II. Проблематика

Назовем основные темы романа. Это поколение 1830-х годов; «лишний человек»; Кавказ (природа, горцы, казаки, русские офицеры на Кавказе, контрабандисты); светское общество (“водяное общество”).

События романа «Герой нашего времени» происходят в 1830-е годы. Как уже отмечалось, это было время реакции, наступившей после поражения восстания декабристов. С одной стороны, итоги восстания обнажили существенные противоречия в мировоззрении оппозиционно настроенного дворянства. Глав­ное противоречие состояло в том, что революционно-просветительские идеи, лежавшие в основе идеологии декабристов, не нашли отклика в России. Отсюда разочарование значительной части образованных дворян в самой возможности плодотворного общественного служения, пессимистические настроения – вплоть до полного разочарования в жизни. С другой стороны, резкое ограничение возможностей для оппозиционной деятельности вызвало в среде образованного дворянства усиление философских исканий. В образе Печорина, в проблематике романа и нашла отражение современная Лермонтову эпоха – в ее трагических противоречиях и философских исканиях.

Главная проблема романа – проблема героя времени. Создавая образ Печорина, Лермонтов стремился запечатлеть основные черты характера и мировоззрения своего современника – молодого образованного дворянина, утратившего смысл жизни. Причины пессимизма героя, утраты им высших духовных ценностей и исследует писатель в своем произведении.

Осмысляя проблему героя времени, Лермонтов одновременно ставит такие социальные, философские и нравственные вопросы, как действие и бездействие, смысл познания мира, предопределение и свобода воли, вера и безверие, добро и зло, смысл жизни, человек и природа.

Роман «Герой нашего времени» отличает критический пафос. Свою позицию писатель высказал в предисловии ко второму изданию произведения: «Герой Нашего Времени, милостивые государи мои, точно портрет, но не одного человека: это портрет, составленный из пороков всего нашего поколения, в полном их развитии». Как и в «Думе», Лермонтов обличает пороки современников, их неспособность служить высоким идеалам. Между тем автор не ставит перед собой задачу утверждения каких-либо путей преодоления духовного кризиса своего поколения: «Болезнь указана, а как ее излечить – это уж Бог знает!»

В то же время в произведении Лермонтова угадываются некоторые грани нравственного идеала автора. Это свободная жизнь в единении с природой (идеал «естественного человека» отчасти воплощен в образах горцев и «честных контрабандистов»); борьба (не случайно стремление к действию – главная черта характера Печорина); достойное служение отечеству (яркий пример такого служения – Максим Максимыч); истинная любовь и дружба (чувства, в которые не верит Печорин и которые тем не менее нередко становятся предметом его грустных размышлений); наконец, вера в Бога, утрата которой стала для Печорина и всего поколения 1830-х годов настоящей трагедией.

Одним из важнейших философских вопросов становится следующий: кто правит миром, воля человека или Божественное предопределение? В результате проблема предопределения и свободы воли оказывается центральной философской проблемой лермонтовского романа. Ее формулирует безымянный офицер в «Фаталисте»: «И если точно есть предопределение, то зачем же нам дана воля, рассудок?»

Проблема предопределения и свободы воли тесно связана и с проблемой действия, и с проблемой познания. Вот почему рассказ «Фаталист», в котором формулируется проблема предопределения и свободы воли, занимает ключевое место в произведении, завершая лермонтовский роман. Нельзя сказать, что Печорин полностью отрицает существование судьбы. Скорее он не хочет признавать ее власти над собой и постоянно бросает ей вызов. Герой утверждает: «Я всегда смелее иду вперед, когда не знаю, что меня ожидает».

Мотив борения с судьбой особенно ярко звучит в монологе Печорина, завершающем повесть «Княжна Мери»: «Отчего я не хотел ступить на этот путь, открытый мне судьбою, где меня ожидали тихие радости и спокойствие душевное? Нет, я бы не ужился с этой долею! Я как матрос, рожденный и выросший на палубе разбойничьего брига: его душа сжилась с бурями и битвами, и, выброшенный на берег, он скучает и томится, как ни мани его тенистая роща, как ни свети ему мирное солнце. Он ходит себе целый день по прибрежному песку, прислушивается к однообразному ропоту набегающих волн и всматривается в туманную даль: не мелькнет ли там, на бледной черте, отделяющей синюю пучину от серых тучек, желанный парус».

С проблемой предопределения и свободы воли тесно связана проблема веры и безверия.

В «Фаталисте» Печорин с иронией пишет о «людях премудрых», которые думали, что «светила небесные принимают участие» в их жизни. Вместе с тем герой признает ту огромную силу воли, которую придавала предкам «уверенность, что целое небо… на них смотрит с участием». Вера в Провидение придавала ушедшим поколениям силу и мужество. Вере предков противопоставлено безверие поколения 1830-х годов и – шире – людей нового времени: «А мы, их жалкие потомки, скитающиеся по земле без убеждений и гордости, мы не способны более к великим жертвам ни для блага человечества, ни даже для собственного нашего счастья», – замечает герой. Утрата веры – тягчайший душевный недуг, которым страдало лермонтовское поколение. Этот недуг в значительной степени поразил и Печорина.

Вопрос о вере и безверии связан и с проблемой добра и зла. Бросая вызов Богу, лермонтовский герой неизбежно подвергает сомнению и те нравственные принципы, которые диктуются религией. Речь идет прежде всего о ветхозаветных заповедях «не убий» и «не прелюбодействуй». Печорин разрешает себе убийство. Прелюбодеяние мыслится им как некая жизненная норма. Что касается новозаветной заповеди любви, то герой даже иронизирует над ней: «Я люблю врагов, хотя не по-христиански». Утрата веры оказывается неразрывно связанной с оскудением любви. Теряя способность любить, лермонтовский герой неизбежно отдает себя служению злу.