1.1 Особенности формирования партизанских отрядов на Брянщине в годы вов

Движение народного сопротивления агрессору как международный феномен не обошло стороной и Советский Союз, причем здесь оно достигло наивысшего размаха, имело ряд специфических черт и особенностей. Одним из самых охваченных партизанским движением регионов являлась Брянщина, где действовало 27 партизанских бригад и 139 отрядов общей численностью до 60 тысяч человек. В 1941-1943 гг. Брянский край сыграл видную роль в развертывании народной борьбы в оперативном тылу вражеских войск. Высокую оценку деятельности брянских партизан давали в своих воспоминаниях бывшие командующие фронтами Красной Армии М. М. Попов, А. И. Еременко, К. К. Рокоссовский106. Участники партизанского движения контролировали значительные территории, постоянно нападали на коммуникации врага, немецкие гарнизоны и склады снабжения, препятствовали организации управления тыловыми районами вермахта. Брянщина была важным звеном тех явлений и процессов, которые происходили на оккупированных территориях Советского Союза в годы Великой Отечественной войны, будучи, с одной стороны, одним из типичных советских районов, оказавшихся под властью Германии, с другой стороны, являясь регионом, обладающим определенными особенностями. По справедливому замечанию отечественного исследователя А. С. Орлова, во всенародной борьбе в тылу врага имели место многие факторы, «причем на различных этапах партизанского движения и в различных регионах тот или иной из них выходил на передний план. Зависело это от военно-политической обстановки, экономического состояния района, характера и результатов деятельности Красной Армии на фронтах, физико-географических условий, политики ок-купационных властей, соотношения противоборствующих сторон» . Все эти и другие обстоятельства, так или иначе, отразились на культуре повседневной жизни партизан и требуют специального рассмотрения в рамках данного параграфа. Огромную роль в развитии народной борьбы в тылу врага сыграло уникальное географическое положение Брянского края на стыке нескольких областей трех советских социалистических республик (Российской, Украинской, Белорусской). Расположение в регионе интенсивного кросс-культурного синтеза трех восточнославянских народов оказало влияние на ментальность, брянских партизан в годы Великой Отечественной войны. Например, в партизанском движении проявились такие традиционные черты русского национального характера как терпимость и человеколюбие108. Первое качество нашло отражение в толерантном отношении партизан к тем советским гражданам, кто насильственно был загнан во вспомогательные части оккупантов. Эти люди в случае перехода без особых препятствий принимались в состав партизанских отрядов109. Человеколюбие партизан проявилось в стремлении помочь пострадавшим от немецко-фашистских захватчиков, с которыми партизаны нередко делились имеющимися у них запасами, скрывали у себя в лесу от карателей.

1.2 Партизаны Брянщины Партизанка Аня Морозова

Этой молодой советской женщине выпала судьба дважды сыграть важную роль в разведывательной работе во время Великой Отечественной войны.

Тысячи молодых добровольцев вступили в ряды бойцов с немецкими агрессорами, среди них сотни приняли участие в подпольной деятельности в тылу немецких войск. Одной из них была Аня Морозова, работавшая до войны делопроизводителем в воинской части. Кто бы мог подумать, что суровые требования нелегальной работы в немецкой оккупации превратят эту скромную милую девушку в отважного руководителя диверсионно-разведывательной группы.

На этом, первом этапе ее участия в опасной схватке с немецкими захватчиками имя Ани Морозовой стало широко известно благодаря кинофильму «Вызываем огонь на себя» и блестящему исполнению ее роли актрисой Людмилой Касаткиной.

Второй этап ее деятельности в качестве разведчицы-радистки менее известен и происходил уже на чужой, немецкой, земле. Именно там, в Восточной Пруссии, где в неоднократных, ожесточенных схватках с фашистами разведывательной группы «джек», в которую входила Аня, она и приняла последний бой, взорвав себя и рацию гранатой.

Героические подвиги Ани Морозовой, отличавшиеся отвагой, смелостью и хладнокровием, были характерны многим ее коллегам-разведчицам. Десятки молодых радисток не только обеспечивали надежную связь партизанских отрядов, но и вместе с партизанами непосредственно принимали участие в боях. Наряду со ставшими известными героинями многие погибли безвестно, как и миллионы павших в Великую Отечественную войну бойцов Красной Армии.

Поэтому привожу подробный рассказ о Герое Советского Союза Ане Морозовой как дань глубокого уважения и благодарности за беззаветную службу Родине.

Когда разразилась Великая Отечественная война, делопроизводитель воинской части в поселке Сещи Смоленской области явилась к военному командованию и заявила, что хочет пойти добровольцем в Красную Армию. Ей отказали, сказав, что ее фронт — здесь.

Надо пояснить, что в Сещи располагался военный аэродром. В связи с приближением фронта и возникшей опасностью захвата аэродрома немцами Ане Морозовой предложили остаться в составе сформированного разведывательно-диверсионного отряда под командованием Константина Поварова. Она с готовностью приняла поручение и с приходом немцев приступила к подпольной работе, где любой неверный шаг грозил мучительной гибелью в руках гестаповцев.

Немецкое командование решило превратить Сещинскую авиабазу в одну из важнейших баз германской бомбардировочной авиации, откуда немецкие самолеты должны были отправляться бомбить Москву и другие русские города.

Учитывая значение этой немецкой авиабазы, разведывательно-диверсионная группа Поварова стала готовить условия для проведения диверсий против немецких самолетов. Под опытным руководством командира Аня Морозова подбирала из местных жителей кандидатов для участия в подпольной работе и обеспечивала связь отряда с партизанами.

Им удалось получить для некоторых участников подполья пропуска на аэродром, организовать доставку через партизан малогабаритных магнитных мин и уже провести первые пробные диверсии. Самолеты, вылетавшие с прикрепленными к ним магнитными минами с часовым механизмом, взрывались в воздухе. Поэтому немцы не могли установить причин гибели летчика и самолета, полагая, что он сбит советскими средствами противовоздушной обороны.

Вскоре погиб командир отряда Поваров, подорвавшись на мине, и Аня Морозова сама возглавила группу подпольщиков.

Несмотря на молодость и недостаток опыта, Аня оказалась способным организатором и конспиратором. Действовала она решительно и кроме диверсий организовала сбор разведывательной информации. Помимо находившихся в ее распоряжении местных жителей, обслуживающих немцев, она успешно завербовала единомышленников и среди рабочих аэродрома, располагавших возможностями осуществлять диверсионные операции.

В процессе поиска источников разведывательной информации у нее появился свой человек в штабе командования Сещинской авиабазы.

Благодаря добывавшимся под руководством Ани сведениям по Сещинской авиабазе был нанесен ряд сокрушительных ударов советской авиацией. Особенно такие налеты оказались эффективными в период подготовки немцев к наступлению на Курской дуге.

Конечно, не все гладко шло при проведении диверсий на самолетах. Однажды намеченные к вылету самолеты задержались и возникла угроза, что заложенная в одном из них мина взорвется на аэродроме. Чем это могло закончиться, Аня понимала: массовые аресты персонала, обслуживающего самолеты, в том числе и их исполнителя. К счастью, он не растерялся, успел снять мину и остановить часы, когда до взрыва оставались считанные минуты.

Также было несколько опасных случаев, когда Аня шла к партизанам и несла им собранную информацию, а возвращалась от партизан с магнитными минами. Стоило немецкому патрулю остановить ее и подвергнуть обыску, то провал был бы неизбежен.

Но на то она и оказалась прирожденным конспиратором, чтобы обходить все препятствия. Почти два года она действовала как подпольщик под носом у немцев, безуспешно искавших виновников утечки информации из авиабазы.

Когда в сентябре 1943 года Сещи были освобождены Красной Армией, Аня Морозова, теперь опытная разведчица, закончила школу разведчиц-радисток. Ее включили в разведывательный отряд «джек», который направлялся в тыл немецких армий, но теперь не на оккупированную или советскую территорию, а на исконно германскую землю — в Восточную Пруссию. Аня уже под псевдонимом «Лебедь» была радисткой отряда.

В конце июля 1944 года отряд «джек» в составе десяти советских десантников был выброшен на парашютах в глубокий тыл врага.

Группа «джек» в самом начале ее разведывательного рейда по тылам немецких армий попала в сложное положение. Сбросили их над лесом, и несколько парашютов запутались в ветвях деревьев. Их пришлось оставить, хотя они являлись демаскирующим знаком о десанте. Кстати, это обстоятельство явилось основой для другого произведения-воспоминания одного из оставшихся в живых участников этой акции — белорусского разведчика Наполеона Ридевского. Он написал книгу под названием «Парашюты на деревьях», а в семидесятых годах под тем же названием был снят фильм .

В отряде «джек» кроме Ани Морозовой была и вторая радистка, Зина Бардышева.

Десант высадился в районе немецкой ставки Гитлера под названием «Волчье логово». Вскоре висящие в лесу парашюты были обнаружены немцами. Это вызвало большую тревогу. Тем более что всего за неделю перед этим на Гитлера было совершено покушение.

Гаулейтер Восточной Пруссии Эрих Кох приказал во что бы то ни стало захватить советских диверсантов, которые, очевидно, нацеливались на «Волчье логово». Началась массированная охота немецких подразделений за советскими разведчиками.

Отряду «джек» длительное время удавалось быстро менять места, ускользать от засад немцев, успешно проводя разведку на местах. Так, штаб 3-го Белорусского фронта писал в отчете: «От разведгруппы «джек» поступает ценный материал. Из полученных шестидесяти семи радиограмм — сорок семь информационных».^[32]

Можно представить, как, постоянно уходя от преследования, радистка Аня («Лебедь») на ходу шифрует разведывательные сообщения, выбирает подходящую полянку, распускает антенну и быстро отстукивает морзянку. По окончании все быстро свертывает, и весь отряд бегом покидает место, куда уже спешат немцы с радиопеленгатором. И так шестьдесят семь раз! Поскольку вторая радистка вскоре после приземления погибла в одной из стычек с немцами, вся тяжесть связи легла на плечи одной Ани.

Аня оказалась незаменимой и в другом — она прилично знала немецкий язык и могла вступать в разговор. Это было также крайне рискованно. Тем более, что гестаповцы пошли на зверскую фальсификацию: уничтожили небольшой немецкий поселок и объявили по радио, что это сотворили «советские диверсанты», требуя от всех немецких жителей немедленно сигнализировать о появлении всех подозрительных лиц.

У отряда «ДЖЕК» закончилось продовольствие, не было теплой одежды. Это видно из телеграммы командира от ноября 1944 года: «Все члены группы — это не люди, а тени… Они так изголодались, промерзли и продрогли в своей летней экипировке, что нет сил держать автоматы. Просим разрешить выход в Польшу, иначе мы погибнем»..^[33]

Но они продолжали разведку, хорошо понимая, как нужна их информация Красной Армии перед решающим наступлением на район «Волчьего логова». Однако уходить от преследования становилось все труднее и в конце концов они оказались в окружении.

Отряд вел свой последний бой. Аня Морозова с рацией сумела ускользнуть и трое суток блуждала по лесам, пока не встретилась с польскими партизанами. И опять, уже с поляками, попала в окружение. Разведчице снова удалось спастись и пробраться в Польшу. Но в одном из боев партизан с немцами у Ани была перебита левая рука. Ей удалось найти временное убежище у польского смолокура, но и там ее настигли немцы. Отстреливаясь до последнего патрона, Аня Морозова, славный бесстрашный «Лебедь», не далась живой в руки ненавистных врагов, она взорвала себя и рацию гранатой.

О подвигах и мужестве этой талантливой молодой разведчицы свидетельствует Золотая Звезда Героя Советского Союза, посмертно врученная ее родственникам, и польская награда орден «Крест Грюнвальда» III степени, который вручается за исключительные боевые заслуги.

Константин Поваров

Константин Яковлевич Поваров родился в 1920 году в д. Бельской, в 5 км от станции Сещинская. Окончил 9 классов в Сещинской средней школе. Вступил там в комсомол. Затем учился в Воронежском офицерском училище, закончил его весной 1941 года в звании лейтенанта. По специальности был радистом. В начале войны был на фронте под Вязьмой, но в конце июня 1941года пришел в Сещу из самого пекла войны. Вместе с сослуживцами попал в окружение. Удалось прорваться. Раненого комиссара долго прятал в лесах, но тот вскоре умер и Костя его похоронил. Перед смертью рассказал ему о родном селе, о Сеще… И комиссар посоветовал ему идти на родину. «В Сеще аэродром. Ты комсомолец…Сам обдумаешь, что делать»…

Костя понимал, что в занятых врагом районах нужно создавать партизанские отряды и диверсионные группы для борьбы с частями вражеской армии, для разжигания партизанской борьбы всегда и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной и телеграфной связи…Создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников , преследовать и уничтожать их на каждом шагу, срывать все их мероприятия. Около полуночи в среду, 22 сентября Константин Поваров подошел к родной деревушке Бельской, затерявшейся в овражистых полях. Долго копался под старым ометом соломы, пока не спрятал рацию. « Мать, увидев сына, заплакала: от него пахло сырой землей и кровью. Красноармейская шинель, в которую он был одет, вся истрепана, словно ее пропустили через мялку, в которой давят льняную солому. Даже пуговиц нет, вместо ремня – потрепанная брезентовая опояска…Бледные скулы над впалыми щеками, жесткая печать губ, на лбу тонкие, но уже заметные морщин. Один рукав шинели разорван, виднелась голая рука, от запястья до плеча, мелкие раны сочились…»

Костя сразу же сообщил своим родным о решении пойти к немцам в полицию. Глаза отца потемнели, стали недобрыми. Отчужденно встретили взгляд Кости и дядя, и мать, а младшие братики словно испугались. Отец всю ночь курил, мать плакала, затенив платком лоб. Вся семья только к рассвету заснула беспокойным сном. А утром, словно по уговору, пришел в дом Поваровых «дядя Коля» - Никишов Николай Артемьевич. Работал он колхозным агрономом, а когда пришли немцы, затерялся среди разведчиков. С виду незаметный, с добрым простеньким лицом, улыбчивый и открытый для людей, он часто появлялся в деревнях , прилегающих к Сеще и Дубровке. Никто из немцев не обращал внимания на мастера, обслуживающего деревенский движок. Никто не знал, что коммунист Никишов был оставлен райкомом партии в качестве агентурного разведчика партизанских отрядов. Он подбирал людей, действующих в определенном направлении: Сещинском, Дубровком, Рославльском, Кричевском, Клетнянском, Пригорьевском. Никишов на второй день узнал о появлении Константина Поварова в Бельской, а время для разведчика дороже всего на свете. Он уже все продумал, и , придя в семью, где его хорошо знали, был принят как свой человек. Именно он объяснил родным Кости необходимость внедрения в немецкую армию. И только теперь Константин Поваров неторопливо рассказал о людях, с которыми он уже связался. Упомянул своего двоюродного брата из Яблонь, Бориса Савекина, назвал врача Надю Митрачкову, учителя Андрея Кабанова. Оказалось, что и дядя Василий Северьянов уже в курсе. И только теперь Марфа Григорьевна облегченно вздохнула: «Совесть у нас одна. Все мы замешены одной бедой. Всем вместе нам и одолевать эту беду. Принимай, Костя, на свое сердце и плечи полицейскую тяжесть. Тяжел и труден твой путь. Будем помогать тебе…»

Валя Сафронова

Родилась в 1918 году в г. Брянске в многодетной семье. Русская.

Росла трудолюбивой, любознательной и жизнерадостной девочкой. Училась в школе № 27 города Брянска.Там же работала пионервожатой^[1], а затем контролером в сберкассе.

Участница Великой Отечественной войны с августа 1941 года, комсомолка. Была партизанкой-разведчицейБрянского городского партизанского отряда. В начале сентября 1941 года в составе разведывательно-диверсионной группы была заброшена в тыл врага в Клетнянские леса, где принимала участие в засадах идиверсиях, в сборе разведывательной информации о дислокации войск противника. Неоднократнопереходила линию фронта.

В начале февраля 1942 года в отряде вышел из строя радиопередатчик, а на Большую землю нужно былосрочно передать важные документы. Командование отряда приняло решение послать через линию фронтагруппу партизан и в их числе — Валентину Сафронову. Смельчаки, преодолев 120-километровый путь,дошли до расположения советских войск и передали документы. При возвращении назад, попали в засаду,Сафронова была ранена в голову и контужена. Ее оставили на Большой земле, но после лечения вгоспитале, весной 1942 года она вернулась в расположение отряда и возобновила разведывательнуюдеятельность. В августе 1942 года Валентина вновь была направлена на лечение в госпиталь.

17 декабря 1942 года при выполнении боевого задания в районе деревни Ворки партизанская разведчицабыла тяжело ранена и в бессознательном состоянии попала в плен и переправлена в гестапо в Брянске.Командир отряда Чернов свидетельствует:

«Разведчица Валя, очутившись в кольце, не сдалась живой в руки немецких фашистов и в неравнойсхватке была смертельно ранена».

Была замучена гестапо 1 мая 1943 года.

Память

• В Брянске именем Валентины Сафроновой названы улица и средняя школа. Бюст Героини установлен ушколы, где она училась.

• В конце 1950-х годов брянский автор В. Ляшенко создал о подвиге Сафроновой поэму «Валя».