Заключение

Проанализировав современные проблемы борьбы с преступлениями несовершеннолетних экстремистской направленности, можно заключить, что необходимость дальнейшего совершенствования уголовно-правовых форм борьбы с преступлениями экстремистской направленности обусловлена следующими моментами: продолжающей оставаться напряженной социокультурной ситуацией; действием в стране многочисленных националистических группировок, которые превращаются в серьезную политическую силу; проблемой незаконных мигрантов на территории России.

Поскольку экстремистский мотив (как системообразующий признак преступлений экстремистской направленности) в одних случаях предопределяет основы конституционного строя как основной объект посягательства этих преступлений, а в других составах эти же отношения представлены в качестве дополнительного объекта, то объединение законодателем в одну группу преступлений экстремистской направленности как деяний, посягающих на различные непосредственные объекты уголовно-правовой охраны, является методологически неверным. Единая группа должна объединяться единым системообразующим критерием, как первоосновой, единым основанием, стержнем, главной причиной. Мотив, как факультативный признак в рамках состава преступления, не может быть главным, основным системообразующим критерием. Именно тот объект посягательства, который предопределяется экстремистским мотивом и должен быть положен в основу этого единого системного критерия. Общественные отношения в сфере охраны основ конституционного строя РФ, предопределяемые экстремистскими мотивами, должны быть объединяющим критерием всех преступлениях экстремистской направленности.

Содержание экстремистского мотива (вражды, ненависти как активной деятельности) указывает, что действия виновного несовершеннолетнего направлены не на конкретного человека (потерпевшего), а на отношение его к определенной политической, идеологической, расовой, национальной, религиозной или какой-либо социальной группе. Мотив ненависти или вражды предопределяет основную цель преступлений – разжигание ненависти или вражды, нарушение основ конституционного строя, равноправия и единства. Причинение вреда конкретной личности в результате совершения преступлений экстремисткой направленности (вреда жизни, здоровью, интересам несовершеннолетних, имуществу и т.п.) является промежуточной, второстепенной целью, предопределяющей дополнительный объект преступления.

Все преступления экстремистской направленности, совершаемых несовершеннолетними, можно объединить по признакам единства потерпевших, на которых направлено посягательство – представителей и той или иной политической, идеологической, расовой, национальной, религиозной или социальной группы. Данное объединение возможно в рамках единого видового объекта уголовно-правовой охраны, поскольку предмет преступления (потерпевший) и объект преступления взаимосвязаны и взаимообусловлены, предопределяют друг друга. Это обусловлено также тем, что объект преступления (в том числе преступлений экстремистской направленности) определяется не объективно, то есть не от фактически причиненного вреда потерпевшему (вреда жизни, здоровью и т.п.), а от сферы общественных отношений, в определении которой преимущественно играет главенствующую роль потерпевший, как участник данных общественных отношений.

Потерпевшим, как участником общественных отношений, формирующим объект уголовно-правовой охраны при совершении преступлений экстремистской направленности могут быть как отдельные физические лица, так и политические, идеологические, расовые, национальные, религиозные либо социальные общности, группы, как представители общества, которым непосредственно или опосредованно причиняется физический, моральный или материальный вред, либо создается реальная угроза причинения такого вреда в связи с принадлежностью к данной общности или группе.

Поскольку мотив как первооснова преступного поведения несовершеннолетнего лежит в основе формирования цели, в основе осознания общественной опасности преступления, направленности умысла, как желания совершить преступление, выполнить конкретное противоправное деяние, тем самым причинить потерпевшему конкретный вред, постольку именно мотив, определяет направленность деяния, цель преступления, и таким образом - сферу противоправного поведения. Мотив может лежать в основе определения объекта преступного посягательства. В ряде случаев исключительно с мотивами и целями уголовный закон связывает установление уголовной ответственности за конкретные деяния, за посягательства на конкретный объект охраны. Особенно это очевидно на примере неоконченных преступлений, когда именно по мотивам и цели определяется объект уголовно-правовой охраны, на который было направленно преступление.

При совершении преступлений экстремистской направленности (убийства, хулиганства, вандализма и других преступлений по экстремистским мотивам) действительным намерением несовершеннолетнего преступника является в первую очередь не жизнь или здоровье конкретного человека, не его имущество и т.п., а стремление осуществить посягательство на политическое, идеологическое, расовое, национальное или религиозное равноправие, показать свое превосходство, ненависть или неприязнь к названным отношениям. Посеять вражду или распри в обществе, которое является многонациональным, поддерживающим равные интересы различных религиозных воззрений и политических взглядов и идей.

Значение мотива и цели преступления можно свести к следующим основным моментам: 1) мотив и цель как криминообразующие признаки (есть мотив и цель – есть и преступление и наоборот), влияющие на определение общего объекта уголовно-правовой охраны; 2) мотив и цель как признаки, разграничивающие смежные составы (разграничивающий видовые объекты смежных посягательств при совпадении всех иных признаков данных составов); 3) мотив и цель как признаки, объединяющие преступления в главы (определяющие видовой объект охраны).

В условиях современного общества отношения в сфере обеспечения безопасности основ конституционного строя РФ требуют повышенного внимания со стороны уголовного законодательства. Увеличение количества преступлений экстремисткой направленности внутри многонационального государства, усиление их общественной опасности в условиях современных внутренних и внешних угроз требуют системного подхода к ним, осуществления борьбы с ними системными методами. Осуществить данную задачу предлагается путем систематизации УК РФ – выделения самостоятельного объекта уголовно-правовой охраны в целях повышения эффективности борьбы с преступлениями против основ конституционного строя Российской Федерации. Основанием выделения самостоятельного объекта станет однотипность интересов потерпевших, на которые указывают мотивы совершения преступлений против указанных лиц как представителей расовой, религиозной, политической, идеологической или иной социальной общности.

Мотив политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотив ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы четко указывает на характер совершаемого деяния, на его природу. Четко прописывает, каким общественным отношениям причиняется вред путем нанесения ущерба тем или иным ценностям, благам. Причиненный вред, несоизмеримо больше, чем те непосредственные последствия, которые указаны в отдельной норме о преступлении экстремистской направленности (причинение вреда жизни, здоровью, имуществу и т.п.). Общественное благо обладает большей социальной ценностью, чем личное. Поэтому возникает целесообразность переноса всех преступлений экстремисткой направленности в единую главу - по признакам общности объекта уголовно-правовой охраны - в главу о преступлениях против основ конституционного строя РФ раздела X УК РФ «Преступления против государственной власти». Определение данного раздела обусловлено расположением ст. 282 УК РФ «Возбуждение ненависти или вражды, а равно унижение человеческого достоинства», которая является по сути общим составом по отношению ко всем преступлениям экстремистской направленности. Предлагаемое нами такое законодательное решение о систематизации преступлений экстремисткой направленности в рамках самостоятельного раздела УК РФ не понизит «статус», общественную опасность отдельных преступлений экстремисткой направленности. Наоборот, включение нормы в главу 29 УК РФ будет свидетельствовать о важности охраняемых общественных отношений, о приоритете общественных интересов над личными.

Видовым объектом данных посягательств следует считать общественные отношения в сфере конституционно закрепленного равенства людей независимо от политических, идеологических, расовых, национальных, религиозных или социальных интересов, то есть общественные отношения в сфере обеспечения основ конституционного строя РФ. Основным непосредственным объектом посягательств экстремистской направленности следует считать общественные отношения в сфере неприкосновенности и равноправия той или иной политической, идеологической, расовой, национальной, религиозной или какой-либо социальной группы или представителя данной группы. Дополнительным объектом данных преступлений следует считать общественные отношения в сфере охраны жизни, здоровья, имущества, общественного порядка или общественной нравственности.