7.Социологическая концепция права м. М. Ковалевского

В 1877 г. Максим Максимович Ковалевский (1851–1916 гг.), юрист, социолог, историк общественный деятель, был избран профессором государ­ственного права и сравнительной истории права Московского университета и занимал эту должность в течение 10 лет. Его многочисленные ученые труды, печатавшиеся и в России, и за границей, свидетельствуют о широте его научных интересов, огромной эрудиции и самостоятельности мысли. Ковалевский – автор известных трудов по истории и экономике, создатель новой школы права, исследователь-этнограф, социолог, стоявший у истоков социологического образования в России.

Основные произведения: «Происхождение современной демократии», «Экономический рост Европы до возникновения капиталистического хозяйства», «Современные социологи», «Социология» и «От прямого народоправства к представительному и от патриархальной монархии к парламентаризму». Ковалевский был инициатором издания пятитомной антологии «Родоначальники позитивизма».

Будучи приверженцем классического позитивизма, он критически относился к большинству направлений европейской и русской философии, обнаруживая в них черты «архаической», с его точки зрения, метафизики. Критикуя марксизм как общефилософскую теорию, в то же время высоко оценивал вклад К. Маркса в социологию, характеризовал его как «великого апостола новейшей социологии».

Важнейшим экономическим законом Ковалевский называл закон прогресса, действующего универсально и объективно: рост солидарности в обществе, процесс «очеловечевания» природы.

Особое значение Ковалевский придавал такому «материальному» фактору прогресса, как неизбежный рост народонаселения. Общественный прогресс реализуется преимущественно эволюционным путем, а революции, как правило, опасны, ущербны и даже «патологичны». Классовые противоречия и классовая борьба, по Ковалевскому, свидетельствуют о «незрелости» системы общественных отношений, что ученый и доказывал на примерах Англии и Франции. Отсюда и вытекала его политическая доктрина конституционной монархии.

Общество, на его взгляд, не может быть редуцировано к какому-либо конечному основанию, а должно быть рассмотрено сквозь призму «теории факторов». Факторы (как объективные причины происходящего) равноправны, хотя в ходе социальной эволюции отдельные из них могут занимать на какое-то время доминирующее положение. Кроме того, главную причину изменений можно установить для каждой сферы общественной жизни. В последние годы творчества мыслитель пытался объяснять явления через анализ их происхождения (генетический метод). В частности, такой анализ был им проделан для институтов семьи, собственности и государства.

Для него понимание природы государства и его деятельности немыслимо без выявления и учета его исторических корней. Невозможно обходиться, к примеру «без материального понимания действующего закона», неразумно ограничиваться при его изучении лишь формальным анализом предписаний о правах, компетенции, обязанностях, ответственности и т.д. Нельзя понять Американской конституции 1787 г., не уяснив себе, что было заимствовано на этой земле из английского конституционного опыта и традиций, что сохранила новая федерация от старой конфедерации и какие исторические прецеденты (например, Нидерланды) уже имела конфедеративная форма объединения.

Одним из магистральных направлений в его исторических исследованиях стало изучение процесса развития европейского государства. «От прямого народоправства к представительному правлению» – так назывался его трехтомный труд (1906), оставшийся незавершенным. В нем была представлена параллельная история государственных учреждений и политико-правовых идей. Новизна этого вида анализа и обобщений состояла в показе более тесной связи и зависимости политической мысли от течения общественной и политической жизни. В частности, ученый доказывал, что многие варианты доктрины ограниченной монархии и городского респуб­ликанского правления нашли себе место в Средние века в памфлетах, проповедях, дидактических виршах и в текстах поспешных манифестов и разного рода деклараций гораздо раньше, нежели в доминирующих течениях политической мысли и ее классических произведениях.