Глава 3. Криминологическая характеристика

Религиозных преступлений

§ L социальные причины и условия

Религиозной преступности и основные направления ее

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ Существует несколько подходов к исследованию вопроса о причинах и условиях религиозных преступлений. Одни из них близки к криминологиче­ским, другие - к религиоведческим, третьи - к теологическим или богослов­ским. Рассмотрим общетеоретические криминологические подходы к пони­манию и классификации причин и условий преступлений и применим их к криминотеологии.¹¹⁵

¹¹⁵Подробнее см.: Старков О.В. О предмете и системе криминотеологии// Проблемы укре­пления законности и борьбы с преступностью на региональном уровне (наркотики и пре­ступность). Уголовное право, криминология, уголовно-исполнительное право на рубеже XX-XXI веков: Материалы межд. Научно-практ. конф. Часть вторая.- М- Смоленск: ЮИ МВД России. Смоленский филиал, 1999. С.124-129; а также: Тихонравов Ю.В. Судебное религиоведение. М.: ЗАО «Бизнес-школа «Интел-Синтез», 1998. - 272 с; и др.

123

В криминологии, с одной стороны, пытались найти единую, универ­сальную причину преступлений (то антропологические качества человека, то аномию, то социальную дезорганизацию, то преступный генотип, то иные). С другой стороны, были попытки определить единый «каталог причин»¹¹⁶, их набор, определенное сочетание, которое обязательно должно было быть. И те, и другие изыскания всегда имели какой-либо положительный резуль­тат, больший или меньший, но «программы-максимум» не выполнили да и не могли выполнить по объективным причинам.

При этом некоторые современные авторы не отличают причин от усло­вий, называя их факторами. Надо сказать, что эта теория имеет давнюю ис­торию. Еще Ламбер Адольф Жак Кетле в середине XIX века определил множественность факторов, воздействующих на преступность: "Среда, в которой он живет, семейные отношения, религия, в которой он воспитан, обязанности социального положения - все это действует на его нравствен­ную сторону. Даже перемены атмосферы оставляют на нем свой след: не­сколько градусов широты могут изменить его нрав; увеличение температуры разжигает его страсти и располагает его к мужеству или к насилию».¹¹⁷ Клас­сическое отражение эта теория получила в работах французских криминоло-

МО

гов, в частности, в работах Ж. Пинателя, В, Стансю и др. Основные посту­латы теории множественности факторов - это то, что факторов, воздейст­вующих на преступность, в том числе религиозную, множество; действие их на преступность однопорядковое, причины не отличаются от условий, от коррелянтов; уровень общества не отличается от уровней личности и груп­пы. В советской и российской криминологии также эта теория факторов жи-

^тКриминология /Под общ. ред. А.И. Долговой. М.: Издательская группа ИНФРА ' М—НОРМА, 1997. С. 180.

¹¹⁷ Кетле А. Социальная система и законы ею управляющие. СПб, 1866. С. 100. Цит. по: Иншаков СМ. Зарубежная криминология. М.: ИНФРА • М—НОРМА, 1997. С. 37. ¹¹⁸Stanciu V. La criminalite a Paris. Paris, 1968. P. 347-350. Цит. по: Кузнецова Н.Ф. Совре­менная буржуазная криминология. М.: Изд-во МГУ, 1974. С. 56-57.

124

вуча. Под факторами понимают обычно две трактовки. Так, Аванесов Г.А. полагает последствиями факторов причины преступности и в качестве тако­вых или криминогенные, или антикриминогенные явления, а также он счита­ет факторами явления, воздействующие на преступность двояко - и когда они криминогенны, и когда они антикриминогенны и называет в качестве них индустриализацию, урбанизацию, демографические изменения и т.п.¹¹⁹

Другая трактовка заключается в том, что четко различают причины, порождающие криминальные явления, и условия в качестве среды, окруже­ния, им содействующие или препятствующие, а также факторы, которые оп­ределяют изменение преступности во времени, при этом некоторые ученые считают, что это обязательно должны быть изменяющиеся, непостоянные явления и процессы и факторы, направляющие пространственные измене­ния преступности, фактически это лишь те явления и процессы, которые свя­заны с изменением преступности по регионам, местностям, правовые и фак­тические. Те же авторы считают, что это обязательно стабильные, констант­ные обстоятельства, например, климатические, географические условия, на­циональный, религиозный состав населения и т.п. Конечно, эта позиция, ес­ли она верная, более практична, ибо позволяет искать, с одной стороны, яв­ления, как бы принципиально порождающие преступления и явления - фак­торы, которые определяют или изменение уже порожденных криминальных явлений в сфере религии, или, наоборот, их стабильность, повторяемость в зависимости от условий и места, национального состава населения.

Кузнецова Н.Ф., в частности, считает, что детерминация означает все формы влияния на преступность - от причинной до корреляционной, вклю­чая связь состояний и иные 32 вида детерминизма, т.е., все-таки, отделяет

Аванесов Г.А. Криминология и социальная профилактика. М.: Академия МВД СССР, 1980. С. 205-209.

¹²⁰Старков О.В. Введение в криминопенологию. Уфа: УЮИ МВД Российской Федерации, 1997. С. 43-44.

125

причины с условиями от детерминант, а использует этот термин, и вполне обоснованно, как обобщающий для всех форм воздействия на преступную деятельность. Кроме того, несомненно, необходимо отличать причины от условий, ибо причины порождают преступление, а условия этому лишь спо­собствуют, содействуют и пр. Кузнецова Н.Ф. следует и этому принципу.

Вместе с тем, есть авторы, которые считают, что нет смысла отделять причины от условий, потому что они то и дело меняются местами, и называ-

1 "У)

ют их или одним словом «причины», определяющими генезис , или обстоя­тельствами.¹²³

Некоторые криминологи делят причины и условия преступлений на субъективные и объективные, имея в виду, что субъективные причины и ус­ловия зависят от воли и сознания конкретных субъектов, людей, а объектив­ные - не зависят, хотя и действуют большей частью через них. При этом не-

124

которые применяют эти категории на социальном уровне , а другие - на индивидуальном. Кузнецова Н.Ф. полагает общесоциальными причи­нами преступности лишь субъективные явления, существующие в общест­венном сознании, что она называет негативными проявлениями различных видов общественной психологии (экономической, бытовой и др.), крими­нальными мотивациями. Иные же виды влияния на преступность, как внеш-

См.: Кузнецова Н.Ф. Указ. соч. С.212.

111

Кудрявцев В.Н. Причины правонарушений. М.: Наука, 1976. С. 12-46; Кудрявцев В.Н. Генезис преступления. Опыт криминологического моделирования: Учеб. пособие. М.: Изд. группа «ФОРУМ—ИНФРА-М», 1998.

Стручков Н.А. Преступность как социальное явление. Л.: ЛВВПУ МВД СССР, 1969.-121с.

¹²⁴ См., например: Кузнецова Н.Ф. Проблемы криминологической детерминации. М.: Изд-во МГУ, 1984.-312с.

1 ?S

См., например: Кудрявцев В.Н. Причины правонарушений. М.: Наука, 1976. С. 12-46; Кудрявцев В.Н. Генезис преступления. Опыт криминологического моделирования: Учеб. пособие. М.: Изд. группа «ФОРУМ—ИНФРА-М», 1998.

Кузнецова Н.Ф. Проблемы криминологической детерминации. М. 1985; Криминология. М., 1988, 1994.

126

ние, так и внутренние, как объективные, так и субъективные она относит к условиям преступности.

Другие криминологи полагают, что причины и условия преступлений, в том числе религиозных, следует делить на непосредственные, которые по­рождают преступность прямо, без опосредованного влияния на другие об­стоятельства, и опосредованные, которые порождают и обуславливают пре­ступность только, исключительно воздействуя на другие причины и условия, например, внутренние или субъективные.

В большей мере в криминологии имеет значение уровневый подход, который обычно означает разделение криминального явления на горизон­тальные, отличающиеся по содержанию пласты (слои, плоскости, ступе­ни),

В России впервые уровневый подход к классификации причин и усло­вий преступлений применили сразу несколько ученых. ¹²⁷Они разделили их на социальные причины и условия преступности в целом (обозначили фило­софской категорией «общее») и причины и условия конкретных преступле­ний (философская категория «отдельное»), а также на причины преступности в целом (опять-таки философская категория «общее») и специальные причи­ны отдельных групп преступлений (философская категория «особенное»). Иначе говоря, были выделены два уровня действия причин - общий, обще­социальный или социальный, что нам представляется точнее (разные авторы используют и разные термины), и индивидуальный, что как термин более подходящий, который затем оформился как единичный, отдельный или лич­ностный. Впоследствии это деление причин и условий легло в основу разра-

Звирбуль В. Деятельность следователя по предупреждению преступлений// Социали­стическая законность. 1961. N 16. С. 25-29; Карпец И.И. Проблема преступности. М., 1969; Кудрявцев В.Н. Проблема причинности в криминологии// Вопросы философии. 1971. N 10. С. 76-87; Лекарь А.Г. Профилактика преступлений. М, 1972; Сахаров А.Б. О личности преступника и причинах преступности в СССР. М., 1961; Герцензон А.А. Вве-

127

ботки двух уровней и динамики причин и условий преступлений, их взаимо­действия, а также профилактики.

Следующей классификацией причин и условий преступлений по уров­ням их действия в России появилось деление их на:

1. Общие социальные причины и условия преступности.

2. Особенные социальные причины и условия отдельных категорий пре-

128

ступлении и типов преступности.

3. Конкретные причины и условия совершения отдельных преступле­ ния

нии .

Подобная классификация давалась в общевузовских учебниках кри­минологии¹³⁰. Здесь уже был выделен особенный уровень. Аванесов Г.А., обосновывая этот подход писал, что проблема соотношения философских категорий общее, особенное и единичное "применительно к причинам пре­ступности является для теории и практики криминологии одной из основ-ных"'³¹.

Думается, что в то время авторы, выделяя уровень "особенное" в 70-е годы, имели в виду необходимость решения, по меньшей мере, двух про­блем. Первая проблема - философская - о соотношении категорий "общее", "особенное", "единичное", "отдельное" применительно к криминологиче­ским проблемам и уровневой классификации причин и условий преступле­ний. И эта проблема, представляется, в то время была прежде всего идеоло-

дение в советскую криминологию. М., 1965; Танасевич В. К теоретическим основам раз­работки мер предупреждения преступлений// Советское государство и право. 1976. N 3. ¹²⁸ Аванесов Г.А. Криминология и социальная профилактика. М., 1980. С. 176.

Аванесов Г.А. Криминология. Прогностика. Управление. Горький, 1975; Кузнецова Н.Ф. Классификация причин преступности в криминологии// Вопросы изучения преступ­ности и борьбы с нею. М., 1975. С. 59; Старков О.В. О причинах бытовых преступлений// Конкретные криминологические исследования в условиях района крупного промышлен­ного центра. Омск, 1974; и др.

¹³⁰Подробнее см.: Криминология. М., 1979; Криминология. М., 1988; Криминология. М., 1992; Криминология. М., 1994; Криминология. М., 1996; Криминология. М., 1997.

128

гической. Вторая проблема - взаимодействия общего уровня причин и усло­вий преступлений, впоследствии названного социальным, и единичного, за­тем обозначенного как индивидуальный. При этом противоречия бытия в той или иной сфере жизнедеятельности общества рассматривались как социаль­ные источники криминогенных ситуаций в социальных группах, а те, в свою очередь, как источники обострения противоречий на социальном уровне. Кроме того, было доказано, что противоречия общественного сознания в той или иной сфере жизнедеятельности общества являются идеологическими со­циальные источниками криминогенных мотиваций в социальных группах. Именно таким образом решался вопрос о взаимодействии причин и условий преступлений разных уровней, пластов, плоскостей.

В последующем некоторые авторы в своих философских изысканиях пришли к выводу о том, что категория "особенное" не самостоятельная, а за­висимая от - "общее" и "отдельное"¹³² и, кроме того, что следует выделять два уровня, как и было сделано в 50-е и 60-е годы - социальный (преступ­ность) и индивидуальный (преступное поведение), а также пять видов при­чин и условий преступлений, определяемых в зависимости от того, что они порождают и обуславливают. Эти виды определялись от следствия - к при­чинам, а не наоборот. И таким образом получилось, что если признать суще­ствование преступности, то значит, - и ее социальных причин и условий. А поскольку преступность проявляется в своих типах, существующих в сферах жизнедеятельности общества, то следует выделить и их особенные (специ­фические) социальные причины и условия типов преступности (например, религиозной, организованной, экономической, бытовой, политической и др.).

¹³¹ Аванесов Г.А. Криминология и социальная профилактика. М., 1980. С. 176, а также его же: Криминология. М., 1984.

¹³² См.: Старков О.В. К вопросу о классификации причин и условий преступлений// Про­ блемы повышения эффективности применения юридической психологии. Труды по пра­ воведению. Ученые записки Тартуского государственного университета. Выпуск 815. Тар-

129

Здесь имеется в виду, что уровень их - социальный, т.е. причины и условия формируются и действуют по социологическим законам, но содержание -специфическое, особенное, зависящее в полной мере от особенностей сферы жизнедеятельности людей, социального института, общности. Кроме того, если второй уровень функционирования причин и условий преступлений -индивидуальный, то и причины с условиями, определяющие преступное по­ведение, следует обозначить как индивидуальные. Поскольку преступное по­ведение имеет свои типы, например, религиозный, корыстный, насильствен­ный, то их причины и условия - особенные индивидуальные, поскольку уро­вень их функционирования - тот же, а содержание - специфическое, опреде­ляемое в зависимости от типов криминогенной ценностной ориентации и си­туации и потому имеющее особенности, например, их носителей - религиоз­ного преступника, неосторожного и т.п., а также - микросреды, содержащей в себе разные типы криминогенных ситуаций, имеющих одинаковую струк­туру и совершенно разное содержание, время действия и т.п. Конкретное преступление совершается и порождается тоже на этом же уровне, но по­скольку оно имеет черты неповторимости, то и причины с условиями, опре­деляющие преступление непосредственно, следует обозначить как своеоб­разные индивидуальные причины и условия конкретного преступления. В итоге была получена следующая схема:

1. (I). Социальные причины и условия преступности.

1. (I). Особенные социальные причины и условия типов преступности, в частности, религиозной.

3. (II). Индивидуальные причины и условия преступного поведения.

4. (II). Особенные индивидуальные причины и условия типов преступ­ного поведения, например, религиозного.

ту, 1988. С. 102-113; а также см.: Сахаров А.Б. Преступления и преступность// Советская юстиция. 1985. №11. С. 19-21.

130

5 (И). Своеобразные индивидуальные причины и условия конкретного преступления.

Но есть и авторы, которые считают, что подход к отделению социаль­ных причин преступности и ее типов от индивидуальных причин и условий преступного поведения и его типов, надуман советскими криминологами чисто из идеологических соображений.¹³³

Кроме того, все виды причин и условий преступлений делят в крими­нологической литературе на внутренние причины и внутренние условия, внешние причины и внешние условия. Но на социальном уровне их содер­жание и действие совсем иное по сравнению с уровнем индивидуальным.

Понятия "внутреннее", "внешнее" применительно к причинам и усло­виям преступлений означают, по мнению ряда авторов:

а) на социальном уровне, т.е. относительно социальных и особенных социальных причин и условий преступности и ее типов, это означает - "внутренние" - то есть внутри общества, региона, той или иной страны, "внешние" - значит вне этого общества, региона, той или иной страны, иначе - различные формы влияния иных обществ и стран прежде всего на нашу страну,

б) на индивидуальном уровне, т.е. относительно причин и условий пре­ ступного поведения, его типов, конкретного преступления - это значит - "внутренние" - то есть внутри преступника, "внешние" - то есть вне пре­ ступника, на него влияющие.

При этом предлагается в одних криминологических изысканиях внут­ренние социальные причины преступности представить как различного рода противоречия в сферах социального бытия и общественного сознания; внут­ренние социальные условия как разные недостатки в деятельности государ­ственных, частных и общественных организаций, внешние социальные при-

131

чины как прямое воздействие иных стран на нашу страну, а внешние соци­альные условия как различного рода косвенные влияния иных стран (мили­таризация, эмбарго на товары, экономический шпионаж и др.) на преступ­ность в нашей стране.

Внутренняя причина преступного поведения и его типов на индивиду­альном уровне - это криминогенная ценностная ориентация преступника, внутренние условия - его генетическая и социально-психологическая среда; внешняя причина - криминогенная ситуация, а внешние условия - недостатки микросреды относительно личности преступника.¹³⁴ Думается, что именно этот подход позволяет четко и последовательно проанализировать причины и условия двух уровней. Кроме того, он позволяет показать механизм их взаимодействия - в этом, нам представляется, его основное достоинство.

Поэтому применительно к взаимодействию причин и условий преступ­лений разных уровней и их структур следует добавить механизм взаимо­влияния религиозной преступности и религиозного преступного поведения. Рассмотрим его схематически, как бы на первом приближении.

Внутренние социальные причины религиозной преступности по этой схеме можно представить как противоречия бытия и сознания духовной сфе­ры общества. Внутренней причиной религиозного преступного поведения в таком случае будет криминогенная ценностная ориентация, прежде всего равнодушия к любой иной вере, ее неприятия, а и внешней причиной - кри­миногенные ситуации разных типов - управленческая, с вышестоящим руко­водством религиозной секты; религиозная, с участием верующих; конфликт­ная; религиозная с участием неверующих, провокация со стороны потерпев­шего и т.д., субъектами которых являются член той или иной секты, религи-

Хохряков Г. Ф. Криминология: Учебник/ Отв. ред. В.Н. Кудрявцев. М.: Юристь, 1999. -511с.

¹³⁴ См. подробнее: Старков О.В. Введение в криминопенологию. Уфа: УЮИ МВД РФ, 1997. С.40-49.

132

озная организация в целом с одной стороны, а с другой - верующий иной ре­лигии, атеист, их группа и др. Обостряющиеся противоречия сферы духов­ного бытия можно представить как источники роста криминогенных ситуа­ций разного типа при осуществлении вероисповедания, а серьезное увеличе­ние религиозных криминогенных ситуаций как основу обострения противо­речий в сфере духовного бытия.

Другую внутреннюю причину религиозной преступности можно пред­ставить по той же схеме как противоречия духовного общественного созна­ния, отражающиеся в серьезных различиях и непримиримости между обще­человеческой духовной культурой и религиозной сектантской субкультурой, получившей свое развитие в расцвете экстрасенсорных обычаев и традиций, питающих криминогенные ценностные ориентации сектантов, ибо чем большее влияние они, эти обычаи, имеют, тем больше носителей кримино­генных ценностных ориентации - и наоборот, чем больше носителей крими­нальных ценностных ориентации, тем шире и острее разрастается социаль­ное противоречие, как в нашем обществе сейчас, криминальная субкультура тоталитарных сект в буквальном смысле слова пытается "поесть" общечело­веческую духовную, проникая во все поры социальной жизни. То есть другая сторона внутренней социальной причины питает внутренние причины рели­гиозного преступного поведения - и наоборот.

Внутренние социальные условия религиозной преступности являются базой, фундаментом для развития внешних условий религиозного преступ­ного поведения, как, например, общие недостатки правового регулирования, в частности, абсолютная религиозная свобода, предоставленная Законом РСФСР от 25 октября 1990г. №267-1 «О свободе вероисповедания», утвер­дившая полный беспредел в религиозной сфере и возможность или регист­рации социально-опасных сект, или возможность их действия, хотя и неле­гально, но беспрепятственно, что привело к расцвету различного рода тота-

133

литарных сект, особенно в центральной зоне России и к большей частью ла­тентной преступности с их стороны.

Внешние социальные причины религиозной преступности, например, осуществляемая средствами массовой информации некоторых стран пропа­ганда абсолютной религиозной свободы; создание привлекательного облика сектанта, как борца за религиозную свободу; международные связи религи­озной организованной преступности и пр. усиливают влияние социально-опасной религиозной субкультуры и рост носителей криминогенной ценно­стной ориентации среди верующих-сектантов, усугубляет и расширяет спектр действия криминогенных ситуаций, т.е. внешние социальные причи­ны религиозной преступности питают внутренние и внешние причины рели­гиозного преступного поведения - и наоборот.

Внешние особенные социальные условия религиозной преступности как, например, политические, финансовые, экономические, милитаристские и т.п. рычаги воздействия на нашу страну, что мешает ей идти своим путем и в сфере религии, свободе вероисповедания и т.д. и таким образом они под­питывают внешние причины, прежде всего управленческие криминогенные ситуации с вышестоящим руководством религиозных сект, и внешние усло­вия религиозного преступного поведения, например, срывы в организации профилактики криминальной деятельности религиозных сект со стороны традиционных конфессий, правоохранительных органов, в частности, систе­мы Министерства юстиции России и т.п.

Рассмотрим их подробнее. Но прежде всего остановимся на понятии «религиозная претупность». В нашем представлении религиозная преступ­ность это прежде всего явление духовной патологии¹³⁵ общества, свидетель­ство его духовной незрелости, дезорганизации. Религиозная претупность,

¹³⁵ В криминологической литературе этот термин «патология» в определении преступно­сти предложен: Побегайло Э.Ф. Тенденции современной преступности и совершенствова­ние уголовно-правовой борьбы с нею. М.: Академия МВД СССР, 1990.С.27.

134

кроме того, проявляется в массе отдельных, конкретных религиозных пре­ступлений. Таким образом, религиозная претупность это явление духовной патологии общества, проявляющееся в массе конкретных религиозных пре­ступлений.

Итак, причины и условия религиозных преступлений следует рассмат­ривать как на социальном уровне, в масштабе всего общества, так и на инди­видуальном, на уровне личности. И если на социальном уровне причины и условия не зависят от типа и вида религиозных преступлений, их направлен­ности, то на индивидуальном содержание причин и условий однозначно за­висит от их вида, в частности, с одной стороны, направленных против рели­гии, Бога, религиозных организаций и священнослужителей, а с другой - со­вершаемых самими религиозными организациями и священнослужителями.

Рассмотрим социальные причины и условия религиозной преступно­сти. По нашему мнению, их следует делить на внутренние и внешние. При этом внутренние социальные причины религиозной преступности - это про­тиворечия в сферах социального религиозного бытия и духовного общест­венного сознания. Внутренние социальные условия религиозной преступно­сти следует рассматривать как объективные, так и субъективные проблемы, трудности, недостатки развития религии в нашем обществе.

Рассмотрим первую группу социальных причин религиозной преступ­ности - противоречия в сфере социального религиозного бытия.

1) Экономические противоречия общества:

1. между различными экономическими укладами - государственным, частнокапиталистическим, патриархальным, акционерным, кооперативным и т.п., что обостряет межконфессиональные конфликты;

2. между разными формами собственности - государственной, частно­капиталистической, акционерной, кооперативной, личной и т.п., что усугуб­ляет хозяйственные трудности той или иной церкви;

135

3. между производством и распределением, между обменом и потреб­лением и т.п., что порождает экономические проблемы различных видов церкви - от официальных конфессий до тоталитарных сект и которые реша­ются ими по-разному - от развития собственного, в частности, монастырско­го производства (сельское хозяйство: земледелие, животноводство, пчело­водство, выращивание зерновых культур, картофелеводство, овощеводство, выращивание ягод и фруктов, технических кормовых культур, организация племенных хозяйств, молочно-товарных ферм, откорм, выращивание быч­ков, свиноводство, птицеводство, овцеводство, кролиководство, зверохозяй-ство, коневодство, строительство, машинно-тракторные станции, производ­ство тары и упаковки, органических и химических удобрений, ремонт и строительство внутрихозяйственных дорог и благоустройство, мелиорация, народные промыслы и ремесленничество, тепличное и рыбное хозяйство, производство и переработка грибов, прием и обработка лекарственных трав, даров леса, прием вторичного сырья и мусорных отходов и их переработка, забойные пункты, выделка шкур, швейное производство и бытовое обслужи­вание, международные связи и внешняя торговля и т.п.¹³⁶) до производства и сбыта наркотиков, вымогательства, чем занимаются секты;

4. между экономическими укладами различных видов церкви и рели­гий: православной, католической, протестантской, мусульманской, буддист­ской, иудаистской, с одной стороны, тоталитарными сектами, с другой;

5. с одной стороны, для восстановления, строительства церквей, часо­вен и других материальных носителей конфессий нужны четкие экономиче­ские расчеты, обязательное получение прибыли, иначе подобная экономиче­ская деятельность приведет к разорению церкви, а, с другой, постулаты церквей: «Не укради» (христианский принцип), «А кто скупился и обогащал-

Подробнее см. оригинальный подход: Слободянюк Г.Г. Почему гибнет Россия и кто ее спасет. М: Олимп, 1999.-320с.

136

ся и считал ложью прекраснейшее, тому мы облегчим к тягчайшему» (прин­цип ислама);

6 с одной стороны, необходимость ведения церковного, особенно мо­настырского хозяйства, а с другой стороны, расчет на пожертвования при­хожан, на которые не только не проживешь, но и тем более не восстановишь церковные строения.

2) Политические противоречия общества между политикой госу­дарства и религиозных конфессий, что определяет:

• с одной стороны, наличие религиозных государств, которые, как правило, реакционны и апартеистичны - ограничивают в правах иноверцев: в цар­ской России в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845г., в Уголовном уложении 1903 г. и др.; мусульманские Ирак и Иран, Чечня в шариате; синтоистская Япония; иудаистский Израиль и др., что порождает и подпитывает в религиозном сознании монотеизм;

• с другой - полное отделение церкви от государства вызывает преследова­ние различных видов церкви, а тем более любых сект, что порождает и подпитывает в религиозном сознании воинствующий атеизм;

• в-третьих, так называемое демократическое государство создает основу для развития множества видов церкви или абсолютную религиозную сво­боду, в том числе массового распространения, так называемых «офици­альных» конфессий, а также колоссального разнообразия сектантских на­правлений, вплоть до самых античеловечных, сатанинских, проповедую­щих массовое самоубийство, ритуальные убийства, человеческие жертво­приношения и пр., а в религиозном сознании воспитывает политеизм;

• в- четвертых - частичная политическая связь одного вида церкви, напри­мер, православия, с политикой государства (освящение отдельных поли­тических актов одной церковью при наличии множества видов религий) при отсутствии законодательного закрепления этого явления также под-

137

питывает монотеизм и может стать основой для межрелигиозных войн, ибо демонстрирует неравенство религий в многорелигиозном государст­ве.

Второе политическое противоречие заключается в том, что в последнее время усиливается политизация религии, а с другой стороны, сакрализация, освящение политики государства, ¹³⁷заигрывание с церковью с целью разре­шения сиюминутных проблем, возвращения авторитета политика. Лидеры той или иной церкви выражают свое отношение к акциям органов власти с точки зрения поддержки или, наоборот, отвержения политики того или ино­го государства, тем самым подталкивая верующих своей церкви к политиче­скому решению. С другой стороны, лидер государства или тот или иной по­пулярный политик поддерживает акцию соответствующей церкви и тем са­мым может у одной части населения вызвать религиозную уничижитель­ность, а у другой - открытые или скрытые акции против представителей дру­гой церкви, тем самым возможна подобным образом подпитка религиозной ненависти, вражды, неприязни. В любом случае и то, и другое - нарушение положений об отделении церкви от государства, а государства от церкви.

Рассмотрим вторую группу социальных причин религиозной преступ­ности - противоречия в сфере общественного религиозного сознания,

1. Самая большая группа противоречий, особенно актуальных в нашем обществе - это борьба, иногда очень острая, вплоть до митингов, демонстраций и даже военных конфликтов между обычаями, тради­циями, обрядами, ритуалами, стереотипами поведения, нормами атеизма, монотеизма, политеизма.

2. Национализм и шовинизм, например, в настоящее время искусст­венно подогреваемый великорусский шовинизм в войне с Чечней

¹³⁷ Бокарев С.Н. Государственно-церковные отношения в России (Философско-правовой аспект) : Автореф. дис. ...канд. философ, наук. М: Академия управления МВД России, 1999. С.З.

138

для достижения успеха в предвыборной компании, поддержки сво­его политического рейтинга в последующем.

3. Религиозная вражда, ненависть в общественном сознании, а равно исключительность, превосходство или неполноценность граждан по признаку их отношения к религии.

4. В экономическом сознании - с одной стороны, корысть, паразитизм, максимальное стремление к прибыли, наживе любым путем ("все средства хороши"), в том числе и путем насилия и т.п., нблюдаемое в тоталитарных сектах, а с другой - бесхозяйственность, непредпри­имчивость, халатность, русское "авось", необязательность, что до­вольно распространено в официальных конфессиях, прикрываемых религиозной догмой.

5. В политическом - космополитизм, аполитичность, политическое равнодушие и неверие ни во что - ни в Бога, ни в Дьявола, особенно среди молодежи, а с другой стороны - оголтелый национализм, шо­винизм, религиозный фанатизм, порождающий межнациональные, гражданские, межрелигиозные войны.

3. В моральном, духовном сознании -

по

а) "отсутствие веры в идеалы, в коммунизм, в Бога. Всеобщий цинизм" , а с другой стороны,

• формальное соблюдение ритуалов официальной религии - православие (15-30 % формально «верующие»),

• истинная вера в Бога официальной, но не государственной религии (10-15

%),

• сочувствующие, иногда соблюдающие ритуалы, посещающие церковь (50-60 %),

• религиозный фанатизм в официальной религии (2-3 %);

Амосов Н.Е. Линия компромиссов// Неделя. 1989. № 27. С. 3.

139

• в легальных сектах - исключительный религиозный фанатизм (70-80 %),

• в легальных сектах также приобщающиеся (10-15 %),

• и еще в легальных сектах сознательно верующие (3-5 %);

• в нелегальных сектах - исключительный религиозный фанатизм (80-90

%),

- в нелегальных сектах также приобщающиеся (10-20 %);

б) "потеря совести, чести, долга, чувства вины, греха, милосердия"¹³⁹.

7. В правовом - нигилизм, т.е. вообще право - ничто, его отвержение в той или иной религиозной конфессии; негативизм, что означает от­рицательное отношение именно к правовым нормам, регулирую­щим религиозную сферу, к каким-либо конкретным; правовое рели­гиозное легкомыслие, т.е. просто незнание норм права, регулирую­щих религиозную сферу, их места в общественном сознании или небрежное к ним отношение, или самонадеянная уверенность о их знании, ни на чем не основанная.

8. В бытовом сознании "питейные" и наркотические обычаи и тради­ции, а также, с одной стороны, домостроевские обычаи, поддержи­вавшиеся в России православной религией и являвшиеся идеологи­ческим, духовным фундаментом сохранения русской семьи, а с дру­гой - превалирование идей женской эмансипации над благоразуми­ем, мусульманскими обычаями и традициями, также являвшимися в нашей стране духовной основой сохранения татарской и других му­сульманских семей, внедренной в наше сознание западной религи­озной культурой, прежде всего протестантизма.

9. Преступная субкультура, порождающая не только рецидивную и профессиональную преступность, общеуголовную организованную, но и преступность сатанистов, оккультных, языческих сект, имею-

¹³⁹ Там же.

140

щих свою религиозную субкультуру с древней историей ее развития

140

и пр..

Внутренние социальные условия религиозной преступности, как отме­чалось, это объективные и субъективные проблемы, трудности, недос­татки развития религии в нашем обществе в целом. Рассмотрим их под­робнее.

1. Объективные проблемы развития религии в нашем обществе выте­кают из особенностей нашей страны:

а) географическое расположение России в Европе и Азии и поэтому впитание и развитие, причем, объективное, религиозной европейской и ази­ атской культуры;

б) многонациональный и полирелигиозный состав населения;

в) огромные масштабы территории страны и вытекающие отсюда про­ блемы управления духовной сферой общества;

г) разрушительные последствия гражданской войны, иностранной ин­ тервенции, Великой Отечественной Войны, продолжающиеся гражданские, межнациональные и межрелигиозные войны то в открытом, то в скрытом виде;

д) неурожаи, землетрясения и наводнения и т.п. стихийные бедствия. Всегда религиозные лидеры использовали свои познания в прогнозировании природных коллизий, например, затмения, наводнения в Древнем Египте со стороны Верховного жреца и др. для усиления своего влияния на народ, по­ литических лидеров.

См. подробнее: Старков О.В. Введение в криминопенологию. Уфа: УЮИ МВД Россий­ской Федерации, 1997; а также: Тихонравов Ю.В. Судебное религиоведение. М.: ЗАО «Бизнес-школа «Интел-Синтез», 1998. - 272 с; Куликов И. Новые религиозные органи­зации России оккультного и неоязыческого характера: Справочник. Изд-е дополненное и переработанное. Том 1. Сатанизм: исследование. Москва, 1999. - 257 с; Кривельская Н.В. Секта: угроза и поиск защиты. М.: Фонд «БЛАГОВЕСТ», 1999.-269с; и др.

141

2. Субъективные условия религиозной преступности заключаются в различных пороках, недостатках деятельности: а) уголовной юстиции; б) управления экономикой; в) культурно-воспитательных органов, системы воспитания в целом; г) средств массовой информации; д) системы правовых противоречий и др.:

1. Недействующие или плохо функционирующие экономические про­граммы государства и, соответственно, проколы в управлении экономикой сказываются прежде всего в обнищании народа, в формировании его неверия ни в одну политическую, экономическую идею и уход в религию, ибо изна­чально религиозное сознание в обществе формировалось на основе страха людей перед неизвестностью, силами природы

2. В настоящее время практически отсутствует управление религиоз­ным или атеистическим воспитанием и образованием со стороны государст­ва через а) систему государственной политики в сфере школьного и профес­сионального образования, б) средства массовой информации.

3. Можно назвать ряд упущений в охране, регулировании, стимулиро­вании развития религиозной свободы граждан государства через систему ре­лигиозного права, юридических норм. Достаточно напомнить недостатки в сфере уголовно-правового, административно-правового регулирования, про­анализированные в диссертации, фактическое отсутствие религиозного права или его незнание учеными-юристами.

4. Следует назвать систему недостатков в деятельности органов уголов­ной юстиции в борьбе с религиозной преступностью, учитывая то, что цер­ковь в соответствии с Конституцией России отделена от государства, в част­ности, отсутствуют специализированные органы уголовной юстиции для привлечения к уголовной ответственности и осуждения социально-опасных сектантов, преступников из числа священнослужителей официальных кон-

142

фессий. В результате чрезвычайно высокий уровень латентности религиоз­ной преступности, о чем пойдет речь в следующем параграфе.

Внешние общесоциальные причины преступности в стране - это

различные формы непосредственного, прямого воздействия иных стран на нашу страну. Ими являются:

1. Подрывная международная деятельность разведывательных и иных специальных служб других государств, результатом которой являются рели­гиозный терроризм, например, в Дагестане, Чечне; шпионаж, измена и иные политические и религиозные преступления.

2. Совершение на территории страны различных общеуголовных пре­ступлений иностранными гражданами, т.е. преступность иностранцев, выра­жающаяся в нарушении религиозного равноправия граждан, в возбуждении религиозной вражды, в геноциде, в организации религиозных объединений, посягающих на личность и права граждан, вовлечение в эти преступления российских фаждан. Так, только в первом квартале 1995 года иностранцами дальнего зарубежья совершено 5 000 преступлений, а ближнего 3 000.

3. Организованная, профессиональная, транснациональная, религиоз­ная преступность зарубежных стран распространяет свое влияние на нашу страну: ввоз и вывоз оружия для религиозных сект, распространение нарко­тиков сатанинскими и языческими религиозными сектами, как одно из са­мых распространенных преступлений, по данным нашего исследования, и др., организация хищений художественных и исторических ценностей, ан­тиквариата с целью вывоза за границу, осуществляемое религиозными сек­тами, валютные преступления. В настоящее время - участие религиозных сект в рабстве, проституции, в торговле радиоактивными веществами, внут­ренними органами человека; организация филиалов религиозных объедине-

143

ний, посягающих на личность и права граждан, например, Аум Синрикё и

тт« ¹⁴¹

Др.

Внешние общесоциальные условия преступности в стране заклю­чаются в различных формах косвенного, опосредованного влияния иных стран на причины преступности в нашей стране, которые выражаются:

1. В воздействии на противоречия сферы общественного бытия: а) соз­дание экономических трудностей для развития страны и тем самым содейст­вие выходу политической энергии людей в религиозной сфере, прежде всего в экстрасенсорной, сектантской; б) срыв выполнения международных дого­воров, в том числе в религиозной сфере; в) религиозное давление со сторо­ны, например, США с целью внедрения протестантизма и мн. др.

2. Воздействие на противоречия в сфере общественного сознания: а) клевета на православие и вообще христианство, на ислам, буддизм, иудаизм, разжигание межрелигиозных противоречий; б) очернение достижений Рос­сии как в дореволюционный, так и в послереволюционный период в сфере религии, свободы совести и вероисповедания, социальной, культуре, эконо­мике и др. областях; в) посев идей фашизма, национализма, шовинизма, ре­лигиозного фанатизма любой конфессии.

Несколько иная трактовка внешних причин и условий в богословской литературе. Среди них называют:

1. Разрушение извне Русской Православной Церкви как одного из факторов обеспечения стабильности в России.

2. Подрыв духовных основ российского общества в целях ослабления российского государства.

3. Создание в лице религиозного сектантства, преимущественно дест­руктивного, оккультного характер, мощного потенциального поли­тического рычага давления на власть.

¹ Криминология. М., 1988. С. 151-152.

144

Создание взаимосвязанной сети ряда тайных религиозных объеди­нений для сбора разведывательной информации. Подготовка резерва религиозно-фанатично преданных исполните­лей на случай необходимости организации на территории России массовых беспорядков, актов терроризма и др.

Различные формы контроля сознания и деятельности государствен­ных и муниципальных должностных лиц через «учителей» сект по­средством подкупа, шантажа, лжи, установления контроля над соз­нанием (зомбирование). 7) Внедрение протестантизма в североамериканской вариации, отли­чающейся от православия лучшей организацией, использованием современных средств оргтехники, простотой обрядов, «доступно­стью» Бога. До конца XX века планировалось открыть в России свыше 200 тысяч евангелических приходов вместо 12 тысяч право­славных.¹⁴²

Американский миссионер-проповедник Майкл Маргулис, который в начале 90-х годов приехал в СССР с миссией «внести духовность» повествует: «Наши проповедники тратили миллионы долларов на аренду стадионов, рекламу, на издание рекламно-религиозной литературы о себе, вместо того, чтобы на эти деньги строить больницы и спасать умирающих детей... Они кричали, что проповедуют только Христа, а проповедовали свои Церкви, свои общины, свои наработки. Они хотели действовать самостоятельно, но очень часто работали с бывшими партийными функционерами и жуликами, которые обманывают их до сих пор... Часто под мифические проекты соби­рались миллионы долларов... За доллары мы хотели купить все! Мы созда­вали библейские школы, куда приходили за деньгами, выдаваемыми на уче­бу! Мы духовно развращали россиян, демонстрируя, что мы готовы их по­купать. Покупали квартиры, дома, устраивали детей российских функционе­ров в христианские колледжи Америки, давали взятки. Мы сознательно шли

143

на грехи, не осознавая, что скоро грядет расплата»

Кривельская Н.В. Секта: угроза и поиск защиты. М.: Фонд «БЛАГОВЕСТ», 1999.С. 55-60. ¹⁴³ Маргулис М. Мы сознательно шли на грехи// Новая газета. 1997. № 26.

145

8) Проникновение сатанизма¹⁴⁴ через внедрение идей «Черной биб­лии» Антона Ла Вея и завоевание им душ россиян через, на первый взгляд, жизнеспособные, хотя и безнравственные и по существу анти­духовные заповеди, которые предлагают жизнь на земле, а не на том свете. Приведем их, чтобы не быть голословными:

«1. Сатана представляет поощрение, в противоположность воздержанию! 2. Сатана представляет живое существование, вместо духовных мечтаний! 3. Сатана представляет нескончаемую мудрость, вместо лицемерного самообмана! 4. Сатана представляет доброту к тем, кто того заслуживает; вместо любви растраченной на заискивания! 5. Сатана представляет мщение, вместо подставления другой щеки! 6. Сатана представляет ответственность перед ответственными, вместо заботы о психических вампирах! 7. Сатана представляет человека просто как некое животное, иногда лучше, а часто хуже четвероногих, которое благодаря "божественному духовному и интеллектуальному развитию" стало самым свирепым из всех! 8. Сатана представляет все так называемые грехи как поступки, ведущие к физическому, ментальному или эмоциональному удовлетворению. 9. Сатана - лучший друг церкви, поскольку обеспечивает ее работой все время ее существования »'⁴⁵ Основные направления предупреждения религиозной преступности

можно представить следующим образом:

1) Создание оптимального механизма в обществе для разрешения по­литических противоречий путем отлаживания механизма поиска компромис­са между различными политическими силами, используя взаимодействие между различными властями - Государственной Думой и Советом Федера­ции, Президентом и его администрацией, Конституционным судом, судеб­ной системой, Правительством - исполнительной властью, средствами мас­совой информации. Подобное направление воздействия ликвидирует или сведет к минимуму основной источник возникновения оккультных, сатанин­ских, языческих и т.п. социально-опасных сект, конфликтного развития ре­лигии в обществе между различными мировыми конфессиями - социальная

¹⁴⁴ Новые религиозные организации России деструктивного и оккультного характера: Справочник/Миссионерский Отдел Московского Патриархата Русской Православной Церкви. Информационно-аналитический вестник № 1. Белгород, 1997. - 272 с.

146

и политическая напряженность в обществе, которая создает необходимость поиска выхода политической энергии в религии. Только максимально поли­тически и социально дезорганизованное, напряженное общество является источником создания и воспроизводства самых античеловечных религий.

2. В Государственных социальных программах в разделе о благотвори­тельной деятельности должно быть указано, что всякое экономическое и со­циальное содействие деятельности официальных религиозных конфессий должно быть признано благотворительным, так как церковь отделена от го­сударства, а государство от церкви.

3. В налоговом и финансовом законодательстве следует ввести нормы, в которых признать любую экономическую, в том числе коммерческую, дея­тельность официальных конфессий как благотворительную и или вообще ос­вободить от налогов и сборов, или установить наиболее благоприятный ре­жим, так как подобная деятельность направлена в конечном счете на восста­новление церквей, разрушенных государством или на строительство новых, а, значит, на развитие духовной сферы общества, в чем должно быть заинте­ресовано любое прогрессивное государство.

4. Оказание содействия налаживанию экономических отношений меж­ду разными конфессиями, экономическое сотрудничество, что несомненно послужит как смягчению межконфессиональных конфликтных отношений и объединению разных церквей в борьбе с тоталитарными сектами, так и их экономическому укреплению, развитию.

5. Поскольку церковь отделена от государства, в учебных заведениях различных конфессий нужны разные факультеты, а не только богословские или теологические. В Российском православном университете им. Св. Иоан­на Богослова, например, есть юридический факультет, но нет экономическо­го, социологического, психологического. Любой церкви для обеспечения

LaVey, A. The satanik rituals. - New York, 1976. - 168p.;The Satanic Bible, by Anton

147

эффективной экономической деятельности нужны свои экономисты, финан­систы, бухгалтера, юристы, а для разрешения внутриконфессиональных и межконфессиональных конфликтов - свои социологи, психологи.

6. Различные официальные конфессии должны сотрудничать, а не про­тивоборствовать друг другу, так как у всех конфессий больше общего даже в их духовных, идеологических постулатах, чем, например, у оккультных, са­танинских, языческих сект, которые консолидируются в борьбе с официаль­ными конфессиями. Для этого необходимы общие межконфессиональные съезды, конференции, семинары с участием видных политиков, ученых, ре­лигиоведов и теологов.

7. Государство, общество должно быть заинтересовано в развитии ду­ховной сферы, ибо от этого зависит состояние нравственности народа, уро­вень преступности. Поэтому нужна эффективная система управления рели­гиозным или атеистическим воспитанием и образованием через систему го­сударственной политики, средства массовой информации. Во всех общеоб­разовательных школах необходимо ввести предмет «Религиоведение». Теле­визионные каналы, в первую очередь государственный, должны создать спе­циальные религиоведческие программы, причем, транслироваться они долж­ны в самое благоприятное время - в вечерние часы, когда большая часть на­селения собирается у телевизоров. Строить их надо увлекательно в виде ре­лигиозного шоу, привлекать к участию в них священнослужителей офици­альных конфессий, устраивать диспуты между представителями тоталитар­ных сект и священнослужителями. Религиоведческие колонки должны быть и в популярных газетах, журналах.

8. Охрана, регулирование, стимулирование развития религиозной сво­боды граждан государства через систему религиозного права, юридических норм. Для этого необходимо реализовать целую программу, в первую оче-

Szander LaVey, Avon Books, 1969.

148

редь выделить главу в УК РФ «Религиозные преступления». Внести все предложенные нами изменения в УК.

9) Деятельность системы уголовной юстиции в борьбе с религиозной преступностью должна стать профессиональной, а для этого необходимо создание специализированных органов уголовной юстиции для привлечения к уголовной ответственности и осуждения социально-опасных сектантов, преступников из числа священнослужителей официальных конфессий.

10) Организацией борьбы с иностранным вмешательством в духовную сферу нашего общества должно заниматься специальное подразделение ФСБ, которое в своей деятельности применяет самые разнообразные методы, в том числе оперативные. В частности, необходимо внедрение агентов в то­ талитарные секты, в религиозные конфессии, создаваемые на нашей терри­ тории иностранными государствами. Данное подразделение должно быть ориентировано и на пресечение религиозной преступной деятельности ино­ странцев, и на борьбу с транснациональной религиозной преступностью.

Теперь приступим к анализу результатов нашего исследования внут­ренних и внешних причин и условий религиозного преступного поведения. §2. ИНДИВИДУАЛЬНЫЕ ПРИЧИНЫ И УСЛОВИЯ РЕЛИГИОЗНОГО ПРЕСТУПНОГО ПОВЕДЕНИЯ И ОТДЕЛЬНЫЕ МЕТОДЫ

ПРОФИЛАКТИКИ Рассмотрим существующие в науке точки зрения по проблеме причин и условий преступного поведения с позиций проведенного нами исследова­ния религиозных преступлений. Для начала надо определиться с исходными понятиями «конкретное преступление», «преступное поведение», «преступ­ная деятельность» и другими, связанными с ними. Конкретное преступление

146

называют или преступным поведением, носителем которого является

¹⁴⁶ Кудрявцев В.Н. Причинность в криминологии.-М: Юрид.лит., 1968.-176с; его же: Ге­незис преступления. М., 1998; Антонян Ю.М. Роль конкретной жизненной ситуации в со­вершении преступления.- М.: Изд-во Академии МВД СССР, 1973.-71 с; Сахаров А.Б.

149

масса преступников, представляющее собой деятельность, т.е. систему отклоняющихся от социальных норм деяний (действий или бездействия), а потому объективно направленных к более их тяжкому проявлению, к боль­шему причинению вреда - к преступлению; или преступной деятельностью, что означает, что преступные деяния представляют собой определенную систему, носят устойчивый и преемственный характер; или деятельностью лиц, совершающих преступление, причем эта деятельность отличается рядом социальных отклонений, в том числе зарегистрированных и заверша­ется преступлением.

Как уже рассматривалось в предыдущем параграфе, одни авторы делят причины и условия преступлений на внутренние и внешние¹ , другие - на субъективные и объективные.

Деление на объективные и субъективные причины на индивидуальном уровне не всегда срабатывает. Так, если мотивация преступника - субъектив­ная причина, но она подчиняется объективным закономерностям, устанавли­ваемым криминальной психологией, то мотивация и субъективная, и объек­тивная причина, т.е. субъективно-объективная. Конкретная жизненная си­туация, как объективное стечение жизненных обстоятельств, субъективно воспринимаемых преступником является и объективной, и субъективной причиной, т.е. объективно-субъективной. Таким образом, более подходящим будет деление на внутренние, т.е. действующие внутри преступника, и внешние, т.е. функционирующие вне его и на него направленные. В этом де­лении тоже есть недостаток и его уже определили до нас - внутренние усло­вия как бы включают в себя внутренние причины, внешние причины - как бы

Причины и условия индивидуального преступного поведения. Лекция. М: МВШМ МВД

России, 1995.-30с.

¹ Курс советской криминологии: Предмет. Методология. Преступность и ее причины.

Преступник/Под.ред. В.Н.Кудрявцева, И.И.Карпеца, Б.В.Коробейникова-М.:Юрид.лит.,

1985.С.324-333.

¹⁴⁸ Старков О.В. Введение в криминопенологию.- Уфа: УЮИ МВД РФ, 1997.С.114-139.

150

содержат в себе внутренние условия и причины, а внешние условия охваты­вают собою все - и внешние причины, и внутренние условия, и внутренние

149

причины.

В литературе выделяются прежде всего две группы объективных усло­вий, которые или непосредственно способствуют совершению преступления, или содействуют наступлению преступных последствий. Ряд авторов назы­вают одну и ту же разновидность причины то субъективной, то внутренней, то непосредственной причиной либо конкретного преступления, либо пре­ступного поведения, либо деятельности лица, завершающейся преступлени­ем. Под этой причиной понимают или асоциальную и антисоциальную уста­новку¹⁵⁰, или дефекты нормативного сознания¹⁵¹, или криминальную мотива­цию¹⁵². При этом конкретную жизненную ситуацию называют или опосредо­ванной причиной, или объективным условием, или поводом¹⁵³.

Но здесь не указана действительно ведущая внутренняя причина, яв­ляющаяся источником религиозного преступления - это криминогенная ценностная ориентация религиозного преступника. Именно она ведет его к преступлению и содержит в себе все иные мотивирующие силы, подталки­вающие его: асоциальную и антисоциальную установку, дефекты правосоз­нания, криминогенную мотивацию, эмоции, потребности, интересы, мотивы, цели преступления. При этом не обязательно, чтобы все звенья криминаль­ной направленности преступника действовали одновременно или сменяли друг друга. Одни источники преступления, например, эмоции могут как бы

¹⁴⁹См., например: Старков О.В. Введение в криминопенологию.- Уфа: УЮИ МВД РФ, 1997.С.114-139.

¹⁵⁰ Сахаров А.Б. О личности преступника и причинах преступности в СССР.- М.: Юрид. лит., 1961.-279с.

¹⁵¹ Советское государство и право. 1966. №7. С.87-91.

¹⁵² Кузнецова Н.Ф. Классификация причин преступности в криминологии // Вопросы изу­ чения преступности и борьбы с нею. - М.: Всесоюзн. инст-т по изучению причин и разра­ ботке мер предупреждения преступности, 1975.- С. 51-63; и др.

^шСм., например: Криминология/Ред.: В.К.Звирбуль, Н.Ф.Кузнецова, Г.М. Миньковский. -М.: Юрид. лит., 1979. С.61.

151

подминать под себя другие, затормаживая сферу осознания ценностей в цен­ностной ориентации, или вообще исключают их действие, например, анти­социальная установка.

Обстоятельства, содействующие реализации криминальной ценност­ной ориентации, входящие в индивидуальную сферу личности религиозного преступника - это все иные свойства, процессы и состояния как генетиче­ского, так и социально-психологического происхождения, могут быть на­званы внутренними условиями религиозного преступления. И для их уста­новления в принципе необходимо применять различные методы - от биоло­гических, генетических до психологических. Сюда могут быть отнесены воз­растные, половые, психические (психическое заболевание, невротические отклонения, иные), физиологические (тип темперамента, темп и ритм проте­кания физиологических процессов, «критические дни», климакс у женщин и т.п.) и иные особенности (характер, социально-психологические, личностно-психические, нравственно-психологические и прочие качества) религиозного преступника. Они могут и содействовать выпадению отдельных звеньев криминальной ценностной ориентации, затормаживанию их функциониро­вания или, наоборот, - усилению, ускорению. В этом и состоит их влияние на механизм преступного поведения именно как условий, а не причин, являю­щихся, в свою очередь, источниками преступления.

Жизненная ситуация¹⁵⁴ не всегда может быть причиной религиозного преступления. Для этого она должна стать криминогенной, т.е. грозить раз­решиться преступлением, создавать опасность преступления в любой мо­мент. Только в таком случае она и может быть названа внешней причиной религиозного преступления. Типы криминогенных ситуаций, возникающих у религиозных преступников, разнообразны.

См., например: Кудрявцев В.Н. Причинность в криминологии. М., 1968; Антонян Ю.М. Роль конкретной жизненной ситуации в совершении преступления. М, 1973; и др.

152

Внешние условия, как бы сопровождающие совершение религиозных преступлений, являющиеся их необходимыми, а, значит, обязательными спутниками делятся в криминологической литературе, как уже указывалось их называют объективными, на непосредственно способствующие совер­шению преступлений и содействующие наступлению криминальных по­следствий.

Прежде чем перейти к анализу полученных результатов исследования о причинах и условиях религиозного преступления, необходимо сделать не­сколько предварительных замечаний по результатам того же исследования.

Из исследованных 327 членов религиозных объединений 109, т.е. 33,3 %, заявили о том, что они совершали преступления ради веры, причем, нака­заны были по закону всего 1,8 %, а наказаны Богом, по их мнению, 0,9 %. Таким образом получается, что религиозная преступность является ла­тентной на 98,2 %. И это подтверждается данными судебной статистики, исследованными в первом параграфе второй главы - малочисленность со­стояния зарегистрированной религиозной преступности. Кроме того, члены сатанинских сект, а именно они были исследованы, по меньшей мере, на одну треть преступники. Помимо этого, такая высокая латентность свиде­тельствует о том, что преступники, совершающие преступления ради веры, к тому же являющиеся сектантами, чрезвычайно опасны для общества и их трудно привлечь к уголовной ответственности, поэтому исследования рели­гиозных преступлений весьма актуальны. Об этом свидетельствует и их мне­ние об отношении к наказанию за преступление, приведенное в таблице 2.

Таблица 2. Отношение религиозных преступников к возможному наказанию за совершенное преступление

Отношение к наказанию	Удельный вес в %
Надеюсь его избежать	53,2
Мне все равно	41,3
Наказание неотвратимо	5,5
Итого:	100,0

153

Тот факт, что сектанты-преступники указали на то, что они надеют­ся избежать наказания за совершенное преступление, причем более полови­ны преступников, подчеркивает, во-первых, их повышенную общественную опасность, во-вторых, что они недалеки от истины, ибо в течение довольно длительного времени им удавалось избежать наказания и, в-третьих, что необходима специализированная система правосудия, начиная от оператив­ной работы и кончая специальными религиозными судами, причем, их со­трудники требуют специализированной подготовки или переподготовки с обязательным изучением религиоведения, криминотеологии, судебного ре­лигиоведения, оперативно-розыскной деятельности в религиозных объеди­нениях и других специализированных предметов.

Кроме того, почти в половине случаев (41,3 %) они относятся безраз­лично к возможному наказанию, что свидетельствует и о том, что уже было сказано в предшествующих строках, а также о том, что этот показатель хо­рошо вяжется с данными о содержании криминогенной ценностной ориен­тации, когда 45,9 % религиозных преступников были равнодушны к жертве преступления, которое совершили. Поразительное совпадение даже в циф­рах, а не только в принципе может свидетельствовать в целом об образе жиз­ни этих лиц, их ценностной ориентации. Но прежде чем приступить к ее ана­лизу непосредственно, рассмотрим структуру преступности сектантов. При­чем, чисто религиозных составов в уголовно-правовом смысле здесь должно быть не так много.

Анализ структуры латентной преступности сектантов (таблица 3) : 1) Первое место по степени распространенности занимает преступление, предусмотренное ст. 244 УК РФ «Надругательство над телами умерших и местами их захоронения», которое религиозным по действующе-

154

Таблица 3. Структура латентной преступности			сектантов
Преступления, совершенные ради веры (в статьях УК РФ)	Количество преступлений	Удельный вес в % от общего числа	Место в структуре преступности
244	42	38,5	1
228	38	34,9	2
158	11	10,1	3
117	11	10,1	3
243	10	9,2	4
163	9	8,3	5
105	8	7,3	6
161	8	7,3	6
159	7	6,4	7
232	7	6,4	7
131	6	5,5	8
245	3	2,8	9
116	2	1,8	10
222	2	1,8	10
223	2	1,8	10
162		0,9
166		0,9
214		0,9
231		0,9
233		0,9
235		0,9
240		0,9
241		0,9
Итого:	176	159,4	-

2 человека - по человек - по 2

Примечание: 51 человек совершили по 1-му преступлению (29,0 %); 4 преступления (4,5 %); 5 человек - по 3 преступления (8,5 %), 51 преступления (58,0 %).

му уголовному законодательству является только, будучи квалифицирован­ным по мотиву религиозной ненависти или вражды (ст. 244 ч.2 п. «б»). Но то, что это преступление, как правило, религиозное, если оно совершается, т.е. за ним видны не только религиозные мотивы, но обязательная спе­цифическая окраска веры, подтверждает и судебная практика, и анализ ла­тентных преступлений, и опыт как дореволюционного российского законо­дательства, так и зарубежного. Во-вторых, это преступление, если и было первым в череде преступной деятельности сектанта, то оно, как правило, бы-

155

ло не последним, а открывало очередь новых, причем чаще всего более опасных. В-третьих, это преступление является специфическим для са­танинских и прикосновенных к ним (например, «Буду») сект, входит в их ритуалы, является в некотором смысле символическим для них знаком смерти и зла.

Пример А (сектант повествует): «Когда я стал одним из членов общины Вуду, то во время ритуала «крещения» я был обязан совершить что-то, противоречащее христи­анству. Ритуал проходил на кладбище под г. Кашира. Я выбрал вскрытие могилы. В то время, как остальные участники ритуала читали заклинания, я раскопал свежую могилу и вскрыл гроб. В могилу бросили принесенную в жертву курицу, а затем ее закопали. С этого момента я стал полноправным членом общины. В нашей общине я исполняю обязанности «карателя». Мои функции заключаются в защите общины от любого врага. Около 2 лет назад мои единоверцы установили, что о существовании нашей группы узнал какой-то журналист и, найдя кого-то из от­ступников, написал статью в газету. Мне было приказано убрать этого человека. По­лучив от одного из единоверцев адрес и телефон жертвы, я позвонил журналисту и предложил встретиться. Он согласился. Встреча произошла в одном из московских парков. Убедив его, что я тоже поклонник Вуду и хочу порвать со своими единовер­цами, я предложил ему поехать ко мне домой, где у меня якобы хранились аудиоза­писи наших ритуалов. Он согласился. Но привез я его не домой, а на одну из квартир общины. В тот момент, когда он входил в квартиру я выстрелил ему в спину. Так как пистолет был с глушителем, никто ничего не услышал. Затащив тело жертвы в квар­тиру, я вызвал своих единоверцев, а сам, закрыв квартиру, ушел. Как избавились от тела, мне не известно. «Паленое» оружие я выкинул.

В другом случае мне пришлось «ломать» несговорчивого родственника одного из членов общины. Кто-то из жрецов потребовал переписать на его имя квартиру «младшего» единоверца. Тот согласился, но вот этот родственник (жертва) не давал согласие. Поэтому этого мужика привезли к нам на «базу», и я начал его «обрабаты­вать». Сначала я попытался уговорить его на сделку без насилия, лишь угрожал, но так как он не соглашался, то мне пришлось использовать электрошокер. После двух или трех ударов электричества жертва подписала все необходимые бумаги. Чтобы мужчина не заявлял в милицию, я здорово его избил и только после этого его отпус­тили. Денег за свои действия я не получил». 2) Второе место по степени распространенности (34,9 %) занимает

преступление, предусмотренное ст. 228 УК РФ «Незаконные изготовление,

приобретение, хранение, перевозка, пересылка либо сбыт наркотических

средств или психотропных веществ», которое является, во-первых, самым

распространенным и доступным источником дохода этих объединений;

во-вторых, употребление наркотиков входит в ритуал посвящения и в ряд

156

других ритуалов этих объединений; в-третьих, это преступление использу­ется для «привязки» кого-либо к этой религиозной общине.

Пример Б (один из членов секты рассказывает): «В течение длительного време­ни (около 3,5 лет) я выполнял функцию наркокурьера. Так как я ранее работал на железной дороге и хорошо знал один из маршрутов пригородной электрич­ки, мне было поручено перевозить наркотики. Встречая на конечной станции своего связного, я получал от него пакет с героином и вез его в своем багаже в Москву. Так как меня знали многие из персонала вокзала и милиционеры, ез­дящие в поездах, я мог не бояться проверки. Наркотик обычно был запакован в герметичную тару и замаскирован в виде косметики или игрушек. Наркотик я передавал одному из оптовых торговцев, а он расплачивался с моими едино­верцами. В качестве поощрения за это «жрец» доверяет мне принесение жертв. Я люблю, чтобы животное перед смертью помучалось. Мне это доставляет удовольствие. Наркотики я употребляю только во время ритуалов». 3) Третье место по степени распространенности (10,1 %) занимают два

преступления. Сразу же бросается в глаза очень резкий разрыв - в 3,5 раза меньше, чем «наркотические преступления». При этом, одно из них преду­смотрено ст. 117 УК РФ «Истязание». Это преступление специфическое и весьма характерно для сатан истов и к ним прикосновенных. Оно включа­ет в себя одним из обязательных элементов садизм, воспитываемый в сек­тантах и входящий в понятие зла. В соответствии со ст. 15 УК РФ ч.1 этой статьи преступление средней тяжести, а ч. 2, в том числе п. «з» - по мотиву религиозной ненависти или вражды - тяжкое.

Пример В (сектант исповедуется); «Многие из ритуалов Буду требуют крови. Я очень люблю участвовать в кровавых жертвоприношениях. В июне 1998 года я принимал участие в ритуальном истязании провинившегося члена общины. Этот человек стоял в середине специального «круга жертвы», а все присутст­вовавшие били его специальными «плетьми боли». Ритуал должен был помочь ему и нам понять сущность веры. Целью ритуала также являлось кровавое жертвоприношение духам.

В этом же году я ездил за наркотиками в г. Ташкент. Так как на границе у моих единоверцев есть «купленный» пограничник, наркотики я доставил без про­блем. В качестве поощрения мне позволили лично принести в жертву черную курицу. Жертвоприношение заключалось в медленном сжигании птицы на ко­стре».

Пример Г: «Несколько лет назад, уточнять я не хочу, я участвовал в ритуале «кормления тьмы». Во время этого ритуала я и несколько моих товарищей вся­чески издевались над специально приглашенной проституткой. Она не знала, что ее пригласили не для «оказания услуг», а для куда более жестокого развле­чения. В течение нескольких часов все присутствовавшие секли ее специаль­ными бичами и неоднократно насиловали. Как говорят старшие, мучения

157

жертвы доставляют радость не только нам, но и потусторонним силам. После ритуала проститутку вывозили за город и голую оставляли на дороге». Пример Д: «В 1999 году я принимал участие в одном из ритуалов «красной ма­гии». Во время ритуала жертву - девушку, привязав к специальному жертвен­нику, хлестали специальными бичами и под пение «черных» молитв много­кратно насиловали. Жертва ни в коем случае не должна была умереть, но обя­зательно должна была испытывать боль, унижение и страх. Жертва могла быть как добровольной, так и насильственной. После окончания ритуала жертва от­пускалась». Также третье место занимает преступление, предусмотренное ст. 158

УК РФ «Кража», которое является, во-первых, самым распространенным преступлением в стране и не случайно оно и среди сектантов - одно из пер­вых; во-вторых, это преступление сектанты используют также для приобще­ния к членам секты и «привязки» к религиозной группе, в-третьих, оно также является одним из источников дохода преступной организации.

Пример Е (член религиозной группы рассказывает): «В феврале 1998 года «учитель» приказал мне найти 500 долларов. Так как я сам таких денег не имел, я решил украсть их у своего сводного брата. Андрей (брат) занимался бизнесом и имел такие деньги. Наши с ним отношения трудно назвать очень хорошими, но все же он не был против, когда я к нему приходил. Зная, где у него лежат деньги, я вскрыл ящик стола и похитил требуемую сумму. Деньги я отнес «учи­телю». Каких либо последствий моей кражи не было». 4) Четвертое место занимает преступление, предусмотренное ст. 243

УК РФ «Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры». Прежде всего это преступление официально не является религиозным. Во-вторых, в качестве памятников истории и культуры часто, даже в со­ветские времена, признавали религиозные сооружения, чаще всего церкви или иконы. И это подчеркивает опять же религиозный характер преступле­ния. В-третьих, именно в диспозицию данной статьи нами было предложено внести соответствующее изменение в предыдущем параграфе: «истории, культуры и религии...».

Пример Ж (сектант повествует): «Вступив в число слуг дьявола, я был должен доказать свою исключительность. Для этого я был должен как-то повредить христианству. По решению «старших» я пришел в одну из сельских церквей и, воспользовавшись, что людей там было немного, начал ломать иконы. Чтобы мне не помешал священник, его держали двое моих товарищей, а еще двое на­блюдали, чтобы в церковь никто не зашел. После того как я сломал одну или две иконы и повредил вход в церковь, мы все убежали. Где и когда это было, я

158

говорить не хочу. Как мне известно, оскверненная церковь очень старая и счи­тается памятником истории и культуры - архитектуры». 5) Пятое место, и это не случайно, занимает преступление, преду­смотренное ст. 163 УК РФ «Вымогательство», которое является вообще символичным для нашего времени расцвета организованной преступности. По сравнению со всей преступностью против собственности, где оно зани­мает последнее и самое незначительное место¹⁵⁵, в религиозной же - пятое. Прежде всего оно служит источником доходов. Далее, доказывает, что религиозные секты - одна из форм проявления организованной преступ­ности. В-третьих, в некотором смысле вымогательство очень похоже по методам воздействия на истязание, которое специфично для сект (по­казателен пример А, а также следующие).

Пример 3 (сектанты повествуют): «Летом 1997 года я узнал о том, что мой бывший сосед является сексуальным извращенцем и решил получить с этого выгоду. Поставив в известность своих «старших», я вместе с пятью своими единоверцами подкараулил своего знакомого в компрометирующей его ситуа­ции и, получив доказательства его порока, потребовал от него переписать на меня квартиру. Под давлением с нашей стороны мой бывший сосед выполнил мои требования. Позже квартира была продана».

Пример И: «Власть любого из членов общины позволяет нам все, что мы со­чтем необходимым. В 1997 году я, выполняя поручение «старшего», требовал от одного из московских коммерсантов крупную сумму в долларах США. Ком­прометирующим материалом против этого человека было поведение его доче­ри. Получив первоначальный отказ, я передал ему видеокассету, где его дочь была снята в компрометирующей ситуации. Коммерсант не знал, что я снимал изнасилование его дочери, девушка не сопротивлялась, так как была в нарко­тическом опьянении. Часть денег, полученных от этого человека, я оставил се­бе в качестве оговоренного гонорара».

Пример К: «Наша организация маскируется под салон оккультной медицины. Являясь его номинальным владельцем, на самом деле он принадлежит «учите­лю», я обязан часть выручки передавать ему и организации, остальное остается мне лично. Ни я, ни мои помощники не имеем медицинского образования, на­ши услуги этого и не требуют. Основной задачей для меня является «расколка» клиента на компрометирующие сведения о себе и своих близких. Имея такую информацию, я требую от своего клиента крупное денежное вознаграждение за «снятие порчи» и «тому подобную дребедень». В случае отказа платить мои помощники находят клиента вне салона и под угрозой разглашения «его откро­вений» требуют гораздо большую сумму. В Москве таких «салонов» больше десятка».

Преступность и правонарушения. 1998. М.: ГИЦ МВД России, 1999. С.36-37.

159

6) На этом можно было бы закончить, так как приведенная таблица го­ворит сама за себя. Но на шестом месте (7,3 %) находится преступление, предусмотренное ст. 105 УК РФ «Убийство». Оно как бы «венчает» деятель­ность сект, стремление нести зло людям, так как соединяет жизнь со смер­тью, совершается обычно с особой жестокостью (см. пример А, а также сле­дующий).

Пример Л: «Несколько лет назад я участвовал в ритуальном убийстве отступ­ника нашей веры. Как стало известно «старшим», этот человек (жертва) не­сколько раз говорил своим знакомым, что он является сатанистом, но хочет уй­ти из организации. Как оказалось, один из собеседников жертвы тоже был са­танистом и передал своим единоверцам услышанное. После этого жертву об­маном, с помощью его подруги, заманили в ловушку и в бессознательном со­стоянии вывезли за город. Там мы, то есть члены общины, уже ждали этого. Жертва была привязана к дереву. Один из старших объявил этому человеку, что он виновен перед нами и сатаною, после чего все присутствующие, в том числе и я, по разу ударили жертву ритуальным ножом. Как потом сказал стар­ший, «душа отступника никогда не найдет успокоения». Затем уже мертвое те­ло «предателя» сожгли и закопали. Место и время я помню, но не хочу гово­рить». 7) Из анализа таблицы следует, что преступления, предусмотренные ст.

136, 148, 239, 282, 357 УК РФ, отнесенные к религиозным в уголовно-правовом смысле, в таблице не фигурируют. Во всяком случае, они в этом не сознавались прямо или просто не понимали, какое преступление совершали. Вместе с тем, многие преступления, ими совершенные, подпадают под дей­ствие ст. 239 УК РФ, так как ряд из признавшихся «учителей» может быть обвинен в создании религиозного объединения, посягающего на личность и права граждан, в руководстве его деятельностью, а часть «учеников», «сол­дат», «рабов» - в участии в деятельности этого объединения, в пропаганде его деяний (например, надругательство над могилой в ряде случаев оставляет следы пропаганды). Кроме того, можно найти и признаки состава - возбуж­дения религиозной вражды (ст. 282 УК РФ) - в частности, пропаганды ис­ключительности сатанистов и неполноценности православных - на это на­правлена вся их деятельность, их криминальная ценностная ориентация. Не­которые могут быть квалифицированы как воспрепятствование совершению

160

религиозных обрядов (ст. 148 УК РФ) - см. пример Ж. И большинство из них посвящены воспрепятствованию деятельности православной церкви.

Рассмотрим принадлежность проинтервьюированных к религии, секте, страте.

12,8 % заявили, что они исповедуют язычество, а 87,2 % - сатанизм. При этом к язычникам отнесли себя поклонники древнеафриканской религии Вуду, которые очень близки к сатанизму, поскольку проповедуют «поклоне­ние духам», а из них выбирают «духов смерти», в частности, поклонение ба­рону кладбища Самеди.

Таблица 4. Принадлежность к сектам

Наименование секты	Удельный вес в %	Место по Распространенности
«Гости из преисподней»	18,3	1
«Дети ночи»	16,5	2
«Слуги Азазеля»	12,8	3
«Самеди» (вид Вуду)	12,8	3
«Черная звезда»	10,1	4
«Восставшие из ада»	9,2	5
«Тень властелина, тени»	8,3	6
«Черный ангел»	6,4	7
«Симаргл»	4,6	8
«Бледные люди» (вампиры)	0,9	9
Итого:	99,9	10 сект

Из всех этих сект самой распространенной является сатанинская -«Гости из преисподней», составляющая 18,3 %. Самой ортодоксальной и опасной (из исследованных) - «Черный ангел», составляющая 6,4 %. В жиз­ни есть и более опасные секты, например, «Волки», отличающиеся крайней беспредельностью, расчетом исключительно на самого себя, безжалостно действующие среди людей по правилу выживаемости, не включенная в ис­следование исключительно из принципа безопасности исследователя. Кроме того, эта секта и менее всего распространена, не является «чисто» сатанин­ской.

161

Таблица 5. Принадлежность к касте

Страта сектанта	Удельный вес в %	Место по Распространенности
«Воин» или «солдат»	30,3	1
«Ученик»	27,5	2
«Раб»	24,8	3
«Учитель»	7,3	4
«Старший или продвинутый ученик»	6,4	5
«Жрец»	3,7	6
Итого:	100,0	6 каст

Данные о принадлежности к касте в основном отражают реальную

структуру сатанинских и языческих сект, за некоторыми исключениями. В реальности «рабов» обычно больше, чем иных категорий, «солдаты» по сте­пени распространенности находятся на втором месте, «ученики» - на треть­ем, а «учителя» - на четвертом. «Старшие или продвинутые ученики» нахо­дятся ближе к «ученикам», а «жрецы» - к «учителям», а те и другие - нахо­дятся как бы между ними. С точки зрения исследования «рабы» не особо ин­тересны, но были включены в анализ для отражения реальной структуры секты. Кроме того, «учителя» тяжело идут на контакт, только, если чувству­ют «своего», сатаниста, подвергают проверке, очень опасны, трудно интер­вьюируемы и тестируемы. Зато полученные результаты весьма интересны. «Учителя» являются организаторами и руководителями не только самих сект, но и всей их преступной деятельности. Эти данные необходимо учиты­вать при интерпретации результатов исследования.

«Учителя» повествуют (пример М) : «Мое личное участие в акциях моих под­чиненных не обязательно, однако их действия требуют контроля. Преступле­ния, совершаемые членами сатанинских организаций, имеют двойную цель. Материальная выгода или устрашение, а также компрометирующий материал о самих исполнителях. Количества преступлений, совершенных моими подчи­ненными, я уже не помню. В период с 1994г. по 1999г. я лично контролировал такие преступления как перевозка и продажа наркотиков (в отдельных случаях выступая посредником), а также проведение ритуалов посвящения и «коммер­ческих» ритуалов. Чаще всего местом проведения ритуалов служили кладбища и подвалы частных домов. Одним из элементов любого ритуала является про­литие крови и осквернение символов христианства».

162

Пример Н: «5 ноября 1997 года я проводил инициацию двух новых членов на­шего ордена. Сам обряд проходил у меня дома, в подвале. Там, на могильной плите, украденной по моему приказу с какого-то кладбища, была принесена в жертву кошка и ее кровью отмечены неофиты. Сам обряд проходил при свечах и песнопениях и должен был символизировать отречение этих молодых людей не только от бога, но и от жизни, что, естественно, им не объяснялось. Второй целью ритуала было психическое порабощение этих парней посредством при­учения их к употреблению наркотиков, что также входило в ритуал. Одним из обязательных условий их членства в моей организации была передача всего имущества на мое имя. Опасений по поводу своих действий я не испытывал, так как был уверен, что никто из участников такого рода ритуалов не посмеет о них ничего рассказать».

Пример О: «Физическое устранение «источника проблем», не самый эффектив­ный метод, однако иногда к нему приходится прибегать. В 1999 году по моему приказу был «устранен» один из журналистов слишком заинтересовавшихся «нашей проблемой». Этот человек «раскопал» несколько фактов незаконного обмена квартир». Приступим к анализу индивидуальных причин и условий религиозного

преступного поведения.

Таблица 6. Шкала ценностей религиозных преступников

Ценности, ради которых совершаются преступления сек­тантами, по их мнению	Место в шкале ценностей	Степень распро­страненности ценностей в %
Зло, тьма, Дьявол	1	69,7
Вера	2	54,1
Деньги	3	38,5
Власть	4	31,2
Ощущение превосходства над окружающими меня людьми	5	19,3
Соблюдение традиций исповедуемой религии	6	11,9
Авторитет среди единоверцев	7	4,6
Разрешить конфликтную ситуацию	8	3,7
Спиртное, наркотики, сильнодействующие вещества	9	2,8
Свобода	10	1,8
Сексуальная потребность	10	1,8
Добро, свет, Бог	10	1,8
Переоценка ценностей	11	0,9
Не могу пояснить	11	0,9

Внутренней причиной является криминогенная ценностная ориентация,

содержание которой составляет прежде всего шкала ценностей преступни­ков-сектантов, представленная в таблице 6.

163

Но оценить и проинтерпретировать эти результаты лучше после приведе­ния еще одной таблицы, посвященной эмоциональному отношению к жертве преступления.

Таблица 7. Эмоциональное отношение к жертве преступления

Какие чувства Вы испыты­ваете по отношению к жерт­ве преступления	Удельный вес в %	Место в шкале ценностей
Равнодушие	45,9	1
Неприязнь, презрение	19,3	2
Озлобленность	16,5	3
Гнев	16,5	3
Обладание душой жертвы	15,6	4
Ненависть	13,8	5
Страх	5,5	6
Неудовольствие	2,8	7
Отсутствие сопереживания	2,8	7
Итого:	138,7	9 эмоций

Примечание: при этом наблюдалось сочетание гнева и озлобленности в 16,5 % случаев, равнодушия и отсутствия сопереживания - в 2,8 %, равнодушия и стремления к обладанию душой жертвы - в 15,6 %, ненависти и страха - в 3,7 %.

Поражает очень большой разрыв между первой ценностью и эмоцией и последующими. При этом, и это понятно, учитывая контингент, над всеми ценностями, ради которых совершались ими преступления возвышается «зло, тьма, дьявол» вместе, естественно, с «верой» в это, и стремление к об­ладанию этой ценностью сочетается с равнодушием к жертве преступления, и это видно, если вернуться к большинству уже приведенных нами приме­ров. Стремление к постижению зла, тьмы, дьявола при совершении подав­ляющего большинства преступлений в принципе включает в себя равноду­шие к жертве, которая для сектанта является обезличенной, даже если это близкий человек, сотоварищ по вере. Это видно при совершении сектантами истязаний, убийства своих же товарищей во исполнение ритуала соединения с дьяволом (примеры В, Г, Д, Л и др.). Учитывая преобладание этой мотива­ции - такого сочетания ценности и чувства безразличия, убеждает нас в том, что как такового мотива религиозной ненависти или вражды при соверше­нии насильственных преступлений и надругательства над могилой, в этих

164

случаях нет. Поэтому должен быть введен такой квалифицирующий признак как совершение в качестве ритуала религиозного объединения преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 105, 111, 112, 117, 244 УК РФ.

Каждого третьего сектанта при совершении преступления привлекали или деньги, или власть. Причем, власть они понимают широко - это не столько стремление к государственной власти (стать депутатом, мэром, гу­бернатором и т.п.), хотя и это тоже встречается, особенно среди касты «учи­телей» и «жрецов», имеющих ученые степени и звания, но сюда включается и обладание душой жертвы, возвышение над ней посредством совершения преступления. Кроме того, стремление к власти сочеталось с ощущением превосходства над окружающими людьми. В примере И сектант заявляет «Власть любого из членов общины позволяет нам все, что мы сочтем необ­ходимым...». Именно это и привлекает треть сектантов, и они готовы совер­шить любое преступление, лишь бы только не потерять ощущение власти. При этом никакого значения не имеет, какое преступление нужно совершить - корыстное, насильственное, политическое, сексуальное и т.п. В этом отно­шении полное равнодушие.

Корыстная мотивация более характерна для представителей высших каст - «учителей» и «жрецов». Это хорошо видно из их «исповедей» (приме­ры М, Н, О и др.).

Пример П: «Каждая из организаций, подобная моей, не просуществовала бы и месяца, если бы не сверхдоходы от человеческой глупости». Кроме обычной «черно-магической мишуры», мои люди снабжают меня средствами за счет грабежей, вымогательства, торговли и перевозки наркотиков, а также содер­жания наркопритонов. Сатанизм лишь средство контроля». И это понятно, так как «вершин» сатанизма они уже достигли, облада­ют экстрасенсорными методами воздействия на людей - каждый из них в большей или меньшей мере, во всяком случае, хотя бы одним из этих мето­дов они владеют в совершенстве, иначе не достигли бы лидирующего поло­жения в своей секте. Поэтому, имея в своих руках и под контролем такую

165

сильную организацию, они способны организовывать и руководить сверше­нием тягчайших преступлений, и это еще полбеды - корыстные преступле­ния. По степени опасности их не сравнишь, например, с ритуальными убий­ствами. Хотя «наркотические» преступления, учитывая их распространен­ность и то, что религиозные объединения чаще всего совершают именно их, весьма опасны для общества. Ну, и их совершение соответствует основному, ведущему мотиву - «Зло, тьма, Дьявол», ибо приобщение к наркотикам все большего количества людей соответствует, по их убеждениям, пожеланиям сатаны.

На пятом месте по степени распространенности находится «ощущение превосходства над окружающими меня людьми», которое проявляется в ка­ждом пятом преступлении и является также специфическим для сектантов мотивом. Ощущение превосходства над окружающими людьми, как уже ука­зывалось, связано со стремлением к власти. Но, кроме того, эта ценность -проявление и действительного превосходства вследствие обладания рядом необычных способностей, материального благополучия у представителей высших каст. Далее, эта ценность может быть и мнимой, когда превосходст­ва-то и нет, но, например, «раб», «солдат» стремится к этому, наблюдая «учителей». Эта ценность связана с эмоциями «презрение, неприязнь» и ча­ще именно в этом сочетании фигурирует.

Соблюдение традиций исповедуемой религии сочетается обычно с ве­рой, со «злом, тьмой, дьяволом» и соответствует задававшемуся вопросу о том, совершали ли они когда-либо преступление ради веры. И было бы труд­но объяснимым, если бы эта ценность не фигурировала. Остальные ценности распространены незначительно.

Из эмоций на третьем месте находятся в равной степени озлобленность и гнев. Более того, они обычно взаимодополняют друг друга и встречаются только вместе. Это и понятно, так как и та, и другая эмоции недлительного

166

действия, кратковременно протекающие, но зато обладающие большой си­лой воздействия над человеком, как правило, сужая сферу сознания и обыч­но образуют состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта). Подобное не приветствуется в сектах, считается проявлением слабости и характерно для представителей низших каст. Проявляется чаще всего при совершении насильственных преступлений.

Ненависть, находящаяся на пятом месте, проявляющаяся более чем в каждом десятом случае, является сильным, длительно действующим чувст­вом, но не затеняющим сферу сознания, а скорее обостряющим ее. Нена­висть поэтому сочетается с верой в дьявола, ибо проявляется при соверше­нии преступления против христианства. И в этом случае является квалифи­цирующим признаком преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 105, 111, 112, 117, 244 УК РФ и совершаемых по мотиву религиозной ненависти. То, что ненависть в 3,7 % случаев сочеталась со страхом, не является типичным для религиозных преступлений, вместе с тем, подчеркивает, что и сатанисты то­же люди и им свойственны и человеческие слабости. Кроме того, ненависть проявляется по отношению к христианской религии и ее носителям, а страх - относительно лидеров секты, «контролеров». И тогда это сочетание тоже объяснимо.

Приступим к анализу индивидуальных внутренних условий религиоз­ных преступлений.

Таблица 8. Образование религиозных преступников

Вид образования	Удельный вес в %
Нет образования	0,9
Начальное	0,9
Неоконченное среднее	2,8
Среднее	31,2
Неоконченное среднее профессиональное	1,8
Среднее профессиональное	22,9
Неоконченное высшее профессиональное	18,3
Высшее профессиональное	21,1
Итого:	99,9

167

Поражает очень высокий уровень образования религиозных преступ­ников по сравнению со всеми преступниками, хотя можно наблюдать в це­лом рост образовательного уровня преступников, правда, речь здесь идет об осужденных, а религиозные преступники осуждаются крайне редко.'^Во-вторых, 64,2 % религиозных преступника имели профессиональное образо­вание разных видов, причем, 62,3 % или оконченное среднее профессио­нальное, или неоконченное, или оконченное высшее. Это доказывает, что практически любая профессиональная подготовка содействует как вступле­нию в различного рода секты, т.е. характеризует людей «ищущих», так и со­вершению ими преступлений. Кроме того, свидетельствует о довольно высо­ком их интеллектуальном уровне. Отсюда, в-третьих, это повышает их опас­ность для общества, о чем свидетельствует и поразительно высокий уровень латентности религиозной преступности. Это подтверждают и иные данные. Кроме того, 18,3 % религиозных преступников - студенты высших учебных заведений, т.е. почти каждый пятый. Иначе говоря, значительное количество - это лица молодежного возраста, т.е., с одной стороны, еще недостаточно социально зрелые, конформные, а - с другой - имеющие довольно высокий интеллектуальный потенциал и профессиональные познания.

О направленности профессионального образования - таблица 9.

Таблица 9. Профессиональное образование религиозных преступников

Характер профессионального образования религиозных преступников	Удельный вес в %
Техническое	55,7
Педагогическое	14,3
Юридическое	7Д
Филологическое	2,9
Экономическое	8,6
Естественных наук	2,9
Спортивное	8,6
Итого:	100,1

Таким образом, преобладающим является техническое образование. Прежде всего в наше время это не очень престижное образование, если толь-

'Преступность и правонарушения. 1994-1998. М.: ГИЦ МВД России, 1999. С. 160; и др.

168

ко это не компьютерное. Вместе с тем, все они или очень хорошо знают ком­пьютер, или имеют о нем неплохие познания, во всяком случае, на тест 16-ти Факторный опросник Р. Кэттелла они отвечали только на компьютере, и это было их условие проведения исследования. Кроме того, техническое образо­вание свидетельствует о хорошем знании математики, а, значит, и о высоком уровне абстрактного мышления религиозных преступников. С умным «вра­гом» всегда бороться тяжелее, прежде всего правоохранительным органам.

Почти каждый десятый имеет спортивное образование. Вообще это ха­рактерно для организованной преступности, по меньшей мере, для ее «бое­виков». Это же примечательно и для «солдат» религиозных объединений, которых подбирают «учителя» для своих целей - совершения вымогательст­ва, грабежей, «наркотических» и других преступлений.

Экономическое и юридическое образование - дань времени, мода. Вместе с тем, свои юристы и экономисты нужны религиозному объедине­нию, осуществляющему преступную и экономическую, на грани преступле­ния, деятельность в значительных масштабах. И, надо сказать, что действуют они более умело и профессионально, нежели чем сотрудники органов уго­ловной юстиции, наверно, еще и потому, что кроме обычного юридического и экономического образования, они имели и специальную, сатанинскую под­готовку, включающую обучение восточным единоборствам, методам ок­культной медицины, без медицинского образования (см. пример К).

Таблица 10. Наличие ученой степени или звания у религиозных преступников

Наличие ученой степени или звания	Удельный вес в %
Нет	91,7
Кандидата наук	3,7
Доцента	4,6
Доктора наук	2,8
Профессора	2,8
Итого:	105,6

Примечание: в 5,6 % случаев имеют одновременно и ученую степень, и ученое звание.

169

Не случайно некоторые из религиозных преступников имеют ученые степени и звания, о чем свидетельствует таблица 10. При этом каждый деся­тый имеет ученую степень и ученое звание. Это чрезвычайно высокий пока­затель, не характерный даже для самых «интеллектуальных преступников» -экономических, компьютерных и пр. И этот показатель подтверждает то, что было написано нами ранее. При этом 85,7 % из обладателей ученой степени или звания, имеют их по гуманитарным наукам, 14,3 % - по техническим. Возможно, мы этого не исключаем, что данные об уровне образования могли быть некоторыми респондентами завышены, хотя при наличии возможности эти сведения проверялись.

Другим социально-демографическим показателем, характеризующим личность религиозного преступника, является его семейное положение. Этот показатель мы относим к внутренним условиям, так как важным, особенно для данного контингента, является не столько факт внешнего наличия или отсутствия семьи, сколько внутреннее восприятие этого.

Таблица 11. Наличие семьи у религиозных преступников

Есть ли семья?	Удельный вес в %
Да, жена (муж)	18,3
Да, жена (муж) и дети	10,1
Да, мать (отец)	11,9
Да, мать (отец), брат (сестра)	11,9
Сожительница и ее дети	9,2
Я считаю, что у меня нет семьи	38,5
Итого:	99,9

Сама постановка вопроса и ответ: «Я считаю, что у меня нет семьи» более, чем в каждом третьем случае, весьма специфична для религиозных преступников. По другим объективным данным было известно, что у ряда респондентов обязательно кто-то был из близких родственников, но они счи­тали, что семьи у них нет. А на дополнительный вопрос в нестандартизиро-ванном интервью об этом, они неизменно, независимо друг от друга отвеча-

170

ли: «Если у меня и есть семья, то это мой «учитель» и моя секта». Данный показатель лучше всяких иных показывает, на сколько сектант привязан, за­висим от секты и прежде всего от своего «учителя», даже если он сам уже находится в этом ранге. Он свидетельствует также о высоком уровне кон­формизма этих лиц и объясняет, почем практически все они безоговорочно выполняли распоряжение «учителя», независимо от того, какое преступле­ние надо было совершить, даже в отношении своего близкого родственника. Это очень характерно для сектантов. Кроме того, жену (мужа), сожительницу имели всего лишь треть сектантов. Остальные указывали на мать (отца), братьев (сестер) и трудно сказать, что они под этим имели в виду - ведь в ка­честве отца своего многие из них признают не родного отца, а своего «учи­теля», а в роли братьев и сестер выступают другие сектанты.

На вопрос о том, имеют ли они какие-либо хронические заболевания всего 0,9 % назвали алкоголизм, а 3,7 % - наркоманию. Более никаких других болезней они не называли, что, кстати, свидетельствует о высоком уровне их, во всяком случае, соматического здоровья, чего нельзя сказать о их психике и нервной системе, но они этого назвать не могли, поскольку не смогли бы просто диагностировать. То, что всего 3,7 % назвали наркоманию, с одной стороны можно признать заниженным показателем, учитывая то, что все они когда-либо, но проходили приобщение к секте через употребление наркоти­ков. Кроме того, их «учителя» заинтересованы (об этом свидетельствуют примеры) в их наркотической, а, значит, и в личной от них зависимости. Но, как наличие психического, так и примыкающего к ним заболевания нарко­мании, они или не могут диагностировать, или просто не признают, как по­давляющее большинство психически больных и наркоманов.

Приступим к анализу данных, полученных при помощи 16-ти Фактор­ного вопросника Р. Б. Кеттэлла (см. таблицу 12). При среднеарифметическом подсчете было выявлено пять первичных и ни одного вторичного фактора

171

(данные по остальным факторам -усредненные, которые в большинстве ин­терпретаторов не берутся в расчет).

Таблица 12. Личностные качества по 16-факторному вопроснику Р. Кеттэлла

Факторы	Личностные качества религиозных
	преступников (средние стены)
А	5,99
В	4,77
С	4,15
Е	5,33
F	5,0
G	3,75
Н	5,41
J	6,15
L	5,62
М	6,55
N	4,43
О	6,87
Q1	5,52
Q2	5,66
Q3	5,27
Q4	5,96
F1	6,41
F2	5,25
F3	5,24
F4	6,02

Некоторые предварительные замечания. Прежде всего получены по

всем показателям тенденции, т.е. нет ярко выраженных качеств. Это может быть объяснено следующим. Во-первых, тем, что среди обследованных религиозных преступников попадаются люди с противоположными личностными свойствами, но все же преобладают лица с каким-либо одним полюсом фактора. Причем, конкретные лица, по отдельности, не в группе могут иметь и ярко выраженные качества. Конечно, должны прежде всего отличаться данные "учителей" и "рабов".

Во-вторых, это люди в большей степени невыразительные, неприметные, как бы "серые мышки" за счет прежде всего некоторого преобладания "рабов" и "солдат" (55,1 %). Среди них наверняка нет ярко выраженных лидеров преступного мира - "воров в законе" или просто

172

сильных авторитетов, хотя "учителя" и некоторые "жрецы" "дадут фору" и этим, самым сильным авторитетам, учитывая и то, что они обычно не попадают в поле зрения органов уголовной юстиции, "воры в законе", прежде всего "старые", должны "пройти через крытую", т.е. тюрьму.

В-третьих, следует учитывать и то, что большинство из них имеют вы­сокий интеллектуальный потенциал, профессиональное техническое образо­вание, заполняли тест на компьютере и таким образом могли повлиять на ре­зультаты, во всяком случае, на получение очень большого количества усред­ненных факторов, не берущихся в обработку.

Приступим непосредственно к анализу полученных, значимых данных. Используем разные интерпретаторы этих свойств, прежде всего полученных самим Р. Кеттэллом. Эти данные заключаются в следующем: С - 4,15; G -3,75; М - 6,55; N - 4,43; О - 6,87 (см. таблицу 12). Подобное может означать.

Фактор С - 4,15 стен доказывает, что прежде всего это лица эмоцио­нально неустойчивые, нестабильные. Имеют низкий порог в отношении фру­страции, т.е. это слабая терпимость к переживанию растерянности, беспо­койства, вызванных препятствиями-фрустраторами, иногда стрессорами. При расстройстве может потерять равновесие. Переменчив в отношениях и неустойчив в интересах. Уклоняется от ответственности, имеет тенденции уступать, но иногда для того, чтобы ударить неожиданно, исподтишка. Избе­гает необходимости, требований реальности. В наличии невротические сим­птомы (фобии, нарушения сна, психосоматические расстройства и др.), ха­рактерные для всех форм невротических и некоторых психопатических рас­стройств. Это анализ всего лишь одного фактора С, его низких показателей, причем, не выраженных, а тенденций. Эмоциональная неустойчивость со­действует проявлению прежде всего насильственной криминогенной ценно-

¹⁵⁷ Cartel R.B.: The scientific analysis of personality. Harmondswoth, Penguin, 1965.-133p.; Cartel R.B., Eber H.W., Tatsuoka M.M. Handbook for the sixteen personality factor questonnaire /16 PF/.Champaign, Illinois, 1970.-120p.

173

стной ориентации личности, причем это насилие может проявиться не обяза­тельно в форме физического (убийство, истязание и др.), хотя и этот вид на­силия существует в 24,7 %, т.е. в каждом четвертом преступлении; кроме то­го и особенно, в имущественном насилии с религиозным оттенком (надруга­тельство над телами умерших, вандализм и др.) - в 51,4 % (половина); в ко­рыстно-насильственных (вымогательство, разбой и др.) - в 16,5 %, т.е. в 92,6 % случаев, а также и в других совершенных ими преступлениях. Более того, это свидетельствует и о том, что эти лица испытывали часто воздействие на себе фрустрационных ситуаций разного содержания, скорее всего религиоз­ного, создаваемых «учителями». При этом чаще всего эти ситуации не раз­решались сразу, да и не могли разрешиться, так как «рабы», «солдаты», «ученики» оставались в секте и не могли оттуда уйти по собственному жела­нию, а ведь это тоже длительная фрустрационная ситуация. «Учителя» «при­вязывали» их к секте наркотиками, совершенными ими преступлениями, а потому они отягощались, вызывая, в свою очередь, усиление невротических и психопатических проявлений. Всякого рода аномалии - типичная черта сектантов. А эти психические, даже пограничные состояния способствовали совершению ими преступлений, причем, таких неспецифических как надру­гательство над телами умерших, жестокое обращение с животными, истяза­ние и прочих, доставлявших им удовольствие (примеры А, Б, В, Г, Д, М, Н).

Фактор G - 3,75 стен свидетельствует о слабом суперэго, слабой совес­ти. А слабое суперэго по 3. Фрейду¹⁵⁸ всегда нуждается в защите, в значи­тельной степени повышает агрессивность человека как специфическую фор­му активности, что способствует совершению насильственных преступле­ний, которые, как уже указывалось, в структуре латентной религиозной пре­ступности занимают всегда большую часть, не менее трех четвертей. Кроме того, данное свойство означает негативную нормативную ориентацию, избе-

174

гание данным человеком правил, обязательности, негативную ориентацию к социальной группе вообще. Этот человек может быть свободен от влияния группы, но не свободен от влияния конкретных людей, т.е. это не исключает личную привязанность к «ученику», «жрецу», а чаще всего «учителю», бес­прекословное выполнение любых их приказов. Характерна тенденция к не­постоянству цели. Это усиливает ранее выявленное нами качество эмоцио­нальной нестабильности, а, значит, опять же предрасположенность к невро­тическим и психическим заболеваниям.

Фактор М - 6,55 свидетельствует, что это человек с развитым творче­ским воображением, поглощен своими идеями, интересуется искусством, ув­лечен внутренними иллюзиями. Легко приводится в восторг, неуравновешен. Склонен к неприятному для окружающих поведению (не каждодневному), неконвенциональный, не беспокоится о повседневных вещах. Самомотиви­рованный. Обращает внимание на «основное» и забывает о конкретных лю­дях и реальностях. Изнутри направленные интересы иногда ведут к нереали­стическим ситуациям, сопровождающимися экспрессивными взрывами. Ин­дивидуальность может привести его отвержению в групповой деятельности. Импульсивность в экстремальных ситуациях, отсутствие склонности к ус­ловным соглашениям, договорам. Иногда возникают эмоциональные вспыш­ки вследствие попадания в нереалистические ситуации. Данный фактор хо­рошо соотносится с факторами С и G и показывает, что эмоциональная не­устойчивость проявляется не всегда, это не постоянное качество личности, а только в сложных ситуациях, а, значит, в криминогенных - точно. Отверже­ние его группой в совместной деятельности означает, с одной стороны, что «учитель» управляет не всей группой, сектой, а отдельными ее членами, для которых его приказы, поучения являются главными, определяющими их по­ведение. С другой стороны, «солдаты», «рабы», «ученики» в своей деятель-

Фред 3. Психология бессознательного: Сб. произведений/ Сост., науч. ред., автор

175

ности и помыслах подчиняются только одному «учителю», а ни в коем слу­чае всей секте. В ее совместных ритуалах они только участвуют, но по при­казу «учителя». Иначе говоря, сочетание этих трех факторов показывает, что секта именно духовно не сплочена, несмотря на веру в сатану каждого из них по отдельности, совместной веры, как в традиционных религиях, нет, нет и ценностей, значимых для группы в целом, т.е. можно констатировать отсут­ствие сплоченности или ее очень низкую степень.

Фактор N - 4,43 очень близок к усредненному. Вместе с тем, и это оз­начает некоторую степень прямоты, естественности, внешней бесхитростно­сти и наивности, искусственной сентиментальности, что привлекает к нему людей, заставляет ему доверять и облегчает совершение мошенничества и некоторых других преступлений. Кроме того, повышает степень доверия к нему со стороны адептов. Но он может быть иногда грубоватым, резким, бестактным. Иногда эмоционально недисциплинирован. Простые вкусы, от­сутствие проницательности, неопытность в анализе мотивировок, довольство имеющимся более характерно для «рабов», «солдат», некоторых «учеников». Этот фактор также неплохо сочетается с предшествующими - с эмоциональ­ной неустойчивостью, слабым суперэго, подчеркивает эмоциональную не­дисциплинированность в сложных, криминогенных ситуациях, возможность реализоваться ее и в насилии. Некоторым образом этот фактор исключитель­но в сочетании с тремя предшествующими может свидетельствовать и уси­ливать склонность данных лиц к проявлению невротических и психотиче­ских симптомов.

Фактор О - 6,87 свидетельствует о тревожности, склонности к чувству вины, беспокойству, озабоченности, подавленности, которые скрывает. На­ходится во власти настроения. Данное обстоятельство свидетельствует о тес­ной связи данного качества с эмоциональной неустойчивостью, слабым су-

вступ. ст. М.Г. Ярошевский. М.: Просвещение, 1989. С. 346-439.

176

перэго и мечтательностью. Кроме того, данный человек находится в депрес­сии, ипохондрик. У него преобладают мрачные предчувствия, настроения. Значит, он пессимистичен. Это свойство усиливает склонность данного субъекта к психическому заболеванию, более того уже доказывает в сочета­нии с предшествующими то, что оно у него есть. Единственно, что данная методика не позволяет выявить, какое это заболевание. Как психическое рас­стройство само по себе, так и тревожность могут содействовать совершению им преступлений, связанных и с надругательством над могилой, наркотика­ми, ритуальным убийством и истязанием, а также с любыми прочими, имеющими сатанинско-религиозную окраску. Тревожность может свиде­тельствовать и о тяжелом грузе преступлений, и грехов перед людьми, кото­рые данные люди искупать не хотят. Кроме того, с одной стороны, тревож­ность может содействовать всяческим тенденциям уйти из секты, но в то же время ритуалы убийства тех, кто пытался это сделать, неизбежность распра­вы над ними их удерживают и усиливают состояние тревожности. С другой стороны, это содействует поиску самых разнообразных средств снятия де­прессивного состояния, источников и путей добычи алкоголя, наркотиков, иных сильнодействующих средств. Временное облегчение же, испытанное лицом еще более подстегивает к поиску все новых средств, содействует уве­личению дозировки, частоты употребления. Толкает к зависимости от людей, могущих содействовать приобретению этих средств, а возможности такие имеют прежде всего «учителя». Круг замыкается. Депрессия и тревожность усиливаются, психические расстройства отягощаются.

В этом смысле интерес представляют выявленные Ж. Пинателем в русле его теории опасного состояния, как он их назвал, криминальные качества: "Эгоцентризм, лабильность, агрессивность, аффективность, безразличие составляют центральный стержень преступной личности, а

177

следовательно, ее криминальных способностей или темибильности". Эти "криминальные качества" ничто иное как психические свойства преступников, не являющиеся внутренней причиной религиозного преступного поведения, т.е. они не входят в криминальную направленность личности, но могут быть внутренними условиями, содействующими преступлению. Именно такую функцию они и выполняют.

Приступим к анализу внешней причины религиозного преступного по­ведения, в качестве каковой выступает криминогенная ситуация, а за основу ее структуры взята концепция, предложенная в работах Старкова О.В.

Таблица 13. Виды криминогенных ситуаций

Какая ситуация подтолкнула Вас к тому, чтобы преступить уголовный закон?	Удельный вес в % относительно об­щего количества исследованных	Шкала распро­страненности
Управленческая, с вышестоящим руководством	52,3	1
Религиозная, с участием верующих	49,5	2
Коммерческая	34,9	3
Конфликтная	23,8	4
Провокация со стороны потерпевшего	20,2	5
Религиозная, с участием неверующих	20,2	5
Итого:	200,9	6 видов

Примечание: при этом наблюдалось сочетание двух типов ситуаций - управленческой, с вышестоящим руководством (секты) и религиозной, с участием верующих - в 47,6 %; а криминогенной религиозной, с участием неверующих и провокации со стороны потер­певшего - в 18,3 %; 71,0 % совершили более одного преступления.

Как видно из таблицы 13, самая распространенная криминогенная си­туация - это управленческая, с вышестоящим руководством секты — тем или иным «учителем». Проще говоря, приказ или указание или ненавязчивая просьба, что они мягко назвали «убеждением». И, конечно, это ситуация ре­лигиозная с участием верующих, с одной стороны, «учителя», «жреца», реже «ученика», а с другой - «солдата», «раба», реже «ученика» и «жреца», но в вертикали подчинения обязательно. Степень распространенности этой кри-

Pinatel J. La Criminologie. Paris, 1969. P.158-163; Кузнецова Н.Ф. Современная буржуаз­ная криминология. -М.: Изд-во Моск. ун-та, 1974. С.59-63; Иншаков СМ. Зарубежная криминология. -М.: ИНФРА • М—НОРМА, 1997. С.140-149.

178

миногенной ситуации показывает характер действия криминальных сект, ко­гда их исключительно создают и ими руководят «учителя». Поэтому или не­достатки конструирования ст. 239 УК РФ, или отсутствие специализирован­ных органов уголовной юстиции, или некомпетентность действующих, или их коррумпированность (секты за счет большого оборота «наркотических» и иных преступлений недостатка в средствах не испытывают) делают уголов­ное законодательство относительно религиозных преступлений крайне не­эффективным, а саму преступность латентной. При этом «солдаты» или «ра­бы» редко совершают преступления по собственной инициативе - только ес­ли ситуация провоцируется потерпевшим, и она религиозная с участием не­верующих. Так называемая коммерческая ситуация тоже, конечно, управля­лась «учителями» и приносила большие доходы секте, ее «учителям» и не­значительные - «рабам» и «солдатам». Таблица 14. Количество субъектов - участников криминогенной ситуации

Количество субъектов криминогенной ситуации	Удельный вес в %
Один (одна)	0,9
Два (двое)	7,3
Три (трое)	14,7
Более трех	77,1
Итого:	100,0

Анализ этой таблицы показывает, что криминогенных ситуаций с уча­стием одного субъекта практически нет. Зато самая распространенная - бо­лее трех четвертей, ситуация с участием более трех субъектов. Это кримино­генные ситуации религиозные, с участием и верующих и неверующих. За­вершаются они также в большинстве случаев участием большого количества соисполнителей очередного ритуала, кровавой или сексуальной и кровавой одновременно оргии, о чем свидетельствуют многочисленные примеры.

Старков О.В. Введение в криминопенологию. Уфа: УЮИ МВД РФ, 1997.-155с.

179

Таблица 15. Шкалирование объектов криминогенной ситуации
Ценности, вокруг которых концентрировалась ситуация	Место в системе объектов	Удельный вес в % относи­тельно субъ­ектов
Зло, тьма, Дьявол	1	60,6
Вера	2	52,3
Деньги	3	37,6
Власть	4	31,2
Отношения с окружающими меня верующими людьми	5	14,7
Авторитет среди единоверцев	6	10,1
Традиции исповедуемой религии	7	6,4
Добро, свет, Бог	8	5,5
Спиртное, наркотики, сильнодействующие вещества	9	3,7
Сексуальная потребность	10	2,8
Свобода	11	1,8
Отношения с окружающими меня неверующими людьми	11	1,8

Анализ этой таблицы показывает несомненную связь концентрирую­щих объектов ситуации с криминальной ценностной ориентацией субъектов преступлений-сектантов и не требует дополнительных объяснений. Лишь только следует подчеркнуть, что именно эти объекты на практике чаще всего называют причинами религиозных преступлений, некоторые поводами, что более точно - на самом деле это лишь те ценности, вокруг которых концен­трировались криминогенные ситуации между ее участниками, что, кстати, их и объединяло, и разъединяло.

Таблица 16. Содержание (характер отношений) криминогенной ситуации
Характер отношений	Удельный вес в %	Шкала распространенности
Исполнение обряда, религиозные	69,7	1
Коммерческие	34,9	2
Управленческие	27,5	3
Проблемные	18,3	4
Напряженные	11,0	5
Итого:	161,4	5

Примечание: при этом исполнение обряда, религиозные отношения практически всегда, кроме 8,2 %, сочетались или с напряженными отношениями (11,0 %), или с проблемными (18,3 %), или с управленческими (обычно с лидерами секты) - в 27,5 % случаев, или с коммерческими; самостоятельные религиозные, связанные с исполнением обряда, наблю­дались в 8,2 %, коммерческие - в 30,2 %.

Анализ таблицы 16 некоторым образом совпадает с видами кримино-

генных ситуаций (таблица 13). Вместе с тем, содержание криминогенной си-

180

туации определяется в теории как характер и тенденции развития отношений между субъектами. Не трудно догадаться, что основное содержание крими­ногенных ситуаций, предшествующих совершению преступлений ради веры - это исполнение обряда, религиозные. Не случайно религиозные отношения понимаются прежде всего как обрядовые, т.е. следование исполнению обря­да той или иной веры. Если этот обряд посягает на права и интересы граж­дан, то он уже противоправный, а если эти права и интересы защищаются уголовным законом, то преступный. Серия, большинство обрядов сатани-стов, называемых «красная магия» (пример Д), «кормление тьмы» (пример Г), кровавые жертвоприношения (примеры Б, В и др.), ритуальное убийство отступников от веры (пример Л), инициация новых членов через принесение в жертву животных или людей, надругательство над могилой, склонение к потреблению наркотиков и др. сами по себе являются преступлениями.

Одной из основных ценностей в криминальной ценностной ориента­ции сектанта являются деньги, которые или являются основной целью дея­тельности секты, а остальное лишь прикрытие ее деятельности, или они яв­ляются необходимым способом обеспечения исполнения обрядов в ортодок­сальных сектах, или средством привлечения новых адептов, или в других случаях, но они всегда необходимый элемент их существования, поэтому второй тип отношений, складывающийся в криминогенных ситуациях, предшествующих преступлениям сектантов — коммерческий, а в наших ус­ловиях подавляющее большинство даже чисто коммерческих организаций рано или поздно становятся криминальными.

Учитывая, что религиозные криминогенные отношения в сектах всегда управляются «учителем», то, значит, они просто не могут не быть управлен­ческими и даже странно, что этого типа отношения оказались на третьем месте. Проблемные отношения складываются прежде всего перед новичка­ми, поступающими в секту и приобщающимися к ее преступной деятельно-

181

сти. И когда они узнают об этом, то бывает уже поздно вернуться обратно. Напряженные отношения складываются в любой конфликтной ситуации, а, учитывая то, что равнодушие сопровождает большинство преступлений сек­тантов, поэтому конфликтные криминогенные ситуации оказались на по­следнем месте.

Таблица 17. Методы воздействия в криминогенной ситуации по отношению к сектанту-преступнику

Методы воздействия	Шкала распространенности	Удельный вес в % относи­тельно всех преступников
Убеждение	1	51,4
Угрозы	2	40,4
Физическое насилие	3	33,0
Наркотики, алкоголь, силь­нодействующие вещества	4	16,5
Шантаж	5	13,8
Гипноз	6	5,5
Зомбирование	7	4,6
Взятка	8	2,8
Итого:	8 методов	168,0

Примечание: при этом убеждение как метод воздействия преимущественно в религиозной криминогенной ситуации обязательно сочеталось или с наркотиками, алкоголем, сильно­действующими веществами (16,5 %); или с шантажом (13,8 %); или со взяткой (2,8 %); или в 18,3 % с угрозами; кроме того, гипноз с зомбированием в 4,6 %; физическое насилие сочеталось с угрозами в 11,9 %.

Сектанты-преступники, хотя здесь они объясняют поведение и методы воздействия, которые применялись к ним другими субъектами ситуации, в качестве каковых, например, в управленческих, выступали «учителя» или «жрецы», или реже «ученики», очень специфически понимают «убеждение». Как видно из этой таблицы - для них убеждать, значит, применять наркотики и другие сильнодействующие вещества - это и есть убеждение; кроме того, убеждать, значит, угрожать, шантажировать, давать взятку! Ничего не ска­жешь - методы убеждения «убедительные»! Если это шутка, то оригиналь­ная, если это правда, то циничная. Кстати, это относится и к следующей таб­лице 17. Но тогда можно представить и степень опасности иных субъектов ситуации, в качестве каковых сектанты редко называли потерпевших, ибо не считали их обычно достойными противниками, и методы, которые применя-

182

ли они к сектантам. То, что зомбирование занимает седьмое место и, как правило, только с гипнозом может означать или то, что зомбирование они отождествляют с гипнозом, или для того, чтобы зомбировать, нужно прежде загипнотизировать, или что потерпевшие в очень малой степени владели и тем, и другим методом, а скорее всего этот метод применяли исключительно «учителя» в управленческой религиозной ситуации относительно «солдат» или «рабов».

Относительно же тех методов, которые применяли сектанты-преступники они выглядят значительно скромнее, о чем свидетельствует следующая таблица 18.

Таблица 18. Методы воздействия в криминогенной ситуации, применяемые сектантами-преступниками

Методы воздействия	Шкала распространенности	Удельный вес в % относи­тельно всех преступников
Убеждение	1	93,6
Угрозы	2	33,9
Физическое насилие	2	33,9
Наркотики, алкоголь, силь­нодействующие вещества	3	15,6
Шантаж	4	8,3
Гипноз	5	6,4
Взятка	6	0,9
Итого:	7 методов	192,6

Примечание: при этом убеждение как метод воздействия сочеталось или в 33,9 % с угро­зами; или с насилием над личностью в 27,5 % случаев; или с наркотиками, алкоголем, сильнодействующими веществами (15,6 %); или с шантажом (8,3 %); или с гипнозом в 6,4 %; или со взяткой (0,9 %); физическое насилие самостоятельно применялось только в 6,4 % фактах криминогенной ситуации.

Относительно себя сектанты были еще более циничными, но менее разнообразными или чересчур скромными - они ни разу не назвали метод зомбирования, хотя многие «учителя» им владеют, но, вероятно потому, что сами «учителя» редко исполняют преступления, а только руководят, зато убеждение у них в большинстве случаев - в каждом третьем, сочеталось с угрозами, а более, чем в каждом четвертом - с насилием над личностью (фи­зическое насилие в сочетании с убеждением вообще не применялось потер-

183

певшими и другими субъектами ситуации, а лишь только с угрозами, что бо­лее логично - сначала угроза, а если не действует, то насилие), что более ха­рактерно для «солдат». Кроме того, частота применения различных методов с их стороны значительно интенсивнее.

Таблица 19. Длительность развития криминогенной ситуации.

Длительность криминогенной ситуа­ции	Удельный вес в %	Шкала распространенности
До часа	23,9	2
До суток	34,9	1
От суток до трех дней	13,8	3
От трех дней до недели	11,0	4
От недели до месяца	2,8	6
От месяца до трех месяцев	6,4	5
От трех месяцев до полугода	1,8	7
От полугода до года	2,8	6
От года до трех лет	2,8	6
Итого:	100	9 периодов

Обычно криминогенные ситуации до их разрешения в преступлении развиваются довольно долго. На первый взгляд, исключение - криминоген­ные ситуации, предшествующие совершению преступлений сектантами. Они, по их данным, довольно коротки - самая распространенная (одна треть из всех) развивается до суток. И именно столько времени есть у органов уго­ловной юстиции для ее пресечения. Довольно мало. Второй период еще ко­роче - до часа (четверть всех ситуаций). Третий - от суток до трех дней. Это объясняется тем, что большинство ситуаций религиозных и управленческих, руководимых «учителями», а они не любят долго ждать исполнения их пове­лений. «Рабы» и «солдаты» - в полной от них зависимости. Знание этих де­талей еще раз убеждает нас в том, что необходимы специальные религиоз­ные органы уголовной юстиции. Только они смогут обеспечить экстренное или немедленное¹⁶¹, профессиональное отреагирование на ситуацию для ее

См.: Криминология. Учебник для юридических вузов/ Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, Г.М. Миньковского. М.: БЕК, 1998.С. 218-227.

184

пресечения. Но, кроме того, по нашему глубокому убеждению, криминоген­ная ситуация возникает с момента создания секты, а для каждого из его адептов - с инициации.

Рассмотрим внешние условия религиозных преступлений, которые 1) способствуют совершению преступлений и 2) содействуют наступлению криминальных последствий.

Таблица 20. Субъекты, содействовавшие совершению религиозного преступления

Субъекты	Удельный вес в %	Шкала распространенности
Никто	47,5	1
Члены религиозного объединения	38,5	2
Служащие МВД	1,8	3
Работники таможни	1,8	3
Члены политического объединения	1,8	3
Служащие ФСБ	0,9	4
Работники других правоохранитель­ных структур	0,9	4
Служащие муниципальных органов власти	0,9	4
Члены иного общественного объе­динения	0,9	4
Итого:	100,0	Выявлено всего 9 субъектов

То, что первое место в шкале распространенности занимает «никто» хо­рошо коррелирует с показателями криминальной ценностной направленности религиозного преступника, где преобладает равнодушие к жертве преступле­ния и то, что им управляет вера в зло, тьму, дьявола. В его представлении ему помогает только дьявол и этого ему достаточно. Он, несомненно, довершит это дело до конца.

То, что на втором месте - представители религиозного объединения, подтверждает вышевысказанную мысль. Но, вместе с тем, и определяет, что присутствие представителей религиозного объединения не только вдохнов­ляет его на злое дело, но и духовно поддерживает извне. Это еще означает, что подавляющее большинство преступлений членов сатанинских и прикос­новенных к ним сект совершается под контролем «учителя». Кто и что вер-

185

шит этот контроль, не важно. Главное, что каждый член религиозного объе­динения должен всегда над собой ощущать этот «домоклов меч». Не даром страх фигурирует, хотя и не на первом месте, в эмоциях преступника. Просто он не всегда это осознает и остро ощущает. Но он, судя по этим данным, присутствует всегда!

Остальные данные свидетельствуют лишь о мере коррупционности должностных и иных служебных лиц. Надо подчеркнуть, что служащие МВД, работники таможни, члены политического объединения - на первом месте, хотя и не так распространены (по 1,8 %) — это немного, но все же есть. Другие - служащие ФСБ, работники других правоохранительных структур, служащие муниципальных органов власти, члены иного общественного объ­единения - распространены еще меньше (по 0,9 %), но, то, что есть и те, и другие подтверждает идею об определенной, хотя и незначительной, степени коррупционности нынешних властей.

Таблица 21. Внешние условия, содействовавшие религиозным преступлениям

Внешние условия	Удельный вес в %	Шкала распространенности
Не знаю	61,5	1
Равнодушие окружающих	26,6	2
Неосторожность жертвы	6,4	3
Несовершенство законодательства	4,6	4
Случайность	0,9	5
Итого:	100,0	Выявлено всего 5 условий

То, что на первом месте находится «не знаю», подтверждает, то, что высказано выше. Но еще свидетельствует о том, что члены религиозного объединения не очень-то склонны к откровенности.

Равнодушие окружающих в наше время не удивляет. Это звучит ци­нично, но это так: «Если никто не платит, то и никто и никого не интересу­ет». Неосторожность жертвы (6,4 %) свидетельствует о виктимогенной си­туации, которая не очень распространена. На несовершенство законодатель­ства, случайность и др. может указать чуть ли не любой преступник.

186

Таблица 22. Внешние условия, содействовавшие доведению преступления до конца

Внешние условия	Удельный вес в %	Шкала распространенности
Отсутствие потенциальных свидетелей	75,2	1
Невозможность для жертвы преступле­ния оглашения этого факта	30,3	2
Освещение	25,7	3
Неспособность жертвы к сопротивле­нию	16,5	4
Погода на момент преступления	7,3	5
Итого:	155,0	Выявлено 5 условий

Примечание: при этом сочетались неспособность жертвы к сопротивлению с невозможно­стью оглашения этого факта в 16,5 %; отсутствие освещения и потенциальных свидетелей в 25,7 %; погода и отсутствие потенциальных свидетелей в 7,3 %; а также невозможность для жертвы преступления оглашения этого факта и отсутствие потенциальных свидетелей

в 5,5 %.

Анализ таблицы 22 убеждает в том, что сектанты тщательно готовят и

искусно исполняют задуманные преступления: подбирают или используют соответствующее время, обстановку, условия среды, которые позволяют беспрепятственно и без особых последствий для виновного реализовать сло­жившуюся криминогенную ситуацию: это прежде всего, как правило, соче­тание ряда благоприятных условий (см. примечание к таблице 22), далее -это и отсутствие потенциальных свидетелей, а кто еще может содействовать раскрытию преступления, поэтому невозможность для жертвы преступления оглашения этого факта (лишение его жизни, шантаж и пр.), а также, что хо­рошо сочетается с предшествующим обстоятельством и фактически является аналогичным ему - неспособность жертвы к сопротивлению (ее доброволь­ное согласие, например, на истязание в ритуале, примененные методы гип­ноза и зомбирования, элементарное связывание, применение наркотиков и мн. др., о чем свидетельствуют и ранее приведенные многочисленные при­меры). Используется все - и отсутствие освещения (большинство религиоз­ных ритуалов выполняется в темноте, на кладбище и т.п. - это входит в сами условия обряда), и погодные условия. Несмотря на незначительный период развития криминогенной ситуации, «учителя» и исполнители довольно бы­стро подготавливают и исполняют преступление.

187

Определим отдельные специально-криминологические методы профи­лактики религиозных преступлений. Понятно, что раскрыть все разнообра­зие методов и приемов в данной работе невозможно. Наметим лишь основ­ные их приемы, не останавливаясь на общей теории профилактики. Отметим лишь, что придерживаемся в основном традиционной, общепринятой точки зрения.¹⁶²

Методы общей профилактики религиозных преступлений. Прежде всего это решение кадрового вопроса. Сотрудники специализированного подразделения, направленного на борьбу с религиозными преступлениями, если они будут созданы, должны проходить специальную подготовку. Опе­ративные работники должны быть обучены всем методам и приемам защиты и нападения, которыми обладают «солдаты» этих сект. Кроме того, они должны пройти систему обучения психическим методам воздействия на лю­дей - от простого гипноза до зомбирования и овладения экстрасенсорными приемами, которыми обладают «ученики» и «учителя». Дознаватели, следо­ватели, судьи, администрация учреждений, исполняющих уголовные наказа­ния за религиозные преступления должны пройти обучение по предметам: Религиоведение, Судебное религиоведение, Криминотеология, Парапсихо­логия, Хирология, Астрология и др.

В нормативном акте, посвященном созданию этого подразделения, должно быть указано, что к религиозным преступлениям относятся: 1) пре­дусмотренные действующим УК РФ, как религиозные: ст. 136, 148, 239, 282, 357, 105 ч.2 п. «л», 111 ч.2 п. «е», 112 ч.2 п. «е», 117 ч.2 п. «з», 244 ч.2 п. «б»

¹⁶² Подробнее см.: Лекарь А.Г. Профилактика преступлений. М.: Юрид. лит., 1972; Курс советской криминологии. Предупреждение преступности/ Под ред. В.Н. Кудрявцева, И.И. Карпеца, Б.В. Коробейникова. М: Юрид. лит., 1986; Старков О.В. Основы криминопено-логии. Уфа: УЮИ МВД РФ, 1997; Ронин Р. Своя разведка: способы вербовки агентуры, методы проникновения в психику, форсированное воздействие на личность, технические средства скрытого наблюдения и съема информации: Практическое пособие. Мн.: «Хар-вест», 1998. - (Коммандос); Карасев М.В. Тоталитарная секта как составная часть пре-

188

УК РФ; 2) чаще всего совершаемые членами религиозных объединений: ст. 228, 158, 117, 243, 163, 161, 159, 232, 131, 245, 116, 222, 223, 162, 166, 214, 231, 233, 235, 240, 241 УК РФ. Учитывая их чрезвычайное разнообразие, разную подследственность (ст. 126 УПК РСФСР), оперативную разработку и т.п., должны быть внесены соответствующие изменения в действующие нормативные акты.

Из методов общей профилактики нельзя не остановиться на комплекс­ных профилактических операциях, как раз наиболее актуальных для спе­цифики религиозных преступлений. Они должны быть направлены на выяв­ление криминальных сект, пресечение преступной деятельности со стороны священнослужителей официальных конфессий. Этим операциям должна предшествовать тщательная оперативная разработка известных сект и выяв­ление новых, неизвестных правоохранительным органам. При этом должны привлекаться силы всех органов уголовной юстиции - органов внутренних дел, ФСБ, прокуратуры и других специализированных подразделений, жела­тельно из сотрудников, подготовленных для борьбы с религиозными престу­плениями.

При расследовании и судебном разбирательстве дел о религиозных преступлениях, а также по делам о преступлениях, совершенных сектантами, священнослужителями официальных конфессий или против той или иной церкви необходимо назначать криминотеологическую или судебно-религиоведческую экспертизу, сделать которую могут только в качестве комплексной, с одной стороны, теологи или богословы в зависимости от ре­лигиозной направленности преступлений против или со стороны той или иной религиозной конфессии, а с другой - специалисты, пока большей ча­стью криминологи, в области криминотеологии и судебного религиоведения, которых в стране крайне мало, буквально можно пересчитать по пальцам. В

ступности// Человек: преступление и наказание. 1998. № 4. С. 39-43; Хвыля-Олинтер А.И.,

189

иных случаях желательна консультация со стороны кандидатов и докторов богословия, теологии, ученых-криминотеологов и религиоведов по вопро­сам, возникающим в процессе дознания, расследования, судебного разбира­тельства дел этой категории.

Крайне необходимо в настоящее время разработать методики выявле­ния, предупреждения, пресечения, раскрытия и расследования подобного типа преступлений, различая их по направленности, субъекту, объекту. Требуют разработки и тактики допроса подозреваемых, обвиняемых, подсу­димых, свидетелей и потерпевших по преступлениям этого рода; тактики обыса, осмотра места происшествия, проверки показаний на месте и иных следственных и судебных действий.

Методы индивидуальной профилактики, как известно, делятся на спо­собы выявления, изучения, учета, контроля и воздействия. Следует привести одно предварительное замечание. Поскольку надо выявлять лиц, склонных к совершению религиозного преступления, а ими являются практически все члены сатанинских и языческих сект, значит, задача упрощается - надо вы­являть и изучать секты, т.е. применять методы групповой профилактики ре­лигиозных преступлений. При выявлении и изучении лиц, склонных к совер­шению религиозных преступлений следует применять прежде всего уже применявшиеся нами и апробированные методы - прежде всего это вклю­ченное наблюдение. Осуществлять его может только специально подготов­ленный сотрудник, желательно из бывших членов секты, который сам на се­бе испытал уже все иезуитские приемы проверки, обучения, инициции и пр. Найти такого крайне сложно. Но подобные приемы осуществляли ранее со­трудники специального отдела КГБ, ликвидированного в свое время вслед­ствие его реорганизации по политическим соображениям. Они внедрялись в

Лукьянов С.А. Опасные тоталитарные формы религиозных сект. М., 1996; и др. ¹⁶³ См.: Хвыля-Олинтер А. Специфика религиозных культов зла как источников преступ­ности// Профессионал. 1999. № 4 (30). С.29-33.

190

подобные секты, но их чаще всего ожидала печальная участь. Рано или позд­но их раскрывали и или обращали в свою веру, или уничтожали. Вместе с тем, есть среди них и выжившие, а потому представляющие не только науч­ный, но и оперативный интерес для современных подразделений, которые еще надо создавать. Другой метод - это свободное и стандартизированное интервью, данное в приложении к диссертации. Осуществлять его могут также специально подготовленные к общению с сектантами исследователи и сотрудники. При применении теста 16-ти Факторного вопросника Р. Кеттэлла прежде всего следует обращать внимание на полученное сочета­ние, по меньшей мере трех факторов, выявленных нами: низкие показатели (от 1 до 4) стен факторов С; G; N и высокие показатели (от 7 до 10) факторов М; О. Следующий метод - оперативные приемы выявления и изучения, описанные в специальной литературе. Кроме описанных здесь методов могут применяться и другие.

Следует отметить также, что из применяемых методов учета - карто­течный, перфорационный и компьютерный предпочтительнее компью­терный, позволяющий оперативно вносить изменения, не утратить получен­ную информацию, срочно ее использовать, по мере необходимости подклю­чить других специалистов и подразделения. При этом учет должен вестись как по религиозным объединениям, так и по отдельным лицам. Чем полнее, тем лучше.

Из методов контроля следует назвать прежде всего оперативный, ко­торый бывает наиболее эффективным, если его реализуют профессионалы, ориентированные на борьбу с религиозными преступлениями. И которые могут параллельно с контролем осуществлять и воздействие на выявленных лиц, от которых можно ожидать совершения преступлений этого вида.

Методы воздействия должны различаться в значительной степени в за­висимости от того, к какой страте принадлежит сектант. «Рабов» следует

191

прежде всего декодировать, т.е. вернуть в нормальное человеческое состоя­ние из положения «зомби». В настоящее время подобной методикой облада­ет американская и российская психиатрическая школа. Российский вариант разработан в Государственном научном центре социальной и судебной пси­хиатрии им. В.П. Сербского,¹⁶⁴ где и осуществляют этот процесс. Кроме то­го, во всех богословских книгах, посвященных проблеме борьбы с сектами, даны адреса и телефоны как богословских, так и светских организаций, ко­торые применяют подобные методы или оказывают иные формы воздейст­вия и помощи этим лицам, например, Центр психического здоровья Россий­ской академии медицинских наук (отдел христианской психиатрии), Центр защиты молодежи от тоталитарных сект им. Хомякова при храме Всех Скор­бящих Радостей и др.¹⁶⁵Главное, что «рабов» следует признать в качестве жертв сект и основной метод - это оказание им помощи.

«Солдаты» бывают разного типа. Есть среди них и психологически подкованные. Их надо отделить от остальных и применять методы как и к «учителям». В целом же и к ним, и к ряду «учеников», наименее подготов­ленных, следует применять метод психического и религиозного «переориен­тирования». Пожалуй, самый сложный, ибо нужно убедить людей, как пра­вило, большей частью уже преступников и убежденных сатанистов, неоя­зычников в обратном, что их постулаты, не верны, а более духовны заповеди христианства, ислама, буддизма, иудаизма. Заниматься этим должны про­фессиональные проповедники официальных конфессий. При этом можно применять и групповые методы, используя феномен социально-

Подробнее см.: Демонова Д.П. Нео-религиозные течения в аспекте психического наси­лия// Безопасность и здоровье нации в аспекте преступности. М: Криминологическая Ас­социация, 1996. С. 81-87.

Отрекаюсь от тебя, сатана: Как спасти наших детей от сатанизма. М.: Даниловский благовестник, 1999.С.124; Новые религиозные организации России деструктивного и оккультного характера: Справоч­ник/Миссионерский Отдел Московского Патриархата Русской Православной Церкви. Информационно-аналитический вестник № 1. Белгород, 1997; и др.

192

психологического "заражения": проповеди, подкрепленные музыкальной психотерапией (молитвами, церковным хором и пр.).

Самый сложный контингент - это «учителя», «гуру» и приближенные к ним «ученики». Переориентировать их в другую веру бывает практически невозможно. А поскольку они практически все преступники, как и многие другие члены сект (не только по нашему убеждению, а потому, что в подоб­ных сектах для принятия в нее обязательным правилом является совершение преступления¹⁶⁶), то к ним можно применить задержание на три дня в соот­ветствии со ст. 122 УПК РСФСР, с последующим сбором доказательств и привлечением к уголовной ответственности. Обязательное условие успешно­сти этой операции - одновременный арест всех «учителей» секты. Трудно предложить иные методы воздействия, кроме изоляции, которая может пока­заться более гуманным приемом, чем другие, применяемые в подобных слу­чаях.

Таким образом, сделаем выводы: внутренней причиной религиозного преступного поведения является криминогенная, ценностная ориентация, в которой ведущую роль играет вера во тьму, зло, Дьявола и равнодушие к потерпевшему; внутренними условиями - профессиональное образование, отсутствие внутренней связи с семьей, слабое «Я» или эмоциональная не-стабильность, слабое суперэго, самомотивация, внешняя естественность в поведении, тревожность; внешней причиной - управленческая религиозная криминогенная ситуация; внешними условиями - равнодушие окружаю­щих, отсутствие потенциальных свидетелей, невозможность для жертвы оглашения этого факта и оказания сопротивления. Из методов общей про­филактики выделяются: решение кадрового вопроса среди сотрудников специализированного подразделения, если оно будет создано; судебно-

¹⁶⁶См.: Хвыля-Олинтер А. Специфика религиозных культов зла как источников преступ­ности// Профессионал. 1999. № 4 (30). С.ЗЗ.

193

религиоведческая экспертиза, консультирование и др. Из методов индиви­дуальной: выяление и изучение при помощи включенного наблюдения, ин­тервью, тестов и т.п.; компьютерный учет всех нелегальных и легальных сект и их членов; оперативный контроль; переориентирование, задержание и др.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В заключение данного диссертационного исследования следует сде­лать некоторые выводы.

Религиозная свобода должна включать в себя: право исповедовать ин­дивидуально или совместно с другими любую религию; право не исповедо­вать никакой религии; право свободно выбирать, иметь и распространять ре­лигиозные и иные убеждения; право действовать в соответствии с религиоз­ными убеждениями; право пропагандировать религиозные убеждения и рас­пространять их любым, не запрещенным законом путем; право осуществлять религиозное, атеистическое и т.п. воспитание и образование; право совер­шать религиозные обряды и культы; право менять религиозное вероиспове­дание; право создавать новое религиозное вероисповедание; право на благо­творительную и любую, не запрещенную законом общественную деятель­ность; право на равенство всех граждан перед законом и правосудием неза­висимо от религиозного вероисповедания.

Религиозное преступление - это духовно-вредоносное, уголовно-противоправное, умышленное деяние, посягающее на религиозную свободу граждан или по мотиву религиозной ненависти или вражды, или в связи с исполнением религиозного ритуала.

Признаками церковного преступления являются: нарушение канонов той или иной церкви, их переступление; эти преступления могут совершать только члены той или иной церкви - священнослужители и прихожане; санкции церковные имеют особую специфику - это или ссылка на наказание после смерти, ад или рай и др.

194

Следует выделить такой вид религиозных преступлений как группо­вые, т.е. составы, где содержится упоминание совершения религиозного пре­ступления группой лиц, объединением, смешанной группой или против группы лиц по их отношению к религии - (ст. 239 ч.1; 357; 136 УК РФ). Можно выделить религиозное преступление по мотиву «религиозной нена­висти или вражды» - (ст. 105 ч.2 п. «л»; 111 ч.2 п. «е»; 112 ч.2 п. «е»; 117 ч.2 п. «з»; 244 ч.2 п. «б» УК РФ). Кроме того, есть посягательства на религиоз­ное равноправие граждан - ст. 136; 282; 148 УК РФ.

Кроме того, из всех преступлений можно выделить всего десять рели­гиозных (ст. 239, 357, 136, 148, 244 ч. 2 п «б», 117 ч.2 п. «з», 112 ч. 2 п. «е», 111 ч. 2 п. «е», 105 ч.2 п. «л», 282 УК РФ); в УК РФ нет ни специального раз­дела, ни отдельной главы религиозных преступлений - все они разбросаны практически по всем разделам и главам УК РФ (по четырем из шести разде­лов и по пяти главам из девятнадцати Особенной части УК РФ); есть только один «чисто» религиозный уголовно-правовой состав, т.е. посвященный ис­ключительно посягательству на свободу совести и вероисповеданий, преду­смотренный ст. 148 УК РФ «Воспрепятствование осуществлению права на свободу совести и вероисповеданий».

Из анализа официальных статистических показателей религиозных преступлений вытекает: зарегистрированные современные религиозные пре­ступления малочисленны; обычно фактов в несколько раз больше, чем лиц, привлеченных к уголовной ответственности; осужденных за религиозные преступления или мало, или их совсем нет, необходимо создание специали­зированных подразделений по борьбе с ними.

Анализ истории уголовно-правового регулирования религиозных пре­ступлений показывает, что в основе возникновения понятий «церковное» и «религиозное преступление» служит византийский Лишанский эдикт 313г. Константина и Лициния. Россия вместе с православием из Византии воспри-

195

няла и ее церковно-светское право. Полный свод этого права назывался «Кормчие книги» и в различных списках включал в себя множество разно­образных источников.

Анализ Устава святого князя Владимира Святославича о десятинах, судах и людях церковных (начала XI века, предположительно 995-1011г.) и других княжеских уставов законодательства Древней Руси приводит к неко­торым выводам. Так, прежде всего в этих нормативных актах, как и в других, ему подобных, церковное преступление, преследуемое исключительно цер­ковью и по церковному праву, приравнивалось с религиозным преступлени­ем, регулируемым светскими законами. В период зарождения православия на Руси это вполне объяснимо. Данный стиль уголовно-правового регулирова­ния назван как церковно-государственный дуализм. В этих уставах сделаны попытки уйти от влияния византийских Кормчих книг. Это проявилось во введении русской системы наказаний - преимущественно имущественные санкции и отказ от широкого применения телесных наказаний, смертной казни, практиковавшихся в Византии. Кроме того, это отразилось и на от­дельных составах религиозных правонарушений - отказ от некоторых визан­тийских составов и введение своих, русских, например, ссылка на воровство жены, в том числе в церкви, как основание для развода, отсутствует в визан­тийских источниках. Вместе с тем, представляется удивительным столь древнее возникновение этих юридических источников, значительно раньше, чем у многих других народов, попытки кодификации правовых обычаев. Кроме того, привлекает внимание иногда очень интересная формулировка норм, например, «урекание», преследуемое только в трех видах - «бранным словом, обвинением в изготовлении зелий и в еретичестве» и т.п. Преследу­ются прежде всего древнерусские языческие обычаи, в частности, «кто мо­литься под овином, или в рощеньи, или у воды». Запрещаются различные формы влияния на людей, что церковь видит исключительно своей прерога-

196

тивой, например, «зелейничество», ведь использование для лечения различ­ных трав издревле было принято на Руси, но церковь полагает, что только она может лечить людей, и то, большей частью, духовно. Преследуются раз­личные виды и разновидности колдовства. Иначе говоря, о религиозной сво­боде, тем более в период зарождения православия на Руси, говорить не при­ходится.

В Соборном Уложении 1649г. Алексея Михайловича впервые выделе­на самостоятельная глава, где объединены почти все религиозные преступ­ления и называется она «Глава I. А в ней 9 статей о богулниках и о церков­ных мятежниках». Все религиозные преступления можно разделить на три типа: а) богохуление; б) церковный мятеж; г) совращение и вероотступниче­ство.

Артикул воинский 1715г. Петра I посвящает религиозным преступле­ниям две главы и 17 Артикулов и можно выделить четыре типа религиозных преступления: 1) Чародейство (впервые устанавливался как материальный состав религиозного преступления) 2) В артикулах 3-8 детально регламенти­ровано богохульство. 3) Церковный мятеж, т.е. нарушение общественного порядка, урегулированного церковными правилами. 4) Преступная деятель­ность священнослужителей (артикулы 14, 15). Таким образом оформился но­вый стиль уголовно-правовой охраны религиозной сферы, который можно назвать как этап государственно-церковного монизма, что означает безусловное верховенство государства над церковью. Церковь при этом государственный институт и реализует государственную политику. Этот период начался с момента принятия Воинских артикулов 1715г. Петра I и продолжался до 1906г.

Уголовно-правовое регулирование религиозной сферы имеет по Уло­жению о наказаниях уголовных и исправительных 1845г. несколько общих особенностей: 1) целый раздел посвящен религиозным преступлениям, при-

197

чем, как и наиважнейший, ибо следует сразу же за общей частью и объясня­ется это тем, что Россия того времени была государством религиозным, пре­имущественно православным; 2) подавляющая многочисленность статей (81), частей статей, глав (5), которые в большинстве своем еще и разделены на отделения, при этом такого обилия статей не было ни в предшествующих, ни в последующих уголовно-правовых нормативных актов; 3) многие нормы содержат указания на наказания не только уголовные и исправительные, но церковные, а также телесные и типично гражданско-правовые; 4) в уложении выделено пять типов религиозных преступлений, названных в разделе вто­ром «О преступлениях против веры и о нарушении ограждающих оную по­становлений». Затем следует анализ главы второй «О нарушении ограждаю­щих веру постановлений» Уголовного уложения 1903г.

В УК РСФСР 1922г. (глава III) и 1926г. (глава IV) была выделена от­дельная глава, посвященная религиозным преступлениям, которая имела одинаковое название: "Нарушение правил об отделении церкви от государ­ства" и семь статей в УК РСФСР 1922г. и шесть статей в УК РСФСР 1926г. В ст. 121 УК РСФСР 1922г. определена уголовная ответственность за «препо­давание малолетним и несовершеннолетним религиозных вероучений в го­сударственных или частных учебных заведениях и школах», а в ст. 122 УК РСФСР 1926г. к этому тексту добавлено лишь «или с нарушением установ­ленных для этого правил». Здесь было закреплено равенство всех религий, т.е. свобода совести - ни одной не отдавалось предпочтения. Фактически лишь одна «религия» - атеизм, т.е. неверие в никакого Бога или Богов была провозглашена единственно верной, и это всячески, хотя и исподволь, под­черкивалось. Следующий состав преступления дублируется по двум УК -«совершение обманных действий с целью возбуждения суеверия в массах населения, а также с целью извлечь таким путем какие-либо выгоды» (ст. 120 УК 1922г. и ст. 123 УК 1926г.). Следующая норма также повторяется почти

198

буквально - «всякое принуждение при взимании сборов в пользу церковных и религиозных организаций или групп» (ст. 122 УК 1922г. и ст. 124 УК 1926г.), но нет ответственности за принуждение при взимании сборов в пользу атеистической, антирелигиозной организации или группы. Новый со­став преступления сформулирован также идентично - «присвоение себе ре­лигиозными или церковными организациями административных, судебных или иных публично-правовых функций и прав юридических лиц» (ст. 123 УК 1922г. и ст. 125 УК 1926г.). Эта норма лишала церковь любого вероиспо­ведания иметь свое церковное право, церковную и судебную юрисдикцию, административную власть. Но, мало того, она лишала церковь и гражданско-правового статуса юридического лица. Пятый вид религиозного преступле­ния также сформулирован одинаково - «совершение в государственных уч­реждениях и предприятиях религиозных обрядов, а равно помещение в этих зданиях каких-либо религиозных изображений» (ст. 124 УК 1922г. и ст. 126 УК 1926г.). Шестая разновидность - это «воспрепятствование исполнению религиозных обрядов, поскольку они не нарушают общественного порядка и не сопровождаются посягательствами на права граждан» (ст. 125 УК 1922г. и ст. 127 УК 1926г.). Данный состав преступления материальный. Ответствен­ность наступает, если религиозный обряд был прерван. Этот состав единст­венно последовательно охранял свободу совести.

УК РСФСР 1960г. отражает тот же уголовно-правовой стиль, но, как и в УК 1996г., нет отдельной главы, посвященной религиозным преступлени­ям. Количество религиозных преступлений сократилось вдвое, и они разме­щены в двух разных главах. Вместе с тем, две нормы повторяются и появля­ется лишь одна новая, причем, их осталось всего три.

Из анализа видового состава религиозных преступлений вытекает: 1) Следует ввести в раздел VII «Преступления против личности» УК РФ главу «Религиозные преступления» и перенести туда нормы, предусмотренные ст.

199

148, 239, 244 и др. 2) Все религиозные преступления имеют один родовой объект - личность, один видовой - религиозная свобода (личности, общества, государства) и, по меньшей мере, два непосредственных: право на свободу совести, а другой - меняется - это или жизнь, или здоровье, или др. 3) В ст. 148 УК РФ следует расширить понятие организации до религиозного объединения с тем, чтобы уравнять в правах религиозные группы с религиозными организациями. 4) Воспрепятствование совершению религи­озных обрядов в соответствии со ст. 148 УК РФ может осуществляться как относительно обрядов религиозных организаций, так и групп. 5) Норма, пре­дусмотренная ч. 2 ст. 239 УК РФ, кроме деяния «пропаганда» нуждается в дополнении деянием «агитация». 6) Три нормы, предусмотренные ст. 282, 136, 357 УК РФ образуют три ступени нарушения религиозного равноправия граждан. 7) Деяние, предусмотренное ст. 136 УК РФ - нарушение равнопра­вия граждан в зависимости от отношения к религии может заключаться как в действии - создании препятствий для реализации права или законного инте­реса, так и в бездействии - непредоставлении гражданам возможности реа­лизовать свои права. 8) Если в результате возбуждения религиозной вражды была полностью или частично уничтожена религиозная группа, то действия по возбуждению религиозной вражды должны квалифицироваться как под­стрекательство к геноциду по ст. 33 и 357 УК РФ и дополнительной квали­фикации по ст. 282 УК РФ не требуется. 9) Почти все составы религиозных преступлений формальные, если исключить квалифицированные, и один со­став, предусмотренный ст. 136 УК РФ. 10) Субъективная сторона всех рели­гиозных преступлений должна включать в УК РФ указание на мотив религи­озной ненависти или вражды. 11) Поскольку ритуальное насилие представ­ляет собой повышенную опасность, поэтому п. «л» ч. 2 ст. 105; п. «е» ч. 2 ст. 111, п. «е» ч. 2 ст. 112, п. «з» ч. 2 ст. 117, п. «б» ч. 2 ст. 244. УК РФ должны быть дополнены «либо в соответствии с религиозным ритуалом». 12) Исто-

200

рический и сравнительно-правовой анализ убеждают нас в том, что хищение священных или освященных с точки зрения той или иной конфессии предме­тов из церкви, молитвенного дома или иных подобных мест должно быть приравнено к хищению предметов, имеющих особую ценность и следует из­менить ч. 1 ст. 164 УК РФ, добавив «или религиозную ценность»; кроме то­го, умышленное уничтожение или повреждение имущества, имеющего рели­гиозную ценность, должно быть квалифицированным и следует изменить ч. 2 ст. 167, добавив «Те же деяния, совершенные относительно имущества, имеющего религиозную ценность, а равно...».

Из первой группы социальных причин религиозной преступности сле­дует выделить экономические противоречия общества: между развитием собственного, в частности, монастырского производства до производства и сбыта наркотиков, чем занимаются секты; между экономическими укладами различных видов церкви и религий и др. Политические противоречия обще­ства между политикой государства и религиозных конфессий, что определя­ет: с одной стороны, наличие религиозных государств, которые, как правило, реакционны и апартеистичны - ограничивают в правах иноверцев, что поро­ждает и подпитывает в религиозном сознании монотеизм; с другой — полное отделение церкви от государства вызывает преследование различных видов церкви, а тем более любых сект, что порождает и подпитывает в религиоз­ном сознании воинствующий атеизм; в-третьих, так называемое демократи­ческое государство создает основу для развития множества видов церкви или абсолютную религиозную свободу, в том числе самых античеловечных, са­танинских, а в религиозном сознании воспитывает политеизм; в- четвертых -частичная политическая связь одного вида церкви, например, православия, с политикой государства при отсутствии законодательного закрепления этого явления также подпитывает монотеизм и может стать основой для межрели­гиозных войн, ибо демонстрирует неравенство религий в многорелигиозном

201

государстве. Из второй группы - противоречий в сфере религиозного созна­ния - это борьба, вплоть до митингов и военных конфликтов между обряда­ми, ритуалами атеизма, монотеизма, политеизма; национализм и шовинизм; религиозная вражда, ненависть в общественном сознании, а равно исключи­тельность, превосходство или неполноценность граждан по признаку их от­ношения к религии и др. Внутренние социальные условия религиозной пре­ступности - объективные: географическое расположение России в Европе и Азии и поэтому впитание и развитие, причем, объективное, религиозной ев­ропейской и азиатской культуры; многонациональный и полирелигиозный состав населения и др.; субъективные условия: недействующие или плохо функционирующие экономические программы государства и, соответствен­но, проколы в управлении экономикой сказываются прежде всего в обнища­нии народа, в формировании его неверия ни в одну политическую, экономи­ческую идею и уход в религию, ибо изначально религиозное сознание в об­ществе формировалось на основе страха людей перед неизвестностью, сила­ми природы; управление религиозным или атеистическим воспитанием через а) систему государственной политики, б) средства массовой информации; охрана, регулирование, стимулирование развития религиозной свободы гра­ждан государства через систему религиозного права, юридических норм; деятельность системы уголовной юстиции в борьбе с религиозной преступ­ностью, учитывая то, что церковь в соответствии с Конституцией России от­делена от государства. Внешние социальные причины религиозной преступ­ности: деятельность спецслужб других государств, результатом которой яв­ляются религиозный терроризм, шпионаж и иные преступления; преступ­ность иностранцев, выражающаяся в нарушении религиозного равноправия граждан, в возбуждении религиозной вражды, в геноциде, в организации ре­лигиозных объединений, посягающих на личность и права граждан и др. Внешние социальные условия религиозной преступности: 1) воздействие на

202

противоречия сферы общественного бытия: а) создание экономических трудностей для развития страны и тем самым содействие выходу политиче­ской энергии людей в религиозной сфере, прежде всего в экстрасенсорной, сектантской; б) религиозное давление со стороны, например, США с целью внедрения протестантизма и мн. др.; 2) воздействие на противоречия в сфере общественного сознания, например, клевета на православие и вообще хри­стианство, на ислам, буддизм, иудаизм, разжигание межрелигиозных проти­воречий.

Внутренней причиной религиозного преступного поведения является криминогенная ценностная ориентация, в которой ведущую роль играет вера во тьму, зло, Дьявола и равнодушие к потерпевшему; внутренними условия­ми - профессиональное образование, отсутствие внутренней связи с семьей, слабое «Я» или эмоциональная нестабильность, слабое суперэго, самомоти­вация, внешняя естественность в поведении, тревожность; внешней причи­ной - управленческая религиозная криминогенная ситуация; внешними ус­ловиями - равнодушие окружающих, отсутствие потенциальных свидетелей, невозможность для жертвы оглашения этого факта и оказания сопротивле­ния. Из методов общей профилактики выделяются: решение кадрового во­проса среди ^ютрудников специализированного подразделения, если оно бу­дет создано; судебно-религиоведческая экспертиза, консультирование и др. Из методов индивидуальной: выяление и изучение при помощи включенного наблюдения, интервью, тестов и т.п.; компьютерный учет всех нелегальных и легальных сект и их членов; оперативный контроль; переориентирование, задержание и др., учитывая то, что почти все члены нелегальных сект пре­ступники.

203

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 1. Нормативные документы и комментарии

1. Конституция Российской Федерации. Сборник нормативных актов. М.: "Проспект", 1997.- 356 с.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации//Собрание законодатель­ства Российской Федерации. 1996. №25. Ст.2954.

3. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации //Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. №2. Ст. 198.

4. Федеральный закон Российской Федерации "Об исполнительном производстве" от 4 июня 1997г. //Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. №30. Ст.3591.

5. Федеральный закон Российской Федерации "О судебных приста­вах" от 4 июня 1997г. //Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. №30. Ст.3590.

6. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР: Утвержден Законом РСФСР от 27 октября 1960г.// Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. Ст. 592. (с изм. и доп. на 1 января 1997г.). М.: "Проспект", 1997.-387с.

7. Закон РСФСР от 18 апреля 1991г. "О милиции'У/Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1992. №16. Ст. 503.

8. Закон РСФСР "Об учреждениях и органах, исполняющих уголов­ные наказания в виде лишения свободы*7/Ведомости Съезда народных депу­татов РСФСР и Верховного Совета РСФСР.1992.№ 33. Ст. 1316, 1317.

1.9. Закон " О предприятиях и предпринимательской деятельности " от 25 декабря 1990 г. ( Ведомости Верховного совета РСФСР, 1990, № 30, ст. 418).

1.10. Федеральный закон "Об общественных объединениях " от 19 мая 1995 г. ( Собрание законодательства Российской Федерации, 1995, №21,

204

ст. 1930).

11. Федеральный закон " О благотворительной деятельности и бла­готворительных организациях " от II августа 1995 г. ( Собрание законода­тельства Российской Федерации, 1995, № 33, ст. 3340 ).

12. Федеральный закон " О некоммерческих организациях " от 12 января 1996 г. ( Собрание законодательства Российской Федерации, 1996, № 3, ст. 145 ).

13. Федеральный закон " О свободе совести и о религиозных объеди­нениях " от 26 сентября 1997г. (Собрание законодательства Российской Фе­дерации, 1997, № 39, ст. 4465).

14. Постановление Правительства Российской Федерации от 24 де­кабря 1994 г. " О лицензировании отдельных видов деятельности " ( Собра­ние законодательства Российской Федерации, 1995, № 1, ст. 69).

1.9. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/Под общ. ред. Ю.И.Скуратова, В.М. Лебедева. М.: Издательская группа ИН- ФРАМ-Норма, 1996.-832 с.

10. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/Под общ. ред. А.В.Наумова.. М.:Юристъ,1996.-824с.

11. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. А. В. Наумов. - 2-е изд., перераб. И доп. - М.: 1999. - 864 с.

12. Уголовный кодекс Российской Федерации: Научно-практический комментарий / Отв. ред. В.М. Лебедев. М.: Юрид. лит., 1998. - 768с.

13. Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948г. // Меж­дународная защита прав и свобод человека: Сборник документов. М.: Юрид. лит., 1990.

14. Законодательство о свободе совести, вероисповедания и религиоз­ных объединениях: Сборник нормативных актов. - М., 1994. - 210 с.

205

15. Седьмой Конгресс ООН по предупреждению преступности и об­ращению с правонарушителями / Милан, 26 августа-6 сентября 1985 г. /Нью-Йорк: Издание ООН, NR. 86. IV.I, 1986.- 246 с.

16. Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него от 9 декабря 1948г.// Международное право в документах. М., 1982. С. 336.

17. Уголовный кодекс ФРГ/ Пер. с нем. М.: Изд-во «Зерцало», 2000.-208с.

18. Уголовный кодекс Испании. Под ред. И с предисл. Н.Ф. Кузнецо­вой и Ф.М. Решетникова. М.: Изд-во «Зерцало», 2000.-218с.

19. Указ Президента Российской Федерации от 17 июня 1994г. "О не­отложных мерах по защите населения от бандитизма и иных проявлениях организованной преступности". Сборник нормативных актов . М.: "Проспект", 1996.-425с.

20. Указ Президента Российской Федерации "О неотложных мерах по реализации Федеральной программы Российской Федерации по усилению борьбы с преступностью". Федеральная программа на 1994-1995г.г. Собра­ние законодательства Российской Федерации. 1994. №25. Ст. 425.

21. Федеральный закон «Об общественных объединениях» от 19 мая 1995г.// Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 21. Ст. 1930.

22. Федеральный закон «О благотворительной деятельности и благо­творительных организациях» от 11 августа 1995г.// Собрание законодатель­ства Российской Федерации. 1995. № 33. Ст. 3340.

23. Федеральный закон «О некоммерческих организациях» от 12 ян­варя 1996г.// Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 3. Ст. 145.

206

24. Закон «О предприятиях и предпринимательской деятельности» от 25 декабря 1990г.// Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1990. № 30. Ст. 418.

25. Уголовный кодекс РСФСР. Петроград: Издание 4-е оффициальное Орготдела Петрогубисполкома, 1924. - 117с.

26. Уголовный кодекс РСФСР. Комментарий. А. Трайнин, В. Меньша-гин, 3. Вышинская. Под ред. И.Т. Голякова. М.: Юридическое издательство НКЮ СССР, 1946. -340с.

27. Уголовный кодекс РСФСР: Утвержден Законом РСФСР от 27 ок­тября 1960г.//Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40. Ст. 591.

28. Исправительно-трудовой кодекс РСФСР: Утвержден Законом РСФСР от 18 декабря 1970г.// Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1970. №51. Ст. 1220.

29. О свободе вероисповедания: Утвержден Законом РСФСР от 25 ок­тября 1990г.№267-1; изменен Федеральным Законом от 27 января 1995г.№ 10-ФЗ // Ведомости Съезда народных депутатов и Верховного Совета РСФСР. 1990. № 1. Ст. 240; Собрание законодательства Российской Федера­ции. 1995. №5. Ст. 346.

30. Декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви// СУ РСФСР. 1918. № 18. Ст. 263.

31. Постановлению Президиума Верховного Совета РСФСР от 18 марта 1966г. О применении статьи 142 Уголовного кодекса РСФСР// Ведо­мости Верховного Совета РСФСР. 1966. № 12. Ст. 221.

32. Российское законодательство Х-ХХ веков. В девяти томах. Т.1. Законодательство Древней Руси. М.: Юрид. лит., 1984. - 432с.

33. Российское законодательство Х-ХХ веков. В девяти томах. Т.2. Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М: Юрид. лит., 1985. - 520с.

207

34. Российское законодательство Х-ХХ веков. В девяти томах. Т.З. Акты Земских соборов. М: Юрид. лит., 1985. - 512с.

35. Российское законодательство Х-ХХ веков. В девяти томах. Т.4. Законодательство периода становления абсолютизма. М.: Юрид. лит., 1986. — 512с.

36. Российское законодательство Х-ХХ веков. В девяти томах. Т.6. Законодательство первой половины XIX века. М: Юрид. лит., 1988. - 432с.

37. Российское законодательство Х-ХХ веков. В девяти томах. Т.9. Законодательство эпохи буржуазно-демократических революций. М.: Юрид. лит., 1994.-352с.

38. Свод законов уголовных. Книга первая. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Издание 1866г. Санкт-Петербург, 1866.