Очень яркое развитие получило новое архитектурное на­правление в Смоленской земле.

Старые формы, очевидно, уже перестали удовлетворять художе­ственные вкусы заказчиков, и внимание ктиторов при­влекли композиционные решения, разработанные зодчими соседнего Полоцка. Для постройки в конце 80-х- начале 90-х гг. XII в. дворцового храма архангела Михаила смо­ленский князь Давид Ростиславич пригласил полоцкого зодчего. Плохо разработанная хронологическая шкала по­лоцких памятников не дает возможности уверенно судить, был ли это тот мастер, который построил церковь в полоц­ком детинце, но непосредственная зависимость смоленской церкви архангела Михаила от полоцкого храма не вызывает сомнения. Планы данных храмов почти полностью совпадают, хотя в них имеются и некоторые различия. Так, в смоленском храме можно отметить два существенных нововведения, свидетельствующих о том, что здесь был сделан следующий шаг в разработке нового архитектурного решения. Прежде всего в смоленской церкви двухуступчатые наружные пилястры усложнены введением тонких полуколонок. Тем самым в фасады здания внесено большое количество дополнительных вертикальных членений, еще сильнее подчеркивающих высоту и остроту его про­порций. Второе отличие смоленской церкви - исчезнове­ние стенок с порталами, отделяющих притворы от основ­ного помещения. Оба этих нововведения не случайны: они вызваны естественной эволюцией форм, ведущей к созда­нию вертикально устремленных динамических компози­ций, и стремлением зодчих разработать единый слитный интерьер, подчиненный композиции экстерьера. Неда­ром же такие приемы совершенно независимо появились и в других русских архитектурных школах - тонкие колонки в киевской и черниговской архитектуре, откры­тые внутрь храма притворы - во владимиро-суздальской.         Получить для задуманного строительства полоцкого зодчего смоленскому князю было нетрудно, ибо Полоцк в это время находился в прямой политической зависимости от Смоленска. Таким образом, Смоленск как бы пожал плоды интенсивного процесса архитектурного развития, протекавшего в Полоцке. Но если развитие полоцкой архитектуры к концу XII в. замерло, в Смоленске именно конец XII -первая треть XIII в. явились временем блестящего расцвета. Наличие опытных кадров строителей, работав­ших здесь уже с середины XII в., в сочетании с перенесен­ными сюда достижениями полоцких зодчих создало усло­вия для сложения в Смоленске вполне самостоятельной архитектурной школы.

1190-Е гг. Церковь архангела михаила в смоленске

- пирамидальная композиция храма, т.к. притвор с запада и приделы с юга и севера, они в хорошо вписываются в ритм основного здания

-ступенчатая композиция: от притворов к боковым нефам, ветвям центрального креста, - постамент под барабаном, сам высокий барабан с куполом

- по углам – ступенчатые уступчатые лопатки с полуколоннами – ряд вертикалей, высотный ритм

- гармония плана, цельность, стройность – очень развитая восточная часть, нет нартекса

-апсида по высоте равна боковым частям

- в центральном прясле – тройные композиции, подчёркиваеют центральную ось и высотность

- в боковых пряслах – по 1 окну друг над другом, акцентированное движение вверх

- эмоциональность, острота образа

Смоленская церковь архангела Михаила (часто ее упо­минают в литературе под более поздним наименованием - Свирская церковь) сохранилась почти целиком, хотя в несколько перестроенном виде. Она столпообразная, с высоко поднятой центральной частью. С восточной сто­роны церкви выделяется одна полукруглая апсида, тогда как боковые имеют снаружи прямоугольную форму и мень­шую высоту. С трех сторон перед входами расположены притворы, причем северный и южный снабжены неболь­шими самостоятельными апсидами. Таким образом, очень высокий центральный объем храма (общая высота до вершины купола около 33 м) со всех сторон как бы подпирается более низкими, в результате чего создается ступен­чатость, придающая композиции динамический характер. Это впечатление еще более усиливается огромным количеством вертикальных членений, проходящих по корпусу здания и создаваемых сложнопрофилированными пиляст­рами. Значительный вынос пилястр, сильно выступающие апсида и притворы придают всему зданию почти скульп­турную выразительность. Фасады церкви завершались не тремя закомарами, а кривой трехлопастного очертания. Очень высокий барабан имел в основании декоративные трехлопастные кокошники. Общая идея столпообразного храма с подчеркнутой вертикальной устремленностью композиции выражена в этой церкви исключительно ярко. Развитие самостоятельной смоленской архитектурной школы продолжалось с 80 - 90-х гг. XII в. до 1230 г., когда страшная эпидемия, а затем военные события прервали строительство. За это время здесь было возведено не менее полутора десятков монументальных зданий. По интенсив­ности строительства Смоленск вышел на первое место среди архитектурно-строительных центров Руси. К сожа­лению, церковь архангела Михаила является единственным сохранившимся памятником смоленской архитектуры того времени, однако раскопками в Смоленске изучено еще девять храмов, от которых уцелели нижние части стен или только фундаменты. Шесть из них в значительной степени повторяли формы Михайловской церкви. Особенно близок по схеме плана собор Троицкого монастыря на Кловке. Он отличается от Михайловской церкви лишь несколько сокращенной апсидной частью и еще более усложненной профилировкой пилястр. Собор Спасского монастыря в Чернушках имеет притвор только с запада, тогда как с севера и юга к его восточным углам примыкают маленькие часовни с самостоятельными апсидами…

Конечно, по сравнению с изысканно прорисованными, мягкими и элегантными профилями киевско-черниговских памятников жесткие и сильно выдвинутые от плоскости стены профили смоленских построек кажутся более гру­быми. Однако в сочетании со ступенчато-башнеобразной композицией объемов они несомненно придавали зданиям яркую выразительность. Смоленские зодчие не пошли на такое радикальное изменение конструкции завершающих частей храмов, какое исполнено в черниговской Пятницкой церкви, но сложное соподчинение объемов церкви архан­гела Михаила в Смоленске дает не меньший эффект дина­мически напряженной композиции, торжествующего взлета.

Конец XII – начало XIII в. – ПЯТНИЦКАЯ ЦЕРКОВЬ В ЧЕРНИГОВЕ

- завершенный вариант типологии – столпообразный, вертикально ориентированный храм, миниатюрный, изысканный по пропорциям

- 4-столпный, 1-главый, с маленькими хорами в западной части, которые сохраняются как дань традиции

-фасады кирпичные, тонко прорисованные детали, готический рисунок элементов, например, заострённых ниш, вертикальных тяг

- кокошники чуть стрельчатых очертаний на подставке главы

- высокие ветви креста

-впервые в русской архитектуре здесь появляются повышенные подпружные арки

В начале XIII в. в Чернигове возвели Пятниц­кую церковь. Памятник был очень сильно перестроен, но сохранился во всех своих основных частях. Во время Вели­кой Отечественной войны церковь была повреждена, но позднее реставрирована, причем полностью восстановлена в первоначальных формах. Эта небольшая четырехстолпная церковь имеет план, на первый взгляд мало отличаю­щийся от планов храмов середины века. В действитель­ности же он обладает своеобразными особенностями. Прежде всего, обращают внимание его нерасчлененность и собранность: даже апсиды оконтурены плавной линией и представляют собой не три полукружия, а одну трехло­пастную кривую. Пилястры сложные, с тонкими полуколонками, но очень мягко профилированные.

Церковь имеет чрезвычайно стройные пропорции и нарядные, насыщен­ные кирпичной орнаментацией фасады.

Завершаются фасады не обычными закомарами; а одной средней зако­марой и двумя боковыми полузакомарами, благодаря чему завершение каждого фасада приобретает трехлопастную форму.

Но самым замечательным в Пятницкой церкви является конструкция ее завершения, ибо здесь полностью изменена система сводов и арок, поддерживающих барабан главы. Арки, соединяющие подкупольные столбы, расположены не ниже, как обычно, а выше примыкающих к ним цилиндрических сводов.

Таким образом, была создана система повышающихся к центру арок, отчего барабан сильно поднимался над сводами. Снаружи повышенные подпружные арки образуют второй ярус закомар, служа­щий как бы пьедесталом для барабана. А на самом бара­бане размещен еще третий ярус закомар, на этот раз уже чисто декоративных, т. е. по существу уже не закомар, а кокошников.

Все особенности Пятницкой церкви строго подчинены одной идее - придать ей вертикальную устремленность и столпообразность. Ради этого зодчий пошел на коренное изменение традиционной конструкции сводов - гениальное решение, отважиться на которое при всей его кажущейся простоте было очень нелегко.

        Наличие многих традиционных черт в плановой схеме и строительно-технических приемах позволяет заключить, что все три перечисленных памятника возведены той же киевской строительной артелью, которая работала здесь еще в 70-80-х гг. XII в.

Вместе с тем необычность решения памятников и наличие в них, несмотря на яркие индиви­дуальные черты, общности “почерка” зодчего приводят к выводу, что это произведения одного автора. Им, вероятно, был Петр-Милонег, восторженная оценка деятель­ности которого помещена в летописи. Из текста летописи мы знаем, что Петр-Милонег был “в приятелях” у князя Рюрика Ростиславича, по заказу которого возведены все три упомянутые церкви.         Таким образом, в Киевской земле переход к новому этапу развития архитектуры, по всей вероятности, связан с именем талантливого мастера, которого летописец, очевидно недаром, ценил настолько высоко, что сравнивал с библейским зодчим Веселиилом. Если строителем Пят­ницкой церкви действительно являлся Петр-Милонег, то закладка этой постройки могла быть произведена в 1211 г., когда Рюрик Ростиславич потерял Киев и стал черни­говским князем. Вскоре князь Рюрик умер, и его строи­тельная артель, видимо, осталась в распоряжении черни­говских князей.

НОВГОРОД

Постройки первой четверти XII века продолжают ту линию в архитектуре Новгорода, которая была намечена Софийским собором. Именно от этого первого каменного храма города исходит как бы импульс, формирующий образные особенности последующих построек Новгорода. Они отличаются от главного храма размерами, местоположением в городской застройке, техническими, конструктивными, декоративными особенностями, но в каждом из них живёт унаследованный от Софийского собора образ мужественной силы, которая порождена духовной мощью.

После 1136 года, когда у новгородцев произошёл конфликт с князем Всеволодом, который был вынужден покинуть город, создаются особенно благоприятные условия для формирования порядков вечевой республики. Новая ситуация возникает и в каменном строительстве. Вместо князя на первые роли в качестве заказчиков выступают бояре, купцы, объединения жителей того или иного конца (района), той или иной улицы. Активно участвует в каменном строительстве глава новгородской церкви — архиепископ. Конечно, у перечисленных заказчиков были совсем иные, чем у князя, материальные возможности, и потому возведение таких больших храмов, как Софийский или Георгиевский соборы, было невозможно. Строить во второй половине XII — начале XIII века стали больше, но зато заметно уменьшились размеры зданий, упростилось их внутреннее и внешнее убранство. Изменилась социальная база каменного строительства, стала другой и архитектура, отражая возможности и вкусы демократических слоев города. Новгородцы научились строить быстро, просто, без всяких конструктивных или декоративных ухищрений. Часто храм возводили за 2–3 летних месяца. При этом образный лад, художественная выразительность новгородского типа остаётся легко узнаваемой и в этих постройках. Устойчивость, повторяемость особенных черт и позволяют говорить о существовании новгородской архитектурной школы не только в XII–XIII, но и в более позднее время, в XIV–XV веках.