2. Особенности деятельности оператора в особых и экстремальных условиях

Действие различных факторов способствует формированию особенностей деятельности оператора в особых условиях.

В первую очередь необходимо рассмотреть фактор риска, то есть такой психологический фактор необычных условий, которые характеризуются наличием угрозы для жизни человека.

Изучение фактора риска является одной из важнейших задач психологии безопасности. Здесь понятие «риск» расценивается как опасное условие, при котором выполняется деятельность, или же, как действие, совершаемое в условиях неопределенности. Примером проявления риска как условия может служить деятельность оператора в опасной зоне (например, при обслуживании высоковольтной установки), примером же риска в действии – случаи, когда люди преднамеренно нарушают правила безопасности в надежде, что все обойдется.

К особым условиям относится и работа человека в режиме ожидания. В деятельности человека различают пассивное ожидание – строго регламентированное, характер, начало и окончание которого заранее известны, и активное ожидание.

Примером пассивного ожидания является работа на станках-полуавтоматах, где задача оператора заключается в том, чтобы установить деталь, включить станок в автоматический режим, по окончании обработки вынуть деталь и приступить к обработке следующей. Трудовая деятельность характеризуется пассивным вниманием, скудностью раздражителей, малой двигательной активностью, что вызывает у человека состояние однообразия, скуки, монотонии. Для такой работы наиболее приспособлены лица с инертным типом нервной системы, интроверты.

Иные требования предъявляет к оператору режим активного ожидания. Сохранение готовности к экстренному действию, неопределенность его по характеру и неопределенность его реализации во времени требуют особой психологической установки. Необходимость длительного сосредоточенного наблюдения вынуждает оператора сохранять активность систем организма, прежде всего анализаторов и центральной нервной системы, на высоком уровне. Поэтому такую деятельность можно квалифицировать как труд ожидания.

Еще одним из проявлений измененных условий деятельности является десинхроноз (от лат. de – отдаление, греч. synchronosmos – совпадение во времени) – неблагополучие организма вследствие нарушения его циркадианных (суточных) ритмов.

Основные причины десинхроноза

1. Рассогласование биологических датчиков времени и циркадианных ритмов организма, которое может возникать как при смене часовых поясов (например, трансмеридианные перелеты), так и при устойчивом рассогласовании по сну – бодрствованию с местной системой датчиков времени (чередование ночных и дневных рабочих смен),

2. Частичное или полное исключение датчиков времени (условия Арктики или Антарктики, космические полеты, длительное пребывание в условиях изолированного пространства и т. п.).

3. Воздействие экстремальных факторов физического и психического (особенно эмоционального) перенапряжения, мышечные нагрузки, физические воздействия.

Следствием десинхроноза является расстройства сна, снижение аппетита, снижение умственной и физической работоспособности, различного рода невротические расстройства. Различают острый и хронический, явный и скрытый, тотальный и частичный десинхроноз. Профилактика десинхроноза основана прежде всего на установлении рационального режима труда и отдыха.

Проявлением особых условий деятельности в ряде случаев является изоляция – обособление человека или группы людей (групповая изоляция) от привычных условий жизни и общения с другими людьми. Изоляция может быть длительной (космический полет, отдаленные экспедиции и т. п.) и кратковременной (операторская деятельность в кабинах малого объема, в режиме оперативного покоя; ожидания экстренных действий).

Разновидностью изоляции в сенсорно-перцептивной сфере является депривация (от лат. depnvitio – лишение, потеря) – сенсорная недостаточность (сенсорный голод), наблюдаемая у человека в условиях изоляции или при нарушении работы органов чувств. В условиях депривации у человека усиливается потребность в ощущениях и аффективных переживаниях, что осознается в форме сенсорного и эмоционального голода. В ответ на это активизируются процессы воображения, которые определенным образом воздействуют на образную память.

В обычных условиях на органы чувств воздействует мощный поток раздражителей. В условиях полета в облаках, ночью, на большой высоте или над снежными полярными пустынями и др. воспринимаемая обстановка бывает очень однообразной. Кабины самолетов и отсеки подводных лодок заполнены равномерным шумом работающих энергетических установок. Летчик А. К. Пужило свои ощущения от полета внутрь Антарктиды описал так: «Представьте, что сидите рядом с работающим двигателем в комнате и часами смотрите в хорошо побеленный потолок». При прокладке субмарины на грунт, а также при полете космического корабля наступает полная тишина, нарушаемая слабым однообразным шумом работающей аппаратуры.

Развивая идеи И. М. Сеченова, И. П. Павлов подчеркивал что «для деятельного состояния высшего отдела больших полушарий необходима известная минимальная сумма раздражителей, идущих в головной мозг при посредстве обычных воспринимающих поверхностей тела животного».

В космическом полете, в условиях подводного плавания, в Арктике и Антарктике и в других монотонных условиях нехватка для нормального функционирования мозга афферентных импульсов, идущих от органов чувств, начинает осознаваться и переживаться как потребность. Характерно, что потребность в афферентации люди сравнивают с голодом, а удовлетворение ее – с насыщением. По мере увеличения пребывания в подобных условиях «сенсорный голод» начинает осознаваться все более отчетливо

При невозможности удовлетворить сенсорные потребности в монотонных условиях активизируются образная память и воображение. Например, у космонавтов, когда они разгружали транспортный корабль, был следующий случай. У дальнего вентилятора все увидели «белую мышь», которая оказалась сжатой в комок салфеткой.

В опытах по сенсорной депривации, зрительный и слуховой эйдетизм был спровоцирован, по определению И. П. Павлова, благодаря преобладанию первой сигнальной системы над второй. По всей вероятности, это связано со сложной перестройкой динамики взаимодействия первой и второй сигнальных систем. В монотонных условиях вспоминаемые образы не конкурируют с образами реальной действительности, и вместо обычно первенствующей в бодром состоянии работы второй системы доминирует деятельность первой. В начале это происходит в виде мечтательности и фантастичности, затем – в виде легкого сонного состояния, т. е. первая система освобождается от регулирующего внимания второй. Причем, развивающееся торможение во второй сигнальной системе по закону «взаимной индукции», активизирует деятельность первой, чем и объясняется яркость эйдетических образов.

Многие врачи арктических и материковых антарктических станций указывают на то, что с увеличением срока пребывания в экспедиционных условиях у полярников нарастает общая слабость, тревожность, замкнутость, депрессия. По мнению исследователей, одна из главных причин астенизации (истощения) нервной системы и психических заболеваний – измененная афферентация, особенно в условиях полярной ночи.

Изучая воздействие темноты на психическое состояние, К. К. Яхтин установил, что у здоровых людей, работающих в затемненных помещениях на кинофабриках, в крупных фотоателье и в полиграфической промышленности, нередко развивают невротические состояния, выражающиеся в появлении раздражительности, плаксивости, расстройств сна, страхов, депрессии и галлюцинаций.

В целом, условиях депривации нарушается режим сна и бодрствования, развиваются гипнотические состояния. Чем жестче условия депривации, тем быстрее нарушаются процессы памяти и мышления, что проявляется в невозможности на чем-либо сосредоточиться, последовательно обдумать проблемы. Отмечается также снижение функции экстраполяции и продуктивности при выполнении умственных действий. Состояния, близкие к депривации, могут встречаться у операторов при нахождении их в режиме оперативного покоя.

В ряде случаев особые условия могут быть связаны с необходимостью непрерывной работы в течение довольно продолжительного времени. Это явление носит название режима непрерывной деятельности (РНД). Он характеризуется временным промежутком, в течение которого человек выполняет деятельность в условиях вынужденного бодрствования.

Особыми характеристиками отличается и деятельность оператора в условиях монотонии.

Монотония – субъективное состояние пониженной психической активности, которое возникает при длительной, постоянно повторяющейся, однообразной, не требующей личной инициативы работе.

Она характеризуется психическими, результативными и физиологическими симптомами:

Психические симптомы проявляются в чувстве усталости, сонливости в сочетании с легким ощущением нежелания, неудовлетворенности и умственной тупости, снижения уровня внимательности и т.д.

Симптомы результативности – снижение дееспособности в целом, колебание производительности, изменение быстроты реакции, способности ориентироваться и т. д.

Физиологические симптомы – снижение общей активности, снижение уровня кислорода, уменьшение частоты пульса, понижение кровяного давления и мышечного тонуса.

Неблагоприятное действие монотонии усиливается однообразным раздражением вестибулярного аппарата покачиванием (корабельные специалисты, летный состав, водители, машинисты), что способствует развитию гипнотических фаз и глубокого сна, причем с открытыми глазами. Однако, процесс торможения захватывает только двигательную область коры полушарий.

В фазе гипнотического состояния происходит расщепление связей между чувственным восприятием сигналов и их логическим осмыслением, между принятием решения и действиями. Обычно это осуществляется при благоприятных условиях. При усложнении обстановки человеку трудно выйти из оцепенения и предотвратить аварию.

Такую форму нарушения деятельности выявили экспериментально, путем записи биопотенциалов мозга 300 водителей. 62 из них неожиданно для себя 1 – 4 раза обнаруживали себя на встречной полосе, 34 – съезжали на обочину или кювет дороги.

Профессор В. Н. Пушкин, проанализировав аварии, установил, что в 61 % случаев их причиной было гипнотическое состояние. Он провел эксперимент готовности машиниста к экстренному действию в условиях монотонии по методике «бегущая лента». В течение 3-х часового опыта испытуемым предлагалось 30 раздражителей, на которые они должны были реагировать. Интервал подачи – от 1 до 10 – 15 минут, – создавал элемент внезапности.

Г отовность к действию у испытуемых не достигала 100 %, а колебалась между 45 % и 65 %. Это было названо средним уровнем готовности. В ходе опыта, при подаче очередного раздражителя, обнаруживался момент резкого западения кривой бдительности относительно среднего уровня (рис. 1). Такое снижение назвали критической точкой.

Рисунок 1 – Кривая бдительности обследуемого (на 160-й минуте видна «критическая точка», выражающаяся в резком снижении бдительности)

Из графика видно, что основная масса реакций распределяется в полосе от 45 до 70 %. Это полоса среднего уровня готовности. На 60-й минуте произошло первое резкое снижение кривой. Величина готовности упала с 49 до 19 %. На 66-й минуте готовность поднялась к среднему уровню – 65 %. С 140-й минуты она вновь резко снизилась, и, образовав небольшую ступень подъема, достигла 10 % на 160 мин.

Из 61 % аварий, связанных с развитием гипнотической фазы, (В. Н. Пушкин), 4 % падает на глубокий сон.

Были сделаны попытки профотбора людей, устойчивых к монотонии, методом «бегущая лента». Но, как показали исследования, сами условия монотонии вызывают потерю бдительности, что не может решить проблему безопасности.

Изучение личностных характеристик, которые способствуют склонности к монотонности, позволило отдельным авторам сделать лишь однозначный вывод о необходимости классифицировать людей на экстравертов и интровертов. Экстраверты более восприимчивы к монотонности, чем интроверты.

В вопросе о взаимозависимости уровня умственного развития и восприимчивости к монотонности нет единого мнения. К. Мацуда обнаружил, что личности с высоким уровнем интеллектуального развития, кроме лиц с максимальным уровнем развития, гораздо чувствительнее к монотонности. X. Бартенверфер утверждает, что интеллект и монотонность несовместимы.

Утомление, снотворные препараты, алкоголь способствуют возникновению состояний монотонии.