Меркантилизм и классический реализм

Реалистская парадигма МО в целом сохраняет меркантилистское пони­мание мировой экономики и продолжает придерживаться принципа «игры с нулевой суммой». Большинство представителей классического реализма (Моргентау, Карр и т. д.) анализируют экономический аспект международ­ных отношений, подразумевая гомологичность понятий национальные интересы = экономические интересы. Раз главным субъектом в международ­ных отношениях выступает суверенное Государство, то все его проявления в международной сфере лучами сходятся к нему: мировая экономика долж­на быть структурирована таким образом, чтобы ведущие державы (победи­тели в мировой конкуренции с другими) могли единолично пользоваться от­крывающимися перспективами в своих интересах. Так как Государство у реалистов метафорически приравнивается к торговой компании, то вся вне­шнеэкономическая деятельность должна приносить прибыль и увеличивать объем частной собственности акторов. Экономическая конкуренция между Государствами есть ведение политики иными средствами, а в некоторых случаях и ведение войны иными средствами. В определенных ситуациях по­литика, экономика и война настолько переплетаются, что легко переходят одно в другое. Экономическая конкуренция между Государствами в таком случае вполне может рассматриваться как постоянно длящаяся «позицион­ная война». При этом реалисты убеждены, что это происходит не из-за агрессивности Государств, а в силу их природы.

Меркантилизм предполагает использование любых средств, укрепляю­щих позиции национальной экономики на внешнеторговом поле, включая жесткие формы протекционизма, тарифы и квоты, затрудняющие проник­новение иностранных товаров на внутренний рынок в тех случаях, когда они препятствуют развитию внутри-экономического потенциала. Государство здесь выступает главным заинтересованным лицом, всячески поддерживаю­щим интересы национальных предприятий за рубежом и действующих для создания максимально благоприятных условий для внутренних производи­телей. Такой позиции придерживалось большинство отцов-основателей США, в частности, Александр Гамильтон (1757-1804), полагавший, что по­литика протекционизма есть единственно приемлемая стратегия для моло­дого американского Государства. Эта линия получила в США основные по­зиции и представляла собой политико-экономическую доминанту развития этой страны вплоть до первой половины XX века.

Автаркия больших пространств

Американский опыт протекционизма, резко контрастирующий с бри­танским либеральным империализмом, внимательно исследовал в XIX веке немецкий экономист Фридрих Лист (1789 — 1846), систематизировавший та­кой подход в концепте «экономического национализма» или «автаркии больших пространств»^xvi. Согласно Листу, если два национальных Государст­ва, одно из которых более экономически и индустриально развито, нежели другое, устанавливают между собой экономические отношения по принци­пу свободной торговли (фритрейдерства), то уровни их национальных эко­номик не выровняются, вопреки утверждениям либералов, но более разви­тые обогатятся, а менее развитые только затормозят свое развитие. Поэтому единственный способ обеспечить развитие экономики перед лицом более успешного конкурента, это тонко манипулировать протекционистскими ме­рами. Лист показывает, что именно такая политика привела США к экономи­ческому успеху и обеспечила высокие темпы развития и роста. Такой принцип вполне применим к теориям классического реализма и широко заимс­твовался его представителями (в частности, К. Шмиттом).

Однако протекционизм Листа имеет одну важную особенность, кото­рая заставляет выделить его идеи (впрочем, как и идеи Карла Шмитта) в сторону от магистрального направления классического реализма. Дело в том, что Лист был убежден, что протекционистские меры сами по себе не смогут обеспечить рывка развития, т. к. «закрытое торговое Государство» (к которому призывал немецкий философ И.Г. Фихте) будет в таком слу­чае все же обречено на догоняющее развитие. Поэтому Лист предлагает экономическую интеграцию, выходящую за предел национальной тер­ритории, но только с теми обществами, экономический уровень которых приблизительно равен уровню данной страны. При этом желательно, что­бы участники такого объединения разделяли некоторые общие культур­ные черты (этнические, религиозные и т. д.). В таком случае Государство получит экономические дивиденды от расширение рынка, новые страте­гические и ресурсные мощности, но не станет жертвой неравновесного разделения труда, как в случае свободной торговли с более развитым пар­тнером. Эта теория получила практическое выражение в создании «та­моженного союза» Германии, Пруссии и Австро-Венгрии, что привело к экономическому чуду и взлету экономик этих стран, совсем недавно ка­завшихся безнадежно отставшими от развитых и индустриальных стран Западной Европы — в первую очередь, Великобритании. Согласно Листу, протекционизм и меркантилизм начинают давать свои позитивные плоды только в том случае, когда какое-то «большое пространство» достаточно интегрировано и дает предпосылки для автономного развития, позволяя эффективно конкурировать с более развитыми державами (теория «ав­таркии больших пространств»).

Аналогичная теория была развита позднее английским экономистом Дж. М. Кейнсом (1883—1946) и названа принципом «экономической инсуляции» (то есть рассмотрения экономики как «острова», insula).

Такой подход выходит за пределы классического реализма, т. к. опериру­ет не с отдельным Государством и строго национальной экономикой, а с ря­дом Государств, интегрированных в «таможенный союз». В полной мере та­кой подход находит свое применение в Теории многополярного мира.