2)Княжеские церковные уставы владимира и ярослава.

Церковные уставы князей Владимира Святославича и Ярослава Владимировича (Х—Х1 вв.), содержащие нормы о брачносемейных отношениях, преступлениях против церкви, нравственности и семьи. В уставах определялась юрис-дикция церковных органов и судов.

Государство передавало церкви со всех собираемых даней «десятину», о чем записывалось в уставы. Составными частями «десятины» были отчисления от даней разных видов, от судебных платежей и торговых пошлин. Там же ого-варивался церковный судебный иммунитет и определялись пределы церковной судебной юрисдикции: по кругу лиц, на которых она распространялась, и по кругу дел, которые рассматривались церковными судами.

Судебная власть церкви устанавливалась над всем христианским населением Руси, но лишь по определенным делам. Над некоторыми группами населения (церковные люди) церковный суд устанавливался по всем делам, так же как суд над населением церковных земель (вотчин). В ряде случаев действие церковных уставов накладывалось на сферу дей-ствия государственного законодательства, основным источником которого была Русская Правда.

3)«Русская правда» ее хар-ка.

До наших дней дошло более ста списков Русской Правды, которые можно представить в трех основных редакциях: Краткая, Пространная и Сокращенная (обозначаемые в литературе как КП, ПП и СП).

Пространная редакция, возникшая не ранее 1113 г. и связанная с именем Владимира Мономаха, разделя-ется на Суд Ярослава и Устав Владимира Мономаха.

Сокращенная редакция появилась в середине XV в. из переработанной Пространной редакции.

Источниками кодификации явились нормы обычного

права и княжеская судебная практика. К числу норм обычного права относятся прежде всего положения о кровной мести (ст.1) и круговой поруке (ст. 19 КП). Законодатель по-разному относится к этим обычаям: кровную месть он стремится ограничить (сужая круг мстителей) или вовсе отменить, заменив денежным штрафом (вирой). Круговая порука, напротив, сохраняется им как политическая мера, связывающая всех членов общины ответственностью за своего члена, совершившего преступление («дикая вира» налагалась на всю общину).

Нормы, выработанные княжеской судебной практикой, многочисленны в Русской Правде и связываются иногда с именами князей, принимавших их (Ярослава, сыновей Ярослава, Владимира Мономаха).

Определенное влияние на Русскую Правду оказало византийское каноническое право.

4)Правовой стутус населения по «русской правде».

Два юридических критерия, особо выделяющих эти группы в составе общества, — нормы о повышенной (двойной) уголовной ответственности за убийство представителя привилегированного слоя (ст.1 ПП) и нормы об особом порядке наследования недвижимости (земли) для представителей этого слоя (ст.91ПП). Эти юридические привилегии распространялись на субъекты, поименованные в Русской Правде как князья, бояре, княжьи мужи, княжеские тиуны, огнищане. В этом перечне не все лица могут быть названы «феода-лами», можно говорить лишь об их привилегиях, связанных с особым соци¬альным статусом, приближенно-стью к княжескому двору и имущественным положением.

Основная масса населения разделялась на свободных и зависимых людей, существовали также промежу-точные и переходные категории. Юридически и экономически незави¬симыми группами были посадские люди и смерды-общинни¬ки (они уплачивали налоги и выполняли повинности только в пользу государства). Город-ское (посадское) население дели¬лось на ряд социальных групп — боярство, духовенство, купе¬чество, «низы» (ремесленники, мелкие торговцы, рабочие и пр.). Кроме свободных смердов, существовали и другие их категории, о которых Русская Правда упоминает как о зави¬симых людях. Свободный смерд-общинник об-ладал определенным имуществом, кото¬рое он мог завещать детям (землю — только сыновьям). При отсут-ствии наследников его имущество переходило общине. Закон защищал личность и имущество смерда. За совершен¬ные проступки и преступления, а также по обязательствам и договорам он нес личную и имуще-ственную ответственность. В судебном процессе смерд выступал полноправным участни¬ком.

закуп. Краткая редакция Русской Правды не упоминает закупа, зато в Пространной редакции помещен спе-циальный Устав о заку¬пах. Закуп — человек, работающий в хозяйстве феодала за «купу», т. е. заем, в кото-рый могли включаться разные ценнос¬ти, — земля, скот, зерно, деньги и пр. Этот долг следовало отработать, причем установленных нормативов и эквивален¬тов не существовало. Объем работы определялся кредито¬ром. Поэтому с нарастанием процентов на заем кабальная зависимость усиливалась и могла продолжаться долгое время.

Закон охра¬нял личность и имущество закупа, запрещая господину бес¬причинно наказывать его и отнимать имущество. Если сам закуп совершал правонарушение, ответственность была двоя¬кой: господин уплачивал за него штраф потерпевшему, но сам закуп мог быть «выдан головой», т. е. превращен в полного холопа. Его правовой статус резко менялся. За попытку уйти от господина, не расплатившись, закуп также обращался в холопа. В качестве свидетеля в судебном процессе закуп мог выступать только в особых случаях: по малозначительным делам («в малых исках») или в случае отсутствия других свиде¬телей («по нужде»). Закуп был той юридической фигурой, которая наиболее ярко иллюстрировала процесс «феодализа¬ции», закабаления, закрепощения бывших свободных общин¬ников.

Холоп — наиболее бесправный субъект права. Его имуще¬ственное положение особое — все, чем он обла-дал, являлось собственностью господина. Все последствия, вытекающие из договоров и обязательств, которые заключал холоп (с ведома хозяина), также ложились на господина. Личность холопа как субъекта права фактически не защищалась законом. За его убийство взимался штраф, как за уничтожение имущества, либо господину передавался в качестве компенсации другой холоп. Самого холопа, совершившего преступление, следова¬ло выдать потерпевшему (в более ранний период его можно было просто убить на месте преступления). Штрафную ответ¬ственность за холопа всегда нес господин. В судебном процес¬се холоп не мог выступать в качестве стороны (истца, ответ¬чика, свидетеля).