5.Специфика национальных инновационных систем стран

НИС в Скандинавских странах.

Особый интерес у исследователей на протяжении долгого времени вызывает опыт построения НИС в скандинавских странах (Финляндии, Швеции, Норвегии). В первую очередь их внимание сфокусировано на финском феномене.

Финляндия была одной из первых стран мира, принявшей новую концепцию НИС в качестве базового элемента своей технологической и инновационной политики, и уже сегодня она может рассматриваться в качестве эталонного примера ее проведения.

В число ключевых институтов и организаций Финляндии, составляющих основу ее НИС, к настоящему времени входят:

• Академия наук Финляндии;

• Национальное технологическое агентство Финляндии (TEKES);

• ряд государственных исследовательских и разработческих организаций;

• агентства технологического трансфера;

• поставщики финансовых ресурсов (венчурные компании и фонды, государственные инвестиционные агентства и др.).

Национальное технологическое агентство Финляндии (TEKES), являющееся структурным подразделением Министерства торговли и промышленности, – головная правительственная организация, ответственная за проведение технологической политики страны. Оно оказывает активное финансовое содействие частным компаниям, вовлеченным в рисковые технологические проекты, а также финансирует различные проекты государственных исследовательских институтов и университетов в сфере прикладных технологий.

Кроме того, TEKES координирует запуск, осуществление и инвестиционное обеспечение технологических программ, реализуемых совместными усилиями частных компаний, университетов и исследовательских институтов. Наконец, TEKES активно участвует и в координации целого ряда совместных международных научно-технологических проектов.

Следующий ярус финской НИС составляют многочисленные университеты, политехнические и национальные исследовательские институты, а также Технический исследовательский центр Финляндии (VTT). Общий вклад этого яруса в совокупный объем национальных расходов на НИОКР составляет около 30%. Остальные же 70% приходятся на частные компании: доля расходов частного сектора превышает 2% ВВП Финляндии и продолжает устойчиво расти.

Многочисленные исследователи финской НИС единодушно признают, что одним из ее важнейших элементов является наличие очень сильных и устойчивых связей между тремя основными группами разработчиков новых технологий, – частными компаниями, университетами и государственными исследовательскими организациями.

Национальная инновационная система Швеции, в отличие от НИС Финляндии, не относится многочисленными исследователями данной проблематики к числу наиболее успешных. В частности, ее критики отмечают целый ряд негативных характеристик шведской модели технологического развития, таких как наличие серьезных структурных ограничений на трансфер научно-технологических знаний с R&D стадии на стадию промышленного производства, отставание в сфере внедрения новых технологий ее промышленных предприятий по сравнению с уровнем технологической компетенции национальных фирм в секторе услуг (особенно в финансовом секторе и в торговле), превалирование технологической имитации над технологической креативностью, особенно у крупных компаний, наконец, очень медленный рост производительности труда в национальной экономике.

Тем не менее, несмотря на все недостатки, шведская НИС, как ни странно, на протяжении многих лет регулярно занимает лидирующие позиции в различных международных рейтингах инновационной привлекательности, уровня национального инновационного развития и т.п

НИС Сингапура и Малайзии

Еще один интересный пример "параллельного" построения национальных инновационных систем – современная история экономического развития Сингапура и Малайзии. Являясь географическими соседями, эти страны разрабатывали свои национальные инновационные стратегии по схожему сценарию, причем Малайзия во многом использовала опыт экономически более успешного Сингапура.

Сингапур – маленький город-государство, всего за несколько десятилетий успешно трансформировавший свою экономику и уже к концу XX в. превратившийся в одного из лидеров Азиатско-Тихоокеанского региона и всего мира по многим формальным и неформальным статистическим показателям (ВВП на душу населения, уровню грамотности, международному рейтингу привлекательности для инвестиций и т.д.).

Сегодня Сингапур – один из крупнейших международных центров деловой активности в сфере финансов, транспорта, IT-технологий и биогеха.

Как отмечают многочисленные исследователи, общее экономическое развитие Сингапура прошло через четыре ключевых фазы. Первая из них (с 1965 по середину 1970-х гг.), фаза начального промышленного подъема, характеризовалась высокой зависимостью от трансфера технологий со стороны зарубежных мультинациональных компаний (МПК).

В результате осуществления политики "искусственного апгрейда" наиболее трудоемких отраслей путем активного привлечения в страну зарубежных МНК примерно 3/4 общего объема промышленного производства Сингапура сегодня приходится на долю зарубежных филиалов этих компаний, причем иностранцы владеют более 60% акционерного капитала его промышленных предприятий. Эта жесткая стратегическая привязка Сингапура к зарубежным технологическим источникам на ранней стадии промышленного развития безусловно выделяет его на фоне других "Азиатских Тигров".

На второй фазе усиления внутренних технологических ресурсов (с середины 1970-х до конца 1980-х гг.) разработчики национальной технологической стратегии основное внимание уделили стимулированию быстрого роста местных поддерживающих отраслей.

Третья фаза (с конца 1980-х до конца 1990-х гг.) характеризовалась повышенным вниманием к развитию прикладных НИОКР на базе местных филиалов зарубежных МНК, а также путем активного создания новых государственных исследовательских институтов и организаций, специализирующихся в сфере IT-технологий, микроэлектроники и в "науках о жизни" (life sciences), которые были призваны оказывать содействие R&D разработкам, осуществлявшимся многочисленными филиалами зарубежных компаний.

Четвертая фаза, начавшаяся в конце 1990-х гг., заключалась в постановке руководством Сингапура амбициозной задачи быстрого роста национального высокотехнологичного производства на базе приоритетного развития фундаментальных научно-технологических исследований и разработок, энергичного стимулирования создания местных хай-тек стартапов и особого упора на подъем IT и биотехнологического сектора.

В свою очередь, стратегия развития и укрепления НИС Малайзии базируется на специальной программе Vision 2020 – долгосрочном плане ее экономического развития. При этом главным объектом внимания властей страны на протяжении многих лет является сектор информационно-коммуникационных технологий (ИКТ). Ключевые государственные учреждения Малайзии, координирующие политику в данной сфере, – Министерство науки, технологии и инноваций, Национальный совет по информационным технологиям (NITC), Министерство информации и Малайзийская корпорация развития.

Созданный в 1994 г. NITC возглавляется непосредственно премьер-министром страны, является главным разработчиком государственной стратегии в сфере ИКТ. Малазийская корпорация развития руководит работой Мультимедийного Супер Коридора (Multimedia Super Corridor (MSC)), – ключевого научно-технологического кластера малайзийской экономики, своеобразной "расширенной версией" сингапурской технопарковой системы, но с более узкой отраслевой привязкой. В Мультимедийный Супер Коридор формально входит сама столица Малайзии Куала-Лумпур, а также пять приоритетных инфраструктурных проектов: башни-близнецы Petronas, новая политико-административная столица Путраджайя, футуристический "город умных исследований и развития" Киберджайя, Технологический Парк Малайзии и еще одна столичная башня, – Куала-Лумпур.

С начала 1990-х гг. малайзийское правительство значительно активизировало свои усилия но превращению страны в один из ведущих мировых центров ИКТ при помощи крупномасштабных инвестиций в ряд специальных программ, сфокусированных на ускоренном развитии инфраструктурной и институциональной составляющих сектора ИКТ.

В частности, в настоящее время в рамках Мультимедийного Супер Коридора параллельно осуществляются сразу восемь амбициозных проектов, нацеленных на привлечение ведущих мировых компаний в этой сфере к созданию в Малайзии своих научно-исследовательских центров.

Кроме того, ради достижения поставленной цели малайзийское правительство в течение последнего десятилетия проводит политику агрессивного наращивания государственного финансирования R&D. Так, если в 2000 г. доля расходов на НИОКР в ВВП страны составляла менее 0,5%, то к 2010 г. превысила 1,0% (в абсолютных же цифрах общий объем инвестиций в R&D за период с 2000 по 2011 г. вырос более чем в шесть раз).

В целом же, если сравнивать НИС Сингапура и Малайзии, можно отметить многие схожие черты их стратегий. В обеих странах изначально был сделан акцент на всемерное привлечение зарубежных МНК к процессу технологического и инновационного развития, а на более зрелом этапе государственная политика обеих стран постепенно стала смещаться в сторону поощрения роста национального технологического потенциала. И сингапурское, и малайзийское правительства поощряли и продолжают поощрять создание и развитие широкой сети научных и хайтековских парков, постоянно инвестируя в нее значительные средства из государственных бюджетов.

В то же время, нетрудно увидеть и ряд принципиальных отличий в эволюции НИС этих стран. Сингапурская промышленнотехнологическая политика оказалась значительно более успешной и разносторонней: выбранная руководством страны схема развития намного более диверсифицирована по отраслям и приоритетным направлениям. В итоге, к настоящему времени уровень НИС Сингапура намного опережает уровень его "большого соседа", причем не только благодаря большей широте охвата его высокотехнологичных секторов, но и из-за большей сложности и "продвинутости" продукции, выпускаемой сингапурскими компаниями.

Впрочем, молодая малайзийская НИС также может похвастаться рядом успешных высокотехнологичных проектов, значительная часть которых обязана своим происхождением именно Сингапуру.

Национальные инновационные системы Китая и Индии

Еще один часто используемый в специальной экономической литературе пример двухстрановой компаративистики – сравнительное описание НИС двух самых крупных по численности населения стран мира – Китая (КНР) и Индии. Именно эти гиганты на протяжении последних лет демонстрируют наиболее высокие темпы роста национальных экономик.

При рассмотрении особенностей эволюции НИС КНР можно обнаружить немало прямых заимствований опыта соседних восточноазиатских "драконов" – Южной Кореи и Тайваня. В частности, Китай использовал в своей стратегии начального развития различных отраслей активное привлечение зарубежных технологий, как в форме прямых зарубежных инвестиций, так и путем создания совместных предприятий.

Благодаря этой целенаправленной политике китайского руководства многие крупнейшие транснациональные компании мира разместили свои базовые производственные мощности на территории Поднебесной, способствовав тем самым массовому трансферу передовых знаний и технологий на местные заводы и фабрики.

Еще одним мощным стимулом для ускоренного роста национальной экономики стала принятая Китаем на вооружение стратегия агрессивного экспорта своей продукции на ведущие зарубежные рынки, прежде всего, – рынки США и Евросоюза.

За последние полтора-два десятилетия выросли и инвестиции КНР в R&D: так, доля вложений в R&D в ВВП Китая увеличилась с 0,6% в 1995 г. до 1,3% в 2005 г. Причем, с учетом того, что за этот же десятилетний период более чем вдвое вырос и сам китайский ВВП, нетрудно посчитать, что абсолютный объем расходов на НИОКР с 1995 по 2005 г. вырос более чем в четыре раза.

Согласно официальным данным Министерства науки и технологии Китая, опубликованным в январе 2013 г., по итогам 2012 г. общий объем расходов КНР на R&D достиг отметки в 160 млрд долл. (или 2% от ВВП) и по этому показателю страна, обойдя Японию, вышла на второе место в мире (вслед за США).

Мощный прирост инвестиций в R&D был достигнут Китаем, прежде всего, благодаря резкому подъему R&D активности местных фирм: их общая доля в расходах на НИОКР выросла с 27% в 1990 г. до 68% в 2005 г. Кроме того, значительная часть расходов на НИОКР в КНР приходится на долю транснациональных компаний: ио некоторым оценкам, около 30% от общего объема инвестиций в сфере промышленного R&D в настоящее время осуществляется иностранными фирмами.

Что же касается Индии, ее стратегия экономического развития долгое время базировалась на импортзамещении и использовании инструментов из "социал-демократического арсенала". Темпы роста национальной экономики вплоть до 1980 г. оставались относительно низкими, но в течение трех последующих десятилетий они устойчиво росли.

На эти позитивные перемены повлияло достаточно много различных факторов, но наиболее важным из них следует признать существенное усиление индийским руководством поддержки развития частного сектора экономики.

На протяжении долгих лет государственная политика Индии характеризовалась устойчивым вниманием к научно-технологической сфере, в том числе и к стимулированию активного развития системы высшего образования. К концу 1990-х гг. в индийских университетах насчитывалось несколько миллионов студентов, значительная доля которых приходилась на будущих специалистов в инженерно-технических областях знания.

Во многом благодаря этой долгосрочной стратегии поддержки роста научно-технических кадров Индия смогла добиться значительных успехов в двух ключевых хайтековских отраслях – фармацевтике и компьютерном программном обеспечении.

Особенно заметный рост наблюдался в индийской софтвер-индустрии. Он базировался на массированном аутсорсинге со стороны различных компьютерных компаний США и стран Евросоюза.

Важную роль в НИС Китая и Индии в последние годы играет венчурный капитал, причем в Китае уровень его развития уже можно считать достаточно зрелым даже по глобальным меркам. Благодаря серьезным венчурным капитальным инвестициям, ориентированным прежде всего на внутренний рынок, в стране наблюдается заметный рост числа инновационных хайтековских компаний. Также динамично растет число международных венчурных проектов (особенно с участием американских инвесторов) как в Китае, так и в Индии.

В целом финансовые рынки Индии по сравнению с китайскими в настоящее время представляются более развитыми, но, в то же время, их государственное регулирование в обеих странах до сих пор носит весьма рестриктивный характер: чрезмерно усложненные законодательные механизмы регулировки и контроля финансовой сферы остаются серьезным сдерживающим фактором для многочисленных зарубежных компаний, стремящихся к активному присутствию на рынках Китая и Индии.

В экономике обеих стран значительную роль играют крупные транснациональные компании (ТНК), прежде всего, – американские транснациональные корпорации, которые осуществляют в том числе серьезные инвестиции в R&D исследования и проекты на территории Китая и Индии (хотя как количественно, так и качественно, т.е. с точки зрения среднего уровня разрабатываемых новых технологий, эти инвестиции преимущественно осуществляются в китайскую экономику).

Очевидными стимулирующими факторами для таких инвестиций продолжают оставаться относительно дешевая рабочая сила, получение прямого доступа к очень емким внутренним рынкам сбыта этих крупнейших стран мира, разнообразные налоговые и фискальные послабления со стороны государственных органов Китая и Индии, а также (в последние годы) возможность эффективного участия в совместных R&D проектах многочисленных местных ученых и инженерно-технического персонала. В то же время, как отмечают многие исследователи, как в Китае, так и в Индии до сих пор ощущается серьезная нехватка высококвалифицированных "туземных" менеджеров для подобных хайтековских проектов.