я не смогу стереть из памяти прикосновения его нежных, сильных рук. Я никогда не забуду, то, как он поднял меня на руки и научил улыбаться. Мне никогда не забыть то счастье и ту любовь, которую я испытала рядом с ним. Я буду помнить его всегда... И сколько бы лет не прошло, я буду... Я буду любить Ваню всегда.
Я взглянула в окно и, посмотрев на небо, повторила ещё раз про себя 'Я буду любить тебя....'