2. Архитектура периода Маурьев, Кушан и Гуптов (IV век до н. Э. – V век)

В рассматриваемый период большого хозяй­ственного и культурного расцвета достигло од­но из североиндийских государств, расположен­ное на нижнем Ганге – Магадха. В период правления династии Мауриев (322-185 гг. до н. э.), особенно при царе Ашоке (273-232 гг. до н. э.) здесь впервые началось широкое строительство каменных сооружений. В основном это были зда­ния буддийского культа, получившего большое распространение при Ашоке. Гражданские же сооружения, даже дворцы, согласно религиоз­ным правилам, разрешалось строить только из дерева, что послужило причиной их исчезно­вения.

Об архитектуре дворцов этого времени дают представление, кроме литературных свидетельств, раскопки дворца Ашоки Маурия (III в. до н. э.) и изображения в камне других двор­цов этого периода. Дворцовые постройки обыч­но размещались вокруг одного или нескольких дворов. До Ашоки архитектура Индии была в основном де­ревянная. Об этом свидете­льствует грек Мегасфен, по­бывавший во дворце царя Чандра Гупты. В архитектуре этого дворца явно прослеживается персид­ское влияние. Балочная кро­вля дворца, обитая золоты­ми пластинами, подпиралась стройными деревянными колон­нами. Колонны были обвиты зо­лотыми виноградными лозами с фигурами пти­чек, отлитыми из серебра. Мебель, посуда украшались тонкой резьбой и драгоцен­ными камнями.

Ашока этой «варварской» архитектуре предпочел каменную (влияние эллинистических традиций). О его дворце в Паталипутре известно, что главное его здание стояло на высоком стилобате. Три огромных зала с ка­менными колоннами располагались один над другим в трех этажах (рис. 10.4):

«Геракл основал [в Индии] немало городов; самый замечательный из них называет Палиботры. В этом городе он построил великолепный дворец и заселил город множеством жителей, окружил он его широкими рвами, наполненными речною водой…» [Диодор, II, 39, 3].

«При слиянии Инда с другой рекой … лежат Палиботры (Палибофры) – 80 стадий длиной и 15 в ширину, в форме параллелограмма; город окружен деревянным тыном с прорубленными в нем отверстиями, так что через эти просветы можно стрелять из лука. Перед тыном тянется ров, служащий как для защиты, так и для стока нечистот, вытекающих из города…» [Страбон, XV, I, 36, c. 702] [71, С. 653].

Рис. 10.4. План дворца Ашоки в Паталипутре (III в. до н. э.). Реконструкция

Царя Ашоку (ди­настия Маурьев, 273-232 гг. до н. э.) вообще принято считать адептом ортодоксального буддизма. При нём в индийское искусство вошла новая символика, обозначающая различные этапы жизни легендарного принца Гаутамы (Будды) – лотос (рождение Будды), колесо чакра в 24 спицы (скитания Будды), древний солнечный знак (проповеди Будды) и полусферический могильный холм (смерть Великого Учителя) (рис. 10.5-а).

Впервые эта символы появились на стамбхах (колоннах) царя Ашоки, на которых были высечены основные постулаты буддизма (рис. 10.5-б).

Ствол колонны венчала капитель в виде быка, слона и т.п. От времени Ашоки сохранилось несколько таких столбов. Замечательная Львиная капитель уцеле­ла от стамбха в Сарнатхе (243 г. до н. э.). Она завершается полуфигурами четырех львов более 2 метров высоты, превосходно изваянных из монолитной глыбы отполированного песчаника. Львы держат в когтях цветок лотоса, перевернутый лепесткам вниз (миф об опрокинутом «мировом древе», прикрепленном корнями к небу) (рис. 10.6-а).

Наиболее ранние из уцелевших памятников культовой архитектуры Индии почти все свя­заны с буддийской религией, возникшей в VI-V вв. до н. э. и заимствовавшей многое от более древней религии – брахманизма. В том числе монастырскую общину.

В основе плана монастыря обычно лежал прямо­угольный открытый двор, окруженный мона­шескими кельями. Поблизости рас­полагались залы для собраний, хозяйственные постройки и ступы. Последние служи­ли для хранения урн с пеплом от погребального сожжения, реликвий и для увековечивания значительных для буддизма событий.

a b

Рис. 10.5. a – cтатуя Будды; б – стамбха в виде колонны со львом (штат Бихар, 242-241 гг. до н. э.)

Ступа – сооружение, предназначенное для хранения останков Будды и других святых. Форма ее происходит от скальных полусфериче­ских погребальных камер, подражавших полу­шаровидным деревянным или тростниковым хижинам. Ту же полусферическую форму име­ли земляные надмогильные насыпи дравидий­ской Индии.

Наиболее древняя и значительная из сохра­нившихся – Большая ступа (Ступа I) в Санчи (штат Мадхья-Прадеш, Центральная Индия) (рис. 10.7). Деревня Санчи расположена в 46 км к северо-востоку от города Бхопал. Она была построена царем Ашокой около 250 г. до н. э. и позже расширена. Она состоит из облицованного крас­ным песчаником кирпичного массива, близкого по форме к усеченной полусфере. В ней поме­щалась реликварная камера. Этот основной объем поставлен на постамент в форме бара­бана, выступающий край которого представляет собой огражденный круговой обход-террасу. С южной стороны на террасу ведет лестница с двумя маршами, направ­ленными в противоположные стороны. На вершине полусферы возвышается стержень с «зон­тами», имеющими особое символическое значе­ние в буддийской религии (восхождение к ни­рване). Общая высота ступы 16,5 м, а до вер­шины стержня – 23,6 м; диаметр основания барабана – 36,6 м. Ступа окружена массивной каменной оградой-ведикой (высота – 3,5 м) с четырьмя воротами-торана (II-I в. до н. э.), ориентированными по странам света. Десятиметровой высоты ворота сплошь покрыты скульптурными изображениями. Ограда и ворота ступы в основном воспроизводят в камне конструкцию своих про­тотипов – деревянных сельских ограждений и ворот времени Вед (рис. 10.8).

a б

Рис. 10.6. a – Львиная капитель из Сарнатха (243 г. до н. э.;

b – капитель с быком зебу в Рампурве, штат Бихар (268-232 гг. до н. э.)

Существует несколько версий о происхождении формы ступы:

а) «мыльный пузырь» – символ тщеты всего земного (Н.И. Брунов);

б) традиционная ульеобразная форма жилища Северной Индии (С.И. Тюляев);

в) круглый могильный холм Юга Индии (С.И. Тюляев);

г) легендарная символика («Плащ, посох и чаша Будды» – ки­тайская версия).

Наиболее интересна «космографическая» версия: «Ступа – индийс­кий вариант модели вселенной» (Б.А. Рыбаков), имеющей трехчастную структуру.

«Мир они считают шарообразным, и бог, который создал и управляет этим миром, проникает всю вселенную. Первые элементы всех вещей различны, а вода – первый элемент образования мира. Кроме четырех элементов (земля, вода, огонь и воздух), есть еще пятый элемент (эфир), из которого состоят небо и звезды. Земля находится в центре вселенной…» [Страбон, XV, I, 59, c. 713] [71, С. 663].

Осно­вные части индийской вселенной – арупадхату (небо), рупадхату (воздух), камадхату (земля). Они составляют три сферы космоса («тридхату») (рис. 10.9):

Арупадхату – абстрактная сфера, семь степеней восхождения к нирване, семь планет, бесконечность пространства и сознания, «великая пустота», «неописуемое», Ось Вселенной, Мировое Древо. Сюда переселяются лишь те существа, которые достигли Просветления.

Рис. 10.7. Большая ступа в Санчи (II-I вв. до н. э.). Общий вид

Рис. 10.8. Буддийский культовый центр в Санчи

Рупадхату – «Золотое космическое яйцо», бесконечная сфера идеальных форм; населена брахмами и буддами, являющимися людям в идеальных формах («лучезар­ные», «ясновидящие», «верховные»); поверхность полусферы – белая.

Камадхату – земля, мир бога Мары (земных феноменов и явлений), населенный асурами, людьми, животными, страдающими духами, жителями ада; на ступе – нижний цилиндр, покры­тый скульптурными рельефами.

Рис. 10.9. «Тридхату» – три сферы Космоса (индусская версия)

Начиная с I века до н. э., осно­вание ступы украшали рельефами на каменных плитах – сюжеты из «Махабхараты», «Рамаяны», сцены из жиз­ни богов и будд, принявших земное обличье. Этот слой ступы – «Полоса жизни». Он подобен верхнему слою океана или горной долине. Чем бли­же к вершине горы или к океанскому дну, тем меньше там жизни – орга­нические клетки постепенно сменяют­ся кристаллами «идеальных» геомет­рических форм. На ступе это полусферический объем и увенчанный зонтами шест (рис. 10.10).

Согласно еще одной космогонической версии, ступа – модель «Мировой Горы» (Меру), индийского «Пупа Земли». Эта гора, согласно, «Вишнупураме», имеет пирамидалъную форму (рис. 10.10-в, рис. 10.10-г). С её граней сте­кают четыре главных реки Индии – Инд, Ганг, Брахмапутра и Сутлей. В какой-то мере «Мировая Гора» отображает структуру всего обитаемо­го мира, омываемого четырьмя океанами.

Согласно «Манумсрити», сотворение мира произошло из золотого космического яйца, своим сиянием соперничающего с Солнцем. Из этого яйца родился Брахма, который усилием воли раз­делил яйцо на две полови­ны. Из них образовались земля, небо и разделяющий их воздух. Ступа – возмож­ная версия на тему «косми­ческого яйца».

Сама ступа (центр космического квадрата) символизировала в космогонических схемах-мандатах белый цвет, эфир, звук и слух. Она окрашивалась в белый цвет, цилиндрическое основание – в крас­ный, шест на вершине покрывался позолотой. Ограда священного учас­тка была красной, ворота-торана – разноцветными, в соответствии с приведенными выше данными.

a б

в г

Рис. 10.10. a – космическая гора Меру (гравюра); б – зонты на вершине ступы – ступени нирваны, Небесная Лестница; в – геометрическая версия формы горы Меру в виде пирамиды; г – гора Кайлас (Тибет) – возможное олицетворение Мировой Горы

Из этого видно, что ориентации ступ и других храмовых достроек по странам света индийские зодчие уделя­ли огромное внимание (рис. 10.11).

Главный вход на храмовый участок – восточные ворота. Сюда вхо­дила праздничная процессия жрецов, совершающая обход ступы по ча­совой стрелке, параллельно движению Солнца по небесной эклиптике (рис. 10.11-а). По пути паломники осматривают ступу. По ходу движе­ния им начинает казаться, что сама Вселенная вместе со ступой начинает вращаться им навстречу, против часовой стрелки. Вероятно, это вращение ступы послужило основой для создания красной свасти­ки – символа индийской секты огнепоклонников.

Ворота-торана были снабжены тремя поперечными перекладинами, пропу­щенными сквозь отверстия в вертикальных стойках (рис. 10.11-б). В не­которых воротах имелась четвертая перекладина, выполняющая функцию карниза. Перекладины завершались спиралями – подобиями священных буддийских свитков-сутр. Капители столбов, поддерживающие поперечные балки, выполнены в виде фигур четырех слонов (восточные и северные ворота), львов (южные ворота) и карликов-якш (западные ворота) (рис. 10.12). Поверхность ворот была покрыта рельефными изображениями местных божеств-покровителей стран света, духов (якши, якшини, деваты), священных животных и растений, радостно приветствующих явление Будды. Здесь очень много сценок (джатак) из жизни Будды, его перевоплощений в виде змеи, птицы, животного и человека.

a б

Рис. 10.11. a – схема движения процессии жрецов вокруг ступы;

б – фрагмент восточных ворот-торана Большой ступы в Санчи (III-I вв. до н. э.)

Здесь также изображены сцены почитания буддийских святынь – ступ, дерева Бодхи, колеса дхармы. Сам Будда изображен в человеческом облике только в джатаках. Иногда он представлен в символических образах – следы его ступней, лотос и т. п. В сцене просветления под деревом Бодхи изображен лишь пустой трон. Ворота увенчаны символическими изображениями «трех сокровищ» (триратха) – лотоса, колеса, четырехступенчатой пирамиды.

Во многих иных странах Древнего Востока, где получил признание буддизм, ограда исчезла. Зато основанию ступы стали придавать квад­ратную либо крестовидную форму, «закрепив» тем самым канонизиро­ванную пространственную ориентацию сооружений по странам света. Примером тому может служить архитектура Тибета, Китая, стран Юго-Восточном Азии, Индонезии.

Другим типом буддийского культового сооружения, ставшим местом собрания членов общины, были базиликальная чайтья (храм, келья) и вихара (пещерный монастырь).

Кроме того, в Индии существовала каменная архитектура. В частности, пещер­ная, насчитывающая в Индии более тысячи памят­ников периода с III в. до н. э. по X в. н. э. Многие пещерные сооружения Индии достигли такого смелого размаха, величия и богатства оформления, что с ними не могут сравнить­ся аналогичные памятники других стран.

Наиболее интересные примеры пещерных соору­жений можно видеть в Аджанте. Там, в отвесном каменистом берегу реки, в период с конца III в. до н. э. по VII в. н. э. высечено 29 буддийских пещер (рис. 10.13). Пять из них храмы, остальные – монастыри.

Последние представляют собой квад­ратный в плане зал, окруженный с четырех сторон верандой с покрытием на колоннах, на которую выходят прямоугольные кельи (на­пример, пещера № 17), подобно тому, как это имело место в деревянных монастырях, описан­ных в буддийской литературе и восходящих в основе к композиции вышеупомянутого плана бассейна и жилищ в Мохенджо-Даро (рис. 10.14).

Чайтья прямоугольны в плане, но имеют за­кругления в конце, противоположном входу. Там помещается монолитная, высеченная в ска­ле ступа. Два продольных ряда колонн делят зал на три нефа (рис. 10.15).

a б

в г

Рис. 10.12. Ворота-торана Большой ступы в Санчи:

a – восточные; б – южные; в – западные; г – северные

Все чайтья в Аджанте сохра­няют этот простой план. Для фасада чайтья ха­рактерно устройство над входным портиком подковообразного окна с килевидным наруж­ным контуром, повторяющим формы деревян­ного прототипа. Монолитные, высеченные в ска­ле концы ложных брусьев на внутреннем кон­туре окна и такие же ребра на потолке тоже напоминают о конструкциях, которые применя­лись в деревянных чайтья и восходят к сель­скому дому собраний, возникшему еще в родо­вой общине эпохи Вед.

Наиболее обширна и величественна чайтья в Карли (I в. до н. э.). Ее размеры: 37,8 м длина, 14,2 м ширина и 13,7 м высота.

Продолговатое пространство зала поделено мощными колоннадами на три нефа. Центральный – более широкий и высокий, два боковых – более низкие и узкие. В конце зала находится ступа, обходя которую, верующие совершают поминальный обряд. Деревянные ребра на сводчатом потолке сохраняют следы росписи. Свет прони­кал через окно вестибюля (теперь несуществую­щего) и деревянную решетку фасадного окна, создавая мягкое, ровное освещение. Играя по­лутенями на рельефах и колоннаде, лучи света теряются за нею, стушевывая границы внутрен­него пространства. Создается впечатление от­сутствия массива скалы. Эффект игры света и тени был излюбленным в архитектуре буд­дийских и брахманских храмов.

Рис. 10.13. Буддийский храм в Аджанте (III-IV вв.)

Рис. 10.14. Фасад пещерного храма. Гравюра XIX века

a б

Рис. 10.15. a – интерьер пещерного храма; б – план чайтьи в Аджанте

Реконструировать деревянный прототип по­добных пещерных храмов можно на основе чайтья в Кондейне (175 г. до н. э.), свидетель­ствующего о замечательных достижениях зод­чих древней Индии в строительстве из этого материала (рис. 10.16).

Происхождение архитектурных форм буд­дийских пещерных сооружений от народных деревянных конструкций можно доказать боль­шим количеством примеров. Однако в символи­ке буддизма формы народной архитектуры по­лучили истолкование, соответствующее идеоло­гии господствующего класса, совершенно не связанное с их реальным происхождением. На­пример, наружный килевидный выступ окна (происходящий от формы деревянного клина, прикрепляющего край конькового прогона) связывается с формой листа пиппала – свя­щенного в буддийской религии дерева (рис. 10.17, рис. 10.18).

Декора­тивные детали окна, развивающиеся позже, тоже получают сложное религиозно-мифологиче­ское толкование. Конструкции в интерьере пещер воспроизводили деревянные прото­типы:

- граненые колонны, доставленные с небольшим наклоном внутрь, как в хижинах из гибкого растительного материала;

- имитации ложных деревянных ребер на потолке;

- базы колонн, напоминающие глиняные горшки; в подобные сосуды, наполненные водой, погружали основания деревянных колонн для защиты их от древесных жучков;

- подковообразные дуги с килевидным выступов наверху над входами в пещеры и над оконными проемами; они имитировали лист священной смоковницы («Дерева Бодхи», пиппала), под которым в свое время предавался размышлениям Будда.

Рис. 10.16. Пещерный храм в Кондейне (II в. н. э.)

Подобное истолкование форм сельской дере­вянной архитектуры в культовом зодчестве со­здается жрецами двух главнейших религий то­го времени: брахманизма и буддизма. Это пока­зывает, что власть жрецов и их влияние в ис­кусстве очень усилилось с развитием замкну­тости каст.

а б

Рис. 10.17. Интерьер пещерных храмов в Бадами (а) и Бодса (б)

Обычно эти постройки представляли собою искусственные пещеры, вырубленные в склонах гор. Пещеры ассоциировались со «Священным чревом Земли», из которого появляется на свет и куда уходят после смерти все одушевленные существа – люди, духи, животные, растения.

а б

Рис. 10.18. Фасады пещерных храмов в Нашик (а) и пещеры № 25 в Аджанте (б)

Хотя пещеры большей частью были монашескими кельями, их скульп­турное убранство не носит следов аскетизма. Стены монастырей были украшены изображениями любовных пар «майтхуна» – символами космического соединения мужского и женского начал (тема культа плодородия, священного лингама и Шивы). В сознании простого народа этот культ воплощал надежду на богатый урожай, материальное благополучие и благоденствие плоти. Даже богатые куртизанки вносили богатые вкла­ды в строительство буддийских монастырей. Чтобы не потерять популяр­ности среди народа, буддийские священнослужители следовали древней­шим языческим традициям (рис. 10.19).

Стены храмов любви опоясывали барельефные скульптуры, представляющие любовные пары, треугольники и группы, предающихся разнообразнейшим любовным утехам. Неисся- каемое разнообразие ситуаций и поз нередко воспринимается как плоды самого изощренного и смелого воображения. Композиции, изображающие самые изысканные и мудреные ласки, отличаются тонкой уравновешенностью масс, гармонией форм и линий. И, что самое удивительное, – совершенным соответствием как всему объему здания, так и той части его поверхности, которую они украшают. Живописный контраст между мелкой затейливой резьбой орнамента и монументальными формами человеческих фигур не дает возникнуть ощущению монотонности, создавая все новые и новые, необычайно прихотливые, но всегда гармоничные сочетания объемов и линий, богатейшую игру светотени, непрерывно меняющуюся в зависимости от угла зрения, от состояния неба и времени суток.

Рис. 10.19. Тема «майтхуна» в архитектуре Индии. Женские портреты в индийской скульптуре

Замечательны также по форме капители колонн в пещерных храмах Карли. Они по­хожи на колоколообразные цветы с большим количеством крупных лепестков – закрытые бутоны розового лотоса (рис. 10.20). «Лотос» поддерживает плиту, на которой стоят на коленях два каменных слона. На спине каж­дого из животных – фигурки погонщика и воина-стрелка.

Рис. 10.20. Лотосовидная капитель и ее природный аналог – розовый лотос