Изоляционизм?

Важное место в доктрине Трампа занимают вопросы внешней торговли и международных торговых договоров, таких как НАФТА²⁰⁶ и Транстихоокеанское партнёрство (ТТП).

Заключение договора о Транстихоокеанском партнёрстве – важнейшем проекте администрации Обамы, который в случае победы на выборах собирается воплотить в жизнь Хиллари Клинтон, – является предательством национальных интересов США, с точки зрения Трампа. Если НАФТА, по словам кандидата от Республиканской партии, стало «ударом в сердце штата Мичиган и всего американского народа »²⁰⁷, ТТП будет «ещё большей катастрофой для американской автомобильной промышленности ».

Трамп обещает немедленно выйти из соглашения о транстихоокеанском партнёрстве, как только займет Белый дом. В противном случае, утверждает он, Америка может потерять больше миллиона рабочих мест.

На сайте Дональда Трампа опубликован план реформы внешней торговли США, состоящий из 7 пунктов. План включает в себя защитные меры против манипуляций с валютой, протекционистские тарифы в отношении стран, которые незаконно получают выгоду за счет субсидирования своих товаров и пересмотр НАФТА на условиях, выгодных для Америки. «Если мы не получим более выгодную сделку, мы выйдем ( из НАФТА – К. Б.)» , – заявил Трамп в Детройте.

Но главный центральный пункт внешнеэкономической программы Трампа – обеспечение справедливых условий торговли с Китаем. Китай для Трампа если не главный враг (на эту роль, как мы увидим в следующей главе, претендует радикальный исламизм), то уж точно главный конкурент и хитрый соперник, использующий слабость Обамы для того, чтобы подточить изнутри мощь Америки.

«Китай,  – говорил Трамп, выступая в Детройте, – несёт ответственность за почти половину нашего торгового дефицита. Они ( китайцы – К. Б.) нарушают правила везде, где это только возможно. Китай занимается незаконными экспортными субсидиями, запрещёнными манипуляциями с валютой и безудержным воровством интеллектуальной собственности… Простое соблюдение правил защиты интеллектуальной собственности может спасти миллионы американских рабочих мест… добавьте к этому рабочие места, которым грозит уничтожение от манипуляций с валютой и демпинга экспортных товаров, и мы получим триллионы долларов – новое богатство, которое мы вернем в США» .

В отношении Китая Трамп – в случае победы на президентских выборах – обещает применить штрафные тарифы, чтобы наказать Пекин, который извлекает выгоду из торгового дефицита в отношениях с США (и, с точки зрения Трампа, жульничает). Кроме того, он пообещал использовать экономические рычаги давления на Китай, чтобы заставить Пекин решить, наконец, проблему ядерного оружия Северной Кореи.

Впрочем, говоря о Китае, Трамп постоянно подчёркивает, что любит эту страну и очень уважает ее народ. К сожалению, добавляет он, «китайцы слишком изворотливы и умны, а нынешние американские лидеры – не очень ».

«Америка прежде всего!» – этим принципом определяется вся программа Трампа. Во внешней торговле – это выход из всех невыгодных с экономической точки зрения союзов, пусть даже политически они приносят США какие‑то бонусы. В энергетике принцип «Америка прежде всего!» означает, что огромный энергетический потенциал Америки должен использоваться, чтобы умножать благосостояние американского народа – а не размениваться на сомнительные геополитические трофеи в удалённых от США уголках мира. И так далее, и тому подобное.

«America First» – старый лозунг американских изоляционистов 1930‑х годов. Тогда это было модное интеллектуальное течение, отнюдь не популистское, и – скорее левое, нежели правое. Достаточно назвать имена Синклера Льюиса, Чарльза Бирда, Джона Флинна. В одноимённый комитет, созданный в сентябре 1940 г. с целью недопущения втягивания США в войну против Германии, входили генерал Роберт Вуд и знаменитый летчик Чарльз Линдберг… Словом, это было весьма популярное (хотя и не популистское) движение, в одночасье переставшее существовать после нападения японцев на Перл‑Харбор в декабре 1941 г.

То, что Трамп взял на вооружение лозунг с вполне определённым идеологическим содержанием, маркирующий хорошо известное движение с несколько подмоченной репутацией, говорит о том, что он не боится прослыть изоляционистом – хотя сам себя предпочитает именовать антиинтервенционистом. По мнению профессора Гарварда Стивена Уолта, «в отношении НАТО, Японии, Южной Кореи и особенно Ближнего Востока он звучит, как изоляционист. Одновременно Трамп очень задирист, он явно склонен преувеличивать военно‑дипломатическое могущество Америки, которая, в его представлении, способна, скажем, диктовать условия торговых соглашений Китаю »²⁰⁸.

Протекционизм Трампа, его стремление вернуть производства на территорию США, разорвать торгово‑промышленные цепочки, созданные такими договорами, как НАФТА и ТТП, безусловно, делают его изоляционистом – но, парадоксальным образом, этот изоляционизм больше проявляется в его предложениях по реформированию внутренней политики США. Но так ли обстоят дела с его внешнеполитической программой?