Нелегкий путь золотодобытчика

Наш проводник предложил на выбор речку Волгушу или Сестру. По непонятным даже нам самим причинам была выбрана последняя. Место определили по карте по принципу: чем более дикое, тем лучше. Выбрали - отправились. Машина привезла нас к опушке леса, высадились, переобулись, пошли в глубь леса и через бесчисленные болота... По карте всего каких-то пять километров - и река. Мы шли четыре часа. Ближе к финишу ко всем прелестям турброска по болотам природа порадовала нас хорошим проливным дождем.

И вот вдалеке - она, наша заветная цель, за последний час пути ставшая такой желанной, река Сестра. Выбрали место для ночевки. Николай Михайлович заметно повеселел - в речке обнаружились перекаты и валуны. Добрый признак для золотоискателя. Но все равно взгляд не сильно восторженный:

- Русло даже ниже 150-й горизонтали, если судить по карте. Уже на 145-й ничего нет, все золотоносные отложения скрыты в низине под озерными, болотными осадками, куда русло реки еще, вероятно, не добралось, а тут...

Ладно, дожить бы до утра, там посмотрим. Палатки стоят, костер горит, шашлык поджаривается. Дождь закончился, мокрые вещи сушатся. А тут еще радуга вполнеба раскинулась. За ней вторая в зенит полезла. Жизнь, однако, налаживается.

Липовое орудие

Технология непромышленной добычи россыпного благородного металла - а именно к этому классу относится подмосковное золото - на первый взгляд очень проста. Берешь лопату и лоток. Идешь на берег ближайшей реки. Нагружаешь лопатой породу в лоток, промываешь ее. И ссыпаешь золото в карман. Однако уже на второй взгляд ты начинаешь обнаруживать в этой простейшей технологической цепочке труднопреодолимые звенья. Во-первых, поиск места, где копать. Опытный золотодобытчик руководствуется при выборе места раскопок не только знаниями, но и чутьем. А чутье - трудно формализуемая и плохо поддающаяся объяснению вещь. Во-вторых, подбор подходящего инвентаря. Главный кормилец старателя - лоток. Испокон веков этот нехитрый прибор - по сути плоское корытце в форме объемного ромба, распиленного по длинной диагонали, с выдолбленной сердцевиной - изготовляли из цельного куска дерева.

- Много раз пытались найти дереву замену, да не вышло ничего, - говорит наш научный консультант. - Лоток должен плавать, а поверхность его должна быть шероховатой, чтобы частицы породы не соскальзывали. Пытались и фибергласовые лотки делать, и из других материалов. Но лучше дерева ничего не придумали.

Лучшая порода, подходящая для изготовления хорошего лотка, - липа. Неплохо идет и кедр. У нашего ученого именно кедровый лоток.

"Я, как вы приказали, пробы принес. Вы с товарищем Чинковым в палатке были. А этот, который с ним, быстро так пробы у меня взял, все просмотрел, глазами туда-сюда, и говорит мне, будто иллюзионистом работает: "Лоток крашеный зря используешь. Он пробу держит хужей. Когда доводишь, углом не надо сливать, по плоскости и кружить". А я точно, углом сливаю, так мне нравится. И лоток у меня крашеный. Потом этот иллюзионист сквозь меня посмотрел и говорит: "Золетинок-то нет, а чудится мне, должны быть золетинки в этих грунтах".

Олег Куваев, "Территория".

Кстати, еще в первый день, разговаривая у костра, мы выяснили, что наш проводник - Николай Михайлович - не понаслышке знаком с геологами Чукотки, где работали прототипы героев Олега Куваева. В частности, вместе с ним трудится сын легендарного первооткрывателя золоторудных месторождений Николая Ильича Чемоданова, который в романе стал Чинковым. После этого перечитывать "Территорию" стало как-то по-особому интересно.