- •Историческое своеобразие русского литературного языка. Понятие диглоссии.
- •Литературный язык как одна из форм существования языка. Природа языковых норм. Понятие языковой нормы. Кодификация норм литературного языка. Русский литературный язык и язык сми.
- •Предмет изучения орфоэпии. Формирование произносительной нормы русского языка. Орфоэпические варианты русского литературного языка.
- •Особенности петербургского и старомосковского произношения.
- •Орфоэпические нормы в области гласных, согласных. Произношение отдельных грамматических форм, заимствованных слов и аббревиатур.
- •Графика. Современный русский алфавит. Фонематический и позиционный принцип русской графики. Значения букв.
Литературный язык как одна из форм существования языка. Природа языковых норм. Понятие языковой нормы. Кодификация норм литературного языка. Русский литературный язык и язык сми.
Норма – это совокупность выработанных общественной практикой (и действующих в данный период существования литературного языка) правил употребления слов, сочетаний слов, грамматических форм и конструкций, совокупность правил произношения и написания слов. Норма поддерживается и утверждается речевой практикой культурных людей, в частности писателей, а также крупных, пользующихся авторитетом общественных деятелей.
Кодификация – это фиксация действующих в данный период литературных норм.
Лексическая (точнее, лексико-семантическая) норма наиболее полно отражается в толковых словарях. Во-первых, утверждению (и пропаганде) в них нормы способствует отбор слов и значений: в эти словари включены не все слова и значения русского языка, а главным образом литературные. Так, например, из ста современных общеупотребительных слов, приведенных в Словаре Ожегова (20-е изд.) на букву К в отрезке к – калитка, 95 (к, кабан, кабачок, кабина, кабинет, каблук, кавалер, кавалерист, кавалькада, кавардак, каверза, кадило, кадр в значении 'отдельный снимок', каждый, казаться и т.д.) принадлежат к словам литературного языка и лишь 5 (кабы, кажись, казан, казать, каковский) – к нелитературным. Во-вторых, утверждению и пропаганде нормы служит система помет: те нелитературные слова, которые все-таки даются в современных толковых словарях (благодаря частоте своего употребления, широкому использованию в языке художественной литературы), снабжены соответствующими пометами. Так, при словах кабы, кажись, казать, каковский в Словаре Ожегова стоит помета "прост.", т.е. просторечное (эта же помета используется и в других современных словарях), помета "обл.", т.е. областное, – при слове казан.
Такие же пометы указывают и на нелитературность отдельных значений слов. Помета "прост.", например, дана в словарях к одному из значений слов вкалывать ('работать трудно и много'), калым ('о доходе, получаемом от занятия, приносящего вред общественному делу'), капать ('доносить'), обложить ('грубо обругать') и т.д.
Грамматические нормы изложены в школьных и вузовских учебниках русского языка, в академических грамматиках (последняя по времени выхода и отражению достижений лингвистической мысли – "Русская грамматика", т. I, II. М., 1980). Краткие нормативные грамматические сведения есть и в словарях – толковых, орфографических, орфоэпических. Так, при существительных в толковых словарях приводится окончание родительного падежа единственного числа, говорящее о типе склонения (а в случае, если слово не склоняется, дается помета нескл.), указан род слова (пометами м., ж., ср.; слова общего рода – невежа, разиня и под. – снабжены пометами м. и ж.). Глаголы в толковых словарях характеризуются с точки зрения спряжения (приводятся окончания 1-го и 2-го лица единственного числа), вида (пометами сов. и несов.), переходности (пометой перех.), обязательного управления (указанием падежных вопросов, например: завúдовать, -дую, -дуешь; несов., кому-чему) и т.д. Если толковые и орфографические словари говорят о правильных формах, то "Орфоэпический словарь русского языка. Произношение, ударение, грамматические формы" под редакцией Р.И. Аванесова предупреждает, кроме того, и о типичных нарушениях нормы. Так, читатель узнает из него, что неверны формы бухгалтерá (правильно бухгáлтеры), ляжь (правильно ляг), тортá (правильно тóрты) и т.д.
Произносительные нормы наиболее полно представлены в названном выше орфоэпическом словаре. Как и по отношению к формам слов, этот словарь, приводя правильные ударения, отражая правильное произношение той или иной части слова, обращает внимание и на то, как не нужно произносить слово. Например: алфавúт не рек.* алфáвит, баловáться не рек. бáловаться, докумéнт, грубо неправ. докýмент, новорождённый не рек. новорóжденный, совремéнный неправ. совремённый и т.д.
* То есть не рекомендуется.
Орфоэпическим является и "Словарь ударений" Ф.П. Агеенко, М.В. Зарвы под ред. Д.Э. Розенталя (1-е изд. 1960). И хотя он адресован работникам радио и телевидения, он нужен, конечно, не только указанной категории лиц. Что важно и очень ценно, словарь приводит ударения как в нарицательных, так и в собственных именах. Состав тех и других определяется затруднениями, которые могут относиться к ударению, произношению и отчасти к словоизменению нарицательных и собственных имен. Примеры сведений этого словаря: апртеúд [тэ] и апáртхейд; обеспéчение (не обеспечéние); столяр, -á, мн. столяры, -óв; Мысливечек, -ека; "Унúженные и оскорблённые" (роман Достоевского); Фермопúлы, -úл.
С правильным ударением даются все слова в толковых словарях (а в случае необходимости приводятся и формы слов).
Орфографические (иначе правопúсные нормы) содержатся в орфографических словарях и справочниках.
Представление о литературной норме будет неполным, а значит, и неточным, если понимать ее лишь как совокупность устойчивых и унифицированных единственно возможных (в данный период) языковых средств. Норма – это и совокупность дифференцированных средств выражения, предполагающая наличие целого ряда вариантов и синонимических способов выражения. Это обеспечивает стилевое богатство литературного языка, его способность осуществлять разнообразные функции, быть полифункциональным.
