- •Диалоги платона
- •Евтифрон
- •Апология сократа
- •[После признания Сократа виновным}
- •Протагор
- •Алкивиад I
- •Алкивиад II
- •Евтидем
- •Гиппий меньший
- •Гиппий больший
- •Менексен
- •Парменид
- •Государство. Кhига I
- •[Постановка вопроса о справедливости]
- •[Справедливость как воздаяние должного каждому человеку]
- •[О справедливости как выгоде сильнейшего]
- •[Справедливость и несправедливость]
- •Государство. Кhига II
- •[Справедливость и несправедливость (продолжение)]
- •[Использование государственного опыта для познания частной справедливости]
- •[Разделение труда в идеальном государстве соответственно потребностям и природным задаткам]
- •[Роль сословия стражей в идеальном государстве]
- •[Двоякое воспитание стражей мусическое и гимнастическое]
- •[Два вида словесности: истинный и ложный. Роль мифов в воспитании стражей]
- •Государство. Кhига III
- •[Роль поэзии в воспитании стражей]
- •[Способы выражения, или стили поэтического искусства]
- •[Взаимообусловленность мусического и гимнастического воспитания]
- •[Отбор правителей и стражей]
- •[Быт стражей]
- •Государство. Кhига IV
- •[Модель идеального государства (утопия)]
- •[Устранение богатства и бедности в идеальном государстве]
- •[Размер идеального государства]
- •[Роль правильного воспитания, обучения и законов-в идеальном государстве]
- •[Четыре добродетели идеального государства]
- •[Три начала человеческой души]
- •[Справедливое государство и справедливый человек]
- •[Соответствие пяти типов душевного склада пяти типам государственного устройства]
- •Государство. Кhига V
- •[Постановка вопроса об общности жен и детей у стражей]
- •[Роль женщин в идеальном государстве]
- •[Общность жен и детей у стражей (продолжение)]
- •[Собственнические интересы – причина порчи нравов]
- •[Взаимоотношения правителей и народа в идеальном и неидеальном государствах]
- •[Война и воинский долг граждан идеального государства]
- •[Этническая характеристика идеального государства в связи с вопросом о войне]
- •[Правителями государства должны быть философы]
- •[Философ – тот, кто созерцает прекрасное]
- •[Философ познает не мнения, а бытие и истину]
- •Государство. Кhига VI
- •[Роль философов в идеальном государстве]
- •[Свойства философской души]
- •[Основное свойство философской души – охват мыслью целокупного времени и бытия]
- •[Природа философа отличается соразмерностью и врожденной тонкостью ума]
- •[Философу присущи четыре основные добродетели идеального государства]
- •[Еще раз о подлинных правителях государства]
- •[Софисты потакают мнениям толпы]
- •[Антагонизм философа и толпы]
- •[Извращенное государственное устройство губительно действует на философа]
- •[Способы избежать неверного применения философии в государстве]
- •[Осуществимость идеального государства]
- •[Еще о природе философа и четырех добродетелях]
- •[Идея (эйдос) блага]
- •[Мир умопостигаемый и мир видимый]
- •[Беспредпосылочное начало. Разделы умопостигаемого и видимого.]
- •Государство. Кhига VII
- •[Символ пещеры]
- •[Созерцание божественных вещей (справедливости самой по себе) и вещей человеческих]
- •[Искусство обращения человека к созерцанию идей (эйдосов)]
- •[Роль этого искусства в управлении государством]
- •[Разделы наук, направленных на познание чистого бытия]
- •[Счет и число как один из разделов познания чистого бытия]
- •[Рассуждение и размышление как путь познания чистого бытия]
- •[Созерцание тождественного]
- •[Обращение души от становления к истинному бытию. Искусство счета]
- •[Геометрия]
- •[Астрономия]
- •[Музыка]
- •[Диалектический метод]
- •[Разделы диалектического метода – познание, рассуждение, вера, уподобление]
- •[Определение диалектики]
- •[Еще об отборе правителей и их воспитании]
- •[Возрастная градация воспитания]
- •[Справедливость воспитывается в человеке с детства]
- •Государство. Кhига VIII
- •[Четыре вида государственного устройства]
- •[Еше о соответствии пяти складов характера пяти видам государственного устройства]
- •[Тимократия]
- •["Тимократический" человек]
- •[Олигархия]
- •["Олигархический" человек]
- •[Демократия]
- •["Демократический" человек]
- •[Тирания]
- •[Три "части" демократического государства: трутни, богачи и народ]
- •Государство. Кhига IX
- •[Анализ вожделений]
- •[Вожделения, пробуждающиеся во время сна]
- •[Тирания и незаконные вожделения. Образ тирана (продолжение)]
- •[Тираническая душа несчастна]
- •[Осуществление тиранических наклонностей – еще худшее зло для человека, чем их подавление]
- •[Градация пяти складов души по степени счастья]
- •[Соответствие трех начал человеческой души трем сословиям государства и трем видам удовольствий]
- •[Удовольствие и страдание. Отличие подлинного удовольствия от простого прекращения страданий]
- •[Без знания истины невозможно отличить подлинное удовольствие от мнимого]
- •[Самые подлинные удовольствия – у души, следующей за философским началом]
- •[Два полюса: тиранические и царственные вожделения и удовольствия]
- •[Недостаточность показной справедливости]
- •Государство. Кhига X
- •[Еще раз о месте поэзии в идеальном государстве]
- •[Искусство как подражание подражанию идее (эйдосу)]
- •[Критика эпоса и трагедии]
- •[Поэт творит призраки, а не подлинное бытие]
- •[Поэзия не поддается критериям истинности – измерению, счету и взвешиванию]
- •[Подражательная поэзия нарушает душевную гармонию]
- •[Яростное начало души легче поддается воспроизведению, чем разумное]
- •[Подражательная поэзия портит нравы и подлежит изгнанию из государства]
- •[В идеальном государстве допустима лишь та поэзия, польза которой очевидна]
- •[Вечность (бессмертие) души]
- •[Самотождественность души]
- •[Самодовлеющее значение справедливости]
- •[Конечная награда за справедливость]
- •[Миф о загробных воздаяниях]
- •[Заключение: призыв соблюдать справедливость]
- •Политик
- •Послезаконие
- •Альбин учебник платоновской философии
- •Анонимные пролегомены к платоновской философии
- •Конец введения в философию Платона
- •Определения
- •А.Ф. Лосев "Определения" – лексикографический итог всей философии Платона
[Геометрия]
d – Поскольку она применяется в военном деле, ясно, что подходит. При устройстве лагерей, занятии местностей, стягивании и развертывании войск и разных других военных построениях как во время сражения, так и в походах, конечно, скажется разница между знатоком геометрии и тем, кто ее не знает.
– Но для этого было бы достаточно какой-то незначительной части геометрии и счета. Надо, однако, рассмотреть e преобладающую ее часть, имеющую более широкое применение: направлена ли она к нашей цели, помогает ли она нам созерцать идею блага? Да, помогает, отвечаем мы, душе человека обратиться к той области, в которой заключено величайшее блаженство бытия – а ведь это-то ей и должно увидеть любым способом.
– Ты прав.
– Значит, если геометрия заставляет созерцать бытие, она нам годится, если же становление – тогда нет.
– Действительно, мы так утверждаем.
527 – Но кто хоть немного знает толк в геометрии, не будет оспаривать, что наука эта полностью противоположна тем словесным выражениям, которые в ходу у занимающихся ею.
– То есть?
– Они выражаются как-то очень забавно и принужденно. Словно они заняты практическим делом и имеют в виду интересы этого дела, они употребляют выражения "построим" четырехугольник, "проведем" линию, "произведем наложение" и так далее: все это так и сыплется из их уст. А между тем все это наука, которой занимаются ради познания.
b – Разумеется.
– Не оговорить ли нам еще вот что...
– А именно?
– Это наука, которой занимаются ради познания (вечного бытия, а не того, что возникает и гибнет.
– Хорошая оговорка: действительно, геометрия – это познание вечного бытия.
c – Значит, она влечет душу к истине и воздействует на философскую мысль, стремя ее ввысь, между тем как теперь она у нас низменна вопреки должному.
– Да, геометрия очень даже на это воздействует.
– Значит, надо по возможности строже предписать, чтобы граждане Прекрасного города ни в коем случае не оставляли геометрию: ведь немаловажно даже побочное ее применение.
– Какое?
– То, о чем ты говорил, – в военном деле да, впрочем, и во всех науках – для лучшего их усвоения: мы ведь знаем, какая бесконечная разница существует между человеком причастным к геометрии и непричастным.
– Бесконечная, клянусь Зевсом! – Так примем это как второй, предмет изучения для наших юношей? [10]
d – Примем.
[Астрономия]
– Что же? Третьим предметом будет у нас астрономия, как по-твоему?
– По-моему, да, потому что внимательные наблюдения за сменой времен года, месяцев и лет пригодны не только для земледелия и мореплавания, но не меньше и для руководства военными действиями.
– Это у тебя приятная черта: ты, видно, боишься, как бы большинству не показалось, будто ты предписываешь бесполезные науки. Между тем вот что очень важно, хотя поверить этому трудно: в науках e очищается и вновь оживает некое орудие души каждого человека, которое другие занятия губят и делают слепым, а между тем сохранить его в целости более ценно, чем иметь тысячу глаз, – ведь только при его помощи можно увидеть истину. Кто с этим согласен, тот решит, что ты говоришь удивительно хорошо, а кто этого никак не ощущает, тот, естественно, будет думать, будто ты несешь вздор, от которого, по их мнению, нет никакой пользы и нет в нем ничего заслуживающего упоминания. 528 Так вот, ты сразу же учти, с каким из этих двух разрядов людей ты беседуешь. Или, может быть, ни с тем ни с другим, но главным образом ради себя самого берешься ты за исследования? Но и тогда ты не должен иметь ничего против, если кто-нибудь другой сумеет извлечь из них для себя пользу.
– Чаще всего я люблю рассуждать вот так, посредством вопросов и ответов, но для самого себя.
– В таком случае дай задний ход [11], потому что мы сейчас неверно назначили следующий после геометрии предмет.
– В чем же мы ошиблись?
– После плоскостей мы взялись за твердые тела, находящиеся в круговращении, а надо бы раньше b изучить их самих по себе [12] – ведь правильнее было бы после второго измерения рассмотреть третье: оно касается измерения кубов и всего того, что имеет глубину [13].
– Это так, Сократ, но здесь, кажется, ничего еще не открыли.
– Причина тут двоякая: нет такого государства, .где наука эта была бы в почете, а исследуют ее слабо, так как она трудна. Исследователи нуждаются в руководителе: без него им не сделать открытий. Прежде всего трудно ожидать, чтобы такой руководитель появился, а если даже он и появится, то при нынешнем . положении вещей те, кто исследует эти вещи, не .стали бы его слушать, так как они слишком высокого мнения о себе. Если бы все государство в целом уважало такие занятия и содействовало им, исследователи c подчинились бы, и их непрерывные усиленные поиски раскрыли бы свойства изучаемого предмета. Ведь даже и теперь, когда большинство не оказывает почета этим занятиям и препятствует им, да и сами исследователи не отдают себе отчета в их полезности, они все же вопреки всему этому развиваются, настолько они привлекательны. Поэтому не удивительно, что наука эта появилась на свет.
d – Действительно, в ней очень много привлекательного. Но скажи мне яснее о том, что ты только что говорил: изучение всего плоскостного ты отнес к геометрии?
– Да.
– А после нее ты взялся за астрономию, но потом отступился.
– Я так спешил поскорее все разобрать, что от этого все получилось медленнее. Далее по порядку шла наука об измерении глубины, но так как с ее изучением дело обстоит до смешного плохо, я перескочил через нее и после геометрии заговорил об астрономии, e то есть о вращении тел, имеющих глубину.
– Ты правильно говоришь.
– Итак, четвертым предметом познания мы назовем астрономию – в настоящее время она как-то забыта, но она воспрянет, если ею займется государство.
– Естественно. Ты недавно упрекнул меня, Сократ, в том, что моя похвала астрономии была пошлой, – так вот, теперь я произнесу ей похвалу в твоем духе: 529 ведь, по-моему, всякому ясно, что она заставляет душу взирать ввысь и ведет ее туда, прочь ото всего здешнего.
– Возможно, что всякому это ясно, кроме меня, – мне-то кажется, что это не так.
– А как же?
– Если заниматься астрономией таким образом, как те, кто возводит ее до степени философии, то она даже слишком обращает наши взоры вниз.
– Что ты имеешь в виду?
b – Ты великолепно, по-моему, сам про себя решил, что такое наука о вышнем. Пожалуй, ты еще скажешь, будто если кто-нибудь, запрокинув голову, разглядывает узоры на потолке и при этом кое-что распознает, то он видит это при помощи мышления, а не глазами. Возможно, ты думаешь правильно, – я-то ведь простоват и потому не могу считать, что взирать ввысь нашу душу заставляет какая-либо иная наука, кроме той, что изучает бытие и незримое. Глядит ли кто, разинув рот, вверх или же, прищурившись, вниз, когда пытается с помощью ощущений что-либо распознать, все равно, утверждаю я, он никогда этого не постигнет, потому что для подобного рода вещей не существует познания и человек при этом смотрит не вверх, а вниз, c хотя бы он и лежал ничком на земле или умел плавать на спине в море.
– Да, поделом мне досталось! Ты прав. Но как, по-твоему, следует изучать астрономию в отличие от того, что делают теперь? В чем польза ее изучения для нашей цели?
– А вот как. Эти узоры на небе [14], украшающие область видимого, надо признать самыми прекрасными d и совершенными из подобного рода вещей, но все же они сильно уступают вещам истинным с их перемещениями друг относительно друга, происходящими с подлинной быстротой и медленностью, в истинном количестве и всевозможных истинных формах, причем перемещается всё содержимое. Это постигается разумом и рассудком, но не зрением. Или, по-твоему, именно им?
– Ни в коем случае.
– Значит, небесным узором надо пользоваться как пособием для изучения подлинного бытия, подобно тому как если бы нам подвернулись чертежи Дедала [15] или какого-нибудь иного мастера либо художника, e отлично и старательно вычерченные. Кто сведущ в геометрии, тот, взглянув на них, нашел бы прекрасным их выполнение, но было бы смешно их всерьез рассматривать как источник истинного познания 530 равенства, удвоения или каких-либо иных отношений.
– Еще бы не смешно!
– А разве, по-твоему, не был бы убежден в этом и подлинный астроном, глядя на круговращение звезд? Он нашел бы, что все это устроено как нельзя более прекрасно – ведь так создал демиург и небо и все, что на небе: соотношение ночи и дня, их отношение к b месяцу, а месяца – к году, звезд – ко всему этому и друг к другу. Но он, конечно, будет считать нелепым того человека, который полагает, что все это всегда происходит одинаково и ни в чем не бывает никаких отклонений, причем всячески старается добиться здесь истины, между тем как небесные светила имеют тело и воспринимаются с помощью зрения.
– Я согласен с твоими доводами.
– Значит, мы будем изучать астрономию так же, как геометрию, с применением общих положений, а то, что на небе, оставим в стороне, раз мы хотим с действительно освоить астрономию и использовать еще неиспользованное разумное по своей природе начало нашей души.
– Ты намного осложняешь задачу астрономии в сравнении с тем, как ее теперь изучают.
– Я думаю, что и остальные наши предписания будут в таком же роде, если от нас, как от законодателей, ожидается какой-либо толк. Но можешь ли ты напомнить еще о какой-нибудь из подходящих наук?
– Сейчас, так сразу, не могу.
– Я думаю, что движение бывает не одного вида, d а нескольких. Указать все их сумеет, быть может, знаток, но и нам представляются два вида...
– Какой же?
– Кроме указанного, еще и другой, ему соответствующий.
– Какой же это?
