Село Рассыпное

Крепость Рассыпная была основана несколько позднее, чем Илецкий казачий городок. В год начала восстания в крепости Рассыпной насчитывалось уже 70 дворов. Поселенцев сюда привлекали богатые рыбой озера, обильные покосы и удобные места для хлебопашества.

Судя, по описаниям в документах, крепость имела четырехугольную форму, была окопана рвом, укреплена земляным валом с построенным на нем деревянным забором. В валу и деревянной стене были проделаны двое ворот, а через ров против ворот перекинуты два деревянных моста. Внутри крепости находился дом коменданта, военная кладовая, деревянная церквушка и дома жителей крепости.

На вооружении крепость имела несколько старинных чугунных пушек. Перед подходом повстанческого отряда комендантом крепости был секунд-майор Веловский. Гарнизон крепости состоял из роты солдат и нескольких десятков казаков во главе со своим атаманом.

24 сентября отряд Е. Пугачева вышел из Илецкого городка и, не доходя до Рассыпной крепости, в нескольких километрах от нее, расположился на ночлег у речки Заживной. Утром 25 сентября повстанцы показались в виду крепости. Они отправляют в крепость двух казаков с указом Е. Пугачева, в котором говорилось, что за переход на сторону восставших казаки будут жалованы «вечною вольностию, реками, морями, всеми выгодами, жалованьем, провиантом, порохом, свинцом, чинами и честью».

Обращение о сдаче и переходе на сторону восставших комендант крепости Веловский отверг. Повстанцы начали штурм. Веловский открыл по осаждавшим пушечный огонь. Повстанцы отвечали из своих орудий, а затем, бросившись в атаку, разбили ворота крепости и ворвались в крепость. Один из современников в своих записях указывает, что казаки во время штурма перешли на сторону повстанцев и разобрали две стены крепости. Через образовавшийся пролом повстанцы ворвались в крепость.

Е. Пугачев в своих показаниях впоследствии вспоминал, что майор Веловский с двумя офицерами заперся в комендантском доме и отстреливался из окошек. Казаки хотели поджечь дом, но он запретил «...затем, чтоб не выжечь всей крепости». За вооруженное сопротивление и за нанесенные потери Веловского и двух офицеров повесили. Казаки крепости и солдаты присягнули на верность царю Петру III, царю, который шел в защиту угнетенного крестьянства.

В тот же день, взяв из крепости пушки, порох и ядра и оставив в Рассыпной нового атамана, отряд повстанцев двинулся вверх по Яику к следующей крепости — Нижнеозерной. Не доходя до нее, повстанцы остановились на ночлег.

Обстановка в Оренбурге

Для понимания последующих событий нужно вспомнить, что происходило в это время в Оренбурге, резиденции оренбургского губернатора Рейнсдорпа. Обратимся к архивным документам. Тринадцать толстых томов в кожаных переплетах содержат переписку Рейнсдорпа периода восстания.

Серые листы старинной скорописи уносят нас в эпоху восстания, и одна за другой встают картины событий на Яике осенью 1773 года...

...В тот момент, когда Е. Пугачев торжественно вступал в Илецкий городок и илецкие казаки присягали на верность Петру III, курьеры коменданта Рассыпной крепости Веловского скакали с донесением о движении повстанцев к Татищевой крепости. В тот же день комендант этой крепости командир Нижне-Яицкой дистанции полковник Елагин отправил донесение в Оренбург Рейнсдорпу с изложением рапорта Веловского о подходе повстанцев под Илецкий городок. Донесение Елагина было получено в Оренбурге 22 сентября.

Современники рассказывают, что 22 сентября около 10 часов вечера в Оренбург прискакал курьер с сообщением о взятии Илецкого городка (вероятно, это и был нарочный Елагина) и явился к Рейнсдорпу в самый разгар торжественного бала, устроенного в честь дня коронации Екатерины II.

Слух о начале восстания разнесся по городу. До этого дня, по словам П. И. Рычкова, городским жителям почти ничего не было известно о восстании. В то же время сам губернатор Рейнсдорп был в курсе назревавших событий. 13 сентября 1773 года им был получен указ из Государственной Военной Коллегии о бегстве Пугачева из казанской тюрьмы и принятии мер для его поимки, а 15 сентября — рапорт от коменданта Яицкого городка полковника Симонова от 10 сентября о «некоем скитающемся по степи самозванце», на поиски которого Симонов направил небольшой отряд. Наконец, 21 сентября Рейнсдорп получает рапорт Симонова от 18 сентября с сообщением, что «известный самозванец уже в собрании находится и сего числа, когда еще более соберется, намерен быть к здешнему городу». Эти тревожные вести были известны лишь узкому кругу оренбургской военной администрации.

21 сентября Рейнсдорп отправляет приказ обер-коменданту г. Оренбурга генерал-майору Валленштерну о приведении гарнизона в боевую готовность. В последующие дни Рейнсдорп получает дополнительные сообщения о движении повстанцев вверх по Яику и, в частности, о взятии ими Илецкого городка.

В то время как Е. Пугачев находился в Илецком городке и готовился к походу вверх по Яику, Рейнсдорп также формировал военные силы для разгрома повстанцев. 23 сентября он отправляет приказ в Ставрополь коменданту майору Семенову об отправке 500 ставропольских калмыков в Яицкий городок с предписанием в случае встречи с повстанцами разбить их.

24 сентября Рейнсдорп отправляет из Оренбурга навстречу Пугачеву корпус барона Билова в составе 410 человек, в том числе 150 оренбургских казаков под командой сотника Тимофея Падурова.

В этот же день Рейнсдорп отсылает приказ в Сеитову слободу о подготовке 300 конных и вооруженных татар, готовых немедленно, по приказу, выступить в Оренбург; 25 сентября отправляется приказ в Уфу: собрать до 500 башкир и выслать их к Илецкому городку для подавления восстания; 26 сентября направляется приказ коменданту Яицкого городка подполковнику-Симонову об отправке военного отряда под командой майора Наумова вверх по Яику, вслед за отрядом Е. Пугачева и навстречу отряду бригадира Билова.

План Рейнсдорпа был таков: задушить восстание, зажав повстанцев в кольцо с помощью отрядов из Оренбурга, Яицкого городка и Ставрополя.

Не забыт был и метод подкупа. В указах Рейнсдорпа обещалось за поимку Пугачева живым 500 рублей, а за доставку мертвым — 250 рублей.

Секретными письмами от 24 сентября Рейнсдорп сообщает о начале восстания астраханскому и казанскому губернаторам, а 25 сентября отправляет рапорт Екатерине II о вспыхнувшем восстании и об отправке корпуса Билова.

25 сентября, когда повстанцы штурмом заняли Рассыпную крепость и затем двинулись на крепость Нижнеозерную, отряд, бригадира Билова, пополнив свои ряды и артиллерию солдатами и пушками из Чернореченской и Татищевой крепостей, прибыл поздно вечером на Чесноковский форпост, расположенный между крепостями Татищевой и Нижнеозерной. Он находился, вероятно, на месте современного села Чесноковки, Краснохолмского района. Здесь бригадир Билов получает рапорт от коменданта Нижнеозерной крепости майора Харлова, написанный 25 сентября, о взятии повстанцами крепости Рассыпной, о появлении повстанческих сил под Нижнеозерной и с просьбой о помощи. Напуганный этим рапортом, Билов, боясь окружения и, видимо, не надеясь на свою команду, простояв в нерешительности несколько часов на форпосте, повернул обратно в крепость Татищеву. Отступление Билова облегчало повстанцам овладение крепостью Нижнеозерной.