Добавил:
Upload Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:
babenko_l_g_kazarin_yu_v_lingvisticheskii_anali...rtf
Скачиваний:
31
Добавлен:
01.07.2025
Размер:
8 Мб
Скачать
☆

Дейктический повтор

Выражается в использовании слов обобщенной семантики (местоимения: она, тебе; наречия: где-то, там и сям; глагол: были).

Выражение универсальных логико-смысловых отно­шений при помощи союзов:

  • совмещение событий, например: Как уютно и ласково глядит этот лесок!;

  • противоречие, например: Это не мои, а твои родственники!;

  • зависимость, например: А Саша отвернулся, чтобы скрыть от гостей свое сердитое, отчаянное лицо...

    1. Грамматические средства связи:

  • грамматическое согласование категориальной семантики вида и време­ни глаголов. Наиболее часты глаголы прошедшего времени несовершенного вида (держал, кричал, говорила) и совершенного вида (сказал, выплыла, вы­шел);

  • употребление деепричастных и причастных оборотов: парочка недавно поженившихся супругов, обернувшись к гостям, увидев дядю с семейством, придавая голосу радостное ... выражение...

  • синтаксический параллелизм. Проявляется в однотипности построения предложений. Двусоставные глагольные предложения - наиболее распрост­ранены в данном тексте.

    1. Прагматические средства связи:

  • ассоциативные связи: содержание текста актуализирует в сознании чи­тателя события личной жизни. Ситуация приезда родственников знакома и близка многим. Благодаря такому содержанию рассказа образы родственни­ков становятся более яркими, обрастая чертами реальных кузенов и тетушек читателя;

  • стилистические связи: основаны на повторяемости в тексте одинаковых стилистических фигур и тропов:

  • олицетворение: глядела луна и хмурилась; она (луна) улыбалась;

  • гипербола: балык, сардины и окрошка съедаются в одну секунду; те­тушка целые дни толкует о своей болезни ... и о том, что она урожденная баронесса фон Финтих...;

  • метафора: три огненных глаза, темное страшилище, одинокая постель за лесами и долами.

  1. Коммуникативная организация текста

Коммуникативный регистр текста и его фрагментов. В тексте используется преимущественно информативный коммуникативный регистр: в нем содержится информация о фактах, событиях, известных говорящему (автору), в формах прошедшего времени глагола. В некоторых фрагментах

253

текста (формально - второй абзац) реализуется репродуктивный коммуника­тивный регистр: воспроизводятся переживания героя, воспринимаемые орга­нами чувств. В данном фрагменте преобладают формы настоящего времени глагола (снится, оживляют, говорят, доносит), ориентированные на выра­жение переживаний человека. Речь персонажей оформляется в волюнтатив- ном, реактивном регистрах.

Используемые в тексте тема-рематические структуры:

В тексте чаще обнаруживаются канонические тема-рематические струк­туры - первые два предложения, например (Из-за облака опять выплыла луна. Казалось, она улыбалась...). Также встречаются автономные тема-рематические структуры: он и жена отдают гостям свои три комнаты, подушки, одеяла; балык. Сардины и окрошка съедаются в одну секунду, кузены рвут цветы ...

Рематические доминанты. Текст строится на динамической ре­матической доминанте, что логично в повествовании. Используются глаголы действия и деятельности. Некоторые фрагменты текста строятся на предмет­ной рематической доминанте, что проявляется в использовании существитель­ных и их заместителей в рематической части (фрагмент текста, рисующий картину «нашествия» родственников на дом супругов). Есть также фрагмен­ты с качественной рематической доминантой (формально - второй абзац) - характеризуется окружающий мир, используется оценочная лексика.

Таким образом, можно говорить о комбинированной рематической доми­нанте текста.

Индивидуально-авторские приемы актуализации смысла

Графическое средство (многоточие) в данном тексте создает смысловой разрыв между фразами и образует свободное пространство, заполнение кото­рого зависит от читателя (открывается область восприятия текста: читатель может домысливать содержание рассказа в местах многоточия, основываясь на собственных ассоциациях, и т. д.). Характерным в этом рассказе является использование лексики, придающей живость стилю и восприятию текста. Автор употребляет такие слова и выражения, как облачные обрывки; два гим­назиста, навьюченные багажом, галдят; подползло. Это в основном разго­ворная лексика. Также встречаются фразеологические выражения: табаку понюхала, пришли в ужас. Все это дает возможность небольшой по объему текст сделать эмоционально насыщенным.

Е. Панасова

М. Ю. Лермонтов. «ВЫХОЖУ ОДИН Я НА ДОРОГУ...»

Стихотворение было написано в конце мая - начале июля 1841 г. во вре­мя пребывания поэта на Кавказе. Л. Н. Толстой характеризовал строчку: Сквозь туман кремнистый путь блестит - как «замечательно выраженное впечат­ление кавказского пейзажа».

254

М. Ю. Лермонтов - яркий представитель романтизм а, что обуслови­ло и выбор темы этого стихотворения, и образную систему, и хронотопичес- кие особенности. Именно для этого литературного течения характерно про­тивопоставление главного героя миру (как миру людей - толпе, так и миру вообще, природе, гармонии), особое внимание к экзотическим пейзажам и обстоятельствам.

Стихотворение «Выхожу один я на дорогу...», вполне вероятно, являлось своеобразным откликом на стихотворение Г. Гейне:

Смерть - это ночь, прохладный сон,

А жизнь - тяжелый душный день.

Но смерилось, дрема клонит,

Я долгим днем утомлен.

Я сплю - и липа шумит в вышине,

На липе соловей поет,

И песня исходит любовью, - Я слушаю даже во сне.

Перевод В. Левит

Очевидна близость этих произведений: общность основной тональности стихотворений, базовых концептов, общность образов (особенно второй стро­фы стихотворения Г. Гейне и пятой строфы лермонтовского произведения). Но очевидны и различия: лермонтовское стихотворение глубже раскрывает тему сна-смерти, сна-жизни, смерти и жизни, вообще является более фило­софским.

На М. Ю. Лермонтова большое влияние оказала философская концепция Ф. Шеллинга о тождестве противоположностей, в данном случае жизни и смерти:

Но не тем холодным сном могилы...

Я б желал навеки так заснуть,

Чтоб в груди дремали жизни силы,

Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь...

Стихотворение М. Ю. Лермонтова принадлежит к жанру элегии, ключе­вому жанру романтизма: это грустное размышление (философского плана), характеризующееся интимностью интонации, мотивами разочарования, оди­ночества, бренности земного бытия. Элегия Лермонтова философична и тра­гична, что чрезвычайно характерно для позднего творчества поэта.

Ключевыми словами данного текста по данным психолингвисти- ческош эксперимента являются: «дорога», «ночь», «один» («одиночество»), «сон», «покой», «жизнь и смерть». Базовый концепт - «покой» (точнее, «сон- покой» или даже «смерть-покой»); на это указывают и общая эмоционально­

255

смысловая нагрузка текста, и большая представленность концепта, его сино­нимов и слов, имеющих в семеме сему «покой»:

Выхожу один я на дорогу;

Сквозь туман кремнистый путь блестит;

Ночь тиха. Пустыня внемлет Богу,

И звезда с звездою говорит.

В небесах торжественно и чудно!

Спит земля в сиянье голубом...

Что же мне так больно и так трудно?

Жду ль чего? Жалею ли о чем?

Уж не жду от жизни ничего я,

И не жаль мне прошлого ничуть;

Я ищу свободы и покоя!

Я б хотел забыться и заснуть\

Но не тем холодным сном могилы...

Я б желал навеки так заснуть,

Чтоб в груди дремали жизни силы,

Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь;

Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,

Про любовь мне сладкий голос пел.

Надо мной чтоб, вечно зеленея,

Темный дуб склонялся и шумел.

В тексте стихотворения подчеркнуты лексемы, составляющие приядер- ную область базового концепта, а также (частично) ближнюю периферию. Приядерная область и ближняя периферия концепта частично пересекаются, к области пересечения относятся следующие слова и сочетания: «пустыня внемлет Богу», «спит земля», «холодный сон могилы», «силы жизни дрем­лют». К области ближней периферии относится также образ вечно зеленею­щего дуба, репрезентирующий здесь мифологему мирового древа. Область крайней периферии рассматриваемого концепта в данном стихотворении не представлена.

Текст Лермонтова состоит из двух макропропозиций, первую из которых можно условно назвать «реальной», а вторую - «ментальной»: первая макропропозиция - это действие героя (Выхожу) и его результат (наблюда­емый пейзаж), вторая же ~ мысли, желания лирического героя, возбуждае­мые окружающей природой (я ищу, я б хотел, я б желал). Макропропози­ции связаны между собой ассоциативно - воспринимаемое глазом приводит к соответствующим мыслям (в данном случае связь носит негативный ха­рактер: не так, как...; В небесах торжественно и чудно! ... Что же мне так больно и так трудно? ~ противопоставление усилено синтаксическим

256

параллелизмом). Принципиальной особенностью первой («реальной») мак­ропропозиции является образное восприятие пейзажа (олицетворение при­роды), что отчасти может служить для более сильной, нежели ассоциатив­ная, связи макропропозиций: Пустыня внемлет Богу; ...Звезда с звездою говорит; Спит земля.

Большой интерес представляет хронотоп стихотворения: и ху­дожественное пространство, и художественное время как бы расширяются от точки до бесконечного л-мерного континуума. Проследим этот процесс для художественного пространства текста:

  • в начале стихотворения пространство представляет собой материаль­ную точку: один я;

  • затем происходит расширение пространства до прямой линии (одного измерения): дорога, путь',

  • далее художественное пространство приобретает второе измерение (плоскость): пустыня;

  • потом следует расширение до трех измерений, появляется вертикаль: звезда',

  • на следующем этапе происходит дальнейшее расширение пространства: множественная форма в небесах актуализирует идиому седьмое (девятое...) небо, и мифологема мирового древа (которое является осью, соединяющей различные миры) раздвигают границы художественного пространства до «-мерного континуума.

Пространство текста - суть психологическое пространство. Оп­ределяющими являются чувства, мысли, желания лирического героя; даже реальный пейзаж дан через призму его восприятия (на это указывает насы­щенность первых строк метафорами-олицетворениями).

Аналогично для художественного времени:

  • в начале время (представленное грамматической категорией времени глагола) - только настоящее, то есть точка на прямой с лучами «прошлое» и «будущее»: выхожу, блестит, тиха, внемлет, говорит и пр.;

  • затем подключается отрезок «ближайшее будущее»: не жду от жизни ничего;

  • далее художественное время вбирает в себя луч «прошлое» - от точки «настоящее» до бесконечности (не жаль мне прошлого ничуть), причем на этом этапе появляется лексическая номинация времени;

  • как расширение художественного времени я рассматриваю и переклю­чение в сферу мыслимого, желаемого (мысли и желания существуют во вре­мени, а не в пространстве): я б хотел... я б желал;

  • следующий шаг - и художественное время текста двигается в будущее до бесконечности: заснуть навеки;

  • наконец, мы видим максимальное расширение времени (вечно, весь день, всю ночь) и синтаксическое средство для выражения этого значения (избы­точный лексический повтор, дающий синтаксический параллелизм).

Художественное время текста - разом данное: настоящее, прошедшее и будущее вместе (вечность); в реальности все описанное в сти­хотворении занимало во времени только миг - пейзаж и несколько промельк­нувших мыслей. Однако представляется правомочным говорить о расшире­нии художественного пространства - времени текста от точки до бесконечного л-мерного континуума, что и представлено выше.

Обратимся кэмотивному пространству текста. Повествова­ние ведется от первого лица (лирический герой), наиболее сильно эмоцио­нально нагружены вторая и третья строфы - центральный фрагмент текста. Первое эмоциональное высказывание (В небесах торжественно и нудно!) ситуативно, это восхищение пейзажем здесь и сейчас; дальнейшего развития . в тексте этот эмотивный смысл не имеет (можно говорить об имплицитном смысле в рамках противопоставления «человек (~) - природа (+)», проходя­щем через весь текст).

Лирический герой рефлексирует: Что же мне так больно и так трудно? / Жду ль чего? Жалею ли о чем? Чувства смятения и сомнения охватывают его. Основной эмоциональный настрой текста - стремление к абсолютному по­кою, к гармонии: Я ищу свободы и покоя! Я б хотел забыться а заснуть! (желаемый покой оценивается положительно: сладкий голос пел о любви, ле­лея слух). Все это эмоционально-оценочные рефлексивы.

Однако, несмотря на очевидную, казалось бы, позитивную установку тек­ста (преодоление смерти, сон-покой-гармония), стихотворение «Выхожу один я на дорогу...» производит на читателя (слушающего) тягостное впечатление - оно воспринимается как пессимистичное, безысходное. Происходит это, ве­роятно, за счет ассоциации абсолютный покой - смерть и за счет осознания недостижимости для героя поставленной цели - обретения покоя-сна-гармо- нии. Важную роль в создаваемом впечатлении играют начало стихотворения (вводящее тему одиночества), а также эмоционально сильные (негативными эмоциями) вторая и третья строфы, являющиеся для текста центральными.

Положительный образ преодоления смерти за счет достижения гармонично­го покоя-сна ослаблен и употреблением сослагательного наклонения. Описание пейзажа тоже усиливает общее эмоционально тяжелое впечатление от элегии.

Объемно-прагматическое членение текста затрудняет его прочтение, заставляя читателя глубже проникать в смысл каждой строфы: стро­фы не только отделены друг от друга пустой строкой, но и пронумерованы как главы прозаического произведения или поэмы. Подобное членение сти­хотворного текста характерно для М. Ю. Лермонтова (см. «Стансы», «Романс», «Свиданье», «Русская мелодия» и др.), этот прием усиливает внимание читаю­щего к каждой строфе в отдельности, подчеркивая смысловую обособленность строф, полную, как у первых трех строф, или частичную, как у последних двух. Столь большое значение каждой из строф обусловливает и выделение в тек­сте стихотворения трех ССЦ.

258

Первое ССЦ соответствует первой строфе стихотворения; здесь вводится тема одиночества и дается описание пейзажа.

Второе ССЦ структурно соответствует второй строфе текста и задает проти­вопоставление природы (как гармонии) и человека (как дисгармоничного), именно во второй строфе возникает диссонанс, который впоследствии явится определя­ющим для эмоциональной тональности всего стихотворения в целом.

Третье (и последнее) ССЦ объединяет третью, четвертую и пятую стро­фы элегии и содержит описание мечты лирического героя о покое.

Связность текста достигается с помощью:

  • полных тождественных повторов:

Жду ль чего? Жалею ли о чем?

Уж не жду от жизни ничего я,

И не жаль мне прошлого ничуть;

Я б хотел забыться и заснутъ\

Но не тем холодным сном могилы...

Я б желал навеки так заснуть;

  • частичных лексико-семантических повторов: спит... заснуть ... сном; вечно... навеки;

  • синонимических повторов: спать - дремать; вечно - всю ночь, весь день - навеки; ищу - хотел бы - желал бы;

  • антонимических противопоставлений: торжественно и чудно - так больно и так трудно; но не тем холодным сном могилы;

  • дейктическими повторами личного местоимения первого лица;

  • выражения отношений конъюнкции (<свободы и покоя; забыться и зас­нуть), контраюнкции (но не тем холодным сном могилы...) и субординации (придаточные с чтоб).

Из текстообразующих грамматических связей можно выделить синтаксический параллелизм (Я ищу свободы и покоя! Я б хотел забыться и заснуть!) и согласование в тексте категориальной грамматичес­кой семантики глаголов (доминанта - глаголы несовершенного вида; в пер­вой части стихотворения - глаголы в настоящем времени в изъявительном наклонении; во второй части - глаголы в оптативе).

Текстообразующие прагматические связи представлены ассоциативными связями со стихотворением Гейне (приведенным выше), философской кон­цепцией Шеллинга (о тождестве противоположностей) и, возможно, с пуш­кинским «Пророком» (Духовной жаждою томим / В пустыне мрачной я вла­чился. / И шестикрылый серафим I На перепутье мне явился - актуально: одиночество, пустыня, дорога, понимаемая как путь духовный, смятенное

259

17*

состояние лирического героя). Образная связь влияет на образование экстен­сиональных эмотивных смыслов: абсолютный покой обычно соотносится со смертью, а не с жизнью, как в элегии Лермонтова.

Стихотворение организовано в репродуктивном регистре с ис­пользованием волюнтативного и реактивного регистров, концептуальная ин­формация преобладает над денотативной. В первой части стихотворения пре­обладают автономные тема-рематические текстовые структуры, во второй - веерные (что соответствует членению текста на ССЦ):

Выхожу один я на дорогу;

Сквозь туман кремнистый путь блестит...

Чтоб в груди дремали жизни силы,

Чтоб, дыша, вздымалась тихо грудь.

Рематическая доминанта - комбинированная: в стихотворении наблюдается переплетение статальной и качественной рематических доминант.

Стихотворение очень напевное, музыкальное (существует несколько ро­мансов на слова этой элегии), что достигается синтаксическим параллелиз­мом (Я игцу свободы и покоя! Я б хотел забыться и заснуть/), противопос­тавлением синонимических пар (торжественно и нудно... так больно и так трудно), анафорами (Чтоб в груди дремали жизни силы, / Чтоб, дыша, езды- малась тихо грудь; / Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея, / Про любовь мне сладкий голос пел), повторами (см. выше), аллитерациями на сонорные:

Но не тел* холодным сном люгилы...

Я б желал навеки так заснуть...

Чтоб всю ночь, весь день мой слух лелея,

Про любовь мне сладкий голос пел.

Яадо лшой чтоб, вечно зеленея,

Темный дуб склонялся и шумел.

Стихотворение М. Ю. Лермонтова «Выхожу один я на дорогу...» - класси­ческая элегия романтизма. Основными темами являются тема одиночества и тема покоя-сна, к которому стремится лирический герой. Но структурная орга­низация текста приводит к мысли о невозможности преодоления дисгармо­нии, что формирует у читателя тяжелое, пессимистичное впечатление - эле­гия трагична. По форме же данное стихотворение может быть причислено к лучшим произведениям Лермонтова.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]