Образы «Фауста» Гете

Образ Бога . Добро и свет в произведении олицетворяет Господь, который ведет спор с Мефистофелем в прологе. Бог верит в человека, в то, что чистота, добро и истина победят в человеческой душе. «И посрамлен да будет сатана»

Образ Мефистофеля. Отрицание и неверие в трагедии олицетворяет дьявол Мефистофель, спутник Фауста. В человеческом обличье дьявол выглядит весьма рассудительным, здравомыслящим. Он вежлив и даже галантен. Зло Мефистофеля не во внешнем его поведении. Он считает человеческую жизнь ничтожной и ограниченной, а мир - безысходным. Мефистофель не верит ни во что хорошее в этом мире, на все у него есть свое циничное объяснение. Это и есть зло, как его видит Гете.

Образ Фауста в трагедии Гете: доктор является человеком высоких духовных стремлений. Он -деятельный, умный, эрудированный человек. В своих поисках Фауст хочет найти такой способ существования, при котором мечта и действительность, небесное и земное, душа и плоть сольются, будут в гармонии. «Две души живут во мне» - признается Фауст. Одна из них - земная и пылкая, любит земную жизнь. Другая тяготеет к небесной чистоте, подальше от тела.

Фауст - врач, за это его любят и уважают простые люди. С одной стороны, Фауст ценит это. Он стремится помогать людям. Но жажда неограниченного творчества и громадных свершений, важных поступков не оставляют его:

«Я людям руки распростер.

Я грудь печалям их открою

И радостям - всему, всему,

И все их бремя роковое,

Все беды на себя возьму…»

В любви Фауст страстный и эмоциональный. Увидев очаровательную Маргариту на улице, он мгновенно увлекается ею.

Его желание новых знаний, познания истин, деятельности не могут быть насыщены. Поэтому ум Фауста не бывает в покое, герой находится в постоянном поиске. Фауст договаривается с дьяволом продлить свою жизнь «до конца человечества», не только для того, чтобы получить безграничное познание мира для самого себя, он надеется также помочь людям преодолеть несовершенство этого мира.

Образ Маргариты в «Фаусте» Гете

Один из ярчайших образов трагедии «Фауст» - это образ Маргариты, возлюбленной доктора Фауста. Маргарита стеснительная, целомудренная и по-детски верит в Бога. Она живет честным трудом, иногда довольно тяжелым. Маргарита, наверное, стала бы хорошей женой. «Вы созданы для радостей семейных» - говорит ей Мефистофель при первой встрече. Как почти ангельское существо, Гретхен чувствует скрытую дьявольскую сущность Мефистофеля и боится его.

Однако Маргарита способна и на большую любовь, большую страсть. Полюбив Фауста, она способна пожертвовать для него всем в своей жизни. Их любовь противопоставляется отношениям Мефистофеля и Марты, рассудительным и лицемерным.

Фауста в Маргарите привлекает чистота и невинность, в том числе душевная. Эта милая девушка, почти ребенок, напоминает ему ангела. Фауст честно верит в то, что его любовь будет вечной. При этом он понимает, что близкие отношения с этой девушкой могут разрушить ее тихую и мирную жизнь. В городке, где живет Маргарита, внебрачные отношения для девушки - большой позор. Но Фауст дает волю своей страсти, подталкиваемый Мефистофелем. Семья девушки разрушена, ее брат гибнет от руки Фауста в уличной стычке. Фауст и Мефистофель после убийства бегут из города, оставив девушку одну. Опозоренная, она оказывается в нищете, сходит с ума и топит в пруду новорожденную дочь.

Но даже после того, как жизнь и разум Гретхен загублены, в ее душе остается что-то святое, «светлый мир ребенка». Ожидая казни в тюрьме, она снова видит своего любимого Фауста. Тот опомнился и с помощью Мефистофеля пытается ее выручить. Маргарита отказывается от побега из тюрьмы: «Я покоряюсь Божьему суду ... Спаси меня, Отец мой, в вышине!». Душа Маргариты, несмотря ни на что, будет спасена.

Самый образ Фауста - не оригинальное изобретение Гете. Этот образ возник в недрах народного творчества и только позднее вошел в книжную литературу.

Герой народной легенды, доктор Иоганн Фауст - лицо историческое. Он скитался по городам протестантской Германии в бурную эпоху Реформации и крестьянских войн. Был ли он только ловким шарлатаном, или вправду ученым врачом и смелым естествоиспытателем, пока не установлено. Достоверно одно: Фауст народной легенды стал героем ряда поколений немецкого народа, его любимцем, которому щедро приписывались всевозможные чудеса, знакомые по более древним сказаниям. Народ сочувствовал удачам и чудесному искусству доктора Фауста, и эти симпатии к «чернокнижнику и еретику», естественно, внушали опасения протестантским богословам. В период с 1770 по 1782 упоминания о «Фаусте» часто встречаются в переписке Гёте с друзьями и коллегами по перу и в его автобиографии. В этот период отдельные фрагменты трагедии были услышаны ближайшим окружением автора. Литературные круги с нетерпением ждали презентации произведения. «Пришли мне «Фауста» скорее том, как только в голове созреет он!» - писал Готтер, в ответ на подаренный Гёте экземпляр «Геца фон Берлихингена».

В «Пра-Фаусте» уже есть костяк будущей первой части трагедии. Основные мотивы разработаны не до конца. Трагедия познания еще не достигла крайнего напряжения. Не полон и образ Мефистофеля: он еще не искуситель, а лишь насмешник, издевающийся над Студентом. Остальные фантастические фигуры не появляются.

Полнее всего изображена любовь Фауста и Гретхен (кстати, это имя, ласкательное от Маргарита, носила первая возлюбленная Гёте) и гибель героини.

Малая разработанность начальной части, создавала у читателя ощущение, что перед ним не философская, а любовная трагедия. Тем более, что 17 из 21 сцен посвящены истории любви. Трагедия Маргариты изображена молодым Гёте с большим внутренним чувством. Биографы не без основания указывают что, сознание вины, перед покинутыми им девушками побудило Гёте заглянуть в душу страдающей женщины и создать одну из самых потрясающих трагедий в мировойлитературе. Образ бунтаря против сковывающих человеческий разум и чувства сил церкви, государства и традиций Гете создал в «Пра-Фаусте»: этот протестант, еще сильно отличающийся от «Фауста» позднейшей обработки, выступает против церкви и религии, ибо они своим учением о добре и зле только отделяют человека от познания истинных причин и источников действительности. Божество для Гете-Пра-Фауста - сама жизнь, сама действительность, воплощенная в образе земного духа, а его помощник Мефистофель, сила земли, - проклятый в качестве таковой церковью, идеологией враждебного бюргерству феодализма.

Но и в «Пра-Фаусте» также отчетливо выступает двойственность в мировоззрении молодого Гете, вытекающая из слабости бюргерства того времени: Гец погибает, потому что он противостоит императорской власти. «Пра-Фауст» не обладает монолитным, целеустремленным мировоззрением, его губит эта двойственность: он не может отделить поступка от вытекающих из него последствий, страстное желание от разочаровывающего наслаждения, они терзают его раскаянием, из которого он не видит выхода. Герой в «Пра-Фаусте», думавший отыскать высшую свободу в радостях любви и взамен этого безжалостно раздавивший мещаночку Гретхен, впадает в отчаяние, и его путь, насколько можно судить по сохранившимся фрагментам, теряется в глубоком мраке.

В десятилетие с 1776 по 1786 Гёте меняет свои взгляды не литературу и творчество. Он приходит к выводу о том, что литературные выступления против существующего порядка бесплодны, потому что они не поддержаны ни народом ни бюргерством. Попытка улучшить положение народа путем воздействия на ваймерского герцога тоже оказались тщетными. Но Гёте по-прежнему оставался ярым врагом официальной религии, понимал бесчеловечность существующих порядков, но знал, что ему не дано все-таки изменить мир. Поэтому вернулся к своему истинному призванию - поэтическому творчеству.

На этом этапе Гёте осознает необходимость пересмотреть и раскрыть образ Фауста. Беспокойный дух, титанизм героя, его поиски идеала остались. Но Гёте понимает недостаточность только внутренних источников силы, что было характерно для периода «бури и натиска». Гёте не торопился наделять героя своей мудростью: Фауст должен был жить и развиваться естественным для него путем.

Фауст взрослеет в прямом смысле этого слова. Герой «Пра-Фауста» - молодойчеловек, не достигший 30. В 1788 году, когда Гёте берется за продолжение трагедии, ему было 39. Он видел Фауста другим - старцем, умудренным в науках, но сохранившим живой ум и стремление к истине. Так Гёте вводит новый мотив. Отчаяние героя от бесплодности наук усугубляется тем, что впереди уже ничего нет, так что, заключая контракт с дьяволом, он начинает жизнь сначала. Для этого и фрагмент с омоложением («Кухня ведьмы»).

Продолжать работу над трагедией автора убеждал его друг Ф. Шиллер. Он горячо заботился о том, чтобы Гёте закончил «Фауста», но так и не дожил до этого. Произведение вышло в печать в апреле 1806, спустя год после смерти Шиллера.

Возвращаясь к работе над «Фаустом», Гёте делает очень важную запись. Он определяет своего рода идейный стержень трагедии - первый набросок плана. В нем, кроме прочих уже положенных на бумагу мыслей, появляются и такие как, «спор между формой и бесформенным», «предпочтение бесформенного содержания пустой форме», «ясное холодное научное стремление Вагнера» - это план будущей беседы Фауста с Вагнером.

Смена эстетических понятий Гёте мешала ему продолжить работу над трагедией. Его больше не привлекали германское средневековье, готика, легенда о Фаусте. Поездка в Италию меняет его представление о творчестве и литературе. Теперь он стремится к классической ясности и стройности, к единству и гармонии отельных его частей. Но заключать «Фауста» в «поэтический обруч» он не хотел.

Библейская история о том, как сатана убивал веру в Иове, пытаясь обрушить на него беды, натолкнула Гёте на предварение истории Фауста спором между сатаной и Богом о Фаусте. Стремление к добру или склонность к злу? - такой зачин придает трагедии всечеловеческий масштаб. Фауст должен подтвердить или опровергнуть высокое понятие о человеке. Мефистофель же теперь видится Гёте не просто дьяволом-искусителем, а движущим началом жизни. Фауст - носитель всего лучшего, всех благородных человеческих чувств, стремящийся к совершенству. Мефистофель отрицает все идеалы, считает их иллюзией, надувательством, для удовлетворения самых низменных потребностей. На основе этого в «прологе на небе» этим героям предается обобщенный символический смысл - в Фаусте и Мефистофеле символически выражена борьба добра и зла.

«Пра-Фауст» был трагедией личностей и судеб героев, а «Фауст» стал трагедией человека вообще. Так же в первой части появляется «Вальпургиева ночь». Присутствуя на шабаше ведьм, Фауст поддается «соблазнам» Мефистофеля. Но всякий раз он преодолевает стремление Мефистофеля убить в нем человечность. Эта сцена содержит в себе некоторые антиэстетические моменты, коих, впрочем, совсем не смущался Гёте. Хотя многие эпизоды так и не вошли в окончательный вариант текста - видимо и Шиллеру и Гёте они показались переходящими все границы эстетики. Такова, например, сцена поучения Сатаной своей нечестивой паствы.

Когда Гёте задумал Фауста, он не представлял себе объем будущего произведения. Но после того как он написал «Пра-Фауста», убедился в невозможности вместить столь большой сюжет в рамки одной пьесы. Стало очевидным, что «Фауста» необходимо разделить на две части. В плане 1790-х гг., было уже ясно разграничено, о чем будет каждая из частей. В первой части действие вращается вокруг личных переживаний героя; во второй авторпланирует показать отношение героя с внешним миром.

Идея показать отношения героя с внешним миром позволила Гёте усилить критику отжившего феодально-монархического строя. Примером для его изображения автор выбирает Францию накануне революции. В образе Императора он изображает «монарха, у которого есть все качества, чтобы лишиться трона своей страны»: благо государства и подданных его не заботит, он думает только о новых забавах, страна не ведает не права не справедливости, судьи оказываются на стороне преступников, казначейство без гроша и тд. В общем, в первом акте Гёте воплотил итоги своих многолетних размышлений о природе современной ему власти и сообщил исторический опыт своей эпохи.

Первая часть «Фауста» была отрывочна, четка разбита на сцены, представляющие каждая отдельное целое, вторая же часть стала композиционно единым целым. Гёте пишет о своем «Фаусте»: «Трудно было достичь успеха из-за того, что цели и мотивы второй части были задуманы 15 лет назад, когда я был доволен тем, что получался тот или иной эпизод. Рассудок предъявлял второй части большие требования, и я должен был создавать обоснованные переходы».

Работа над второй частью длилась с 1827 по 1830-1831 гг. Готовую рукопись Гёте запечатывает в конверт и просит опубликовать произведение только после своей смерти.