Эссе №12
Оканчивая школу и с опасением глядя в будущее, маячащее вдали с табличкой, на которой огромными буквами написано «ЖКХ, ипотека, ответственность, взрослая жизнь», и смотрящее мне в глаза циничным пугающим взглядом, я была абсолютно уверена только в одном – а именно в том, что я вообще ни в чем не уверена. Хотелось бросить в окно аттестат с отличием и грамоты и сбежать максимально далеко, чтобы никто больше никогда не спросил, чего я хочу. Но максималистское начало в себе пришлось усыпить, а поиски самой себя в этом огромном мире - продолжить. Выбор будущей профессии лежал на моих хрупких плечах тяжким грузом: одна моя ипостась с удовольствием заучивала наизусть труды Фрейда и Жарикова и собиралась идти в медицинский, а другая во мраке ночи измывалась над стареньким ноутбуком, сочиняя рассказы и стихи, и грезила журналистским ремеслом. Я не буду описывать весь тернистый путь самоанализа, конечным пунктом которого стало определенное решение: я буду журналистом.
Я не хочу врать ни самой себе, ни кому-либо в принципе: я никогда не ставила перед собой цели быть полезной обществу. Что психиатрия, что журналистика – это вполне эгоистичные порывы заниматься интересным делом и получать за это деньги. Сейчас, только начиная свой профессиональный путь, я даже не уверена, продолжу ли я его, но на данный момент передо мной стоит цель, к которой я стремлюсь. Это военная журналистика. В будущем, если мое решение не изменится, я собираюсь стать военным корреспондентом, работать в самой гуще событий. Мама называет меня самоубийцей, папа – глупой маленькой девочкой, лучший друг – словом, которое не позволяет напечатать цензура. Девушка не должна работать там, где кипит война, говорят они (в такие мгновения феминистка внутри меня злобно рычит). Я и сама не знаю, почему хочу пойти именно в военную журналистику. Может быть, это влияние папы-военного, а может – последствия, вытекающие из детских впечатлений. Не так важна причина, я думаю. И, какими бы эгоистичными не были мои порывы, мне все-таки хотелось бы не только получать удовольствие от работы, но и ощущать собственную значимость. Ведь вопрос о собственной нужности и важности так или иначе встает, я думаю, перед каждым человеком. Передо мной он, например, встал. Невольно начинаешь спрашивать себя: а нужны ли кому-то мои навыки и сомнительные таланты, ведь таких журналистов вокруг – тысячи? Хочется писать великие статьи и творить журналистскую историю, а не строчить крошечные глупые сенсации в бульварную газетенку. И из первого вопроса о самой себе вытекает вопрос помасштабнее: а кому нужны журналисты в принципе? Я говорю не о конкретных людях, которые нужны своим мамам, женам и мужьям, от которых зависят их собственные домашние любимцы, которые как воздух нужны коллекторам и кредиторам (люди ведь разные бывают). Я рассуждаю о журналисте как о представителе профессии. Профессии весьма тяжелой и очень нервной.
Так кому же нужен журналист в двадцать первом веке? И в чем великое предназначение человека, творящего новости? А я не знаю. Могу дать определение слова «журналист», вычитанное в русской Википедии, перечислить все функции журналистики в обществе, а потом сварить себе какао и с кристально чистой совестью смотреть сериал. Но не в этом ведь смысл, верно? Нужны мы не только людям, мы нужны обществу в целом, обществу как явлению. Сложному, многогранному современному обществу. И наши высшие цели не ограничиваются перечнем сухих фактов из учебника. Журналистика гораздо интереснее и сложнее, чем кажется на первый взгляд (как в принципе, и все остальное в нашем мире).
На мой взгляд, одна из самых важных и интересных функций журналистики заключается в том, что журналист способен искусственно создавать и контролировать общественное настроение. Та или иная статья, вышедшая из-под пера именитого опытного журналиста, может оказать сильнейшее влияние на общество, настроив его против чего-то или кого-то или наоборот расположив. Необыкновенная сила слова, которой наделен журналист, порой оказывается разрушительна. Кроме того, журналист создает новости, без которых общество было бы совершенно слепо. Мир огромен, а человек ничтожно мал, и поэтому люди, которые узнают о событиях, происходящих на другом полушарии и рассказывающие о них обществу, всегда будут нужны. Именно поэтому я уверена, что профессия журналиста никогда не канет в лету, а труд его не обесценится: знать о том, что происходит вокруг, людям просто необходимо. Потребность во владении информацией касается не только конкретных представителей конкретных профессий (таких, как политики, бизнесмены). Информация нужна абсолютно всем. Информационный голод в условиях двадцать первого века просто недопустим. Но то, какую информацию предоставить обществу, журналист способен контролировать. В руках журналиста сосредоточена власть над обществом, ведь именно журналисты являются посредниками между правящей элитой и простым народом. Журналист способен последнего мерзавца, наворовавшего себе состояние, выставить в таком свете, что все сердобольные бабушки выстроятся в очередь в церковь, чтобы поставить за его здоровье свечки. Ложь всегда была и будет неотъемлемой частью журналистского ремесла, ведь правда порой оказывается намного разрушительнее.
Журналист нужен. Каждому человеку отдельно и обществу в целом. Журналистика никогда не исчерпает себя, даже если печатные издания исчезнут из мирового медиабизнеса. Интернет раскрывает еще более широкие горизонты перед представителями творческих профессий, к коим относится и журналистика. Интернет располагает той свободой, которую не допустят газеты или журналы. Интернет расширяет функциональность журналистики, интегрирует ее с другими сферами деятельности людей. Интернет предполагает оперативность, а время для людей двадцать первого века имеет огромный вес.
Людям необходимы новости, а обществу необходим контроль – вот, как мне кажется, в чем заключаются основные цели журналистской профессии. Вполне возможно, в будущем многие профессии будут механизированы, то есть роботы вытеснят из них человека. Но я уверена, что к этим профессиям журналистика не относится. Журналист, как и поэт, должен обладать определенным талантом, владеть слогом, ритмом, языком. Журналист должен чувствовать слово, а робот чувствовать не способен.
Я не знаю, что скрывает в себе будущее для журналиста. Усилится ли контроль власти над СМИ, или же свобода слова позволит журналистам говорить правду открыто. Я уверена только в одном: журналистика не потеряет своей актуальности. Журналисты не исчезнут, ведь продукт их труда – информация – необходима человечеству как воздух и вода.
