5. Некомпенсируемые изменения

Не менее ярко последствия того, что изменения цен на разные товары не происходят одновременно, проявляются в международной торговле. Когда денежная единица теряет ценность, это способствует экспорту, поскольку часть сырья, промежуточных факторов производства и труда, необходимых для изготовления экспортируемых товаров, приобретается по старым, более низким ценам. В то же время, поскольку изменения покупательной способности, которые пока повлияли лишь на некоторые товары, производящиеся внутри страны, уже отразились на биржевом обменном курсе валюты, экспортеры получают специфическую денежную выгоду.

Изменения покупательной способности на стороне денег вызывают тревогу не только потому, что они трансформируют будущие денежные обязательства. Они нарушают спокойствие еще и потому, что изменения цен различных товаров и услуг происходят неодновременно. Способен ли предлагаемый Фишером «стабильный» доллар устранить такие изменения цен?

Чтобы дать ответ на этот вопрос, нужно вспомнить о том, что план Фишера не направлен на прекращение изменений ценности денежной единицы. Фишер предлагает лишь непрерывно – ежемесячно – компенсировать последствия этих изменений. Таким образом, последствия постепенного проявления изменений покупательной способности сохраняются. Они проявляются в течение месяца. Когда в конце месяца осуществляется корректировка, обесценение денег еще не завершено. Проводящаяся в конце месяца коррекция основана на индексе цен предыдущего месяца, в течение которого проявились еще не все последствия обесценивания денег, поскольку оно еще не успело повлиять на все цены. В то же время цены на те товары, спрос на которые после появления в экономике дополнительного количества денег вырос в первую очередь, безусловно, уже подскочили, хотя это совсем не означает, что они останутся на этом уровне в течение сколько‑нибудь длительного времени.

То, насколько эти два типа ценовых отклонений компенсируют друг друга, зависит от конкретной ситуации. Следовательно, обесценение денег в следующем месяце продолжится даже в том случае, если в экономику не будут вброшены дополнительные деньги. Оно будет продолжаться до тех пор, пока наконец не приведет к общему росту товарных цен в золоте, т. е. к росту ценности золотого доллара относительно индекса. Таким образом, социальных последствий неравномерного изменения цен избежать не удастся, так как цены на разные товары и услуги все равно будут меняться в разное время¹.

Нет необходимости рассматривать технические сложности, с которыми столкнулась бы реализация плана Фишера на практике. Но даже если бы его можно было реализовать, он все равно не привел бы к созданию такой денежной системы, которая позволяла бы поддерживать неизменное распределение богатства и доходов.

VI. Изменения покупательной способности рынка под действием денежных факторов и под действием условий на товарных рынках

1. Принципиальная нестабильность меновых отношений на рынке

Изменения меновых отношений денег и различных иных товаров могут иметь место либо под влиянием происходящего на стороне денег, либо под влиянием происходящего на стороне товаров. Политика стабилизации направлена не только на устранение изменений, происходящих на стороне денег, но и на предотвращение любых изменений цен в будущем, даже если об этом прямо не говорится.

Нет нужды углубляться в те рыночные явления, которые вызываются уменьшением или увеличением количества товаров при неизменном количестве денег². Достаточно отметить, что, кроме изменений меновых отношений отдельных товаров, при этом изменится и меновое отношение денег к большинству других рыночных товаров. Уменьшение количества товаров приведет к ослаблению покупательной способности денежной единицы, а его увеличение усилит ее. В то же время социальная коррекция, которой неизбежно потребует изменение количества товаров, приведет к перераспределению спроса на деньги и, следовательно, на остатки наличности. Эти изменения могут компенсировать непосредственное влияние изменений количества благ на покупательную способность денежной единицы.

Мы уже видели, что цель любых стабилизационных планов состоит в том, чтобы сохранить в первоначальном виде будущие денежные обязательства. Авторы подобных планов стремятся обеспечить ситуацию, в которой никто из кредиторов и должников с точки зрения покупательной способности ничего не выигрывает (и соответственно ничего не проигрывает). Это кажется им «справедливым». Разумеется, наука не может установить, что «справедливо», а что «несправедливо». Это вопрос конечной цели и моральной оценки, но не вопрос установления факта.

Мы никогда не узнаем, почему сторонники стабилизации покупательной способности считают «справедливым» исключительно сохранение первоначального уровня покупательной способности будущих денежных обязательств. Однако нетрудно понять, что они не хотят позволить выигрывать (и проигрывать) ни кредиторам, ни должникам. Они желают, чтобы контрактные обязательства менялись как можно меньше, несмотря на постоянно меняющуюся мировую экономику, частью которой они являются. Они хотят, так сказать, извлечь контрактные обязательства из потока событий и поместить их в пространство, не имеющее временного измерения.

Посмотрим, что это означает. Представим себе, что производство возросло и соответственно увеличился поток благ. Там, где для потребления была доступна одна единица товара, появилось две. В силу того, что количество денег в экономике не увеличилось, покупательная способность денежной единицы выросла, и на одну денежную единицу стало можно купить, скажем, в полтора раза больше товара, чем раньше. На первый взгляд не совсем понятно, означает ли это, что в отсутствие «стабилизационной политики» в такой ситуации выигрывает кредитор, а должник – проигрывает.

Если посмотреть на эту ситуацию через призму цен на производственные факторы, все становится ясно. Ведь должник мог использовать взятую в долг сумму денег для того, чтобы купить по относительно низкой цене факторы производства в отраслях, продукция которых впоследствии не выросла или же выросла, но непропорционально росту цен. А в момент выплаты кредита уже можно купить за меньшие деньги такие производственные факторы, чьи производительные возможности сравнимы с теми факторами производства, которые можно было купить на одолженные деньги в момент заключения кредитного договора. Теории, которые не учитывают влияния связанных с этим феноменом изменений на предпринимательскую прибыль, ставку процента и ренту, не имеет никакого смысла обсуждать.

Однако если мы посмотрим на изменение реальных доходов вследствие роста производства, то станет ясно, что сторонники «стабилизации» могут воспринимать ситуацию совершенно по‑другому. Если кредитор в этих условиях получает обратно номинально ту же сумму, которую дал взаймы, то совершенно очевидно, что он может купить на нее больше благ. В то же время в результате его экономическое положение не улучшается. Он не получает выгоды относительно того общего подъема реальных доходов, который произошел с момента заключения кредитного договора. При многотоварном стандарте, который приводит к сокращению номинального долга, экономическое положение кредитора ухудшилось бы. Он лишился бы чего‑то, что, по его мнению, должно принадлежать ему по справедливости. При многотоварном стандарте проценты, выплачиваемые в течение длительного времени, пожизненные аннуитеты, пособия, пенсии и т. п. должны увеличиваться или уменьшаться в зависимости от индекса. Поэтому от этих вопросов нельзя просто отмахнуться, сославшись на то, что они не имеют значения с точки зрения потребителей.

С одной стороны, мы видим, что ни многотоварный стандарт, ни план Ирвинга Фишера не способны предотвратить экономические последствия изменений ценности денежной единицы, связанные с неравномерностью и неодновременностью изменений в ценах. С другой стороны, мы видим, что авторы подобных предложений предлагают устранять влияние этих изменений на долговые соглашения таким образом, что это неизбежно должно приводить к таким изменениям в распределении богатства и доходов, которые представляются явно «несправедливыми», по крайней мере с точки зрения тех, кто от них пострадает. Таким образом, «справедливость» предлагаемых реформ гораздо более сомнительна, чем утверждают их адвокаты.