420 Не сыщешь ли ты средства и себя

С детьми, и нас спасти, от осуждений

Афинского царя освободив?

Ведь я не варвар-самодержец: власти

Моей постольку граждане покорны,

Поскольку сам покорен правде - царь.

Корифей

Помочь в нужде мы рады чужеземцам

Да, видно, бог пути нам преградил.

Иолай

Во время его речи двери храма приотворяются, и из них выходит Макария. По

всему видно, что она встревожена; она спускается по ступеням храма к

Гераклидам, жадно прислушиваясь к словам говорящих.

О дети! Мы теперь, как мореходы,

Едва спаслись от яростной волны,

До гавани рукой подать, и вдруг

430 Безумный шквал... И где опять тот берег?

Земля от нас уходит эта, дети,

А славили спасенье мы!.. Себя

На суше мы считали... Ты, надежда,

Нас радостно дразнила, - для чего ж,

Коль милости к несчастным не таила

Твоя мечта? Могу ли на царя

Я гневаться, что он не отбирает

Афинских дев у граждан для ножа?

Своей хвалы я не возьму обратно

У города. Я все же твой должник,

О царь, хоть мой удел и жалок...

Только

Для вас-то что ж придумаю, птенцы?

Куда еще идти? И есть ли боги,

440 Которых бы мольбою не венчал

Я алтарей? И где огонь очажный,

Который бы детей не озарил

Беспомощных?.. Нас выдадут микенцу...

И я умру... Ну что ж! Я одного

При этом лишь боюсь - его глумлений...

Но вас до слез мне жалко, малыши,

И старую Алкмену тоже жалко...

Твой долгий век, о горькая, каким

Венчается концом!.. И я, несчастный,

Трудился для чего же? Для того ль,

Чтобы, врагу попав позорно в руки,

450 Из жизни так печально выбыть?

(Грустно склоняет голову. Пауза размышления. Внезапно он опять

выпрямляется, как бы озаренный новой мыслью.)

Царь,

Ты спрашивал, что делать... помоги ж нам

Теперь в одном... ведь на спасенье есть

Еще надежда детям: Иолаем

Ты замени Геракловых птенцов!..

Избегнешь ты опасности, и дети

Останутся в живых. А старику

Что в жизни за отрада? Бог же с нею!

Ведь более всего желал бы он

Гераклова соратника унизить:

Не благороден он. Молись, разумный,

С разумным чтоб вражда тебя свела: