Сцена 5

(Тюремная камера)

   Советник. Я предупреждал, что говорить с Правителем - бесполезная затея.

   Полина. Всего лишь за какой-то час лишились мы надежды. Ведь теперь до нашей цели нам далеко как никогда. И можно только развести руками. Что делать?

   Советник. Я пытался воззвать к его великодушию, но он остался глух и нем. Со временем он может сжалиться, смягчиться, и гнев на милость заменить. Но надежда на это невелика, ведь Правитель непредсказуем.

   Полина. Я чувствую свою вину. Не прояви упорство я, не оказались бы мы с вами в этом гиблом месте. Поверьте, я должна была увидеться с Правителем, чтобы понять, что он за человек. Он ведет себя, как будто весь мир вертится вокруг него. Он не способен видеть краски мира. И для чего ему цветные сны, я не могу понять!

   Советник. Напрасно слезы проливать теперь. Жаль, что в начале разговора не проявила ты себя, и только гнев державный разбудила, из-за которого попали в переплет.

   Полина. Не знаю, словно что-то горло мне сдавило, и ватным стал язык, и не смогла я выдавить ни слова.

   Советник. Зато потом тебя как будто кто-то дернул за язык, и ты не удержалась и стала спрашивать про то, что никогда никто спросить бы не посмел.

   Полина. Но я должна была узнать подробности про Летописца. В тот момент, казалось мне, что он является связующим звеном с разгадкой происхождения безликих снов. Во что бы то ни стало должна была увидеть я его и расспросить про летопись веков и тайны, скрываемые в ней от посторонних.

   Советник. Теперь недалеко мы от него, и в скором времени мы встретим Летописца, и что-нибудь узнаем у него. Какой-то выход мы должны найти!

   Полина. Поход к Правителю был очень важным. Как знать, быть может это шаг по направлению к разгадке. Ведь Правитель не побоялся нарушить летописи ход, и это тоже что-то значит в истории веков.

   Советник. Ты очень впечатлительна, Полина. Твое воображение так живо, что оно рассеет темноту, которая сгущается вокруг, разгонит тени, которые нас будут мучить до тех пор, пока не бросимся к ногам Правителя с мольбами о пощаде.

   Полина. О чем ты? Какая темнота?

   Советник. Здесь окна с фиолетовыми стеклами, поэтому вокруг нас полумрак. К тому же ходят слухи, что в этой тюрьме отсутствует та часть света, которая наполняет жизнь теплом, и оказавшись без нее, любой чувствует себя потерянным, и страх охватывает существо, и от этого становится невыносимо, и многие теряют рассудок, не вынеся мучений.

   Полина. Теперь я вижу, какой великодушный правитель у вас!

   Советник. Поэтому я просил тебя проявлять осторожность.

   Полина. Нет, рано опускать нам руки. Должны соединить мы все, что знаем, чтоб разобраться, что нам делать дальше.

   Советник. Давай попробуем. Ты думаешь, поможет?

   Полина. Думаю, поможет. Самое важное, что я узнала и о чем все говорят, хотя об этом говорить нельзя - это свет. Шут говорил о свете, и летописец правителю не угодил лишь тем, что посоветовал увеличить сумму света, чтобы сделать гармоничным все вокруг. И здесь в тюрьме нет света. Все вертится вокруг него.

   Советник. Да, его здесь нет, и тьма терзает заключенных. Все сходится.

   Полина. Увеличив силу света, мы можем тьму заставить отступить.

   Советник. Правитель боится серых снов, и в тоже время нас в острог он поместил!

   Полина. Похоже, что Правителю известно, что на самом деле происходит. Думаю, не так уж он о них боится. Его волнует что-то другое. Но что?

   Советник. Похоже, уповать нам на его великодушие не стоит, не выпустит нас он отсюда никогда.

   Полина. Помочь теперь нам может только Летописец. Наверняка, среди его архива найдутся записи о том, что здесь произошло.

   Советник. Меня в сон клонит, холодеют руки. Как же здесь темно! Мне кажется, что в этом месте все заполнено тенями. Смотри, вот в том углу большая тень.

   Полина. Не спите. Не холодно здесь и не темно. Цветут цветы, и ветер ветками играет, разносит легкий аромат цветов, а солнце все лучами согревает. И так здесь хорошо. Чувствуете?

   Советник. Ах, если бы, Полина, это было так! Но я вижу тень. Смотри, она в углу, она шевелится и движется по направленью к нам.

   Полина. Да, я тоже ее вижу, и немного мне не по себе. Но победить должны в себе мы страх.

   Советник. Что будем делать?

   Полина. Раз видим мы ее вдвоем, то тень - это реальность. (Обращается к тени) Эй, ты, виденье, пришедшее испытывать на прочность нас, знай испугать таких, как мы, не просто. Не сможешь ты посеять страх и нас заставить трепетать. Вернись туда, откуда ты явилась. А лучше помоги отсюда нам бежать.

   Тень (Летописец). Я слышу голоса людей. Они со мною говорят и просят им помочь. Ах, если бы вы знали, как я долго ждал момента, когда уединение мое нарушит собеседник, и сможем с ним мы по душам поговорить! Но хочу вас огорчить: я не могу помочь вам выбраться отсюда.

   Полина. Так вы не тень (подходит к нему и трогает)? В вас искра жизни есть, и кожа ваша теплая, и сердце бьется. Вы - не тень. Но кто же вы?

   Тень (Летописец). Я поначалу думал, что вы - тени! Но в вас есть свет, и есть тепло! Вы такие же несчастные, которых бросили сюда, чтоб стали вы безликими, безропотными существами!

   Полина. Но почему вы посчитали нас тенями?

   Тень (Летописец). Вы абсолютно серые и едва видны в темноте.

   Полина. Но это вы так выглядите! Бледный и абсолютно серый.

   Тень (Летописец). Неужели это правда?

   Полина. Еще какая правда!

   Советник. То, что говорят об этих местах, - это не слухи, а правда. Это тюрьма Теней.

   Тень (Летописец). Слухи говорят, что выбраться отсюда невозможно. Привыкшие к темноте, когда оказываются в лучах света, - сгорают.

   Полина. Неужели это правда?

   Тень (Летописец). В любой легенде есть доля правды, а есть доля вымысла.

   Полина. Неправда то, что загораются от света. Этот слух поддерживают для того, чтобы у заключенных не возникло мысли бежать отсюда.

   Советник. Но все же, предосторожность стоит соблюдать и выбираться надо под покровом ночи.

   Полина. Нелегко бежать средь бела дня!

   Тень (Летописец). Но днем они почти не охраняют. Правда, ни разу узники не отважились бежать отсюда днем.

   Советник. Не стоит рисковать. Должны мы взвесить все.

   Полина. Вы предлагаете остаться здесь и потерять счет дням и ночам?

   Советник. Нет, нам надо выбираться, пока не превратились в тени мы - безликие, бесчувственные существа. Не можем отступать - отрезана назад дорога. Теперь должны дойти мы до конца: раскрыть все тайны и вернуть цветные сны.

   Полина. Я слышу уверенные нотки в вашем голосе и это хороший знак.

   Советник. Пока так много тайн! И самая большая тайна - это свет. Узнать о нем нам помогли бы летописи. Если они на самом деле существуют!

   Тень (Летописец). Думаю, что существуют.

   Полина. (к Тени) Узнав из разговора с Правителем о Летописце и хрониках всех времен существованья Семиозерья, я не стала сопротивляться и согласилась отправиться в тюрьму, в надежде встретить Летописца, которого насильно поместили сюда. Его наказали только за то, что он посмел сказать, что надо увеличивать сумму добра, чтобы сделать гармоничным все вокруг. Думаю, что мы смогли бы очаровать Правителя, смягчить и уговорить не бросать нас в тюрьму. Но я твердо решила, что я должна попасть туда, где находится Летописец.

   Советник. А теперь надо выбираться отсюда, но прежде нам надо разыскать Летописца. (К Летописцу) Скажите, как долго вы находитесь здесь?

   Тень (Летописец). Очень долго. Не могу сказать точно.

   Советник. Не известно ли вам что-нибудь о некоем Летописце, который хроники ведет о Семиозерьи.

   Летописец. Вы спрашиваете, знаю ли я его? Он изучал происходящее вокруг и записывал все на пергаментных листах, и так слагалась современная история Семиозерья. И так же делали его отец, дед и дедов дед и так до незапамятных времен. Но на вопрос правителя не смог он написать неправду и тем навлек верховный гнев, и оказался здесь он, а летопись веков прервалась и заведенный из века век уклад нарушен был.

   Полина. Вы опечалены так сильно!

   Советник. Верно, это тот человек, которого мы ищем.

   Полина. Он крайне необходим нам. Только он помочь нам сможет.

   Тень (Летописец). В чем помочь?

   Полина. От серых снов избавить всех. Быть может, записи в летописях помогут узнать, что же произошло.

   Тень (Летописец). Я всем своим существом желаю вам помочь, но как не представляю. Я тот, кого хотите вы увидеть.

   Полина. Неужели?

   Летописец. Я - летописец, хроникер. Но, что могу сейчас я сделать, чтоб вам помочь? Абсолютно ничего.

   Полина. Вы - летописец? Покажите ваши руки (Летописец протягивает ей руки). Это руки, человека, который много пишет. Вы, похоже, не обманываете нас.

   Советник. Удача все-таки нам улыбнулась. Если можно вообще назвать удачей, когда оказываешься в темнице.

   Полина. Могло и хуже быть! Но то, ради чего я так сюда стремилась, произошло. Мы встретили того, кто может нам помочь открыть причину серых снов. (Летописцу) Мы не случайно оказались здесь и не случайно встретили вас. Быть может, знаете вы что-то, что поможет нам вернуть цветные сны.

   Летописец. Увы, я ничего не знаю.

   Советник. Прошу, подумайте. От этого зависит слишком многое.

   Летописец. Я ничего не знаю. Я ничего не помню.

   Полина. Прошу вас, постарайтесь. Вспомните хоть что-нибудь.

   Советник. Полина неспроста хотела вас увидеть. Наверное, какой-то есть ответ в хрониках тысячелетий. Мы должны увидеть их.

   Полина. Вас спрашивал Правитель о причине серых снов, и написали вы ему ответ, который его очень не устроил. Вы написали, что необходимо увеличить сумму добра, чтобы вокруг все стало гармоничным.

   Летописец. Припоминаю смутно что-то.

   Полина. Вы, рискуя жизнью, написали такой ответ и угодили в заточенье.

   Летописец. Здесь сидя, я словно все забыл.

   Советник. Итак, вы помните то место, где написано все это? Может было что-то там еще?

   Летописец. Может быть. Не помню. Я долго хроники листал, чтобы найти ответ, но казалось, это просто невозможно, ведь миллионы документов хранит архив. Но через месяц поисков я отыскал документ с какою-то древнею легендой, которая могла бы объяснить произошедшие перемены.

   Советник. Вы помните легенду?

   Летописец. Очень смутно.

   Полина. Что будем делать?

   Летописец. Словно пелена мне память заволокла и вспоминаю я с трудом.

   Советник. Может надо время, чтоб вспомнил он?

   Полина. Вы хотите дождаться, чтобы тлетворный тюремный воздух и нашу память также затуманил? Нет, выход здесь один - бежать и найти в архиве документ с легендой.

   Летописец. Как собираетесь ее найти? Там стеллажи из книг от потолка до пола. Придется вам полжизни провести, чтобы найти то, что вам необходимо.

   Полина. Зачем полжизни? Вы ведь знаете, где документ искать? Туда отправимся все вместе - втроем. И если вы не помните, о чем легенда, то вспомните, наверняка, где находится она.

   Летописец. Не будем мешкать ни минуты.

   Советник. Нам надо разработать план, как вырваться из этих злополучных стен.

   Полина. Уж смеркается. Пора поторопиться.

   Советник. (К Летописцу) Послушайте, вы здесь уже давно и вам уклад, заведенный в тюрьме, известен хорошо. Нам надо отыскать какую-то в нем брешь, чтоб невредимыми отсюда ускользнуть.

   Летописец. Лишь только темнота сгущается, дозор усиливается вдвое.

   Полина. Неужели нет никакой надежды убежать?

   Летописец. Попробовать мы можем, но чем закончится побег, никто не знает. Полина, ты должна понять, что если что-нибудь пойдет не так, то смертной казни всем нам троим не избежать.

   Полина. А ее еще не отменили? И что такого совершили мы, чтобы лишать нас жизни?

   Советник. Мы проявляем крайнее непослушанье, а это и есть серьезнейшее преступленье.

   Полина. У нас нет выбора. Оставшись здесь, мы будем абсолютно бесполезны и превратимся в тени. Я согласна рисковать.

   Советник. И я согласен.

   Летописец. И я присоединяюсь к вам. (обнимаются и жмут друг другу руки) Говорят, что в тюрьме есть какой-то ход подземный, который во дворец ведет, но где он, я не знаю. Караул же меняется дважды - в девять вечера и в семь утра.

   Советник. Как я забыл про этот тайный ход! Спасибо, что напомнили о нем. Я знаю, где он. Ведь не раз я пользовался им, отправляясь по разным срочным порученьям, чтобы не быть замеченным никем.

   Полина. Но как к нему пройти? Ведь надежно спрятаны мы здесь за толстыми железными дверями. Как отпереть их?

   Летописец. Открыть их могут только, если здесь случится наводненье, землетрясенье, сход лавин, пожар.

   Полина. Похоже, это невозможно.

   Летописец. Возможно! Мы можем попытаться сделать наводненье здесь.

   Полина. Как так?

   Летописец. Там в углу за нарами есть небольшая дырка в стене, которую проделали в надежде убежать, сидевшие здесь в заключении. Дырка упирается в трубу. Ее разрушить можно и камеру зальет водой.

   Советник. Тогда нас могут в камеры для временного содержания отвести, а на пути к ним мы могли бы убежать и в ход подземный юркнуть.

   Летописец. Да, но нужно, чтобы был переполох, тогда нам будет легче справиться с конвойным и ускользнуть.

   Полина. Бывают ли прогулки здесь? И могут нам помочь другие заключенные? Знаете ли из них вы тех, на кого можно положиться?

   Летописец. Прогулки - в девять после смены конвоиров. А в людях можно ошибаться, даже если их знаешь хорошо.

   Советник. И все же, может, вы знаете таких, с которыми могли бы поделиться секретом и в трудную минуту о помощи их попросить.

   Летописец. Знаю таких.

   Полина. Девять близится. Не так уж много времени осталось до прогулки.

   Летописец. Попробуем. Сейчас я простучу сигналы и на прогулке встречусь с нужными людьми, которые чем смогут, тем помогут (стучит, слышит ответные сигналы).

   Советник. Итак, мы остаемся здесь, а вы идете на прогулку. В какое время лучше нам бежать?

   Летописец. Прогулка длится час. Я договорюсь и сразу же вернусь сюда, и здесь начнем мы действовать. Все это займет не больше получаса. Когда начнется наводненье, во дворе завяжется нешуточная драка, и она внимание охраны отвлечет. А дальше уповать приходится на случай, на тайный ход и на ночной покров. И может нам удастся убежать. Но помните, нас хватятся довольно быстро, и повсюду охотится на нас начнут, так что у нас не будет ни минуты передышки.

   Полина. Нелегко, но основная цель - архив, где сможем мы найти ответ на важный из вопросов - что послужило причиной серых снов.

   Летописец. Ты очень смелая, Полина. Благодаря твоей смекалке и отваге, мы можем невредимыми остаться и спастись от ужаса безликих снов.

(Раздается звук бьющих часов, слышен шум и топот)

   Полина. Что это такое?

   Летописец. Это девять часов и смена караула. Не за горами час серьезных испытаний и перемен. Готовы ли к нему?

   Полина. Чем здесь сидеть и ждать, пока великодушный Правитель нас помилует, уж лучше действовать, не тратя время зря.

   Летописец. Сейчас начнет бить колокол и будут выпускать по очереди нас на моцион, чтобы смогли вдохнуть глоток мы опьяняющего воздуха (звонит колокол, вдалеке лязгают ключи и скрипят двери). Вы слышите, там вдалеке уже звенят ключи и раздаются скрипы несмазанных засовов и открывающихся дверей, и слышен перебор ступающих ступней о каменную кладку.

   Полина. Да, у вас отменный слух! Вы, видимо, привыкли прислушиваться к каждому шороху и каждому звуку, находясь здесь в одиночестве.

   Летописец. Да. Скоро мой черед. Жду с нетерпеньем. Не знаете, как рад я и как бьется мое сердце.

   Советник. Ваше лицо все светится, и сошла с него тень безучастности и отрешенности. В глазах огонь играет. Все это может выдать вас и нас. И уж тогда не избежать вам детектора лжи, а там все раскроется и тогда отсюда нам никогда не выбраться.

   Полина. Примите безучастный вид. Успокойтесь. Будьте хладнокровней. (Слышен звук ключей, вставляемых в двери камеры).

   Советник. А вот и ваша очередь пришла. Старайтесь глаз не поднимать, в них все читается, как в открытой книге.

   Летописец. (опускает голову и глаза) Готов на все я ради вас!

   Полина. Тише. Помните, мы едва знакомы.

(Открывается дверь и на прогулку выходит Летописец, через окошко камеры тюремной конвоир ведет разговор с Полиной и Советником)

   Стражник. Один всего лишь заключенный? А прибывшие вновь? Вам затхлый воздух камер не претит? Предпочитаете остаться, чтобы быстрее румянец с щек сошел и цвет лица землистый приобрел оттенок?

   Полина. Спасибо за заботу. Мы так взволнованы и так огорчены, что оказались в этом месте, что едва у нас найдутся силы, чтоб выйти на прогулку, хотя это так полезно. Поймите, это так несправедливо, что нас бросили сюда.

   Стражник. Поделом попало вам. Вы пытались возмутить покой, которым славен наш озерный край и вам придется это осознать.

   Полина. Не сама я напросилась в ваш невозмутимый и спокойный край семи озер и густых седых туманов. Сюда попала потому, что ваш правитель ищет способ, как вернуть цветные сны. По прихоти его попала я сюда, но как оказывается, для того, чтобы в темницу угодить.

   Советник. (Шепотом пытается одернуть Полину) Милая Полина, остановись. Все это в рапорте Правителю доложат и нам тогда несдобровать.

   Стражник. Теперь у вас есть время осознать ошибки и понять, что можете винить себя лишь (Летописец уходит и двери запирают).

   Советник. Я виноват в тех злоключеньях, которые свалились на тебя.

   Полина. Причина зла скрывается в другом. Не понимаю, почему правитель бросил нас сюда, если хотел избавиться от серых снов.

   Советник. Странно. Но, Полина, мы должны сейчас еще раз проиграть подробности побега, чтобы заминки не произошло.

   Полина. Прорвет трубу, пойдет вода, а во дворе начнется потасовка, все это вызовет переполох, и в нем нам легче будет выбираться.

   Советник. Так вот, когда конвойные нас поведут, воспользуюсь я этим мини шприцем с снотворным препаратом.

   Полина. Откуда он у вас?

   Советник. Его дают для самообороны тем, кто у правителя находится на тайной службе. К счастью, его забыли отобрать. От этого укола на несколько часов мгновенно засыпает человек

   Полина. А дальше?

   Советник. Уснут конвойные, мы в камере оставим их. Летописец переоденется в одежду конвоиров и под охраной проводит к потайному ходу нас, потом мы доберемся до дворца. Не думаю, что всем известно там, что больше я не на службе у Правителя. Поэтому мой документ еще поможет нам свободно выйти из дворца и пробраться в башню Летописца. Там мы найдем, что нужно нам, но времени у нас совсем немного: за нами будет выслана погоня.

   Полина. Пусть улыбнется нам удача.

   (раздается лязганье ключей, скрип дверей, Летописец появляется в комнате, Полина и Советник вопрошающе смотрят на него).

   Летописец. Все будет так, как мы договорились. Теперь нам надо сделать маленький потоп. Есть у меня кусок заточенного кремня - он острый, крепкий. И им попробуем мы повредить трубу, а там глядишь удастся воздуха свободы нам вдохнуть. Теперь за дело (отодвигает кровать и начинает кремнем скрести железную трубу).

   Советник. Да, нелегко! Успеем ли?

   Летописец. Успеем. Но этот звук всех стражников к нам созовет, и глазом не моргнув, они учинят расправу и наши благие начинания не увидят свет.

   Полина. Тогда мы должны запеть и среди звуков песен никто не услышит, как кремень разбивает железо (Полина начинает петь и смеяться, и снова петь и даже пританцовывать).

   Стражник. Что за шум?

   Полина. У вас здесь очень скучно, холодно и неуютно. Пока прогулки час, я время весело решила скоротать.

   Стражник. В десять часов, когда закончится прогулка, должны умолкнуть вы (Полина продолжает петь).

   Советник. (к Летописцу) Могу сменить вас.

   Летописец. За книжками провел я жизнь, и потому моя рука не так уверенна, когда сопротивление железа необходимо нам сломить. Быть может, вам удастся лучше преуспеть(меняются местами и за дело берется Советник, Полина поет и вальсирует).

   Советник. Удар за ударом мы бьем по железу, а песня к работе подстегивает. Немного нам осталось. Еще удар! Вот незадача. Кремень сломался.

   Летописец. Как сломался? А труба?

   Советник. Темно, не видно.

   Летописец. А вы на ощупь попробуйте, не стало ли там мокро. У нас в запасе есть еще минут двадцать.

   Полина. (Растерянно) Неужели все сорвалось?

   Советник. (Трогает трубу рукой и потом рассматривает руку) Немного мокро стало.

   Летописец. Не зря вы так старались. Нарушили вы целостность трубы, так постарайтесь увеличить эту брешь, чтобы вода потоком устремилась в камеру и мы смогли позвать на помощь.

   Полина. Кремень разломан. Может, что-то есть еще, чем можно повредить железо?

   Советник. У меня есть штопор, он припрятан в ботинках и потому его не отобрали конвоиры (открывает подошвы ботинка, там находятся некоторые приспособления).

   Полина. Как здорово!

   Советник. Такие ботинки с тайником выдают всем из Тайной канцелярии.

   Летописец. Скорее. Не теряйте ни минуты зря.

   (Советник достает штопор из ботинок и из последних сил вкручивать его в маленькое повреждение трубы).

   Полина. Есть какой-то проблеск?

   Советник. Еще последний штрих, еще одно мгновенье и потечет струей вода (он начинает штопор двигать в разные стороны и вдруг раздается треск, Полина тиховскрикивает и из трубы начинает течь вода в камеру). Как хорошо, что в камере все трубы заржавели, иначе сделать ничего бы не смогли.

   (Полина прыгает от радости, летописец обнимает своих новых друзей счастливый).

   Полина. (к Советнику) Вы герой. Вода! Я так ей рада! Кто мог подумать, что я буду рада прорвавшейся трубе и фонтаном бьющей из нее воде.

   Советник. Пока нам рано праздновать победу.

   Летописец. Пора давать сигнал (выстукивает сигнал по стене и слышит стук в ответ). Теперь немного надо подождать, пока неразбериха ни начнется в прогулочном дворе. За это время натечет вода, и если камеру откроют, то хлынет на охранника она и может на мгновение его внимание отвлечь.

   Советник. Я слышу крик, бегущих людей топот, свист и снова крики. Видимо, все началось (Внимательно прислушиваются и вдруг вздрагивают от стука по трубам).

   Летописец. Это условный сигнал. Нам пора. Это значит, что заваруха в полном разгаре. Теперь, Полина, твой черед. Тюремным велено тебя беречь, как зеницу ока, а в камере теперь не безопасно.

   Полина. Откройте (стучит в дверь). Здесь творится ужас: прорвало трубу, вода почти что до колена. Вода холодная.

   Стражник. Оставайтесь на своих местах, я доложу начальству и буду выполнять их приказ.

   Полина. Вы смеетесь? Пока вы будете ходить, мы можем захлебнуться. Посмотрите! Если со мной случится что-нибудь, не оберетесь вы хлопот: Правитель не простит вам, и сами вы окажетесь в темнице. Вы только посмотрите, что здесь происходит, прошу вас.

   Стражник. Я не могу зайти к вам. Это строго запрещено инструкцией.

   Полина. Если вы так будете стоять и не предпримите каких-то действий, то через несколько минут мы можем утонуть. (Друзьям) Он молчит.

   Летописец. Он пошел к начальнику. Ему нужен приказ.

   Полина. Что делать?

   Советник. Ждать.

   Стражник. (смотрит в окошко и говорит) Стоило вам появиться, как столько происшествий приключилось в один день! Недаром Правитель решил вас изолировать.

   Полина. Прошу вас, не медлите. Вода прибывает.

   Стражник. Всем отойти к стене. Я открываю дверь, потом по одному из камеры выходите!

   (Стражник открывает дверь и на него устремляется поток воды, шумят голоса "Вода, вода", это все отвлекает стражника", вышедший из камеры Советник рукой с микрошприцем дотрагивается до конвоира и тот не успев отреагировать начинает быстро оседать на пол засыпая).

Летописец. Сюда его, сюда в камеру (Летописец и Советник втягивают стражника на кровать).

   Советник. Он был один, нешуточную потасовку устроили твои друзья.

   Полина. Он не должен погибнуть. Быть может лучше выпустить из камер всех заключенных?

   Летописец. Времени на это нет, Полина. С ним ничего не случится, поверь.

   Ссветник. (начинает стягивать со стражника одежду и обращается к Летописцу) Снимайте вашу одежду, Летописец. Скорее переодевайтесь. Под стражей мы будем в большей безопасности, чем без нее.

   Летописец. Да. Понимаю. Я не подумал об этом. Хорошо. Спешу. Вот посмотрите. Будто на меня сшита.

   Советник. Настоящий конвоир. Только ружье держите верно (показывает, как держать), а то привыкли вы к чернильным ручкам.

   Летописец. С ружьем мне сложно обращаться.

   Советник. Теперь вперед. Идем мы к ходу потайному.

   (С заложенными за голову руками идет впереди Полина, за ней Советник и далее конвоир-Летописец с ружьем наготове, свет гаснет. Загораются экраны на них анимация:беглецы идут по коридорам тюрьмы, выходят на улицу, направляются к тюремному изолятору, но недалеко от него меняют курс и подходят к кухне. Советник достает ключ и открывает дверь. Они спускаются по лестнице вниз, идут по длинным подземным коридорам. Слышен голос Полины: "Темно. Как долго нам идти?", Советникотвечает: "Минут двадцать, двадцать пять", Полина "Также внезапно как отвернулась, удача улыбнулась нам опять. И это нас толкает, идти по этому пути не останавливаясь". Они входят в нижние этажи дворца с множеством служебных помещений, в них Советник предъявляет пропуск и его со спутниками везде пропускают. Они добираются до конюшни и садятся в тройку. Она мчит их прочь от дворца, вскоре они оказываются за городом у белой часовни, оставляют там тройку, перебираются через поле и подходят к башне. Летописец достает из расщелины в стене ключ и открывает дверь. Загорается свет).