Жилой дом богатого троянского купца начала XIII века до н.Э.
Заслуживает внимания версия, родившаяся после археологического везения. Разбирая и классифицируя сотни артефактов из городских кварталов, ученые обнаружили осколки керамических плиток с загадочными знаками. На анализ их послали в Европу. Черточки, кружочки и крестики оказались довольно близкими к тем, что обнаружены в Тертерии (Румыния), Кораново (Болгария) и Винче (Югославия). В VI тысячелетии до н.э. на Балканах зародилась высокая цивилизация с развитым сельским хозяйством, металлургическим производством и собственной письменностью. Правда, она еще не осмыслена до конца историками, но признана индоевропейской. Болгарские ученые считают ее прафракийской. Быть может, Троада каким‑то образом входила в ареал этой культуры. Но сама команда М. Корфмана еще ищет точный ответ на эту удивительную тайну глубокой древности. Несомненно, случится и новое везение, и археологи прояснят проблему. Ведь работы не прерываются ни на один день.
Загадки плюс итоги
Итак, первые итоги раскопок международной экспедиции впечатляющие и даже сенсационные. Работа проделана уникальная, буквально титаническая, многие поисковые работы не имели аналогов по методикам, шли на уровне хирургических операций и детективной дедукции. Остались ли загадки города? Довольно много, ибо Троя оказалась крепким орешком для науки. Много необычного, трудно пока объяснимого. К примеру, целый диспут разразился, когда случайно среди черепков посуды была обнаружена лишь одна сильно поврежденная грифельная табличка с письменами, напоминающими критское линейное письмо А. Но знаки не поддались расшифровке. Обнаружено до обидного мало скульптурных фрагментов, ритуалы троянцев остались в темноте веков. Но тут можно вспомнить археологов, копавших здесь сразу после Шлимана. Они обнаружили вокруг цитадели Приама печи османов, в которых мрамор пережигался на известь. Осталось загадочным происхождение наконечника стрелы, сделанного из сплава метеоритного железа с цинком. В сложной судьбе Трои не выяснен и такой момент, как жесткий протекторат хеттов над Троадой. Ведь эти племена были родственными по крови, и хетты подчас присоединялись к войскам союзников и отстаивали город, а затем участвовали в общем восстановлении крепостных стен и храмов. Ломают голову археологи и по поводу незадачи, что им не удалось найти ни одного некрополя знатных троянцев, ни одного царского могильника с сокровищами, ни одной стелы с именами правителей города. Это случайность или мистика? Или все же печальный итог 47 войн и последующего господства греков, персов, римлян, османов?
Но все это не означает, что нужных находок в Трое не последует. Главные открытия еще впереди. Например, таблички с письменностью или троянский Стоунхендж. Ведь ни одно земледельческое государство той эпохи не обходилось без подобных астрономических инструментов. Надежды есть, тем более что состав экспедиции вскоре будет обновлен и расширен, а арсенал поисковых и политических приборов пополнится новейшими образцами.
Закончим мы фразой одного участника экспедиции, высказанной в журнале «Гео»: «Копали мы более 20 лет, но на осмысление находок и открытий потребуется времени в три‑четыре раза больше. Истинная история Троады будет переосмыслена. Тем более что на раскопки уйдет в общей сложности 100 лет. Но ясно одно: когда наука встречается с необузданными по фантазиям сказаниями и мифами, рациональное зерно всплывет при объективном старании разобраться и распутать узлы из сказочных узоров».
