О детстве сыновей феанора

Дети были очень дороги Феанору и Нерданели – так как ‘всем эльдар они дороги больше, чем всё остальное, что у них есть, и семью связывает воедино не только телесное, но и глубокое духовное родство. С другой стороны, дети эльдар мало нуждаются в воспитании и обучении [11], значит, Феанору не нужно было постоянно ими заниматься.

Между рождением детей у эльдар проходит больше времени, чем от свадьбы до рождения первого ребёнка [11], так что двое из братьев (не считая близнецов) не бывали одновременно маленькими детьми. Ко времени рождения следующего брата старший достаточно подрастал, чтобы хорошо понимать значение этого - а, скорее всего, успевал стать взрослым.

Детство, по крайней мере, Маэдроса, Маглора и Келегорма пришлось на безмятежный полдень Амана, а значит, не могло не быть счастливым.

Все сыновья Феанора родились и выросли в Тирионе. Так как Феанор уйдёт из отчего дома, ‘чтобы жить отдельно от Индис и её детей [23], т.е., это произойдёт не ранее времени рождения Финголфина, Маэдрос, по-видимому, рождается и подрастает ещё во дворце Финве. Гораздо менее вероятно, что во дворце рождается и Маглор. Их братья, как представляется, рождаются и растут уже в собственном доме Феанора и Нерданели.

Из того, что дети нолдор быстро овладевают речью, а в возрасте примерно десяти солнечных лет избирают себе личное имя [11], можно заключить, что сыновья Феанора ещё детьми решают, каким именем - отцовским или материнским - им называться.

Маэдрос предпочитает называться материнским именем - Майтимо, и позже его будут помнить именно по этому имени [32]. Какое-то время - а, возможно, на протяжении всего детства - он остаётся единственным сыном, которому достаётся вся любовь родителей, и единственным внуком Финве.

Маглор тоже предпочитает материнское имя [32]. На жизнь юного Маглора, кроме родителей, не мог не влиять и старший брат. Как видно по дальнейшим событиям, из всех братьев ближе всего ему был Маэдрос.

Келегорм и Карантир также называют себя материнскими именами [32], хотя имя Туркафинве подчёркивает силу, тогда как Тьелкормо, казалось бы, вспыльчивость. Но вместе с тем - порыв, стремительность.

Куруфин - единственный из братьев, предпочитающий называться отцовским именем, Куруфинве [32]. Видимо, он гордится тем, что ‘отец дал ему собственное имя. Он - любимый сын Феанора [32]. Поскольку он в наибольшей мере унаследовал мастерство отца [25], наверняка Куруфин какое-то время учится у него.

Близнецы зовут друг друга одинаково - Амбарусса [32], предпочитая это имя отцовским, хотя они были различными - Питьяфинве и Телуфинве. ‘Другие же стали звать их Миньярусса и Атьярусса [32] («первый красный» и «второй красный»). Эти элессер, видимо, подчёркивали необычный цвет волос близнецов и вместе с тем их сходство между собой.

Все сыновья Феанора отличаются от большинства нолдор особенностями произношения, которое переняли от отца [12]. Они не могли не заметить ещё в детстве, что другие говорят иначе.

Сыновья Феанора в детстве спросили отца, почему родичи говорят иначе, и услышали в ответ, что нужно не обращать на них внимания и говорить правильно, а не «сюсюкать». Так как Феанор в своём ответе подчёркивает, что его Дом – старший, кроме того, он стал более гордым и более мрачным, чем прежде, и стал подозревать, что валар хотят лишить его первенства как недостаточно покорного [12], этот эпизод относится ко времени после 1450 Г.В. Видимо, этими сыновьями были Амрод и Амрас: ‘говорится не о сыне, а о сыновьях, которые при этом разговоре (то есть одновременно) были детьми [12]. В детстве они хотя бы немного общаются с родичами, живущими в доме Финве (так как замечают особенности их речи [12]) - либо детьми Индис, либо, скорее, своими кузенами и кузинами.

Таким образом, младшие из сыновей Феанора в это время были детьми, а родились они уже после освобождения Мелькора. По-видимому, вырасти они успевают прежде, чем начались явные мятежи и раздоры (когда Феанор куёт оружие в тайной кузнице, близнецы уже повзрослели, так как ‘он выковал восемь мечей [14] для всех своих сыновей). Тем не менее, юные годы Амраса и Амрода должны быть куда беспокойней, не столь безоблачны, как детство Маэдроса или Келегорма. Атмосфера уже меняется, и в пору детства близнецов полдень Валинора близится к закату: ‘после освобождения Мелькора часть нолдор слушает его речи и передаёт его ложь другим, часть становится более гордой, у нолдор появляются тайны друг от друга [14], всё больше становится того, что разделяет их. Возможно, и согласие между Нерданелью и Феанором нарушилось ещё до того, как близнецы успели повзрослеть.

Из того же разговора видно, что близнецы ‘с детства слышат от отца, что они принадлежат к Старшему Дому, которому принадлежат права на главенство над нолдор [12]. Ведь трудно допустить, чтобы Феанор говорил об этом лишь однажды, в связи с произношением.

Слова о том, что Нерданель при расставании с Феанором просила оставить ей именно близнецов или хотя одного из них, а Амрод хотел вернуться не просто в Аман, а к матери [32], видимо, появились в легенде из-за того, что Амбаруссар были самыми любимыми детьми Нерданели (как Куруфин - любимым сыном Феанора), и сами любили её больше, чем другие дети, особенно Амрод. ‘Феанору же Амрас был дороже, чем Амрод [32].

Ко времени рождения близнецов Феанор давно стал прославленным мастером и учёным, и они с детства могли гордиться этим.