3)Алкей. И звенят, и гремят... Дождит отец Зевс с неба ненастного. Буря («Пойми, кто может, буйную дурь ветров!..»).

А) ВЕСНА И звенят и гремят вдоль проездных дорог За каймою цветов многоголосые Хоры птиц на дубах с близких лагун и гор; Там вода с высоты льется студеная, Голубеющих лоз — всходов кормилица. По прибрежью камыш в шапках зеленых спит. Чу! Кукушка с холма гулко-болтливая Все кукует: весна. Ласточка птенчиков Под карнизами крыш кормит по улицам, Хлопотливо мелькнет в трепете быстрых крыл, Чуть послышится ей тонкое теньканье.

Б)Дождит Отец-Зевс с неба ненастного, И ветер дует стужею Севера; ‎ И стынут струйки дождевые, ‎ И замерзают ручьи под вьюгой. Как быть зимой нам? Слушай: огонь зажги, Да — не жалея — в кубки глубокие ‎ Лей хмель отрадный, да теплее, ‎ По́-уши в мягкую шерсть укройся.

В) БУРЯ Пойми, кто может, буйную дурь ветров! Валы катятся — этот отсюда, тот Оттуда… В их мятежной свалке Носимся мы с кораблем смоленым, Едва противясь натиску злобных волн. Уж захлестнула палубу сплошь вода; Уже просвечивает парус, Весь продырявлен. Ослабли скрепы.

4) Анакреонт. Поредели, побелели... Что же сухо в чаше дно?.. На пиру за полной чашей. Кобылица молодая...

А)(Из Анакреона) Поредели, побелели Кудри, честь главы моей, Зубы в деснах ослабели, И потух огонь очей. Сладкой жизни мне не много Провожать осталось дней: Парка счет ведет им строго, Тартар тени ждет моей. Не воскреснем из-под спуда,^[1] Всяк навеки там забыт: Вход туда для всех открыт —  Нет исхода уж оттуда.

Б) Что же сухо в чаше дно? Наливай мне, мальчик резвый, Только пьяное вино Раствори водою трезвой. Мы не скифы, не люблю, Други, пьянствовать бесчинно: Нет, за чашей я пою Иль беседую невинно.

В) На пиру за полной чашей Мне несносен гость бесчинный: Охмеленный, затевает Он и спор, и бой кровавый. Мил мне скромный собеседник, Кто, дары царицы Книда С даром муз соединяя, На пиру беспечно весел.

Г) Кобылица молодая, бег стремя неукротимый, На меня зачем косишься? Или мнишь: я-не ездок? Подожди, пора настанет, удила я вмиг накину, И, узде моей послушна, ты мне мету обогнешь. А пока в лугах, на воле ты резвишься и играешь: Знать, еще ты не напала на лихого ездока!

5) Ивик. Только весною цветут цветы

Только весною цветут цветы  Яблонь кидонских, речной струей  Щедро питаемых, там, где сад  Дев необорванный. Лишь весною  И плодоносные почки набухшие  На виноградных лозах распускаются.  Мне ж никогда не дает вздохнуть  Эрос. Летит от Киприды он, —  Темный, вселяющий ужас всем, —  Словно сверкающий молнией  Северный ветер фракийский,  Душу мне мощно до самого дна колышет  Жгучим безумием…

6) Алкман. Спят вершины высокие гор...

Спят вершины высокие гор и бездн провалы, Спят утесы и ущелья, Змеи, сколько их черная всех земля ни кормит, Густые рои пчел, звери гор высоких И чудища в багровой глубине морской. Сладко спит и племя Быстролетающих птиц

7) Архилох. Сердце, сердце!..

Сердце, сердце! Грозным строем встали беды пред тобой.

Ободрись и встреть их грудью, и ударим на врагов!

Пусть везде кругом засады - твердо стой, не трепещи.

Победишь - своей победы напоказ не выставляй,

Победят - не огорчайся, запершись в дому, не плачь.

В меру радуйся удаче, в меру в бедствиях горюй.

Познавай тот ритм, что в жизни человеческой сокрыт.