3. Невротическое развитие личности и методики классического психоанализа.

Основная проблема души состоит в том, как справляться с тревожностью. Тревожность вызывается ожидаемым или предвидимым возрастанием напряжения или неудовольствия; она может развиваться в любой ситуации (реальной или воображаемой), когда угроза какой-то части тела или души слишком велика, чтобы ее игнорировать, чтобы с ней справиться, или чтобы ее разрядить.

Ситуации, порождающие тревожность, таковы:

1. Потеря желаемого объекта (например, ребенок, лишенный роди­телей, близкого друга или любимого зверька.).

2. Потеря любви (например, потеря любви и невозможность за­воевать вновь любовь или одобрение кого-то, кто много для вас значит.)

3. Потеря личности (себя) (например, страхи кастрации, потеря "лица", публичное осмеяние.)

4. Потеря любви к себе ( например, когда суперэго порицает действия, или черты характера, что кончается чувством вины или ненавистью к себе.) Отвергнутое реальностью либидо вынуждено искать другие пути для своего удовлетворения.

"Под гнетом обстоятельств либидо становится непокорным и вспоминает лучшие времена"

Часто нервозность взрослого — это прямое продолжение давно начавшегося детского заболевания.

Невротик постоянно проваливается в прошлое, когда его либидо не было лишено удовлетворения, когда он был счастлив.

Среди обстоятельств, всегда повторяющихся в юношеской истории взрослых невротиков, некоторые особенно важны:

• наблюдение полового сношения родителей;

• совращение взрослым лицом;

• угрозы кастрацией.

З.Фрейд различает:

травматический невроз — движим потребностью в защите и выгоде (бегство в болезнь);

актуальный невроз — связанный с отсутствие необходимых социальных и физиологических стимулов (отсутствие сексуальной жизни).

З.Фрейд доказал, что сама сексуальная жизнь, когда она искажена, в зависимости от сущности искажения формирует различные виды актуального невроза.

Различают следующие актуальные неврозы:

• неврастения;

• невроз страха;

• ипохондрия.

Терапевт и терапия

Известно, что Фрейд начинал свою работу с гипноза. Он укладывал пациента на кушетку и внушал ему в состоянии гипноза, чтобы тот рассказал о проис­хождении каждого из своих симптомов. Пациент отвечал серией воспоминаний; что обычно сопровождалось бурным аффектом. В конце сеанса Фрейд внушал пациенту, чтобы он забыл все свои воспоминания.

Примерно в 1892 г. Фрейд осознал, что возможность погружать пациентов в гипноз небезгранична. Он встал перед выбором: либо отказаться от катарсиса как метода лечения, либо попытаться применять его без сомнамбулической стадии гипноза. Опыт показал, что пациента можно заставить вспомнить многие события из его жизни путем простого внушения. Фрейд приказывал пациенту лечь на кушетку, закрыть глаза и сконцентрироваться. Затем он надавливал на лоб пациента рукой и настойчиво внушал, что воспоминания должны появиться.

В 1896 г. Фрейд полностью отказался от гипноза, а в последующем отказался и от внушения, перейдя к интерпретации спонтанной вербальной продукции пациента. Зародилась процедура свободных ассоциаций.

Сейчас свободная ассоциация является основным ме­тодом получения информации от пациента в ходе психоаналитического лечения. Точно так же, как интерпретация этой информация является наиболее важным инструментом аналитика.

Свободная ассоциация.

Это основной метод продуци­рования материала. Вот как сам Фрейд описывает метод свободных ассоциаций:

«Не оказывая какого-либо давле­ния, аналитик предлагает пациенту лечь удобно на софе, тогда как сам он сидит на стуле за ним, вне поля зрения. Он даже не просит его закрыть глаза и избегает любых прикосновений, так же как избегает всяких других про­цедур, которые могут напомнить о гипнозе. Сеанс, следо­вательно, проходит как беседа между двумя людьми, в равной степени бодрствующими, но один из них воздер­живается от любых мускульных усилий или ощущений, которые могут отвлечь его внимание от его собственной умственной деятельности. Для овладения идеями и ассо­циациями пациента аналитик просит «разрешить ему войти в такое состояние, как если бы они беседовали бесцельно, наугад». «В начале сеанса, — пишет дальше Фрейд, — я всегда объясняю пациенту, почему мы просим его ассоциировать свободно и почему предпочитаем пользоваться кушеткой... Я не говорю с пациентом свысока. Я использую обычный язык, избегая технических терминов и интеллектуализированных форм речи. Я обращаюсь с ним, как со взрослым, чье сотруд­ничество мне необходимо и который скоро будет испыты­вать трудности при работе с психоаналитическим матери­алом.

Основными способами продуцирования мате­риала являются: свободная ассоциация, реакция перено­са и сопротивление. Я рассказываю ему, что, для того чтобы не мешать его продукциям, я буду относительно молчалив. Когда он в первый раз начинает задавать вопросы, я объясняю ему, почему я не буду отвечать на них; в следующий раз я буду молчать. Если я не понимаю смысла слова, я говорю ему это; я не отпускаю пациента, не сказав ему ни слова. Если он испытывает сильное чувство смущения, рассказывая о какой-то определенной теме, первое время я признаю, что это для него болезненно, но необходимо для лечения. Я прошу его попытаться быть настолько открытым, на­сколько это возможно. ...Я не прекращаю сеанса, если пациент находится в середине рассказа или интенсивной эмоциональной реакции; я позволяю сеансу превысить обычные 40 минут».

В этом плане метод свободных ассоциаций чем-то напоминает ассоциативный эксперимент Юнга, но в дан­ном случае больной сам берет из собственной памяти ближайшее слово-«раздражитель» и в ответ на него вы­сказывает любую мысль, пришедшую ему в этот момент в голову. Используя метод свободных ассоциаций, Фрейд предъявлял к пациенту требование: «Он должен говорить нам не только то, что он может сказать намеренно и по своему желанию, что может дать ему облегчение, но и все, что приходит ему в голову, даже если это не прием­лемо для него и кажется ему несущественным или вообще бессмысленным».

Перенос. Эффективность метода свободных ассоциа­ций в значительной степени зависит от особых отноше­ний, устанавливающихся обычно между пациентом и врачом. В основе этих отношений лежит феномен перене­сения (трансфер). Механизм этого феномена заключает­ся в том, что пациент подсознательно идентифицирует врача с объектами своих догенитальных сексуальных влечений. Другими словами, больной «переносит» на врача свойства отца и матери со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами.

«Перенос состоит в переживании эмоций, побужде­ний, отношений, фантазий и защит по отношению к некоторой личности в настоящем, не адекватных по от­ношению к ней, так как они являются повторением, перемещением реакций, образовавшихся по отношению к значимым лицам в раннем возрасте. Восприимчивость пациента к реакциям переноса исходит от его состояния инстинктивной неудовлетворенности и проистекающей из этого необходимости поиска возможных разрядок».

Различают позитивный, и негативный перенос. Пози­тивный перенос проявляется чувством симпатии, уваже­ния, любви к аналитику, негативный — в форме антипа­тии, гнева, ненависти, презрения и т. п.

Фрейд использовал также термин невроз переноса — «совокупность реакций переноса, в которой анализ и аналитик становятся центром эмоциональной жизни па­циента, и невротический конфликт пациента вновь ожи­вает в аналитической ситуации».

Признаками негативного трансфера, как осознаваемого, так и неосознаваемого, может быть следующее:

• преобладание или возникновение у партнера негативных эмоции в присутствии или при появлении коммуникатора;

• наличие ошибочных действии, связанных с именем, предложением или чем-то другим, относящимся к коммуникатору (партнер опаздывает, не выполняет обещания, забывает по­здороваться, обратиться, предложить что-либо);

• неаккуратное обращение с предметами, принадлежащими коммуникатору или связанными с ним;

• частые жалобы на нехватку времени для коммуникатора, занятость своими делами;

• неуступчивость по различным вопросам (или «не считается» с коммуникатором);

• преобладание закрытых (негативных) жестов;

• партнер не копирует жесты и позы коммуникатора: либо не находится в резонансе, сохраняя «независимость», либо резонирует, но отвечает негативными жестами;

• речь: партнер мало говорит, преобладает негативное со­держание высказываний в любой адрес в присутствии ком­муникатора (осуждение, критика, сомнения); партнер ис­пользует слова и фразы коммуникатора;

• партнер мало или вообще не рассказывает о себе;

• партнер не склонен делиться личными воспоминаниями и впечатле­ниями; партнер пытается манипулировать; партнер скрывает или не объясняет причины своего поведения и др.

Признаки позитивного трансфера:

• преобладание в партнере положительных эмоций за время контакта, тенденция к улучшению эмоционального состояния;

• отсутствие ошибочных действий, или, по крайней мере, их безобидность;

• партнер уделяет коммуникатору достаточно много времени;

• аккуратное обращение с предметами, ассоциируемыми с коммуникатором или принадлежащими ему;

• поступки - знаки внимания, пунктуальность, идет навстречу, на уступки;

• преобладают открытые жесты, поза, дружелюбное выраже­ние лица, заинтересованность;

• партнер копирует позы, жесты, слова, привычки коммуни­катора;

• речь - много говорит (здесь также нужно учитывать другие признаки): преобладает позитивное содержание высказыва­ний в любой адрес в присутствии коммуникатора; использу­ет слова и фразы коммуникатора; подшучивает над собой;

• рассказывает о себе, делится воспоминаниями и впечатле­ниями; объясняет причины своего поведения; отсутствуют защиты и манипулятивные приемы.

Для повышения определенности отношения партнера к вам обычно рекомендуют:

• больше слушать и меньше говорить,

• иногда сохранять внешнюю нейтральность,

• задавать вопросы,

• поощрять партнера высказываться,

• интересоваться его про­шлым,

• значимыми событиями и людьми,

• так строить свое поведение, чтобы партнер сравнивал вас с кем-нибудь актуальным для него.

12