3.5. Декларативная или процессуальная репрезентация образных представлений

Тот факт, что в ЦНС формируются зрительные образы фрагментов объективного мира, естественно, вызывает во­прос о форме репрезентации в памяти необходимой для этого информации. В зависимости от происхождения этой информации здесь можно выделить два существенно раз­ных случая. Прежде всего, можно говорить о хранении перцептивных признаков стимулов после прекращения их действия. В первой главе этот вопрос уже обсуждался при характеристике ультракратковременной памяти. Рассмот­рим теперь вопрос о том, могут ли такие описания призна­ков сохраняться в долговременной памяти, подобно семан­тическим признаковым характеристикам предметов и явлений.

167

Приведенные выше данные позволяют предположить, что в зависимости от требований ситуации такие описания действительно могут сохраняться в памяти в течение до­статочно длительного времени. Большинство эксперимен­тов, в которых при сравнении двух рисунков первый надо было удерживать в памяти, свидетельствует о том, что на­глядное описание первого рисунка может сохраняться в памяти до осуществления операции сравнения. Процесс сравнения зависит от образных свойств рисунка, как если бы при выполнении сравнения последний был непосред­ственно в поле зрения. Было также показано сходство про­цессов запоминания очень сложных невербализуемых зри­тельных стимулов и вербально предъявленной информации [Phillips, Christie, 1977]. Поскольку применяемые в этих экспериментах рисунки специально подбирались таким образом, чтобы исключить возможность их перекодирова­ния в вербально-понятийное описание, результаты свиде­тельствуют о запоминании информации в форме описании наглядных признаков.

В зависимости от условий предъявления, значимо­сти для регуляции действий и соответствия контексту об­разные признаки могут сохраняться в течение более или менее длительного времени в состоянии готовности для использования в процессе переработки информации. Одна­ко, поскольку такие конкретные характеристики объекта в большинстве случаев менее значимы, чем инфрормация, семантические репрезентации обычно хранятся в памяти дольше, чем образные (см. раздел 2.1). Если же запоми­нание образных свойств приобретает особое значение, как например, в случае ожидания второго стимула в экспери­ментах на сравнение двух конфигураций, образная репре­зентация может сохраняться в течение длительного време­ни. По-видимому, это требует значительных когнитивных усилий, что затрудняет восприятие и переработку инфор­мации в соответствующей модальности (см. обсуждение данных Сигала и Фузеллы [1970]), поэтому образная ре­презентация устраняется или заменяется на семантиче­скую, как только достигается цель, ради которой она соз­давалась. Согласно этим соображениям, вряд ли можно считать, что образные представления сохраняются в памя­ти подобно фотографиям в альбоме.

Вместе с тем имеющиеся данные позволяют предполо­жить также, что мы способны активировать наглядные' представления о прошлых событиях, которые создаются;

168

Образная репрезентация

Реактивация нейронных

процессов, в которых

закодирована первоначально

воспринятая информация

Припоминание знания об образных свойствах

-*н Семантическая репрезентация \

Рис. 119, Схема стадий когнитивного процесса, которые, по-видимому, лежат в основе создания образных представ­лений в памяти.

специально в случае отсутствия их декла­ративной репрезента­ции. Конечно, для формирования таких представлений в па­мяти должна присут­ствовать соответству­ющая перцептивная информация. Мы предполагаем, что она хранится в форме семантической репре­зентации, то есть в форме дискретных признаков, которые отображают образные свойства через их топологические свой­ства. Очевидно, в ЦНС существуют ме­ханизмы, которые на

основе такой репрезентации обеспечивают реактивацию процессов, опосредствующих восприятие зафиксированных в памяти признаков. Мы, таким образом, предполагаем, что при воспроизведении признаков из семантической памяти могут активироваться процессы, которые обусловили ко­дирование этих признаков, то есть что механизм кодиро­вания срабатывает теперь как бы в обратном направлении. Если в первом случае конфигурационные свойства стиму­ла обусловливают возникновение образа, позволяющего от­нести стимул к наличным семантическим структурам памяти, то теперь, наоборот, семантическая репрезента­ция обусловливает реактивацию процессов, которые коди­руют целостные наглядные характеристики семантических признаков (рис. 119).

Гипотеза формирования наглядных представлений н& основе семантической репрезентации позволяет сделать некоторые выводы. Во-первых, представление может быть точным лишь в той мере, в какой семантическая репрезен­тация точно сохранила свойства исходной ситуации. Веро­ятно, именно этим объясняется значительная расплывча­тость и схематичность представлений по сравнению с кон­кретным восприятием. У воспринятой зебры можно пере-

169

считать число полос, однако это вряд ли возможно по отно­шению к образу зебры [Bower, 1972]. Во-вторых, путем комбинации и интеграции семантических репрезентаций могут создаваться визуальные образы явлений, никогда прежде не воспринимавшихся субъектом. Объективно не­существующее может, таким образом, приобрести досто­верность непосредственно наблюдаемого факта. Очевид­но, что раскрытие механизмов возникновения подобных иллюзорных представлений, переживаемых как реальные события, имело бы большое значение для практики клини­ческой психологии. В настоящее время нам известно о них очень мало. Однако некоторые другие аспекты генерации образных представлений уже стали объектом эксперимен­тальных исследований.

Так, получены данные, позволяющие довольно точно определить время, необходимое для формирования образа объекта по его вербальному описанию. В этих эксперимен­тах использовалась методика сравнения двух рисунков а слова с рисунком [Scheerer-Newmann, 1974]. Слова “бу­тылка”, “стул”, “цветок”, “лягушка” и т. п. сопоставля­лись с последующими рисунками и определялась понятий­ная идентичность пары слово—рисунок. В другой серив определялась образная идентичность пары рисунков. В обеих сериях первый стимул пары предъявлялся на 100 мс, длительность интервала между стимулами варьи­ровалась. При сравнении двух рисунков возможность их непосредственного сопоставления обеспечивалась сохра­нением образа первого рисунка до окончания интервала между стимулами. Чтобы и при сравнении слова и рисун­ка решать задачу путем сопоставления образной инфор­мации, испытуемый должен был на основе предъявленного слова сформировать визуальный образ соответствующего объекта. Если длительность интервала достаточна для завершения этого процесса, время сравнения рисунка с рисунком и слова с рисунком должно быть одинаковым, Но если интервал между стимулами недостаточен, то мож­но ожидать, 'что для сопоставления двух рисунков потре­буется меньше времени, чем для сравнения слова с рисун­ком. На рис. 120 показано влияние интервала между сти­мулами на длительность сравнения. При интервале до 1 с сравнение слова с рисунком длится значительно дольше” чем в случае сравнения двух рисунков. Но при увеличе­нии интервала длительность сравнения в обоих случаях приближается к общему уровню. Можно, следовательно”

170

— "эргинка

2000

2 50 500 750 7000 7500

Интервал между стимулами (мс)

Рис. 120. Зависимость среднего времени реакции при сравнении слов с рисунком и двух рисунков от величины интервала между стимулами. При ве­личине интервала около 1 с различия между та­кими сравнениями исчезают [Scheerer—Neumann. 1974].

считать, что для построения на основе предъявленного слова образной репрезентации соответствующего объекта, которая идентична репрезентации этого объекта и кото­рую можно непосредственно сопоставить с последующим рисунком, испытуемым требуется от 1 с до 1,5 с.

Выше отмечалось, что такая же величина интервала между стимулами необходима для формирования зритель­ных представлений и при сравнении предложений с ри­сунками.

Предположение о том, что формирование представле­ний—последовательный процесс, в котором отдельные компоненты постепенно интегрируются в целостные обра­зования, получило подтверждение в эксперименте Вебера и Харншпа i[1974]. При акустическом или зрительном предъявлении английского слова испытуемые должны были определить, находится ли на определенной позиции в нем “высокая” буква (h, I, k, t и т. п.) или “низкая” (п, г, s и т. п.), то есть при акустическом предъявлении необходимо было зрительно представить написание слова. Если вначале предъявлялось слово, а затем после доста-, точно длительного интервала указывалась подлежащая проверке позиция, никаких различий между двумя спосо­бами предъявления ие наблюдалось. Но если слово предъ­являлось после указания позиции и затрачиваемое на про-

171

верку время фиксировалось после предъявления слова” то есть включало время формирования представления, та отмечались значительные различия. В случае акустическо­го предъявления слова на выполнение задания, как прави­ло, требовалось больше времени, причем отчетливо наблю­дался эффект края: буквы, находящиеся в начале и конце слова, проверялись быстрее, чем находящиеся в середине. Мы уже знаем, что при кодировании слов особую роль играют их крайние буквы (см. главу 1). Можно, следова­тельно, предположить, что при формировании наглядных представлений вначале реактивируются сенсорные при­знаки тех деталей стимула, которые имеют решающее зна­чение для кодирования представляемого объекта. Об осо­бенностях этого процесса нам известно еще очень мало. По-видимому, образные представления не хранятся в па­мяти в декларативной форме, а создаются на период реше­ния текущей задачи в результате относительно кратковре­менного сохранения существенных свойств стимулов либо их реактивации. Реактивация происходит, скорее всего, последовательно и начинается с признаков, которые имеют для представления стимула в форме образа особое значе­ние.

Связанные с наглядным представлением объектов, со­бытий и ситуаций трудности слишком велики, чтобы име­ло смысл длительно хранить представления в форме декларативного знания. ЦНС человека обходит эти трудно­сти, переводя семантически кодированную информацию в образную репрезентацию лишь в случае необходимости.