30. Неосторожность и ее виды

Действующий УК содержит лишь 29 статей, в которых скон­струированы составы с неосторожной формой вины. Еще в 28 ста­тьях предусмотрены квалифицирующие обстоятельства, сопря­женные с неосторожным причинением вреда. Но это не означает, что степень опасности этой группы преступлений невысока, ее нельзя недооценивать. Абсолютное число их растет, особенно пре­ступлений, связанных с нарушением правил охраны окружающей среды, охраны труда, безопасности движения и эксплуатации всех видов транспорта. Поэтому проблема уголовной ответственности за неосторожные преступления, а также теоретической разработ­ки понятия неосторожности и ее видов приобретают важное зна­чение.

Неосторожность — это особая форма вины, заключающаяся в психическом отношении к преступным последствиям (осознание общественной опасности деяния вынесены за пределы понятия не­осторожности). Поэтому неосторожность может иметь место толь­ко в преступлениях с материальным составом. Закон закрепляет два вида неосторожности: легкомыслие и небрежность (ст. 26 УК).

Легкомыслие — «преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без доста­точных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предот­вращение этих последствий (ч. 2 ст. 26 УК). Интеллектуальный момент легкомыслия заключается в предвидении возможности на­ступления последствий. Так, водитель грузовика, превышая ско­рость на улице поселка, предвидит, что из ворот дома может выбе­жать ребенок, из переулка выехать велосипедист, и он может при­чинить смерть, вред здоровью этого неопределенного лица. Психи­ческое же отношение к самому деянию законодатель не ввел в понятие вины, так как оно (без последствий) не имеет уголовно-правового значения. Это или административное правонарушение, или дисциплинарный проступок, или вообще не попадает в сферу регулирования какой-либо отрасли права.

Волевой момент легкомыслия заключается в неосновательном (самонадеянном) расчете на предотвращение предвидимых пос­ледствий. При этом следует иметь в виду, что лицо рассчитывало на какие-то обстоятельства, которые, по мнению виновного, смо­гут не допустить наступления общественно опасных последствий. В качестве таких реальных обстоятельств могут выступать личные качества самого субъекта (профессиональное мастерство, сила, ловкость, быстрота реакции), свойства механизмов, силы природы.

Но расчет не оправдался в конкретной ситуации. Например, водитель грузовика, превысивший скорость, замешкался, когда из переулка на велосипеде выехал подросток, и не успел затормозить. В результате наезда был причинен тяжкий вред здоровью потерпевшего (ч. 1 ст. 264 УК).

Законодательная формулировка интеллектуального момента легкомыслия сходна с интеллектуальным моментом косвенного умысла. Поэтому всегда возникает необходимость проводить раз­граничение между этими видами вины. Первая отличительная черта — в содержании предвидения. При косвенном умысле ви­новный предвидит реальную возможность наступления обществен­но опасных последствий. Этот вывод предопределен содержанием первого интеллектуального момента — осознанием общественно опасного деяния. Лицо предвидит, что совершение этого деяния (например, выстрел в жертву) приведет к конкретному последствию, т.е. смерти именно этого потерпевшего.

При легкомыслии виновный предвидит лишь абстрактную воз­можность наступления общественно опасного последствия. В при­веденном примере водитель грузовика предвидит, что в подобной ситуации при превышении скорости может произойти наезд на велосипедиста или пешехода, но исключает эту возможность для себя.

Вторая отличительная черта заключается в содержании волево­го момента. При косвенном умысле субъект, не желая наступле­ния общественно опасных последствий, тем не менее принимает их, он сознательно их допускает или относится безразлично.

При легкомыслии виновный не желает, сознательно не допус­кает, не относится безразлично. Наоборот, сознание и воля его активны, он прикладывает волевые усилия на их предотвращение. При этом рассчитывает на реальные обстоятельства. Но решение оказывается самонадеянным, усилия недостаточными, и преступ­ные последствия наступают.

Установление отмеченных различий необходимо по каждому уголовному делу, связанному с причинением смерти, тяжкого и средней тяжести вреда здоровью, так как опасность умышленного причинения отмеченных последствий неизмеримо выше, чем при неосторожной вине (убийство с косвенным умыслом — ч. 1 ст. 105 УК — от шести до пятнадцати лет лишения свободы; причинение смерти по легкомыслию — ч. 1 ст.109 УК — лишение свободы на срок до трех лет).

Небрежность — это второй вид неосторожной формы вины. Часть 3 ст. 26 УК определяет ее следующим образом: «Преступле­ние признается совершенным по небрежности, если лицо не пред­видело возможности наступления общественно опасных последст­вий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внима­тельности и предусмотрительности должно было и могло предви­деть эти последствия». Интеллектуальный момент небрежности отличает ее от остальных видов вины. Виновный не сознает обще­ственную опасность совершаемого деяния, не предвидит даже воз­можности наступления преступных последствий.

Если лицо не осознает характера своих действий и не предвидит возможность наступления преступного результата, то должно ли оно нести уголовную ответственность? Данный вопрос издавна представлял интерес для теории уголовного права и судебной прак­тики. Были выдвинуты две теории. Первая — «теория среднего человека», которая возникла еще в римском праве. Средний чело­век — это как бы «объективный масштаб», которым пользуется судья. И если он придет к выводу, что подсудимый подходит под этот масштаб, то выносит обвинительный приговор. Особенности, свойства конкретного лица при этом не учитывались. Такой под­ход к пониманию небрежности создавал основу для субъективиз­ма, все зависело от мнения судьи.

Между тем развитие науки и техники, увеличение количества и быстроходности транспортных средств и иных источников повы­шенной опасности обусловили резкое увеличение числа преступле­ний подобного рода. Нужно было иное научно обоснованное реше­ние проблемы понимания небрежности. Этому вполне соответство­вала разработанная учеными психологическая теория, согласно которой небрежность как вид вины характеризуется двумя крите­риями: объективным и субъективным. Законодательное определе­ние небрежности в подавляющем большинстве стран, в том числе в России, основано на этой теории.

Субъективный критерий (мог предвидеть) связан с индивиду­альными особенностями лица, причинившего вред: а) специальное образование; б) служебное положение; в) в каких местах, при каких условиях протекала его трудовая деятельность и т.д.

Объективный критерий (долженствование, должен предви­деть) — это объективно существующая нормативная урегулированность должного поведения, при котором будут исключены об­щественно опасные последствия. Должное поведение определено законом, служебными инструкциями, наставлениями, уставами, правилами человеческого общежития и т.д.

Только при установлении этих критериев возможно привлече­ние лица к уголовной ответственности за причиненный вред обще­ственным отношениям. Чаще всего небрежность имеет место при нарушении правил охраны труда, эксплуатации транспортных средств, халатности.