3. Постмодернизм и модернизм: различия и характерные признаки

Приведённое выше краткое описание явления и базовых принципов постмодернизма позволяет рассматривать его не просто как комплекс философских, научно-теоретических и эмоционально-эстетических представлений, но как характеристику и проявление специфического мировосприятия, как глобальное выражение современного ощущения духа своей эпохи, эпохи второй половины XX – начала XXI вв. В свете такого понимания возникает вопрос, вызвавший ряд дискуссий как сторонников, так и противников постмодернизма: чем постмодернизм (если вообще существует феномен постмодернизма) отличается от модернизма, которому он обязан и своим названием? Ответы на этот вопрос разноречивы. Так, Сьюзан Сулейман и Хельмут Летен выражают серьёзные сомнения в существовании каких-либо принципиальных различий между модернизмом и постмодернизмом. Сулейман считает, что так называемая «постмодернистская реакция» против модернизма является, скорее всего, критическим мифом или, в крайнем случае, реакцией, ограниченной американской литературной ситуацией.

Среди тех, кто признаёт, что наша реальность, жизненный мир стали «постмодерными», существует весьма широкий спектр мнений относительно того, что считать самыми характерными признаками постмодерна. Ихаб Хассан, к примеру, выделяет в качестве основных черт «имманентность» и «неопределённость», утверждая, что постмодернистические произведения в целом обнаруживают тенденцию к «молчанию», то есть, «с метафизической точки зрения», ничего не способны сказать о «конечных истинах». Алан Уайлд считает, что главным признаком постмодернизма является специфическая форма «корректирующей иронии» по отношению ко всем проявлениям жизни. На взгляд Дэвида Лоджа, разрабатывавшего в основном теорию литературного постмодернизма, определяющим свойством постмодернистских текстов является то, что на уровне повествования они создают у читателя неуверенность в ходе его развития.

Итальянский семиотик, эстетик, культуролог, постмодернист Умберто Эко видит в постмодернизме ответ модернизму, разрушавшему, деформировавшему прошлое. Постмодернистский ответ авангарду заключается в признании невозможности уничтожить прошлое и в приглашении к его ироническому переосмыслению. Своё постмодернистское кредо Эко сформулировал в заметках на полях романа «Имя розы». Он обратил внимание на возможность возрождения сюжета под видом цитирования других сюжетов, их иронического переосмысления, сочетания проблемности и занимательности. Символом культуры и мироздания Эко считает лабиринт. Он видит специфику неклассической модели в отсутствии понятия центра, периферии, границ, входа и выхода из лабиринта, принципиальной асимметричности. Это не противоречит возврату в искусство фабулы, действия, фигуративности, критериев эстетического наслаждения и развлекательности, ориентации на массовое восприятие

С точки зрения Жана-Франсуа Лиотара, если всё предельно упростить, то под постмодернизмом понимается недоверие к «метарассказам». Метарассказом Лиотар обозначает все те «объяснительные системы», которые, по его мнению, организуют буржуазное общество и служат для него средством самооправдания: религию, историю, науку, психологию, искусство – то есть любое «знание». «Век постмодерна», по Лиотару, характеризуется эрозией веры в «великие метаповествования», объясняющие и «тотализирующие» представления о реальности. В результате раздробления, расщепления «великих историй» появляется множество более простых, мелких, локальных «историй-рассказов». Смысл этих парадоксальных повествований – не узаконить, не легитимизировать знание, а «драматизировать наше понимание кризиса». Например, характеризуя науку постмодерна, Лиотар заявляет, что она занята «поисками нестабильностей», в частности, «теория катастроф» Рене Тома прямо направлена против понятия «стабильная система».