2.2. Предприниматели лугинины: крупнейшие лесопромышленники в ветлужском уезде в конце XIX - начале XX веков.

2.2.1. История рода предпринимателей Лугининых и их общественно – политическая деятельность.

Предки Лугининых были тульскими оружейными мастерами, получившими при Петре I железоделательные заводы на Урале одновременно с известными заводчиками Демидовыми. Кроме добычи железа, они занялись производством парусины для кораблей, построили в с. Ананине Тульской губернии полотняную фабрику, а для снабжения ее льном купили у князя Н.В. Репнина богатое имение с двумя усадьбами на реке Ветлуге в Костромской губернии и получили дворянство.

Федор Николаевич Лугинин, глава семьи, получил блестящее образование и воспитание. Он служил в Генеральном штабе и участвовал в войне с Турцией (1825- 1829). Свою военную службу он начал в Кишиневе, где познакомился со ссыльным поэтом Александром Сергеевичем Пушкиным. Симпатия и доверие переросли в дружбу, а знакомство со стихами поэта многое определило в жизни молодого офицера. По собственному признанию В.Ф. Лугинина, пушкинская ода «Вольность» стала его путеводной звездой на всю дальнейшую жизнь. Выйдя с отставку, Федор Лугинин поселился в Москве.

Имение Ф.И. Лугинина было одним из самых крупных в Поветлужье. По данным Т.В. Войтюк, в 1858 года «в селе Рождественском с деревнями числилось 1918 душ крепостных людей мужского пола, 23 человека дворовых, 469 дворов, 78919, 21 десятин земли. В селе Никольском с деревнями значилось 1981 душа крепостных, 12 дворовых, 500 дворов, 16208, 41 десятин земли. Это было огромное поместье почти в 300 тысяч десятин земли, в основном поросшей строевым лесом». [ 4, c.15-16 ]

Владимир Федорович Лугинин родился в 1834 году в Москве. Ему и двум другим сыновьям Федор Николаевич дал прекрасное домашнее образование. В 1849 году Владимир Федорович Лугинин подал прошение о поступлении в Михайловское артиллерийское училище, отличавшиеся высоким уровнем преподавания математических и естественных наук. Он был настолько хорошо подготовлен, что его приняли сразу не в самый младший пятый юнкерский класс, а в четвертый.

Весной 1851 года Лугинин закончил курс обучения, был произведен в прапорщики и оставлен в училище для получения высшего артиллерийского образования. Начавшаяся Крымская война прервала получение образования. Действующей армии не хватало офицерских кадров, поэтому на фронт были посланы офицеры, обучающиеся в артиллерийском училище: в числе их в 1854 году Владимир Федорович Лугинин прибыл в Крым, где и находился до 1856 года.

В Севастополе судьба свела его с молодым офицером - артиллеристом – Львом Николаевичем Толстым. Они жили в одной походной палатке. Лев Толстой описал войну как художник в своих «Севастопольских рассказах», Лугинин - как ученый. Он опубликовал в «Артиллерийском журнале» ряд интересных статей о нововведениях в русской артиллерии и способах стрельбы в условиях севастопольской обороны. А на склоне лет, уже будучи известным ученым, живя за границей, написал «Севастопольские воспоминания».

Возвратившись из армии в столицу, Лугинин продолжил образование. Но это было другое время и другая столица. Россия бредила реформами, «властителями дум» были Герцен и Чернышевский. В училище преподавал П.Л. Лавров, под обаянием ума и личности которого Владимир Федорович Лугинин находился долгое время.

Лугинин закончил академию в апреле 1858 года, но военная карьера его была непродолжительна. В 1860 году он получил почти годовой отпуск для учебы на механическом отделении Политехнической школы Карсруэ ( Германия), а потом и вовсе вышел в отставку и уехал в Гельдейбергский университет, где специализировался в области химии и физики. В Париже он слушал лекции известного химика Вюрца, а в Цюрихе изучал механическую теорию теплоты. В 1866 году в Париже вышла его первая научная работа, положившая начало мировой известности «отца русской термохимии».

Уехав в начале 1862 года в Гельдельберг, Лугинин учредил там совместно с другими демократически настроенными студентами русскую читальню, в члены которой принимались исключительно те студенты, которые были прогрессивно настроены и придерживались введения в России представительной формы правления. В эту поездку Владимир Федорович побывал в Лондоне у Герцена, с семьей которого его связывала многолетняя дружба и личная драма. Лугинин не раз просил руки дочери Герцена Натальи Александровны, но получал отказ. В старости Владимир Федорович опубликовал воспоминания о своих встречах с Герценом, в которых писал, что благородная, чистая личность этого человека, его художественная речь и протест против произвола оказали на него немало влияния. Возможно, сближало этих людей то, что фактически они были земляками. Отцу Герцена, помещику Яковлеву, принадлежало имение в Чухломском уезде Костромской губернии, которое Герцен не мог получить законным способом, так как был « государственным преступником».

В эти годы в России после отмены крепостного права и прогрессивных буржуазных реформ среди членов многих дворянских собраний возникло движение за подачу царю адреса о созыве «Земского собрания», представительного органа, и о введении в России конституционной монархии. Русская эмиграция - окружение Герцена и Огарева - примкнули к этому движению. По рекомендации Герцена Владимир Федорович Лугинин ездил советоваться относительно текста адреса к Ивану Сергеевичу Тургеневу. Проект этого адреса, составленный Огаревым, распространился в России. В нем была попытка решить многие вопросы русской жизни и вечно больной для России крестьянский вопрос.

Деятельность Лугинина в эмиграции привела к тому, что ему удалось с трудом получить разрешение на въезд в Россию -- только после длительных хлопот отца и с обязательством безвыездно проживать в своем костромском имении.

В Рождественском Владимир Федорович Лугинин вместе с братом Святославом основал Рождественское ссудное товарищество – сельский кооперативный банк. После смерти брата в 1866 году свои заботы по этому предприятию он нес один.

Постоянной заботой В.Ф. Лугинина была основанная отцом больница, для обеспечения которой он пожертвовал капитал в 283, 5 тысячи рублей. В нее принимались бесплатно больные всех сословий и вероисповедания, независимо от места жительства.

В 1871 году было построено новое здание для Рождественского народного училища, попечителем которого он стал Лугинин. Старая школа, основанная еще отцом, в 1854 году была закрыта.

Владимир Федорович обеспечивал капиталом церковноприходские братства, создававшиеся в деревнях Ветлужского уезда, жертвовал земли на постройку храмов.

После возвращения в Россию в 1888 году Владимир Федорович и его дочери Наталья Мейендорф и Мария Волконская часто приезжали в имение, устраивали Рождественские елки для детей, неизменно присутствовали на выпускных экзаменах в училище, где каждый год лучшему участнику вручался подарок.

В 1880 –е годы Владимир Федорович Лугинин полностью отошел от общественной деятельности и занялся наукой. В январе 1890 года без испытания на степень магистра и без представления диссертации он был возведен в степень доктора химии, перевез из Парижа свою термическую лабораторию в Московский университет, а в 1903 году передал ее университету в дар. Из этой лаборатории вышли многие известные впоследствии русские ученые. В 1899 году Владимир Федорович Лугинин был утвержден сверхштатным экстраординарным профессором по кафедре химии.

В 1899 году Владимир Федорович принимает решение передать в дар университету свою личную библиотеку - около шести тысяч томов книг по истории, экономике, философии, большое количество мемуаров, собрания научных периодических журналов за несколько десятков лет - как русских, так и иностранных. Среди книг его библиотеки - редкие, уникальные научные издания, знаменитый герценовский «Колокол», «Полярная звезда», много книг по истории, экономике и политическому положению русского крестьянства, произведения Пушкина, Гоголя, Толстого, Тургенева, Гончарова, Чехова. В своем завещании Лугинин написал, что на обеспечение сохранности и пополнения библиотеки он жертвует Московскому университету после смерти 15 тысяч рублей.

Тяжелая хроническая болезнь вынудила Владимира Федоровича уехать за границу. Начиная с 1907 года, он живет в Швейцарии и в Париже, но продолжает работать в своей личной лаборатории в Монтре (Швейцария). 26 октября 1911 года Владимир Федорович Лугинин умирает в Париже. Рождественское имение и лесопильный завод в Самаре достались по наследству его жене Марфе Петровне Лугининой и дочерям Марии, бывшей замужем за князем Волконским, и Надежде, жене барона Конрада Мейендорфа, секретаря российского посольства в Испании. Мария Волконская встретила революцию 1917 года в Рождественском и после национализации имения уехала в Москву, а оттуда через Одессу вместе с семьей за границу. За границей осталась и Наталья Мейендорф вместе с сыновьями Георгием и Владимиром.

7 февраля 1919 года дом Лугининых в Рождественском был занят по ходатайству Шарьинского военно - революционного комитета под железнодорожную больницу и лабораторию санитарного врача, а позднее сгорел.