Опричнина

В 1560 г. пало правительство Адашева, сам он оказался в опале. Сильвестр был отправлен в ссылку в Соловецкий монастырь. Князь Курбский в 1564 г. бежал в Литву.

В начале 1565 г., в разгар Ливонской войны, когда удача стала изменять русскому оружию, Иван Грозный перешел к решительным действиям. Царь обвинил всех служилых людей в том, что они истощают казну, плохо служат, изменяют, а церковные иерархи их покрывают.

Всю территорию страны царь разделил на земщину и опричнину. Само слово “опричнина” произошло от “опричь”, “кроме” всей остальной “земли” — отсюда — земщина, земское. В опричнину царь выделил часть уездов страны и “избранную тысячу голов” бояр и дворян (за семь лет их число выросло примерно в 4 раза). В опричнине царь испомещал “опричных служилых людей”. Опричники носили у седла голову собаки (символ готовности “грызть” государевых изменников) и кисть (напоминавшую метлу, которой они обязывались выметать из государства измену). Опричники стали личными слугами самодержца, его личной стражей, а также участниками многих боевых операций. И все же палаческие функции для многих из них стали главными.

Сразу же после учреждения опричнины начался массовый террор. Как говорил Андрей Курбский, Грозный истреблял свои жертвы “всенародно”. В измене обвинялись не только отдельные лица, но и целые города. Кульминацией опричного террора стал разгром Новгорода в январе 1570 г., когда, по разным оценкам исследователей, здесь погибло от 3—4 до 10—15 тыс. человек. После новгородского погрома в “измене” уже обвинялись и многие руководители опричнины.

В 1571 г. крымский хан Девлет-Гирей совершил очередной набег на Русь. Большая часть опричников, которые должны были оборонять берега Оки в районе Калуги, на службу не вышла. И хан смог, подойдя к Москве, поджечь посады. В результате на месте столицы осталось пепелище. Следующим летом, когда Девлет-Гирей повторил поход, повторной трагедии удалось избежать, лишь призвав опытного воеводу. После набегов крымского хана царю стало ясно, что существование опричнины угрожает обороноспособности страны. Осенью 1572 г. она была отменена, а само слово “опричнина” стало крамольным.

Большим потрясением стала опричнина для государственного аппарата страны. Царь ввел в опричных землях особое управление по образцу общегосударственного: своя дума, свои приказы, своя казна. Земщина управлялась прежними государственными учреждениями и Боярской думой. Земское правительство ведало общегосударственными делами под строгим контролем царя, без утверждения которого Боярская дума ничего не предпринимала. Дьяки и подьячие, незнатные государственные чиновники — основа складывающегося аппарата государственного управления — в массовом порядке истреблялись в годы опричнины. Известный знаток того времени академик Веселовский отмечал, что “при царе Иване служба в приказном аппарате была не менее опасным для жизни занятием, чем служба в боярах”. Во все царствование Ивана IV приказные дьяки в большей степени подчинялись царю, чем Боярской думе, и были верными его слугами. Это, однако, не помешало Грозному во время одной из расправ зверски казнить на Поганой Луже (современных Чистых Прудах) почти всю дьяческую верхушку приказов, обвинив ее в государственной измене.