Комплексные судебно-психиатрические экспертизы

Согласно ст.201 УПК РФ, комплексной является судебная экспертиза, в производстве которой участвуют эксперты разных специальностей. Аналогичное определение содержится и в ст.23 ФЗ (“Комиссия экспертов разных специальностей”).

Соответственно, когда у следователя возникает потребность в использовании специальных знаний и в области психиатрии, и в области иных дисциплин в форме судебной экспертизы, он должен назначать комплексную судебную психиатрическую экспертизу. При этом, согласно ст.201 УПК РФ, в заключении экспертов, участвующих в производстве комплексной судебной экспертизы, указывается, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый эксперт, участвовавший в производстве комплексной экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, и несет за нее ответственность. В ст.23 ФЗ в дополнение к этому требованию, предъявляемому к заключению экспертов, указывается возможность формулирования общих выводов, т.е. ответов на вопросы, содержащихся в постановлении следователя, которые требуют совместного применения и психиатрических, и психологических знаний: “Общий вывод делают эксперты, компетентные в оценке полученных результатов и формулировании данного вывода. Если основанием общего вывода являются факты, установленные одним или несколькими экспертами, это должно быть указано в заключении”.

Приказ Министерства здравоохранения РФ от 12.08.2003 г. № 401 конкретизирует это положение применительно к КСППЭ:

“...4.4.1. Выводы эксперта одной специальности.

Если среди поставленных перед экспертами вопросов имеется вопрос, ответ на который входит в компетенцию эксперта (экспертов) лишь одной специальности, то этот эксперт (эксперты) может сформулировать самостоятельный вывод...

4.4.2. Интегративные или синтезирующие выводы...

Формулируются выводы комплексного экспертного исследования, входящие в совместную компетенцию.

Клинический анализ данных анамнеза, статуса, психической деятельности и поведения подэкспертного в юридически значимой ситуации дополняется анализом этих данных с использованием познаний других специалистов так, чтобы обобщающие характеристики всех сведений, содержащихся в описательной части заключения, служили аргументами при формулировании общего вывода экспертной комиссии”.

Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза

КСППЭ, так же как и судебно-психиатрическая экспертиза, проводится в отношении обвиняемых, потерпевших и свидетелей. В отношении этих групп подэкспертных, различающихся по своему процессуальному положению, кроме перечисленных в разделе “Судебно-психиатрическая экспертиза”, следует задавать следующие вопросы, ответы на которые входят в компетенцию судебного эксперта-психолога или в совместную компетенцию экспертов – психолога и психиатра.

I. В отношении обвиняемого.

1) Находился ли обвиняемый в момент совершения инкриминируемого ему деяния в состоянии аффекта?

Ответ на этот вопрос имеет значение для установления одного из квалифицирующих признаков (внезапно возникшего сильного душевного волнения) состава преступления, предусмотренного ст.107 (“Убийство, совершенное в состоянии аффекта”) или ст.113 (“Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта”).

2) Каковы индивидуально-психологические особенности обвиняемого? Оказали ли они существенное влияние на его поведение во время совершения инкриминируемого ему деяния?

Существенное влияние индивидуальных (личностных) особенностей обвиняемого на его криминальное поведение квалифицируется в случаях, когда они ограничивают его способность в полной мере осознавать значение своих действий или осуществлять их произвольную регуляцию и контроль во время совершения инкриминируемого ему деяния. Можно сказать, что экспертная констатация такого существенного влияния выступает своеобразным аналогом нормы так называемой “ограниченной вменяемости” (ч.1 ст.22), только причиной ограничения способности к осознанной регуляции криминальных действий в данном случае выступает не психическое расстройство, а индивидуально-психологические особенности обвиняемого. Положительный ответ на данный вопрос может служить основанием для индивидуализации уголовной ответственности и наказания (ч.3 ст.60, ч.2 ст.61 УК РФ).