5. "Третий путь" Европы
Ведущую роль в пересмотре социал-демократической идеологии играет Т.Блэр. Им движут не только идейные соображения, но и стремление вывести Великобританию из полуизоляции в ЕС, в которой она очутилась при скептически настроенных к нему тори. Широкую известность получила концепция "третьего пути" Блэра, активно популяризируемая им у себя в стране и за рубежом. “Третий путь" прочно вошел в европейский политический лексикон, но встретил далеко неоднозначную реакцию. Если в Германии идея привилась, трансформировавшись в "новый центр" Г.Шрёдера, то во Франции была отвергнута руководством правящей коалиции, которое усмотрело в ней вариант умеренной "англосаксонской модели".
В этом есть доля правды, учитывая большую идейную близость Блэра и Клинтона. Она объясняется не только традиционными "особыми отношениями" между двумя странами и личной симпатией, но и схожими чертами политических карьер двух лидеров: оба пришли во власть как представители молодого поколения, прервавшего многолетнее правление правых; оба выступают с умеренно центристских позиций, отказавшись от многих левых идей и претендуя на роль изобретателей новой прогрессивной идеологии.
Однако верно и то, что социал-демократические идеи континентальной Европы по-прежнему ближе той части Британии, что поддерживает Блэра, чем индивидуалистические традиции Америки. Считающееся в Британии само собой разумеющимся невозможно в США, и наоборот. Блэр без особого труда добился запрещения всех видов легкого огнестрельного оружия, для Клинтона это остается недосягаемой целью. Провалом закончились попытки Клинтона гарантировать всеобщее медицинское страхование, тогда как Национальная служба здравоохранения является неотъемлемой частью жизни Англии с 1948 г. С 1996 г. в США матери-одиночки теряют право на получение пособий по трудоустройству, если в течение двух лет не начинают работать, Блэр же получил "восстание заднескамеечников" в собственной парламентской фракции при проведении решения о небольшом сокращении таких пособий.
Авторство "третьего пути" приписывают Блэру. В свое время это понятие было заимствовано советником Белого дома С.Блюменталем и с успехом использовано в концепции Клинтона, провозгласившем "конец эры Большого правительства". Клинтон и Блэр вовлекли в дискуссию о "третьем пути" руководителей других левоцентристских партий, проявив готовность к обмену мнениями и с представителями других партий. Например, Блэр пытался привлечь к участию в дискуссии правого испанского премьера Х.-М. Азнара.
Состоялся ряд "семинаров" под эгидой Вашингтона. Летом 1998 г. в Нью-Йорке вопросы новой идеологии обсуждались Клинтоном, Блэром и Р. Проди. К ним собирался присоединиться шведский премьер Г.Персон, но не смог из-за выборов. В апреле 1999 г. круг участников "семинара" расширился. К Блэру и Клинтону в Вашингтоне добавились Шрёдер, итальянский и голландский премьеры М.Д'Алема и В.Кок. Обсуждался вопрос: "Как обеспечить процветание и стабильность в условиях происходящих в мире экономических и социальных изменений?" К участию в следующем "семинаре" проявили интерес Финляндия, Португалия и Канада. Показательно, что Жоспен отклонил приглашение на апрельскую встречу (11), где Блэр находился в центре внимания. Он предложил свою излюбленную трактовку социал-демократических ценностей: государство должно заниматься не "отжившим корпоратизмом", а вопросами образования, повышения квалификации, технологического развития, поддержкой малого бизнеса и предпринимательства - в этом состоит ценность "равенства возможностей". Концепция гражданского общества должна основываться на ценности ответственности. Третья ценность активного сообщества подразумевает диверсификацию коллективных форм взаимодействия в обществе - от государственных структур до добровольных организаций. Примечательно, что в данном ряду ценностей отсутствуют социальная справедливость и солидарность.
Одним из результатов регулярного обсуждения лидерами левоцентристских партий идейной проблематики стала декларация Блэра и Шрёдера "Третий путь/Новый центр", выход которой 8 июня 1999 г. был приурочен к выборам в Европейский парламент. Документ был обнародован во время визита Шрёдера в Лондон. Его авторы — ближайшие к лидерам советники Мандельсон и Хомбах. По существу в декларации была заявлена платформа правого крыла европейской социал-демократии — сочетание элементов англосаксонского подхода к экономике с традиционными ценностями социал-реформизма при доминировании первых.
На фоне декларации контрастно выглядел манифест партии европейских социалистов, приуроченный к евровыборам. Хотя он был составлен от имени всех левоцентристских партий, в нем преобладал традиционный социал-демократический подход: "да" — рыночной экономике, "нет" — рыночному обществу; поддержаны социальная модель рынка, усиление контроля за мировой финансовой системой, увеличение прямых инвестиций в экономику.
На выборах в Европарламент 10 — 13 июня 1999 г. избиратели недвусмысленно отдали предпочтение альтернативе развития, предложенной левой социал-демократией. СДПГ и ЛПВ терпят серьезное поражение, а выиграли правые партии. Тем самым население ЕС проявило недовольство позицией своих правительств в ходе действий НАТО против Югославии и негативное отношение к их неолиберальному крену, получившему идейное оформление в декларации "Третий путь/Новый центр". Похоже, что ее публикация привела к результатам, противоположным тем, на которые рассчитывали Блэр и Шрёдер.
По итогам выборов в Европарламент СДПГ лишается 7 мандатов, а ЛПВ - 33; потерей 1 депутата отделываются итальянские левые демократы. В результате этих неудач фракция социалистов в Европарламенте, до тех пор самая многочисленная, уступает первенство правоцентристам - европейской народной партии. Во Франции, а также в Португалии, где у власти находятся социалисты во главе с А.Гутеррешем, ситуация была иной. Французские социалисты добились наилучших результатов среди левоцентристских партий ЕС, увеличив свое представительство на 6 депутатов. Значит, план "Демократического социализма" Жоспена получил более сильную поддержку, нежели правый социал-демократический проект Блэра и Шрёдера.
В ноябре 1999 г. во Флоренции состоялся последний в том году "семинар" социал-демократических лидеров с обсуждением темы "Реформизм в XXI веке". На сей раз Жоспен присоединился к другим участникам. Присутствовали также Проди и президент Бразилии Ф.Кордозу. Центром дискуссии были вопросы глобализации, реформирования "государства благосостояния", экономического роста и социальной справедливости. Эта встреча не принесла новых существенных результатов. Как и раньше, были проявлены неолиберальные подходы США и тяготеющая к ним леволиберальная позиция Британии, принципы континентальной модели социал-демократии, которые наиболее последовательно отстаивает Жоспен, и промежуточная позиция Шрёдера и Д'Алема.
Жоспен предложил свое видение проблем в манифесте "Новый альянс", который фактически был ответом на июньскую 1999 г. декларацию Блэра и Шрёдера: роль социал-демократии заключается в уравновешивании потребностей капитала и рабочих, а необходимость защиты интересов последних особенно важна в эпоху глобализации. Один из главных составителей этого документа французский сенатор Г.Вебер пояснил в интервью, что главное отличие французского социализма от нового лейборизма — острый критический подход к современному капитализму. В манифесте Жоспена провозглашалось: "цель социалистов — добиться в общественном сознании победы идеи перераспределения".
Позиции левого крыла европейской социал-демократии укрепились в ходе XXI конгресса Социнтерна, прошедшего 8 — 11 ноября 1999 г. в Париже под лозунгом "За более человечное общество, за более справедливый мир". Пост президента Социнтерна остался за представителем левого крыла европейской социал-демократии — он перешел от П.Моруа к А.Гутеррешу. Одним из центральных документов конгресса стала "Парижская декларация" (12), в которой дана негативная оценка модели глобализации, основанной на принципах "неолиберализма и неоконсерватизма", высказана глубокая озабоченность побочными эффектами неконтролируемого процесса глобализации, ведущими к "крайнему усилению неравенства между государствами", "угрозе насаждения культурной однородности", угрозе целым народам со стороны спекулятивного финансового капитала. В декларации предлагается глубоко реформировать мировую экономическую и финансовую системы на принципах транспарентности, подотчетности, регулируемости, демократичности. В центре документа — тезис о ключевой роли государства в борьбе с "рыночным фундаментализмом", который ведет к "опасному усилению индивидуализма, подтачивающему сферу общественных ценностей". В резком контрасте с леволиберальными идеями Блэра и Шрёдера находятся также призывы отказаться от "одержимого монетаризма", защитить "общечеловеческие права" на образование, здравоохранение, достойную старость, чистую окружающую среду, восстановить роль государства в функционировании транспортной, энергетической, телекоммуникационной и других общественно важных инфраструктур.
В принятой конгрессом заключительной резолюции говорится: "Когда мы оглядываемся на десятилетие, прошедшее после падения Берлинской стены, становится очевидным, что жестокий, эгоистичный либерализм не в состоянии гарантировать процветание широким массам населения". Высшим приоритетом провозглашен "человеческий капитал", тогда как рынок — лишь инструмент служения обществу.
Европейский левоцентризм на распутье. Предлагаемые его представителями пути решения современных проблем во многом отличаются и зачастую трудно совместимы. Но глобализация является сильнейшим фактором, заставляющим разные течения социал-демократии активно искать точки соприкосновения во имя общих целей преобразования. Неудача этого поиска обернется более серьезными электоральными поражениями уже в 2000 г., а в перспективе приведет к новому снижению популярности левоцентристских предложений. За последние два года социал-демократической мысли удалось приобрести некий идейный и организационный каркас под условным названием "третий путь", который позволяет обкатывать свежие идеи и сближать разные точки зрения. "Третий путь", будучи изначально англо-американским изобретением, получил затем несколько иную интерпретацию в континентальной Европе.
Если раньше под "третьим путем" подразумевали "средний путь" между советским "реальным социализмом" и "ортодоксальным американским капитализмом", в чем состояла суть идейной программы воссозданного в 1951 г. Социнтерна, то после распада СССР и ускорения процессов глобализации его содержание связывается с рыночной парадигмой. "Третий путь" стал претензией на альтернативу устаревшей послевоенной модели социал-демократии, с одной стороны, и неолиберализму — с другой.
Суть большинства попыток реализовать идеологию "третьего пути" сводится к поиску "золотой середины" между привлекательными сторонами североамериканской рыночной экономики с низким уровнем безработицы, но высоким уровнем социального расслоения, и континентальной европейской моделью с развитой социальной инфраструктурой, страдающей зато от хронической безработицы. Речь не идет об одномерном сдвиге социал-демократии вправо. Более объемное представление дает многомерная интерпретация ее современного идейного развития.
Блэр и "новые лейбористы", возглавляющие правое крыло европейской социал-демократии, видят выход в создании "радикального центра", "прогрессивной коалиции" на основе леволиберальной идеологии, а также предлагают — в тандеме с США — более умеренную версию англосаксонской модели капитализма. Шрёдер и "модернизаторы" в СДПГ симпатизируют им, но лишены такой же свободы маневра у себя в партии и в стране, которая была инициатором социальной модели экономики и является главным двигателем европейской интеграции.
В отличие от правых коллег, Жоспен и его партнеры по правящей коалиции уверенно чувствуют себя под сенью французского "дирижизма" и не спешат отказываться от социальных завоеваний континентальной модели рыночной экономики в пользу атлантической. Жоспен до сих пор повторяет, что ФСП является партией "демократического социализма", а не социал-демократии.
Между крайними позициями Блэра и Жоспена существует значительное пространство, в котором одни солидаризируются с правым вариантом (Шрёдер), другие — с левым (Гутерреш, В.Вельтрони, Ф.Холланд), третьи занимают промежуточную позицию (Д'Алема).
Суть проблем, присущих всем интерпретациям "третьего пути", заключается в сложной задаче сочетания тенденции к индивидуализации и одновременного стремления людей жить в удобном для них обществе, обеспечивающем безопасность и социальную гармонию. До сих пор в рамках парадигмы "Я — Мы" "первый путь" преувеличивал индивидуальное начало, а "второй" - коллективное. В последнее десятилетие именно индивидуализация превратилась в доминирующую тенденцию общественных изменений, что привело к значительной социальной дестабилизации.
На поиск "третьего пути" сильнейшее воздействие оказывает процесс глобализации. До недавнего времени он развивался всецело под влиянием неолиберальной идеологии. Однако 1998 г. обозначил определенный рубеж. Азиатский кризис, увлекший за собой также Бразилию и другие страны, крах экономических реформ в России, неспособность МВФ, других международных институтов созидательно использовать мировые финансовые потоки, углубление неравномерности развития стран "золотого миллиарда" и третьего мира показали пагубность рыночного фундаментализма не только для наций-государств, но и в мировом масштабе. Безальтернативность свободной рыночной модели оказалась мифом. Эти негативные примеры предоставили сторонникам левой умеренной мысли новые доказательства справедливости их скептического отношения к неолиберальному наследию 1980-х годов.
Растущее в Европе осознание истинных геостратегических причин агрессии НАТО против Югославии, тесно увязанных с неолиберальной моделью глобализации, результаты конгресса Социнтерна в Париже в ноябре 1999 г., фактический провал декабрьской конференции Международной торговой организации в Сиэтле открывают новые перспективы для укрепления позиций левого крыла европейской социал-демократии.