3.3 Прагматический подход

Этот подход к рассматриваемой проблеме позволяет в определенной мере интегрировать этатистские и либеральные взгляды и в то же время избежать крайностей в оценке связи права и государства. Обе концепции - этатистская и либеральная – в своем чистом классическом виде достаточно оторваны от реалий общественного и государственного устройства и рассматривают государство и право как в «чистом виде» не только не соотнося их друг с другом, но и противопоставляя. На самом деле реализация классического варианта той или иной концепции на практике неизбежно приводит к ослаблению либо государства, либо права.

По мнению С.С.Алексеева, первый горький урок «вслед за счастливыми мгновениями озарения, героики и славы преподнесла история, продемонстрировав, что сами по себе лозунги свободы, даже получившие воплощение, не только не обеспечивают свободы, но и служат оправданием кровавых дел и революционных драм» ²⁰. Такой драмой стала страшная якобинская диктатура, наполеоновское правление во Франции и другие уроки истории. Затем в начале 20 века в обстановке социалистических иллюзий либеральные идеалы стали заслоняться представлениями и приоритете «прав трудящихся», а затем отодвинуты на периферию общественного мнения ужасами тоталитарных режимов, бедами Второй мировой войны. Все это вызвало, по мнению С.С.Алексеева, «вторую революцию в праве». Суть ее заключается в том, что либеральные идеи свобод и прав человека, имевшие характер деклараций, обрели институциональность и выступили в качестве регулятивных юридических принципов – непосредственной основы наступления юридически значимых последствий. Так, из врагов, антагонистов государство и право стали взаимосвязанными и взаимодополняющими друг друга звеньями одной цепи.

Вряд ли можно согласиться с имеющими распространение в юридической теории взглядами, согласно которым образование права рассматривается в полном отрыве (изолированно) от государства. Вне и помимо конструктивной деятельности государства существовании права как институционного образования немыслимо. Вместе с тем роль государства в правообразовательном процессе достаточно специфична. По настоящему государство вмешивается в правообразовательный процесс лишь на определенных его стадиях. Отсюда творческая роль государства в отношении образования права заключается в следующем.

1. В осуществлении правотворческой деятельности. Государство в соответствии с познанными законами общественного развития, закономерностями стихийного правогенеза определяет потребность в юридической регламентации тех или иных отношений (деятельности), определяет наиболее рациональную юридическую форму (закон, акт исполнительной власти и др.) и учреждает общие нормы, предавая им авторитетом государственной власти формально-юридический, всеобщий характер. В буквальном смысле это означает, что государство устанавливает нормы права.

2. В санкционировании государством норм, которые не имеют (не носят) прямого государственного характера. Для некоторых правовых систем такой способ «производства» права является преобладающим. Так, образование мусульманского права характеризовалось как раз тем, что государство санкционировало главным образом те нормы, которые были выработаны мусульманской доктриной. Из истории права известны случаи, когда положениям, выработанным правовой доктриной или появляющимися вследствие толкования применяемой нормы, государство придавало общеобязательное значение.

3. В признании юридически обязательными регуляторами поведения, фактически сформировавшихся и существующих отношений и связей (соответствующих им видов деятельности), вследствие чего эти связи и отношения получают юридическое значение. Таким образом, формируется так называемое обычное и прецедентное право, которые признаются в качестве общих норм положения нормативных договоров. Но вот наступила эра цивилизации, когда существование и развитие сообществ разумных существ — людей стало все более явно строиться не на природной, а на их собственной (человеческой) основе и когда в ткань общественной жизни начали интенсивно, во все больших масштабах включаться действенные формы разумной, свободной, конкурентной деятельности (прежде всего и особенно — в экономике, в отношениях собственности, рынка, имущественного оборота). С тем, чтобы упорядочить свободу, не дать ей обернуться произволом и своеволием, и тем более — насилием, грозящим самоистреблением людей, потребовались более мощные институты регуляции, чем мононормы-обычаи, поддерживаемые общественной властью. И именно тогда, с появлением государства и письменности, стало формироваться позитивное право — право, выраженное в юридических источниках (законах, обычном праве, юридических прецедентах) и поддерживаемое предельно могучей властью — властью политической, государственной.²¹

Государство, таким образом, обеспечивает развитие всей системы источников права. Сообразуясь с социально-экономическими потребностями, политической ситуацией в обществе, государство в значительной мере оказывает влияние на выбор типов, государственно-юридических средств обеспечения правомерного поведения. В этом смысле можно сказать, что государство управляет право вой средой общества, обеспечивает ее обновление соответственно духу времени. Достаточно значимой представляется роль государства в обеспечении реализации права. Исторический опыт убедительно свидетельствует о том, что вне и помимо государства использование его ресурсов, осуществление правовых установлений было бы вообще невозможно. Назначение государства как раз и проявляется в том, что оно своей деятельностью призвано создавать фактические, организованные юридические предпосылки для использования гражданами, их организациями предоставленных законом возможностей в целях удовлетворения самых разнообразных интересов и потребностей.

Активность государства – необходимое условие утверждения правовых начал в общественной жизни. Государство обязано проявлять эту активность, иначе оно не соответствует своему предназначению, вследствие чего государственная власть утрачивает легитимный характер.

Государство обеспечивает охрану права и господствующих правовых отношений. Государственное принуждение является постоянно существующей гарантией, которой подкрепляется право. За ним всегда стоят сила, авторитет государства. Уже сама угроза государственного принуждения охраняет право. Тем самым упрочивается правопорядок, создается режим наибольшего благоприятствования для конструктивных действий социальных субъектов. Государство, следовательно, способствует распространению права в социальном пространстве, оно обязывает участников общественных отношений действовать по праву, исключать противоправные подходы в достижении общественно значимых результатов.

Несомненно, объективно существует пределы воздействия государства на право. И прежде всего это обусловлено регулятивным потенциалом самого права, возможностями государства, его структур обеспечить действие права в данных социально-экономических и политических условиях.

Итак, возможно двоякое влияние права на государство. В одном случае право выступает сдерживающей силой против государства, власть которого начнет нарушать социально-оправданные рамки, становясь самовозрастающей, авторитарной по своим потенциям силой, а в другом случае может выступать как помощник государства в его социально-регулятивных функциях. Словом, перед нами — сложная, парадоксальная ситуация, разрешение которой во многом зависит от природы и характера существующего в обществе строя, культуры политического режима и в особенности — от "величины" власти, уровня и объема ее концентрации в функционирующих государственных учреждениях и институтах. Также здесь нужно учитывать разностороннюю сущность права: оно выступает одновременно и как регулятором общественных отношений и как ограничивающим, сдерживающим государственную власть фактором. Рассмотрим подробнее эти случаи. В первом случае право предстает перед нами как антипод самовозрастающей государственной власти. Чем это объяснить? Двумя основными причинами:

Во-первых, тем, что законы, юрисдикционная, правосудная деятельность, крайне необходимые, незаменимые институты, при помощи которых власть оказывается способной с наибольшим эффектом проводить свою политику, имеют по своей природе и сути иное, "свое" предназначение. Право призвано утверждать начала справедливости, гарантированной свободы поведения, защищать интересы человека, и это все далеко не всегда находится в согласии с притязаниями и устремлениями власти, склонной решать жизненные проблемы волевым приказом и административным усмотрением.

Во-вторых, тем, что право относится к числу немногих внешних социальных факторов, которые благодаря своим свойствам способны свести власть к социально-оправданным величинам, умирить власть, снять ее крайние, социально-опасные, разрушительные проявления. Вот и получается, что не только власть в процессе своего функционирования встречается с препятствием — со своенравным, не всегда послушным своим детищем, неподатливой "правовой материей", но и право, со своей стороны, выступает в отношении власти в виде противоборствующего фактора, нацеливаясь на решение "своих", правовых, задач и плюс к тому на то, чтобы при достаточно высоком уровне демократического и правового развития общества умирить, обуздать власть.

Во втором случае, когда государственная власть, благодаря приверженности к демократическим ценностям умиряет свои императивные административно-приказные стремления, сдерживает свои властные порывы и во имя общественной пользы вводит властно-императивную государственную деятельность в строгие рамки, мы видим право совершенно в другом свете. Теперь оно не вступает в противоречие с властью, а, наоборот, дополняет и помогает ей. Происходит это из-за смены приоритетов власти от самовозрастания и давления до гуманного, адекватного, социально-оправданного регулирования. Здесь на помощь государству приходит право. Оно, подкрепленное общеобязательностью и формальной определенностью, становится на защиту прав и интересов как общества, так и государства ,выполняя одновременно функции и свои, и власти. В данном случае мы видим «деловое» взаимоотношение государства и права, вполне естественном при демократическом общественном и государственном строе, происходит их взаимная притирка и — более того — взаимное обогащение. Политическая, государственная власть, ее носители получают установку на то, чтобы умирять и даже обуздывать "себя", свои властные претензии. Происходит это с помощью выработки важных политико-правовых институтов (таких как разделение властей федерализм, разъединение государственной и муниципальной власти), которые препятствуют концентрации власти и превращении её в самодовлеющий фактор.

Итак, можно сделать вывод, что соотношение государства и права напрямую зависит от того, какие цели ставит себе государство, с какой стороны мы видим право.

Дело в том, что при совпадении или, наоборот, при несовпадении их функций, целей, задач, а также каких либо их сущностных сторон, мы видим либо их противостояние, либо их взаимодействие. Причем, здесь очень важно учитывать, что при постановлении каких либо новых целей или задач одним элементом из этой связи меняются цели, задачи, даже сущность и функции другого. Опять же, все зависит от природы и характера существующего в обществе строя, культуры политического режима и в особенности — от "величины" власти, уровня и объема ее концентрации в функционирующих государственных учреждениях и институтах. Так, например, государственная власть, поставив себе цель «разрастись» для наиболее «качественного, полного и повсеместного» социального регулирования, сталкивается с правом, которое сдерживает её. Начинается борьба, победителем из которой всегда выходит власть, подчинившая право. В качестве примера можно взять любое тоталитарное государство.

Но государство, которое видит каждого своего гражданина, человека не как средство, а как цель, ставя себе иные задачи: соблюдение демократических принципов, соблюдение прав и интересов каждой личности и общества в целом – пользуется в полной мере помощью права, поскольку в этом случае их (государства и права) цели и функции во многом совпадают. Более того, их действия слажены и взаимодополняют друг друга. В таком случае мы наблюдаем идиллию государства и права – подобное соотношение государства и права является целью многих современных демократических стран, в том числе и в России.