3.3. П. Фейерабенд: критический плюрализм

Пол Фейерабенд представляет, пожалуй, наиболее радикальное крыло в постпозитивистской философии, что находит выражение как в его методологии науки, так и в характере критики им неопозитивизма. В последней под ударом оказываются два важнейших неопозитивистских тезиса: тезис о дедуцируемости или/и совместимости теорий, и принцип инвариантности значений терминов, входящих в разные теории. Фейерабенд демонстрирует неудовлетворительность первого из них: требование совместимости новой теории со старой приводит к элиминации новой теории, результатом чего является застой научного знания.

Трудности вскрываются им и в тезисе об инвариантности значения терминов (который является выражением жесткого разделения эмпирического и теоретического уровней знания в неопозитивизме). Критикуя данный тезис, Фейерабенд придает попперовской идее теоретической нагруженности наблюдения универсальный характер. Проявлением этого явилась попытка обоснования методологической роли теоретического знания, что, по его словам, составляет суть «теоретического реализма». Он подчеркивает роль детерминационной основы восприятия опыта и вообще любого явления: нет и не может быть никакого иного значения терминов, кроме определяемого базовыми положениями данной конкретной теории. Поскольку для каждой теории характерен свой набор исходных постулатов, значения их терминов не только неинвариантны, но и несопоставимы. Более того, в силу автономности теорий для каждой из них желателен собственный язык наблюдений. Некритическое заимствование «чужих» терминологии и языка может повредить деятельности ученого. Здравый же смысл как средство познания следует отбросить.

Таким образом, Фейерабенд выступает как антикумулятивист и сторонник тезиса о несоизмеримости теорий. Существующие теории, по его мнению, часто взаимно противоречивы именно из-за того, что устанавливают свои стандарты и нормы.

Классический пример описанной П. Фейерабендом ситуации – различие определений молекулы в химии (носитель химической индивидуальности вещества) и физике (обладатель молекулярного спектра). Различен и подход физики и химии к описанию ряда сложных физико-химических процессов. Однако, например, определения массы, энергии, объема и др. тождественны в обеих науках, так же как термодинамика и т. п. Поэтому выдвигаемая философом идея представляется слишком категоричной.

Критикуемым тезисам Фейерабенд противопоставляет собственные принципы полиферации – размножения – научных теорий и контриндукции. Первый выражается в том, что при столкновении теории с научным фактом для ее опровержения нужна еще теория, причем любая вводимая таким образом идея будет правомерна. Наука предстает как процесс размножения теорий и допускает сосуществование множества равноправных типов знания. Наличие универсального метода познания Фейерабендом отрицается. Критерии рациональности не абсолютны, они относительны, и нет таких, которые были бы приемлемы везде и всегда.

Контриндукция заключается в требовании вводить и разрабатывать гипотезы, которые несовместимы с широко признанными теориями или/и широко обоснованными фактами. Этот принцип, будучи возведен Фейерабендом в ранг методологической максимы, породил так называемую теорию «эпистемологического анархизма». Если Кун утверждал относительность научного знания и принципов научной рациональности, связав их с научным сообществом, то Фейерабенд заменил научное сообщество отдельным индивидом: ученый не должен следовать каким-либо нормам, а исследовать факты и события сам, не поддаваясь давлению каких-либо идей и теорий. Опора ученого на традиции, нормы, парадигмы, приверженность его тем или иным темам еще не является гарантом объективности и истинности принимаемой субъектом теории – необходимо всемерно поддерживать научную заинтересованность и терпимость к другим точкам зрения. По мнению Фейерабенда, стандарты научного мышления обладают большей силой материального воздействия, нежели метафизической силой, т. к. ученый во многих случаях вынужден приспосабливаться к ним.

Кроме методологических аспектов, Фейерабенд впервые в современной философии науки уделяет значительное внимание взаимодействию научного познания и вненаучных факторов, причем последние обладают самостоятельной ценностью. Он подчеркивает, что основания науки лежат не только в сфере самого знания, но и в культуре вообще. Научное познание происходит в широком контексте культурных, идеологических, политических традиций. Как следствие, характер выдвигаемых теорий определяется не только эмпирическим базисом, но также целым рядом субъективных факторов: традициями того общества, в котором родился и вырос ученый, его вкусами, эстетическими взглядами, мнением его коллег и т. д.

Принимая во внимание социологическую обусловленность теоретических концепций, релятивизм Фейерабенда принимает радикальный характер. Видимый успех теории, считает он, никоим образом нельзя рассматривать как признак истинности и соответствия с природой. Более того, отсутствие значительных трудностей с высокой вероятностью является результатом уменьшения эмпирического содержания за счет устранения альтернатив развития и тех фактов, которые могли быть открыты с их помощью. Иначе говоря, достигнутый успех может быть обусловлен превращением теории в ходе своей эволюции в жесткую идеологию, успешную не в силу согласия с фактами – но потому, что факты были подобраны так, чтобы их было невозможно было проверить, а некоторые – вообще устранены. Такой «успех» является целиком искусственным.

С определенных позиций «эпистемологический анархизм» Фейерабенда можно толковать как «произвол идей», иррационализм. Действительно, он уделил недостаточно внимания обоснованию преемственности знания, факторам, приводящим к реально существующей устойчивости развития науки. Однако создается впечатление, что резкая его критика может быть вызвана и тем, что при описании реальной науки он часто оказывался безжалостно прав. Глядя на современную науку «изнутри», необходимо признать его несомненной заслугой отказ от архаизирующихся идеалов классической науки, провозглашение так необходимых современной науке принципов: плюрализма, толерантности, права на творческий поиск каждого ученого, а не одной лишь избранной научной элиты – принципов, игнорирование которых может привести – и в отдельных направлениях уже приводит – научное познание к стагнации.

Заключение

Почему же невозможно предугадать

действительность? Потому что никто не может

быть так отважен, как она сама.

Ст. Лем

Изначально ограниченный объем работы, посвященной столь неоднородному философскому направлению, каким является постпозитивизм, неизбежно влечет за собой некоторую конспективность изложения. Тем не менее, подводя итог, представляется возможным выделить ряд характерных для этого направления тенденций. Это отказ от кумулятивизма в понимании развития знания; от жесткого противопоставления фактов и теории, осознание теоретической нагруженности фактов, Это обращение к истории науки, создание историко-логических концепций, где логика и история научного знания образуют неразрывное целое. В этом отношении особенно показательны работы Куна и Фейерабенда.

Существенным достижением постпозитивизма является признание тесной взаимосвязи философии и науки (особенно это характерно для Фейерабенда), а также переход от анализа только внутринаучных проблем к обсуждению связей науки и философии с внешними для нее социальными институтами, такими как политика, государство, религия; рассмотрению философии и науки как органических частей жизнедеятельности общества. Эти давно назревшие проблемы и вовсе были поставлены постпозитивистской философией впервые. Ее эволюция показала, что построение философии науки невозможно вне широкого мировоззренческого контекста.

Именно это обстоятельство является, на мой взгляд, важнейшей причиной того, что несмотря на всю внутреннюю сложность и противоречивость постпозитивизма, уязвимость многих его концепций, «мозаичная картина» последних создает удивительно точный образ «живой» науки конца ХХ века – чем придает этому философскому направлению несомненную ценность.

Список литературы

Баженов Л. Б. Строение и функции естественнонаучной теории. М.: Наука, 1978. – 256 с.

В поисках теории развития науки. М.: Наука, 1982. – 296 с.

Герасимов И. Г. Структура научного исследования. М.: Мысль, 1985. – 218 с.

Денисов. С. Ф., Дмитриева Л. М. Естественные и технические науки в мире культуры. Омск, 1997. – 448 с.

Канке В. А. Философия. М.: Логос, 1998. – 352 с.

Кун Т. Структура научных революций. М.: Прогресс, 1977. – 304 с.

Мамчур Е. А. Проблема выбора теории. М.: Наука, 1975. – 232 с.

Панин А. В. Диалектический материализм и постпозитивизм. М.: Изд-во МГУ, 1981. – 240 с.

Полани М. Личностное знание. М.: Прогресс, 1985. – 344 с.

Поппер К. Логика и рост научного знания. М.: Прогресс ,1983 – 608 с.

Ракитов А. И. Философские проблемы науки: системный подход. М.: Мысль, 1977. – 272 с.

Современная философия науки. М.: Логос,1996. – 232 с.

Соколов А. Н., Солонин Ю. Н. Предмет философии и обоснование науки. СПб, Наука, 1993. – 160 с.

Степин В. С., Горохов В. Г., Розов М. А. Философия науки и техники. М.: Контакт-Альфа, 1995. – 380 с.

Структура и развитие науки. М.: Прогресс, 1978. – 488 с.

Философия / Под ред. В. Н. Лавриненко. М.: Юристъ, 1996. – 512 с.

Философия и методология науки / Научн. ред. В. И. Купцов. Ч. 1. М.: SvR-Аргус,1994. – 304 с.

Читать полностью: http://www.km.ru/referats/2173745B331B4970AAE027448AE364E6

В 60 - 70-х годах XX в. под влиянием идей Карла Поппера сложилась течение постпозитивизма. Это множество методологических концепций, пришедших на смену тем, которые склонялись к методологии логического позитивизма. Постпозитивизм является этапом в развитии философии науки. Основные представители: Томас Кун, Имре Лакатос, Стивен Тулмип, Уильям Селларс, Джон Агасси, Пауль Фейерабенд и др..

Специфические черты постпозитивизма: во-первых, отход от ориентации на символическую логику и обращение к истории науки, постепенный отход от демаркационизму, во-вторых, отказ от комулятивизму в понимании развития знания (теория антикомулятивизму), в-третьих, существенное изменение проблематики методологических исследований . Характерными для постпозитивизма есть проблемы фальсификации: правдоподобия научных теорий, рациональности, понимание, социологии знания.

Практически все представители постпозитивизма оставили значительный след в обосновании сути научной теории. Карл Поппер исходил из того, что, во-первых, научная теория должна иметь избыток эмпирического материала, во-вторых, новая научная теория должна объяснять все последствия старой теории, в-третьих, научную теорию следует подвергать фальсификации и опровергать, если возникают новые факты ; противоречивая теория должна отбрасываться как ненаучная. Британский философ Имре Лакатос разработал универсальную концепцию развития науки, основанную на идее конкурирующих научно-исследовательских программ. Исследовательские программы является серией теорий, сменяющих друг друга и объединены определенной совокупностью базовых идей и принципов, составляют единицы развития научного знания. Научно-исследовательская программа, Лакатосом состоит из ядра (совокупность научных предположений, хранящихся без изменения во всех теориях) защитного пояса (вспомогательные гипотезы, защищающие ядро ??от фальсификации) положительной и отрицательной эвристики (методологические правила, способствующие позитивному развитию) .

Влиятельной частью постпозитивизма является критический рационализм (Карл Поппер, Пауль Фейерабенд, Джон Агасси и др..). Течение сформировалась как попытка преодолеть основные противоречия неопозитивизма, но не выходит за пределы традиционной позитивистской философии. Критический рационализм в своем развитии прошел несколько этапов: 20 - 30-е годы - формирование методологической доктрины Карла Поппера, 40 - 50-е годы - распространение идей Карла Поппера на сферу социальной философии и социально-исторического знания, 60 - 70-е годы - онтологическая реформа, сращивание с реформистской социал-демократической идеологией, 70 - 80-е годы - ревизия ортодоксального попперианства и его модернизация с помощью идей социологии науки, социальной психологии, герменевтики и др.. Критический рационализм опровергает учение о скрытых сущности и инструментализм: научные теории и законы не имеют описательных характеристик. В критическом рационализме выражено стремление отделить сферу рациональности (науку) от псевдонауки, метафизики и идеологии, разграничить их. Критикуя рационализм, критический рационализм выступает не только способом характеристики научного знания, но и нормой поведения ученого в ситуации исследования. Критический рационализм переплетается с традициями социальной инженерии и социальной терапии, образуя совокупность концепций, направленных на решение конкретных проблем социальной жизни, однако в его рамках не сформулированы программы перехода от закрытого общества к открытому.

Сдвигом критического рационализма в сторону либерализации требований рациональности стал методологический анархизм американского философа Пауля Фейерабенда. Основная идея учения в том, что любые нормы деятельности не являются адекватными в разные периоды, отрицается возможность универсального метода познания, ибо любое развитие знания предполагает отказ от старых методов, делает вывод, что рациональность является продуктом истории. Отстаивается позиция теоретического и методологического плюрализма: существует множество равноправных типов знания, и это способствует росту знания и развития личности. Вообще постпозитивизм сыграл значительную роль в развитии философии науки.

Характерной чертой современного естествознания является формирование концепции глобального эволюционизма как системы представлений о всеобщем процесс развития природы в различных его конкретно-исторических формах. Наука второй половины XX в. ликвидировала противопоставление биологии и физики в понимании эволюции. Стало ясно, что процесс становления, усложнение организации присущ не только биологическим системам, но и системам неорганической природы (концепция эволюции Вселенной Фридмана и Хаббла, не равновесная термодинамика у Ильи Пригожина, синергетика, идея самоорганизации в кибернетике и теории информации Винера и Эшби). Эволюция присуща не только макроскопическим телам, но и мира элементарных частиц, всем типам физических взаимодействий. Если раньше считали, что Вселенная как целое не может развиваться, является стационарным, то в XX в. возникла теория Вселенной, расширяется. По теории «великого объединения», на начальной стадии эволюции Вселенной физическая реальность претерпела особых фазовых переходов, связанных со спонтанным нарушением симметрии вакуума, в результате чего единая физическое взаимодействие «расщепилась» на ее современные модификации - электромагнитное, сильное и слабое . Идея развития не только проникает во все сферы природных явлений, но и приобретает глобального космического значения: пределы применения идеи расширились от микромира до Метагалактики Такой факт нашел свое воплощение в формировании нового научного направления, изучающая механизмы самопроизвольного (спонтанного) возникновения упорядоченных структур в от крытых нелинейных системах, - синергетики.

Синергетика открывает необычные стороны мира: нестабильность и режимы с обострением (режимы гиперболического роста, когда характерные величины многократно вырастают, до бесконечности за конечный промежуток времени), не линейность и открытость (различные варианты будущего), возрастающую сложность формообразований и способов их объединения в целостности, эволюционирующие (законы коэволюции). Синергетика дает возможность шире взглянуть на процессы развития и глобальной эволюции и разработать основные принципы современной концепции самоорганизации. К созданию синергетической концепции самоорганизации не существовало общей системы исследования, на основе которой можно было бы проанализировать и свести в единое целое различные результаты, полученные в астрономии и космологии, физике и химии, биофизике и биохимии, генетике и молекулярной биологии, геологии и экологии. На основе исследований сейчас формируется новый взгляд на мир. Универсум рассматривается как сложно организованный, открытый, является не устойчивым, а тем, что находится в становлении; не просто существующим, а непрерывно возникающим миром. Понятие бытия и становления объединяются в единую понятийную систему. Идея эволюции органично входит не только в науки о живом, но и в физике, в космологию. Современная наука окончательно разрушает миф о жестко определен и стабильный Вселенная. «Мир больше не кажется музеем» (Илья Пригожин), а рассматривается как процесс, как последовательность деструктивных и креативных процессов, в которых важную роль играют не только определенные, но и стохастические процессы. Мир полон неожиданных поворотов, связанных с выбором путей дальнейшего развития. Философы начинают видеть новые взаимосвязи, и Вселенная, в свете новых знаний и нового опыта, является системой, эволюционирует как единое целое. Вселенная - это не механизм, однажды заведенный Внешним Наблюдателем (Разумом), судьба которого определена раз и навсегда, а система, непрерывно развивается и самоорганизуется.

Значение открытия определенных закономерностей процессов самоорганизации и реорганизации сложных систем синергетикой заключается в том, что радикально изменилось понимание отношений между гармонией и хаосом, упорядоченностью и беспорядком, информацией и энтропией: оказалось, что хаос не является абсолютной антитезой гармонии и результатом разрушительных сил, результатом непреодолимого роста энтропии, как это казалось ранее, а переходным состоянием от одного уровня упорядоченности к другому, более высокому типу гармонии. Такой вывод, полученный при изучении термодинамических систем, сразу же распространен основателями синергетики - Ильей Пригожиным, Гансом Хакеном, Сергеем Курдюмовым - на социокультурные процессы. Такое широкое применение принципов и закономерностей синергетики ставит вопрос о необходимости их философского осмысления и обоснования.

Формируются предпосылки для разработки современной философской системы понимания процессов развития, которая бы включала такие их стороны, не может объяснить классическая диалектика. Среди важнейших - не линейность и многовариантность (альтернативность), стохастичность и непредсказуемость процесса развития, конструктивная роль хаоса (беспорядок) и случайности в возникновении нового.

Человечество как целостность, включая наиболее развитые страны, в современных условиях встретилось с проблемами и конфликтами, решение которых пока никто не способен предложить: это судьба технологической цивилизации, драма современного гуманизма, взаимодействия общества и природы и др.. И не случайно, что именно в XX в. формируются новые философские течения, пытающиеся теоретически (а иногда

и практически) решить некоторые из проблем. Это, прежде всего, философия глобальных проблем (Ауре Печчеи, Анри Кинг, Лео Браун, Дэвид Форрестер и др..). Основной проблемой, которую выдвинула и пытается решить это течение, является поиск объединения, чтобы мир как совокупность глобальных связей трансформировался в мир как единая целостность. Философия глобальных проблем апеллирует к становлению глобального сознания как решающего субъективного фактора будущего мирового развития. Глобальное сознание должно осуществить переход от национальных амбиций и геополитических притязаний к ценностям транснациональных и гуманистических. Философия (Хельмут Шельски, Франс Рапп, Жак Еллюль и др..) - Направление философско-методологических и мировоззренческих исследований техники в современности. В современных условиях философия стремится активно обсуждать и осмысливать ключевые проблемы развития цивилизации, возрастает значимость и заинтересованность социальной философии, политической философии, философии культуры.

http://estnauki.ru/shpargalki-po-filosofii/86-stati-po-filosofii/6107-postpozitivizm-referat.html