Влияние иноземцев

Одержимый нечистыми духами страстно увлекается всеми нововведениями мира сего, в которых дух разрушения и соблазна обитает, вызывая острое желание к обновлению, разрушению старого, канонического порядка в быту, в привычных воззрениях на мир, освященный созданием Божиим.

При Царях Алексее I Михайловиче и Августейшем сыне его Царе Феодоре III Алексеевиче на Русь оказывало большое влияние, закованная в латинство Речь Посполита. В числе других главный воспитатель Царевича Алексея I Михайловича боярин Артамон Сергеевич Матвеев (1625-1682), глава Русской дипломатии, желая угодить Царю, ввел смелую новизну в Московский Государев Дворец, одев Цесаревича и его Августейшего брата в немецкие платья. В детской комнате Царевича Алексея уже были немецкие игрушки, карты, картинки. В библиотеке Царевича имелась грамматика, напечатанная в Литве. Известно, что Августейший родитель Государя Петра I Алексеевича очень милостив был к иностранцам, но в тоже время не подвергался их влиянию, и потому не проводил новых идей в общество. По словам В. О. Ключевского: “Царь Алексей и его сверстники не менее предков дорожили своей православной стариной; но некоторое время они были уверены, что можно щеголять в немецком кафтане, даже смотреть на иноземную потеху, “комедийное действо” и при этом сохранить в неприкосновенности те чувства и понятия, какие необходимы, чтобы с набожным страхом помышлять о возможности нарушить пост в Крещенский сочельник до звезды”.

Со временем Царь Алексей I Михайлович все более увлекался “полезными новшествами”. Пристрастившись к новыми веяниями, Государь во многом отступал от старозаветного порядка жизни, ездил в немецкой карете, брал с собою Царицу на охоту, водил ее и Августейших детей на иноземную потеху - “комедийные действа” с музыкой и танцами, поил допьяна вельмож на вечерних пирушках, в трубы трубил и органы играл. По словам В. О. Ключевского: “Царь Алексей много помог успеху преобразовательного движения. Своими часто безпорядочными и непоследовательными порывами к новому, и своим умением все сглаживать и улаживать он приручил пугливую русскую мысль к влияниям, шедшим с чужой стороны”. Надо признать, что Государь не порывал с родной патриархальной стариной. Однако и при нем Державные родственники Царствующего Дома воспитывались уже не только духовными лицами, но все более иностранцами.

Так, Августейшие дочери Царя Иоанна V Алексеевича (1682-1696) получали знания от немца Иоганна Остермана, учившего их языку и танцам. По словам историка Михаила Ивановича Семевского (1837-1892): “немцы были в ходу, немцы были в силе, немцы считались воспитателями Наследника престола... Но кроме немца, для полного развития дочерей, необходим был француз”. Он “танцу учил и показывал зачало и основание языка французского”.

Препятствовать произвольному проникновению в Россию ереси и вольностей была обязана Православная Церковь и ее Предстоятели. Как известно, строгие меры к протестантам и католикам употреблял Патриарх Филарет (1619-1633).

Истреблял у бояр немецкие органы, ливреи для слуг, картины и иконы западного образца Патриарх Никон (1605-1681). Подвергалось преследованию брадобритие, за употребление табака резали носы. Но в борьбе с чуждыми Православию мирскими удовольствиями и развлечениями Церковь, и ее Предстоятели все реже поддерживали Государи, подавая дурной пример пристрастий к разрушительным традициям, новшествам и увлечениям. Так, Царю Петру I Алексеевичу приписывали слова к боярам о брадобритии, отвечающие, по словам историка Ключевского, обычному тону его речи и образу мыслей: “Наши старики по невежеству думают, что без бороды не войдут в Царствие Небесное, хотя оно отверсто для всех честных людей, с бородами ли они или без бород, с париками или плешивые”.

Так, Государь часто путал понятия старорусских традиций и православных канонов с истинным суеверием, очевидно, по причине недостатка богословского воспитания и образования в духе Русских традиций.