Пензенская деревня во второй четверти хх века
Во второй четверти XIX в. в аграрном секторе российской экономики отчетливо проявились признаки кризиса крепостной системы. И самые серьезные изменения затронули сознание, а следовательно, и мотивацию поведения самого многочисленного сословия в империи – крестьянства. Надежды и чаяния российской деревни наталкивались на неразрешимые обычными способами преграды в виде состояния несвободы, гнета феодальных повинностей, помещичьего землевладения. Накануне реформы в Пензенской губернии 52,3 % всей площади сельскохозяйственных угодий принадлежало дворянам, а в Пензенском, Мокшанском и Чембарском уездах дворянские земли занимали до 2/3 территории. По данным 10-й ревизии (1858 г.), в губернии числилось 545 740 крепостных душ обоего пола, или 46 % от всего числа жителей. Рост товарности помещичьего хозяйства объективно способствовал усилению принуждения крестьянства. Документы свидетельствуют об увеличении числа барщинных дней и размера оброка. В ряде мест практиковалась семидневная барщина.
С конца XVIII в.и до реформы 1861 г. сумма годового оброка в Пензенской губернии увеличилась с 4-5 до 20 руб. серебром с тягла. В отдельных имениях величина оброка достигала 60–80 руб. серебром. Помимо денег, крестьяне были обязаны помещику натуральными повинностями в виде поставок продовольствия и выполнения подводной повинности. Так, крестьяне помещика Раевского (Керенский уезд), внося ежегодно в виде оброка до 20 рублей с тягла, поставляли на господский двор по 10 фунтов мяса, гуся, барана, утку, две курицы, фунт коровьего масла, 20 штук яиц, фунт овечьей шерсти, а тягловые женщины – по 25 аршин посконного холста и 3 тальки льняной пряжи. В этих условиях крестьянские миры теряли свою устойчивость. Падение жизнеспособности крестьянского хозяйства особенно остро проявлялось в неурожайные годы: 1839-1841, 1848, 1850, 1854-1855,
что не могло не отразиться на содержании массовых настроений.
В конце 1850-х гг. разговоры о свободе становятся основным мотивом противоправных действий крестьян. Так, в 1858 г. крестьяне помещика Пензенской губернии Полянского без всяких побудительных причин со стороны конторского управления, «движимые только слухами о свободе», «вышли из повиновения», потребовали смены вотчинных начальников и посредством угроз заставили управляющего выдать им экономические деньги. В 1959 г. под воздействием «толков о свободе» крестьяне с. Большая Елань Пензенского уезда потребовали от своего помещика Ермолова возвратить им пахотные земли и луга, отменить натуральные и денежные сборы, не обременять их работами и отказались выходить на барщину. Попытка исправника арестовать подстрекателей лишь спровоцировала крестьян на восстание, для подавления которого были задействованы войска.
Бытовая культура населения Пензенской губернии
Заметные изменения происходили в первой половине XIX в. в быту населения России, в особенности горожан. В планировке и застройке городов в первой половине XIX в. ландшафтный принцип (водные пространства, зеленые насаждения) постепенно сменяется регулярным типовым строительством. Более 400 городов получили генеральные планы, что привнесло в их внешний облик некоторые новые черты: известную стандартизацию в оформлении центра (прямые улицы, площадь, на которой располагались типовые здания присутственных мест, торговые ряды, церковь). До появления железных дорог сохранялись места въезда и выезда из города через заставы со шлагбаумами, при которых существовали караульные; въезжавший в город путник должен был оставить в книге запись, «кто он и откуда».
А Пенза и в самом деле из провинциального захолустного городка превращалась в солидный губернский центр. По новой планировке расширилась городская территория. Появилось место отдыха у Кафедрального собора (в восточной стороне нынешнего сквера имени Лермонтова). Верх ул. Московской и территория прежней крепости, где проживало зажиточное население, застраивались в основном каменными домами (в 1838 г. их насчитывалось 73), а в целом в застройке преобладали деревянные строения.
Особое место в жизни горожанина занимал его собственный дом, приобретение которого наделяло человека статусом домохозяина. Жилища возводились не столько для себя, сколько для наследников и были рассчитаны на века: до настоящего времени сохранились многие из них, прежде всего каменные. Торговая и ремесленная деятельность большинства горожан в сочетании с занятием огородничеством, садоводством и животноводством накладывали определенный отпечаток на внешний вид городской усадьбы. Но вместе с тем их устройство подчинялось и той деятельности, которой занимался владелец: так, если хозяин торговал или занимался мелко кустарными промыслами, то наряду с жилыми и хозяйственными постройками в комплекс входили и торгово -производственные помещения. Большинство рядовых обывателей проживало в деревянных одноэтажных домах, вмещавших в себя не более десяти человек.
Ценностно-нормативную систему городского сообщества определяло в основном православное вероучение. Религиозная грамотность в городе была выше, чему сельского населения. Повседневность горожанина во многом был связана с жизнью приходской общины. Приходские церкви объединяли в городах жителей нескольких кварталов. Приходы объединяли вокруг себя горожан близких друг другу социально и профессионально. Дворяне и чиновники, как правило, посещали центральный храм города, купечество стремилось вложить средства в строительство собственных церквей.
Потребность в пище обеспечивалась во многом натуральным хозяйством. В Пензе практически каждый домохозяин имел огород, каждое десятое хозяйство включало сюда и сад. В Саранске в конце 1820-х гг.на 1388 домов приходилось 1115 огородов, в Инсаре на 354 дома – 353 огорода и 5 садов, в Керенске на 940 домов – 970 огородов. К концу 1820-х гг. в Пензе насчитывалось 204 сада, в Краснослободске –136. Горожане в большинстве своем занимались разведением овощных культур, особенно капусты, незаменимой в щах и употреблявшейся как в свежем, так и квашенном виде. Новым явлением в быту россиян стало широкое потребление картофеля. К середине XIX в. он занял видное место среди других повседневных продуктов питания. Те продукты, которые невозможно было произвести в собственном хозяйстве, покупали в торговых рядах: говядина (4 руб. 40 коп. за пуд), сало (от 7 до 13 руб.за пуд), севрюжная рыба (25 коп. за фунт), мука ржаная (65 коп. за пуд), крупы – гречневая (9 руб. 20 коп. за пуд), пшено (17 руб.за пуд), масло коровье (13 руб. 20 коп. за пуд), масло конопляное (8 руб. 20 коп. за пуд) и многое другое.