2. Николай I. «Теория официальной народности».

В соответствии с указом о престолонаследии, наследовать Александру должен был его брат Константин. Мало кто знал, что он получил согласие матери на развод и женитьбу на польке, только отрекшись от права на Российский престол. Началась неразбериха. Часть жителей и гвардия присягнули Константину, последовала переприсяга следующему брату, – Николаю.

Этим и воспользовались декабристы, устроив свое выступление, но об этом в специальной лекции.

Так на русский престол взошел Николай I, получивший прозвище «палкин».

Николай в отличие от братьев готовил себя к военной карьере. Он не получил того воспитания в духе Руссо, как старшие братья. Учителями были, в основном, немцы и учился он без охоты. Из всех наук его привлекали математика, артиллерия и тактика (естественно в военном разрезе). Он был «солдат по призванию, образованию, наружности и по внутренности».

Герцен в книге «Былое и думы» дает нам, пожалуй, наиболее точный его портрет: «Он был красив, но красота его обвивала холодом, нет лица, которое так беспощадно обличало характер человека, как его лицо. Лоб, быстро бегущий назад, нижняя челюсть, развитая за счет черепа, выражали непреклонную волю и слабую мысль, больше жестокости, нежели чувственности. Но главное – глаза, без всякой теплоты, без всякого милосердия, зимние глаза. Я не верю, чтобы он когда-нибудь страстно любил какую-нибудь женщину, как Павел Лопухину, как Александр всех женщин, кроме своей жены; он пребывал к ним благосклонен, не больше».

Царствование его началось с расправы над декабристами, усилением военно-крепостной диктатуры. Государственный аппарат был военизирован: министры назначались из генералов, во главе большинства губерний были поставлены военные губернаторы. Но в тоже время Николай отправил в отставку Аракчеева и приблизил Кочубея, который был председателем Госсовета, а при Александре– министром внутренних дел и Сперанского, который был прощен Александром еще в 1811 г. После ссылки Сперанский стал другим. Он был в числе судей подписавших смертный приговор декабристам. Стал ярым монархистом. Главное дело своей жизни составление и кодификация (устранение ошибок и противоречий) русского законодательства было выполнено им в конце 20-х начале 30-х годов. В 1833 г. вышел уже модифицированный «Свод законов Российской империи».

Первая статья Свода законов гласила: «Император Всероссийский есть монарх самодержавный и неограниченный. Повиноваться верховной его власти сам бог повелевает». Свод законов стал официальным руководством в практике суда и управления. Свод законов не положил преград на пути бюрократизма, взяточничества, казнокрадства. При Николае особенно быстро рос чиновничий аппарат, за 60 лет с 1796 по 1857 г. количество чиновников выросло в 6 раз, а население в 2.

В то же время был принят ряд указов, затрудняющий выходцам из других сословий получение дворянского звания.

Политика Николая носила репрессивный характер. Центром репрессивного аппарата стало созданное особым указом от 3 июня 1826 г. в составе МВД специальное III Отделение Собственной его императорского величества канцелярии, во главе которого был поставлен граф Бенкендорф. Служебные функции III Отделения были широки – это была высшая политическая полиция, которая осуществляла надзор за благонадежностью как российских подданных (в том числе за границей), так и иностранцев, заведовала местами заключения, особой графой значилось «осуществление контроля за театральной деятельностью». III Отделению был придан корпус жандармов с тем же Бенкендорфом во главе. Вся страна была поделена в начале на 5, а затем 8 жандармских округов. В том же 1826 г. был принят устав о цензуре, прозванный «чугунным» Цензурные комитеты были созданы практически во всех государственных учреждениях. Надсмотр за теми же цензорами осуществляло все то же III Отделение.

При Николае I была разработана идеология реакционной политики, получившая название «охранительства». Автором этой идеологии стал министр просвещения Уваров. Он сформулировал так называемую «теорию официальной народности», девизом которой стал лозунг «самодержавие, православие, народность». Используя столь почитаемый в православии культ троицы, заключавшийся в представлении божественной сущности мироздания, как единстве бога отца, духа и сына. Помните это единство? С такой полнотой выраженное в рублевской Троице. Правда, в 30-е г. 19 века само имя Рублева не было известно.

Теория официальной народности основывалась на убеждении, что российская действительность не дает оснований для появления «крамолы». «Крамола» – явление занесенное в Россию из Западной Европы. Она охватила лишь небольшую часть избалованной молодежи. Таким образом, противопоставлялась дворянско-интеллигентская революционность пассивности, патриархальной набожности крестьян, его вере в царя.

Все тот же Бенкендорф в свете этой теории так представлял исторический путь России: «Прошедшее России было удивительно, ее настоящее более чем великолепно, что же касается его будущего, то оно выше всего, что может нарисовать себе самое смелое воображение». Ответ на это и даст Чаадаев в своем знаменитом «Философическом письме».

Наигранный оптимизм «официальной народности», противопоставление самобытной России «растленному Западу», восхваление существующих порядков, включая крепостное право, заполнили учебники и печать.

Так во второй четверти XIX в. окончательно оформились две тенденции в политике правящего лагеря в России, реформаторская и охранительная, оправданием которой и была теория официальной народности. Борьба между этими тенденциями и предопределила вектор практической политики.

Парадокс же заключался в том, что даже такой столп охранительства, каким был Николай, вынужден был проводить реформы, а не только контрреформы.

Важнейшими из этих реформ стали крестьянская реформа П.Д. Киселева и финансовая реформа Е.Ф. Канкрина. П.Д. Киселев – боевой генерал в 1837 г. назначен министром нового министерства государственных имуществ. Для проведения реформы был собран огромный, по тем временам, статистический материал, выявивший нищенское положение государственных крестьян. За казенный «кошт» стали открываться школы, больницы, ветеринарные пункты. Крестьяне стали обучаться агрономии. Малоземельные крестьянские общины переселялись на свободные земли. Была введена так называемая «общественная запашка», урожай с которой предназначался к использованию в неурожайные годы. Как правило, при общественной запашке выращивался картофель, в меньшей степени зерновые. Идея была хороша, но при отсутствии условий хранения, произволе чиновников, урожай или сгнивал, или использовался для обогащения чиновников. В результате в 1840-44 годах по стране прокатились картофельные бунты.

Намерения Киселева распространялись и на крепостных крестьян, постепенное ограничение и отмену, в конечном счете, крепостного права. Но даже реформа управления государственными крестьянами вызвала недовольство и среди помещиков и среди крестьян. В 1842 г. на заседании Госсовета Николай 1 заявил: «Нет сомнения, что крепостное право … есть зло, но прикасаться к нему теперь было бы злом еще более гибельным». Тем не менее, Николай 1 создает один за другим секретные комитеты по подготовке крестьянской реформы, готовя почву своему преемнику.

Финансовая реформа имела целью избавиться от внешнего долга и упорядочить денежное обращение в стране, Была восстановлена политика протекционизма, применяема еще при Петре 1. Российские производители в некоторой степени были «защищены» высокими пошлинами на дешевые западные товары, ввозимые в страну; было упорядочено предоставление кредитов, хотя на долю промышленности приходились гроши.

Отношение людей к этой реформе едко выразил поэт С.А. Соболевский:

То Канкрин! – пришел с алтыном

Из далеких чуждых стран

Стал России верным сыном,

Понабив себе карман.

Основой денежной системы стал серебряный рубль. Он обменивался на бумажные деньги, так называемые «кредитные билеты». Количество находящихся в обращении кредитных билетов контролировалось казной и не могло превышать шестикратного количества серебра имеющегося в государственном запасе.

Эта реформа к середине сороковых годов обеспечила финансовую стабильность, а затем ее принципы были нарушены в связи с новыми войнами. В итоге к концу царствования Николая 1 внешний долг России вырос почти в два раза и достиг 278 миллионов рублей.