Подтверждение очевидного
Психологу, использующему практические методы диагностики агрессивности, необходимо отдавать себе отчет, что все эти методы ориентированы преимущественно на констатацию этой черты и в значительно меньшей степени — на выявление ее источников и объяснение причин. Объяснительные возможности диагностических методик простираются лишь до уточнения вероятных поведенческих реакций. Сказанное, однако, не означает, что источники агрессивности (как внешние, так и внутренние) остаются абсолютно недоступны диагностике. Но их выявлению и интерпретации лишь косвенно служат отдельные аспекты диагностического материала и процедуры, оставляя широкий простор для неформализуемых, субъективных, а потому недостаточно достоверных толкований. Методов, которые непосредственно выявляют агрессивные тенденции личности, не так уж много. Прежде всего это различные опросники, по сути своей однотипные и аналогичные. Из них наиболее известен опросник Басса—Дарки, впервые опубликованный в 1957 году и по сей день наиболее широко используемый для диагностики агрессивности и враждебности. Он состоит из 75 утверждений, с которыми опрашиваемому предлагается либо согласиться, либо их отвергнуть («да» или «нет»). Вот некоторые примеры таких утверждений:
Иногда я сплетничаю о людях, которые мне не нравятся.
Когда я раздражаюсь, я хлопаю дверьми.
Тот, кто оскорбляет меня или мою семью, напрашивается на драку.
Если я разозлюсь, я могу ударить кого-нибудь.
Когда на меня кричат, я начинаю кричать в ответ...
Каждое утверждение относится к одному из восьми так называемых индексов враждебных реакций — физической, косвенной, вербальной и т.д. Количественная обработка полученных результатов позволяет вывести общий индекс агрессивности, а также уточнить наиболее вероятную форму проявления враждебных реакций. Фактически этим интерпретация и исчерпывается. Получается, что данный метод хорош для знакомства с конкретным человеком, о котором практически ничего не известно. По результатам опросника можно с большой долей вероятности предположить наличие у него агрессивных наклонностей. Если же хорошо известно, что эти наклонности уже успели проявиться, то опросник мало что прибавляет к пониманию этого явления. К тому же достоверность результатов представляется спорной: утверждения слишком явно ориентированы на выявление социально не одобряемых форм поведения, и в ряде случаев наверняка возникает установка отвечать «правильно», а не искренне. Недаром в «Словаре-справочнике по психодиагностике» указывается: «Достоверность результатов зависит от доверительности в отношениях испытуемого и психолога».
Прямое толкование
Здесь, казалось бы, гораздо больше можно доверять проективным методикам, смысл которых скрыт от испытуемого, а потому и реакции достаточно спонтанны. В проективной психодиагностике накоплен огромный материал, позволяющий с высокой степенью достоверности судить о диагностической значимости тех или иных признаков. Однако при подробном разборе частных случаев создается впечатление, что существующие интерпретации ограничиваются самыми очевидными, поверхностными признаками. Так, в разнообразных графических методах («Нарисуй человека», «Дом-Дерево-Человек», «Рисунок семьи», «Несуществующее животное» и некоторых других) заключение об агрессивных побуждениях выводится из наличия в рисунке непосредственных атрибутов (орудий) агрессивного поведения. Это квадратные плечи человеческой фигуры, сжатый кулак, зубастый оскал, у фантастического животного — всевозможные когти, рога, шипы. (Сомнения тут неизбежно возникают, если припомнить умилительные картинки из детских журналов и с поздравительных открыток: улыбающегося ежика с фруктами, наколотыми на иголки, или зайчишку, вгрызающегося в морковку немаленькими зубами, — усмотреть агрессивность в этих изображениях невозможно даже самым тенденциозным взглядом, а ведь и они могут служить своеобразными «шаблонами» при создании испытуемым собственной графической продукции.) Универсальным показателем агрессивности считается наличие и особенно обилие острых углов.