2. Агрессия в сфере массовой информации

2.1. Опасность сми для школьников

Совместный просмотр видеофильмов ужасов и насилия является в настоящее время одним из наиболее типичных способов времяпрепровождения подростков. По сюжетам видеофильмов ужасов и насилия в банды и другие группировки обычно объединяются только мужчины. Женщины, будучи героическими персонажами, выступают лишь в роли борцов-одиночек, имея при этом за своей спиной поддержку мужчины – супер героя (например, фильмы «Скромная Блэз», «Лилиана — девушка из дикого леса», «Три ангела на острове смерти» и т. д.) Одним из редких исключений является фильм ужасов «День матери», в котором доминирующую роль играет насилие со стороны группы молодых девушек. Эта картина по результатам опроса популярности видеофильмов ужасов и насилия оказалась единственной лентой, названной девушками.

Таким образом, средства массовой коммуникации «помогают сформировать и закрепить в сознании подростка уверенность в том, что жестокость, агрессивность и сила являются самыми действенными регуляторами в межличностных отношениях. А это в свою очередь не может не увеличивать числа тех молодых людей, которые не только восхищаются насилием, но и даже обожествляют его.

Однако некоторые исследователи утверждают, что показ насилия на экранах телевизоров действует благоприятно на психику ребенка, так как безвредным путем дает выход скопившейся у него агрессивности, ослабляет его агрессивные инстинкты, выполняя функции своеобразных «предохранительных клапанов».

С целью проверки этой теории проводился такой эксперимент: группа студентов, доведенная предварительно до агрессивного состояния, была разделена на две части. Одной половине был показан фильм, рассказывающий о матче боксеров-профессионалов, другая половина смотрела видовой фильм без единой сцены насилия. После этого все участники эксперимента подверглись проверке с помощью тестов. Оказалось, что первая группа стала настроена менее агрессивно, чем вторая.

По мнению социолога Джеймса Хэллорана, отрицательное воздействие «жестоких передач» имеет место лишь тогда, когда они наслаиваются, накладываются на соответствующий личный жизненный опыт зрителя, т. е. когда происходит «совпадение» этих передач с соответствующим жизненным опытом зрителя. А поскольку у детей подобный опыт отсутствует, то они воспринимают элементы насилия и даже смерть как нечто нереальное, сказочное, подобно тому, как они воспринимают то, что Серый Волк проглатывает Красную Шапочку.

Данную точку зрения поддерживают многие социальные психологи. Так, Джузеппе Kаталано к статье «Рабы голубого джина»» пишет, что «телевидение гипнотизирует и порабощает линии тех детей, которые уже предрасположены к этому и не обладают необходимой защитной реакцией».

Существует и третья группа, которая пытается «синтезировать» точки зрения двух первых. Так, признавая тот факт, что «показ насилия в больших дозах, не являясь главным фактором в формировании преступных наклонностей, все же усиливает возможность того, что кто-то из зрителей будет вести себя более агрессивно в определенной ситуации», американские социологи Л. Берковиц и А. Бэндура не согласны полностью с теорией Хэллорана. Они считают, что «телемодели» могут быть восприняты подростком в качестве эталона поведения столь же эффективно, как и реальные модели, так как некоторые подростки с одинаковым успехом копируют как реальных гангстеров, так и их «киномодели». Однако, по их мнению, агрессивность, насилие (как формы подражания и «теленаправленности») могут иметь место у ребенка лишь тогда, когда, он находится в состоянии «фрустрации», т. е. в тех случаях, когда имеет место так называемая аккумуляция агрессивности.