Взгляд русского на современное состояние Европы (1841 г.)

Мы сохранили в себе чистыми три коренных чувства, в которых имя и залог нашему будущему развитию.

Мы сохранили наше древнее чувство религиозное. Крест христианский, положил свое знамение на всем первоначальном нашем образовании, на всей русской жизни...

Второе чувство, которым крепка Россия и обеспечено ее будущее благоденствие, есть чувство ее государственного единства, вынесенное нами также из всей нашей истории... Конечно, нет страны в Европе, которая могла бы гордиться такою гармониею своего политического бытия, как наше отечество. На Западе почти всюду раздор признан законом жизни, и в тяжкой борьбе совершается все существование народов. У нас только царь и народ составляют одно неразрывное целое, не терпящее никакой между ними преграды; эта связь утверждена на взаимном чувстве любви и веры и на бесконечной преданности народа царю своему. Вот сокровище, вынесенное нами из нашей древней жизни, на которое с особой завистью смотрит разделенный в себе Запад, видя в нем неиссякаемый источник государственного могущества...

Третье коренное чувство наше есть осознание нашей народности и уверенности в том, что всякое образование может у нас только тогда пустить прочный корень, когда усвоится нашим народным чувством и скажется народною мыслью и словом. В этом чувстве таится причина нашей нере­шимости продолжать литературное развитие вместе с изнемогающим Западом; в этом чувстве мощная преграда всем его искушениям; об это чувство разбиваются все частные бесплодные усилия наших соотечественников привить нам то, что нейдет к русскому уму и русскому сердцу...

А.И. Герцен. Россия (1849 г.)

С самого начала наш естественный, полудикий образ жизни более соответствует идеалу, о котором мечтала Европа, чем жизненный уклад цивилизованного романо-германского мира; то, что является для Запада только надеждой, к которой устремлены его усилия – для нас уже действитель­ный факт, с которого мы начинаем; угнетенные императорским самодер­жавием – мы идем навстречу социализму...

Земля принадлежит общине, а не отдельным ее членам; последние же обладают неотъемлемым правом иметь столько земли, сколько ее имеет каждый другой член той же общины; эта земля предоставляется ему в по­жизненное владение; он не может, да и не имеет надобности передавать ее по наследству... Каждый из владеющих землею в общине... имеет голос в делах общины. Староста и его помощники избираются миром. Также поступают при решении тяжбы между разными общинами, при разделе земли и при раскладке податей... Я не вижу причины, почему Россия должна непременно претерпеть все фазы европейского развития, не вижу я также, почему цивилизация будущего должна неизменно подчиняться тем же условиям су­ществования, что и цивилизация прошлого... Германская община пала, встретившись с... феодализмом и римским правом. Мы же, к счастью, являемся с общиной в эпоху, когда противообщинная цивилизация гибнет вследствие полной невозможности отделаться, в силу своих основных начал, от проти­воречия между правом личным и правом общественным...

Ей (России) гораздо легче отделаться от администрации, насильственно насажденной и совершенно не имеющей корней в народе, чем отказаться от общины... Перед лицом Европы, силы которой за долгую жизнь истощились в борьбе, выступает народ, едва только начинающий жизнь и который под внешней жестокой корой царизма и империа­лизма вырос и развился, подобно кристаллам, нарастающим под гнетом. Кора московского царизма отпала, как только она сделалась бесполез­ной; кора же империализма еще слабее прилегает к дереву.

Действительно, до сих пор русский народ совершенно не занимался вопросом о правительстве; вера его была верой ребенка, покорность его – совершенно пассивной. Он сохранил лишь одну крепость, оставшу­юся неприступной в веках – свою земельную общину, и в силу этого он на­ходится ближе к социальной революции, чем к революции политической.