IV. Приспособление мусульманского права к современному обществу

Направление и глубина воздействия мусульманского права на современное правовое развитие того или иного государства обусловлены достигнутым ею уровнем экономического и культурного развития. Нельзя поэтому игнорировать очевидных различий в позициях, которые занимает мусульманское право в правовой надстройке отдельных стран. Например, наиболее широко оно продолжает применяться в странах Аравийского полуострова и Персидского залива, сохраняя свои позиции и действуя универсально в своем традиционном виде.

Мусульманское право давало широкий простор для судейского выбора. И вплоть до настоящего времени мусульманском судьям при молчании закона в большинстве случаев предписывается применять не просто определенный толк, а его "наиболее предпочтительные выводы". Эта же особенность структуры мусульманского права позволяет при закреплении его норм в современном законодательстве выбирать из множества противоречивых предписаний те, которые наилучшим образом отвечают интересам социально- политических сил, стоящих у власти в той или иной мусульманской стране. Коренная перестройка правовых систем, которые в большинстве стран к середине XX в. оказались сориентированы на восприятие западных правовых моделей, а также широкая кодификация норм фикха (прежде всего в области личного статуса) способствовали изменению структуры действующего мусульманского права по двум основным направлениям. Прежде всего, если в середине века мусульманское право как система действующих норм занимало преобладающее место в правовой надстройке определенной группы стран, то в современных условиях в большинстве из них можно наблюдать лишь применение отдельных норм, институтов, конкретное юридическое содержание которых формировалось под прямым влиянием фикха. В результате приходится иметь прямое дело не столько с собственно с мусульманским правом, сколько с нормами, ведущими от него свое происхождение.

Мусульманское право оказывает влияние на современное общественное развитие многих государств не только в виде системы действующих юридических норм, но и в качестве важного идеологического фактора. Проблемам мусульманского права придается важное значение современными политическими движениями, выступающими под лозунгамми ислама, в которых социально- политические аспекты становятся доминирующими. И если учесть, что мусульманское право традиционно рассматривается как главное средство практической реализации сложившихся в исламе представлений о "мусульманском образе жизни" и общественном идеале, то становится понятной существенная роль, которую отводят ему различные политические силы при обосновании своих требований.

Мусульманское право продолжает быть одной из крупных систем современного мира и регулировать отношения между более чем 800 миллионами мусульман. Однако, многие государства с мусульманским населением начали быстро модернизироваться. Итак, как же усваивается мусульманское право с эволюцией, которая предполагает установление политических режимов нового типа, а также смелые реформы в сфере частного права?

Мусульманское право неизменно, и в то же время оно полно возможностей. Наряду с его неизменностью следует отметить и его гибкость. Между двумя этими чертами нет никакого противоречия. При всей своей неизменности мусульманское право предоставляет такие возможности обычаю, соглашению сторон, административным регламентам, которые позволяют, не изменяя самого права, вводить положения, удовлетворяющие потребности современного общества.

Очень распространенным средством, используемым для приспособления мусульманского права к условиям современной жизни, является вмешательство господствующей в обществе власти. Суверен, будь то монарх или парламент, является в исламистском понимании не господином, а служителем права, имея возможность законодательствовать, он руководит государственной политикой и должен, в частности, следить за правильным отправлением правосудия. Мусульманское право принимает законность регламентирующих мер, которые применяются в данной связи властями.

Стремление модернизироваться характерно для рационально мыслящих представителей мусульманского мира, не склонных подчиняться традиционной властной установке. Однако не легко убедить в этом неподготовленную массу мусульман. Она не хочет отказываться от подхода, который как бесспорный существовал в течении веков. Поэтому для приспособления мусульманского общества к современной жизни желательны способы, находящиеся как бы вне мусульманского права (обычай, соглашение, регламенты), но не противоречащие ему.

Глубокое влияние на право любой страны оказывает правовая культура, уровень правосознания, правовая идеология и психология. Все эти особенности наложили глубокий отпечаток на психологический механизм действия мусульманского права: его нормы в глазах широких масс нередко, особенно в сфере личного статуса, выступали и выступают в виде единых правил поведения- одновременно и юридических, и моральных, и религиозных.

Известно, что для мусульманского права характерно преобладание религиозного принципа применения: оно действует, прежде всего, во взаимоотношениях мусульман. Данный принцип в целом сохраняется и в наши дни. Например, брачно-семенные нормы мусульманского права распространяются исключительно на мусульман и не применяются другими религиозными конфессиями. Предусматриваемая уголовным законодательством Марокко и Иордании ответственность за несоблюдение поста во время рамадана касается только мусульман, а по Уголовному кодексу Северной Нигерии по мусульманскому праву могут быть наказаны только последователи ислама.

Вместе с тем религиозный принцип применения мусульманского права никогда не проводился в жизнь без изъятий, последовательно и безусловно. С самого возникновения ислама и становления мусульманского государства многие нормы мусульманского права распространялись и на немусульман. Это относится, например, к государственному праву или к положениям, устанавливающим налоги на немусульманское население. Другим случаем является подчинение нормам мусульманского права немусульманки, вышедшей замуж за мусульманина. Наиболее нагляден отход от религиозного принципа при применении норм «личного статуса», которые традиционно рассматриваются в тесной связи с вероисповеданием лица. Так, в настоящее время мусульманско-правовые нормы относительно завещания, наследования, ограничения правоспособности, вакуфного имущества в большинстве арабских стран распространяются и на немусульман.

Применение мусульманского права в случае молчания гражданского законодательства также не учитывает религиозной принадлежности сторон. Однако нормы современного мусульманского уголовного права в Саудовской Аравии, Судане, Иране, Ливии и некоторых других странах также применяются ко всем гражданам соответствующих стран вне зависимости от их вероисповедания. В Кувейте с 1982 г. запрет на употребление спиртных напитков распространен даже на иностранных дипломатов. Представляется, что закрепление норм мусульманского права в принимаемых государством законах и их распространение на всех граждан не могли бы иметь места, если бы мусульманское право не являлось системой юридических норм, обладающих относительной самостоятельностью по отношению к религиозным постулатам ислама.

Действительно, тезис о религиозном критерии применения мусульманского права представляется правильным только с весьма существенными оговорками. Он может быть принят при условии рассмотрения мусульманского права с одной точки зрения - в максимально широком, а не специально юридическом смысле, т.е. как «божественного закона» - шариата, который в таком понимании практически поглощает собой ислам в целом. Естественно, при этом юридические нормы действительно оказываются в тени собственно религиозно-ритуальных или нравственных предписаний, растворяются в них. Понятно, что такой подход не позволяет выявить особенности именно юридических норм как относительно самостоятельной части всего мусульманского социально-нормативного комплекса. Более того, если принять за аксиому положение о неразрывном единстве религиозных предписаний (догматических и ритуальных), нравственных и собственно правовых норм в исламе, то вопрос о самом существовании мусульманского права в юридическом смысле вообще снимается. В самом деле, если исходить из того, что так называемые правовые нормы в исламе ничем принципиально не отличаются от ритуальных и моральных, то возникают сомнения в обоснованности оценки мусульманского права как юридического явления. А раз так, то закономерно встает вопрос, допустимо ли вообще говорить о наличии в исламе, пусть даже в нерасчлененном виде, различных типов норм, в том числе и юридических. Иными словами, выводу о том, что мусульманский социально-нормативный механизм включает религиозные, нравственные и правовые правила поведения, должен предшествовать анализ тех факторов, которые обусловили юридический характер отдельных предписаний ислама, придали им качество права. Поэтому специфику мусульманского права нельзя полностью раскрыть, указав только на его тесную связь с мусульманской религией и нравственностью. Прежде всего необходимо дать ему оценку именно как праву в юридическом смысле, рассмотреть его соотношение с государством, определить, отвечает ли оно всем требованиям, которым должно отвечать право как особый социально-нормативный регулятор. Без этого невозможно понять место мусульманского права в правовой надстройке общества в мусульманских странах.