Этика и психология науки
Светлой памяти
Александра Александровича Формозова (1928–2009) – выдающегося русского археолога и историка науки в России.
Предисловие
«Что мне сказать?…
Что вы дисциплинировали взмах
Взбешённых рифм, тянувшихся за глиной,
И были домовым у нас в домах
И дьяволом недетской дисциплины?
Что я затем, быть может, не умру,
Что до смерти теперь устав от гили,
Вы сами, было время, поутру
Линейкой нас не умирать учили?»
Б. Л. Пастернак.
Брюсову.
1923 г.
Высшую аттестационную комиссию Российской Федерации реформировали неоднократно. Пытались изменить к лучшему порядок защиты диссертаций и присвоения учёных степеней и званий. На исходе 1990‑х гг. некоторыми членами президиума ВАКа был поднят вопрос о пересмотре состава кандидатских экзаменов. В частности, предлагалось убрать экзамен по философии; заменить его на что‑то другое (звучало предложение о русском языке – дабы улучшить грамотность соискателей учёной степени и стиль диссертаций). Физики и другие естественники‑технари из президиума ВАКа активно проталкивали это предложение (лет десять спустя после отмены советской идеологии, наконец, осмелели…). Только решительное противодействие ректоров Московского государственного и Бауманского технического университетов блокировало подобные намерения. В.А. Садовничий и И.Н. Фёдоров заявили как отрезали: в МГУ и в МВТУ как сдавали кандидатский минимум по философии аспиранты и соискатели всех факультетов, так и будут сдавать. Последовал и целый ряд протестов в средствах массовой информации против разгуманитаризации аспирантской подготовки1. По вопросу о кандидатских экзаменах была создана согласительная комиссия ВАКа во главе с учёным‑правоведом, академиком В.Н. Кудрявцевым. Не прошло и нескольких лет, как эта комиссия предложила экзамен нового формата – по истории и философии науки. Ещё через какое‑то время новый экзамен был обеспечен программами, учебными пособиями2 и кадрами переподготовленных в столичных центрах преподавателей.
Упомянутые учебные пособия написали самые авторитетные в стране философы‑науковеды – B.C. Стёпин3, Л.А. Микешина4, В.В. Ильин5; целый «коллектив авторов», не согласившихся на единого редактора6; и другие, а также ещё ряд менее известных коллег. Тем не менее учебное изложение философии науки для аспирантов нельзя считать исчерпанным. Кроме общей теории и методологии, логики и социологии науки с начинающими учёными стоит обсудить проблемы психологии и этики профессии, которую они выбирают. Таким сюжетам посвящено настоящее пособие, а в остальных, уже вышедших в свет, они почти не затрагиваются7.
Хотя мой стаж пребывания в учебных и научных структурах – студентом (1969), аспирантом (1974), ассистентом (1980), старшим преподавателем (1984), доцентом (1986), профессором (1994) – перевалил за сорок лет, я бы нипочём не решился поучать молодых учёных, как им заниматься наукой и относиться друг к другу и к своим наставникам, если бы не полученные мной самим уроки того и другого моих замечательных учителей. Прежде всего, двоих ближайших. По философии науки – Г.А. Подкорытова1 (Санкт‑Петербург), по истории науки – А.А. Формозова (Москва)2.
Геннадий Алексеевич Подкорытов, возглавляя в 1971–1986 гг. кафедру философии для гуманитарных факультетов Ленинградского государственного университета, подготовил цикл своих собственных и коллективных монографий по теории и методологии науки3.
Александр Александрович Формозов (1928–2009), прослужив долгие годы в Институте археологии РАН, помимо своего заметного вклада в археологию эпох камня и бронзы, историю и теорию первобытного искусства, выступил основоположником историографии русской археологии и примыкающих к ней гуманитарных дисциплин, от их зарождения на отечественной почве до наших дней4.
Многие сюжеты и выводы этого учебного пособия представляют собой мою попытку пересказать и посильно дополнить материалы Г.А. Подкорытова и, особенно, А.А. Формозова. Я имел честь и счастье присутствовать при обсуждении некоторых из этих материалов и даже оказывался причастным к их публикации5. Ещё больше ценных мыслей о науке и об учёных высказывалось ими, что называется, не для печати, а при личном общении. При посредничестве моих замечательных учителей я познакомилея и с некоторыми другими представителями академической, университетской среды Петербурга и Москвы. Как и у любого другого многолетнего участника разного калибра конференций и конгрессов, рецензента и оппонента множества диссертаций, книг, статей, учебников, у меня накопилось немало собственных впечатлений от различных типов и ситуаций в этой профессии. Часть услышанного и увиденного стала материалом для настоящего пособия.
Щедро цитированы мной также многие классики отечественной и зарубежной науки, любившие поразмышлять над заповедями и парадоксами своей профессии. Прямо или косвенно к науке имеют отношение многие психологические моменты искусства, да и множества других сфер общественной практики.
Что касается разделов по научной морали и психологии в составе имеющихся и доступных автору трактатов по науковедению, специальной этике и некоторых других гуманитарных дисциплин, то, познакомившись с какой‑то их частью, в основном русскоязычной1, я не нашел там чего‑то поучительного и правдивого для начинающего исследователя – основного адресата настоящей книжки. Так, какие‑то трюизмы, штампы, голые принципы – без попытки разобраться в том, как эти (или прямо противоположные?) постулаты работают в настоящей жизни и деятельности учёных2.
Разумеется, речь не идёт о классиках истории и социологии науки – вроде Р. Мертона или Т. Куна со товарищи. Но их произведения вовремя переведены на русский язык и доступны тем же читателям и без меня. Ниже речь пойдет не столько о сконструированной кем‑то и как‑то социологии и официальной этике науки, сколько об её реальной атмосфере – обстановке, на самом деле переживаемой и проживаемой исследователями; настоящим нравам научного сообщества.
Многочисленные примеры, иллюстрации из истории науки, преимущественно русской, в особенности современной, приводятся в этом пособии не системно‑хронологически, а при удобном случае, структурно‑тематически. Каждый читатель может заменить их на свои собственные.
Все мои научные и педагогические проекты 1980‑х – 2000‑х гг. благосклонно поддерживались ректоратом Курского государственного медицинского университета, в особенности нынешним ректором (прежде – проректором по науке) профессором Виктором Анатольевичем Лазаренко. По правде говоря, не так уж часто администраторы высшей школы сочетают в своём лице и действующих исследователей, и заслуженных практиков своей профессии (в нашем случае – врачей). Мне повезло работать под началом именно таких специалистов.
Институт рецензентов и научных редакторов наших научных и учебных произведений с переходом на компьютерные технологии книгоиздания и отказом от советской цензуры парадоксальным образом обесценился, находится на грани вырождения. Очень опасная ситуация для качества научно‑учебной литературы. Поэтому я решил не ограничиваться обозначением имён и регалий тех многоуважаемых коллег, кто согласился дать свои отзывы о моём пособии, а поместить эти отзывы в его начале. Один из них старше меня, поэтому мой наставник; другой почти ровесник, «напарник»; третий моложе, своего рода ученик. Но наше общение с каждым из них по научной части, да и житейским обстоятельствам, было и есть, надеюсь, взаимно интересно и полезно. За себя, по крайней мере, ручаюсь.
Завершая благодарности, автору особенно приятно отметить, что все возможные коллизии научно‑исследовательской работы (правда, только на материале истории и археологии, отчасти философии, филологии и литературоведения) он уже лет двадцать обсуждает с кандидатом исторических наук, старшим научным сотрудником Института всеобщей истории РАН Алексеем Сергеевичем Щавелевым.
Я убеждён, что знакомство с этико‑психологической тематикой современной науки для начинающих исследователей, в первую очередь медиков, не менее, если не более важно, чем знание этапов её истории, перечня общенаучных принципов и методов познания, то есть всего того, что составляет сейчас содержание соответствующего курса и экзамена кандидатского минимума.
Профессор С.П. Щавелёв.
15 августа 2010 г.
День археолога