1. Василий

Когда на битву грозную

Парнишка уходил…

Со школьной скамьи. И не уходил, а убегал на войну Василий Букин, Василёк – как его называли потом в полку.

Позади были детские годы, в деревне Латьюга (Коми АССР), где он родился 14 августа 1922 года. В июне 1941 года девятиклассник Василий Букин на общественных началах возглавлял колхозный пионерский лагерь в селе Пысса, где вожатыми, поварами были его сверстники. Когда из сельсовета по телефону пришла страшная весть о начале войны, был получен приказ о закрытии лагеря. Детей отправили по домам, а Василий уехал в свою деревню. Всем миром односельчане провожали своих на фронт. В толпе провожающих слышались истошные возгласы, плач жен и матерей.

Вместо мобилизованных мужчин школьники и женщины убирали урожай с полей. В их числе трудился машинистом сенокосилки Василий Букин. А первого сентября он поехал учиться в единственную в радиусе 200 километров среднюю школу в селе Глотово.

26 сентября 1941 года школьников направили на уборку картофеля в близлежащие колхозы, а двенадцать мальчишек, все, кто учился в десятом классе, пришли в военкомат с требованием немедленно отправить их на фронт. Военком в ответ накричал на парнишек: «Нам нужны грамотные бойцы, а ну-ка марш учиться!» – и снял ремень. Кто выбегал последним из кабинета, тому попало ремнем.

Через два дня мальчики все равно решили убежать на фронт. По тайге надо было идти до ближайшей железнодорожной станции 250 километров. Когда ребята устали пробираться по лесу, решили отдохнуть у ручейка, разожгли костер и вдруг увидели, что к ним подъезжает верхом на лошади капитан из военкомата. Парни – в кусты. А капитан им кричит: «Не бойтесь, я привез вам документы, ведь вы все равно убежите на фронт!» Капитан дал всем двенадцати мальчишкам направления в Вологду, в военкомат. А после войны из них вернулись только двое…

С сентября 1941 года началась трудная солдатская жизнь. В Вологде мальчики попали в саперный батальон. Днем строили блиндажи и переправы, а ночью взрывали и вновь строили: так учились молодые бойцы военному делу. В числе самых грамотных бойцов Василий Букин был направлен в Пуховическое военно-пехотное училище, которое находилось в Великом Устюге. А через три месяца обучения по тревоге собрали всех курсантов и отправили их на фронт.

Весной 1942 года в звании младшего лейтенанта Букин прибыл командиром взвода на Волховский фронт в 111-ю стрелковую дивизию, в 246-й стрелковый полк. 17 марта 1942 года дивизия была переименована в 24-ю Гвардейскую стрелковую дивизию, а полк – в 71-й Гвардейский стрелковый полк, в котором Василий прошел всю войну. Бесстрашно вступая в бой, умело, командуя своим взводом, Василий Букин не раз и не два был на волосок от смерти. Но ангел-хранитель всегда был с ним под блокадным Ленинградом, под Сталинградом, Севастополем, Кенигсбергом. Природная смекалка и интуиция молодого командира не раз спасали жизнь его солдатам. Так, в одном из первых боев за Синявинские высоты во время прорыва блокады Ленинграда его взвод находился во втором эшелоне. Василий Букин, вовремя почувствовав опасность, скомандовал: «Встать! За мной!» И тут заработал немецкий шестиствольный миномет. Василий успел крикнуть солдатам: «Ложись»! – и тотчас же немецкие снаряды накрыли траншею, из которой бойцы только что поднялись в атаку.

Но война есть война. И она оставила на теле Василия свои отметины – боевые ранения. На Волховском фронте, находясь в лесу, в воронке, образовавшейся во время налета немецких бомбардировщиков, младший лейтенант Букин, целясь в фашистов, которые были в 10-15 метрах от него, вдруг почувствовал боль. В пылу боя он не обратил на нее особого внимания, но затем, спохватившись, увидел, что его винтовка разбита и пальцев на левой руке нет… И кровь даже не текла. Она появилась тогда, когда, ополоснув в луже руку, Василий попросил находившегося рядом солдата перевязать ее.

Другим осколком немецкой авиабомбы Букин был ранен в ногу. И вот уже 60 лет этот осколок сидит у него в правой ноге.

В госпитале он больше всего боялся, что отстанет от своей части, поэтому через три недели сбежал от врачей в свой полк, где продолжал лечение в медсанбате.

Их дивизию сняли с Волховского фронта и перебросили под Сталинград, где после трехдневных непрерывных боев ему, двадцатилетнему, один из бойцов ошалело сказал: «Товарищ командир, у вас все волосы седые…». Это про таких, как Букин, написаны строки:

Первый бой он свой встретил

Зеленым юнцом,

А из боя он вышел

Уже поседевшим бойцом.

И было от чего. От трех с половиной тысяч бойцов их дивизии всего лишь за трое суток ожесточенных боев в строю осталось только полторы сотни. Из сорока солдат, которыми он командовал, в живых остались восемь. Только чудом тогда остался жив Василий Букин, и не верит он тем, кто говорит, что на войне не страшно. По сорок танков сразу, бывало, выпускали фашисты в пять-шесть атак в течение дня. В ровном промерзлом поле невозможно было нашим пехотинцам ни спрятаться, ни защититься. Танки горели. Поле сражения представляло собой гигантский костер из подбитых немецких танков. Солдатам надо было поближе подпустить и подбить вражеский танк гранатами, а затем использовать его как укрытие, или попытаться увернуться от рычащих танков, которые буквально утюжили наших бойцов, оставляя после себя мокрые пятна…

Несколько раз Василий уворачивался от пасти гусениц. Сзади солдат вскрикнул: «Товарищ командир! Танк на вас идет!» Обернулся – а того уже этот танк под себя подмял. Василий успел крутануться, и танк прихватил только его полушубок и валенок.

Был приказ лежать на снегу до темноты. В этом страшном месиве то и дело доносились просьбы раненых: «Братки, помогите, пристрелите…» И только с наступлением темноты появилась возможность скомандовать: «Ребята, кто живой – отползайте!» У командования не было снарядов, чтобы поддержать пехоту артиллерией.

Ночью оставшихся в живых поставили в строй и дали приказ идти снова в бой. Так у деревни Котельниково гвардейцы грудью своей закрыли немецким танкам путь к Сталинграду.

Затем фронтовыми дорогами Василий Букин шел со своим взводом до Днепра. Бойцы обороняли Херсон, где взяли в плен немецкого генерала. Незабываемыми для ветерана стали бои за Крым, где его часть штурмовала Перекоп, освобождала Евпаторию, вела ожесточенные бои за Севастополь. Именно здесь, под городом морской славы России, Василий Арсентьевич поверил, что у него есть ангел-хранитель. А было это так. Нашим разведчикам никак не удавалось взять языка, и командир полка обратился к Букину: «Василёк, приказывать не могу. Но как сына прошу – надо взять пленного. Бери кого хочешь из разведчиков».

Пять самых доблестных воинов 71 – го Гвардейского стрелкового полка – участники Парада Победы в Москве. Сидят слева на право: А. КАСАНЦЕВ, К. ШЕПИЛОВ, В. БУКИН. Стоят слева на право: Г. ТКАЧУК, А. СКИРДА.

Просидев три дня в засаде, группа разведчиков во главе с Букиным захватила пленного и под шквальным огнем фашистов доставила его командованию.

На рассвете командир обнимал отважных бойцов в землянке. Затем он приказал идти в тыл отдыхать. Букин тут же воспользовался этой возможностью. Он спрыгнул в окопчик, расположенный недалеко от наблюдательного пункта полка, расстелил шинель и уснул. Разбудил его нетерпеливый голос сменившейся с дежурства телефонистки: «Вставайте! Быстро вставайте! Вы уже долго спите, дайте же и мне отдохнуть!» Василий вскочил, собираясь забрать свою шинель, на которой он спал, но телефонистка крикнула: «Да оставьте шинель-то! Потом заберете!» Бросил Василий шинель назад, а девушка улеглась на то место, где он спал. Только он успел сделать несколько шагов по траншее, как сзади рвануло – и все померкло у него в глазах…

Очнулся оттого, что выбегавшие из землянки люди спотыкались о его недвижимое тело. Когда дым рассеялся, Василию стало не по себе: прямым попаданием снаряда напрочь разворотило тот окопчик, из которого несколько секунд назад вытаскивала его девушка-телефонистка. Нашли от нее только руку да бесформенные куски мяса…

Через тридцать лет, во время празднования юбилея освобождения Севастополя, Василий Арсентьевич не смог сдержать слез, возлагая цветы к памятнику, установленному на месте гибели той девушки…

Шли страшные бои за освобождение Севастополя. Подошли к Северной бухте, которая была довольно широкой. Чтобы через нее переправиться, смастерили простенький плотик из четырех досок. Немцы открыли огонь, когда до берега оставалось всего пять метров. Плотик перевернуло взрывной волной, и Василий вместе со своим товарищем оказался в воде в тяжелой амуниции, которая тянула на дно. Уперся ногами, смотрит, что берег недалеко, а он, оказывается, стоит на камне в воде. Опять не судьба погибнуть.

Дойдя с боями до Восточной Пруссии, в 1945 году Василий Арсентьевич был контужен под Гумбинненом разорвавшимся рядом с ним немецким снарядом. Три недели у него отсутствовали речь и слух.

Вызывает как-то Василия начальник штаба дивизии и спрашивает: «Домой, в отпуск, хочешь?» Оказывается, вышел приказ Главнокомандующего поощрить лейтенанта Букина. Но за что конкретно? Выяснилось, что при подготовке штурма Кенигсберга немцы прорвались вглубь наших позиций на 500 метров, и наше командование еще не успело получить об этом информацию. А Букин остановил с автоматом и развернул обратно ехавшие по дороге две машины с нашими военачальниками, которые могли попасть в руки фашистов. Потом выяснилось, что в одной из этих машин находился маршал Советского Союза А.М. Василевский. 25 апреля 1945 года войска 3-го Белорусского фронта, находившиеся под его командованием, при активном участии Балтийского флота овладели крепостью и портом Пиллау (Балтийск). Там и получил старший лейтенант Василий Букин самую радостную в жизни весть – Победа!

Пять самых доблестных воинов 71-го Гвардейского стрелкового полка были командированы для участия в Параде Победы в Москве. Среди них был Василий Арсентьевич Букин. Во время движения эшелона из Кенигсберга до Москвы наших славных победителей буквально на всех полустанках одаривали цветами и корзинками с продовольствием. Их разместили в районе канала Москва – Волга в деревне Хлебниково, откуда возили каждую ночь на репетиции Парада на Красную площадь или на площадь ВДНХ. Для участников Парада была сшита специальная форма.

Дождливым утром 24 июня 1945 года в Москве на Красной площади состоялся Парад Победы. Торжественным маршем прошли сводные полки фронтов и флотов. Чеканя шаг по брусчатке в колонне 3-го Белорусского фронта, шел старший лейтенант Василий Букин. На Параде Победы возглавлял колонну Белорусского фронта маршал Советского Союза, дважды Герой Советского Союза Петр Кириллович Кошевой, который командовал 24-й Гвардейской дивизией в боях за Синявинские высоты. К подножию Мавзолея были брошены знамена разгромленной немецко-фашистской армии как символ победы советского народа.

Родина по достоинству оценила его ратный подвиг. Василий Арсентьевич Букин награжден двумя орденами Красной Звезды, двумя орденами Отечественной войны 2-й степени и двенадцатью медалями: «За участие в героической обороне Сталинграда», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне», почетным знаком «В память битвы за Ленинград», медалью Жукова и другими юбилейными медалями.¹ С начала и до конца войны В. А. Букин служил в одном полку, в одной дивизии. Три раза получал тяжёлые ранения, но всё равно возвращался в этот же полк.

После войны товарищи Василия предлагали ему остаться в Москве, но он решил уехать в деревню.