Особенности государственного строя стран Древнего Востока

С точки зрения политической организации древневосточные общества характеризуются, с одной стороны, преобладанием мо­нархической формы правления либо в виде "восточной деспотии", либо с ограниченной властью монарха, а с другой, - существованием рес­публиканских государетвенных форм (например, города-государства Финикии и Месопотамии, ганы и сангхи Древней Индии). Характерное в целом для Древнего Востока монархические правление с чертами деспотии, дворцовой системой управления и строгой централизацией в построении царской ад­министрации сочеталось здесь с сохранением органов общинного само­управления в качестве низового звена.

Важнейшей особенностью государственного строя и политического режима стран Древнего Востока являлось существование восточной деспотии. Впервые слово деспотия (от греч. despoteia – «неограниченная власть») упот­ребил в конце XVII в. французский писатель Ф. Фенелон в романе "Приключения Телемака" для осуждающей характеристики такого правления, при котором подданные живут в постоянном страхе и не защищены законом. Антиподом восточной деспотии как социального феномена выступает гражданское общество, а как политического – правовое государство.

Можно выделить следующие ха­рактерные признаки восточной деспотии:

I. Неограниченная власть наследственного, обожествляемого монарха, концентрирующего в своих руках всю полноту законодательной, исполни­тельной и судебной власти.

II. Теократический характер монархии, идеологизированный характер в це­лом государства, совмещение в руках монарха высшей светской и духовной власти. При этом сама власть азиатского тирана почти всегда освящалась не только свыше, но и снизу, ибо деспот воплощал все сокровенные чая­ния подданных.

III. Абсолютное преобладание государства над обществом, мелочная регла­ментация всего многообразия человеческих отношений, тотальная этатизация социальной жизни.

IV. Сочетание политики принуждения и феномена т.н. лю­бящего страха, когда страх перед верховной властью сочетался с безграничной верой в ее носителя – азиатского тирана. Такие социально-психологические условия отчасти обусловили и тот факт, что даже сомневаясь в правителях, ни одно древне­восточное общество не сомневалось в самом порядке власти, установившемся в том или ином государстве.

V. Феномен власти-собственности как структурообразующей основы такого общества, выполняющей функцию связующего единства по отношению к нему. Именно лидер государства выступал не только как суверен, носитель высшей влас­ти, но и как верховный собственник на землю. При этом право на получение доли прибавочного продукта обеспе-чивало вхождение в группу людей, которые вместе взятые являлись одновременно и носителями власти, и совместными собственниками (верховными и полными) средств производства, а также верховными собственниками личности производителей материальных благ. Отношения государственной власти и волевые отношения собственности были неотделимы друг от друга.

VI. Функционирование разветвленного, подчиненного восточному деспоту бюрократическо­го аппарата, в состав которого входили три главных ведомства управления – военное, финансовое и ведомство публичных работ. Наличие последнего было обусловлено особенностями климата, географического положения и осо­бенностями религиозного культа стран Древнего Востока. Например, в Древнем Египте существовало поливное земледелие и особый похоронный культ, согласно которому каждый египтянин после смерти должен быд обрести «дом для души», заботится о строительстве которого нужно было начинать еще при жизни, и т.д. Поэтому здесь неизменно фигурирует ведомство общественных (публичных) ра­бот, занятое строительством и поддержанием оросительных систем, общественных дорог, со­оружением усыпальниц, пирамид, царских дворцов, храмов, гробниц, иных гигантских культовых и религиозных сооружений.

Финансовое и военное ведомства служили в определенном смысле дополнением к этому ведомству: первое изыскивало средства, необходимые для функционирования аппарата управления и армии, для продовольственного обеспечения людей, занятых на общественных работах и т.п., а военное ведом­ство поставляло рабов-иностранцев, организовывало захваты территорий соседей и др.

VII. Отсутствие гражданского общества и существование на Востоке т.н. сервильного (служилого) общества, подчиненного государству. Для всех стран Древнего Востока характерна крайняя функциокализация человека, что приводило к формальному равенству людей перед деспотом, к практически поголовному рабству. Не толь­ко действительные рабы, ставшие заметным элементом в древневосточном хо­зяйстве со II тыс. до н.э., но и буквально все остальное население – от министериалов до крестьян – пре­бывало в положении рабов государства, напрямую зависимых от восточного деспота.

Однако, следует различать понятие "восточная деспотия" в формально-юридическом, социально-историческом и культурном смыслах. Так, формали­зованное понятие восточной деспотии со всеми указанными выше признаками может быть применено к характеристике империи Древнего Китая и царств Древнего Египта. В отношении же Древней Индии, даже в период династии Маурьев (IV – II вв. до н.э.), нельзя утверждать, что монархическая власть достигла здесь той степени деспотизма и неограниченноети, какую можно обнару­жить в классических в этом отношении древневосточных странах. Это связано с тем, что в Индии функционировал такой ограничивающий власть императора орган, как паришад – специальный совет царских сановников. Он собирался для рассмотрения важнейших дел, царских указов и приема послов, при чрезвычайных обстоятельствах его члены заседали вместе с членами тайного царского совета. Определенную сдерживающую роль играл в управлении орган под названием «раджасабха», более репрезентативный совет сановников, а со временем и представителей горожан и жителей джанапады (сельской местности).

Одной из особенностей системы управления империи Маурьев было сохранение в ее пределах автономных политических объединений, причем многие из них являлись рес­публиками, как например ганы и сангхи. В таких государствах власть принадлежала или народному собранию, где участвовали полноправные жители ганы, или аристократическому совету в количестве около 500 кшатриев-раджей. Глава ганы избирал­ся всей ганой, являлся ее слугой, обязанным действовать в соответствии с интересами всех других членов объединения. Видимо, он был ответственен перед ганой и обладал только исполнительной властью.

- IV -